елка 4

      Лэйн растерялась. Не знала куда деть себя. Ей отказали. Не знала что делать: громко кричать или тихо радоваться. Каин обнял ее. — Не хочу так, — он положил руку ей на щеку.       Она подняла бровь. Он большим пальцем погладил кожу. — Не хочу, чтобы наш первый раз был такой.       Она впилась в него ногтями со злостью, а он лишь стиснул ее. Обнимая за голову, запустил пальцы в волосы. — Не злись. Хочу чтобы запомнила. — шептал на ухо. — Потому что ты особенная.       От признания ее глаза раскрылись шире. Так серьезно он еще не говорил. — А потом я тебя и в ванной трахну, и на кухне и раком.       Она нервно хихикнула и смирилась с положением дел, выбрав тихо радоваться. Расслабила хватку и прижалась к нему щекой. Ей понравилось обещание. Сомнения, что все это могло быть только на один раз развеялись. — Тогда идём ёлку наряжать? — тихо спросила она.       Каин, облизав пересохшие губы, нагнулся, поднимая одежду. Расправил толстовку, взял за края, предлагая одеть.       Лэйн знала, что парни любят глазами и смело подняла руки наверх.       Каина парализовало. Он открыл рот и пару секунд не мог вдохнуть. Он смотрел то на правую грудь, то на левую. Лэйн дразнила его. Он перевел хитрый взгляд на нее — ему очень хотелось ее наказать.       Поднимая толстовку наверх, он надел Лэйн на руки, опустил ниже, скрывая тканью лицо. И неожиданно обхватил губами сосок.       Лэйн дернулась, простонав. Выгнулась и подставилась ему. Требуя еще. Он сцепил ее руки над головой, другой сжал талию и обвел бугорок языком. — Каин… — вырвалось томное.       Он услышал это впервые. Его имя сорвавшееся с ее губ — опьянило. Он прикусил сосок и надавил языком. Она простонала опять. Сладко. Покорно. Протяжно. Пальцы сильнее надавили на талию и он втянул сосок в рот. Отстраняясь, потянул, и он выскочил с влажным прицоком. Каин уже знал, как она любит, что делать и держал в уме второй…       Он медленно подул на него. Кожа покрылась мурашками и ноги не удержали Лэйн. Каин отпустил и обхватил двумя руками за талию, не давая упасть. Худи скользнула вниз, пройдясь по торчащим соскам. — Не хулигань раньше времени, грешница.       Стыдливо отводя глаза, она прикусила губу. Она получила каплю того, на что надеялась. Положила ладони ему на грудь и ощутила как бешено колотится его сердце.       Каин отвел взгляд в зеркало. Чтобы выдохнуть. Чтобы прийти в себя. Чтобы найти силы отпустить и выйти. — Иди, — мягко попросила она. Поцеловала его линию подбородка. — Дай мне пару минут.       Каин коснулся губами виска, поправил толстовку и вышел.       Пошел на балкон. На свежий воздух. Выдохнуть. В ванной не смог.              Спустя несколько минут Лэйн появилась в дверном проеме ванной.       Она была в одной толстовке: его любимой, темно-серой с капюшоном и белым шнурком.       Каин сглотнул. В этом она была еще сексуальнее, чем в своем свитере, оголяющем плечо и ключицу. Да даже без него. Она была в его одежде. И все. — Каин, — она окликнула его, понимая, что он несколько секунд уже просто разглядывает. — Джинсы тоже оказались мокрые.       Она повернулась, кружась словно в платье. Рукава свисали до самых кончиков пальцев. — В твоей толстовке я похожа на маленького гнома, укравшего сладости. — Тебе очень хорошо.       Он подошел, неторопливым, но решительным движением обнял ее и усадил на диван. Подал свою кружку с зефирками.       Из-за угла вылез Люцифер и осторожно запрыгнул рядом. Обнюхал. Смотря Лэйн в глаза, залез к ней на руки и свернулся. Она его потеребила за ухом. Кот заурчал и прикрыл глаза, чем вызвал ухмылку хозяина. — Подлиза. — Не ругай. Он извиняется.       Каин тоже сел с другой стороны и положил подборок ей на плечо. — Тоже хочу, — он шептал прямо на ухо. — Извиниться? За что?       Она не понимала какой властью обладала над ним. Он сам еще не до конца разобрался. Но знал, что девушки любят ушами и поэтому ласково продолжал, сводя у ума ее воображение: — На колени.       Звучало неоднозначно.