Осень.

Кешерлтон. Кешерлтон всегда ненавидел осень. Она заметала и без того грязные улицы сумасбродного городка желто красными листьями. Золотыми листьями. Поэты прославляют осень, музыканты называют их порой любовных метаний, а Кешерлтон слишком много думает. А как не думать, если повсюду напоминание об этой... уродке. Кешерлтон повернулся на другой бок и сказал будто бы самому себе, если бы он сидел рядом : Хватит лежать. Нужно организовать построение. Пусть убираются лентяи , а то только и делают что развлекаются почем зря . Да, уборка прояснит мысли . В голове пронёсся калейдоскоп воспоминаний. Мама готовит какую-то бурду на кухне, пахнет чем-то жутко пережаренным . Отец пишет письмо министру, временами поглядывая на играющего с клубком чего-то непонятного сына. - Займись делом , Кеша. Ты же будущий король , не гоже заниматься ерундой. ----------- Созвав построение, король бегло пробежал по жителям золотистым взглядом . Белка как всегда стояла первой, сжимая в ластах новый отчёт , Клот о чем-то тихо шептал своей подружке. Донли как всегда был без жилета, а Лиля стояла удивительно тихая . Кешерлтон бы подумал, что она чем-то расстроена, не будь ему плевать. Да, чтобы там не занимало пустоголовую тигрицу , ему не должно было быть до этого дело. Улицы продолжали заметаться кровавыми листами . В душе комком волочились всякие бессмысленные и невеселые мысли. - Ну ка взяли себя в лапы и пошли прибираться. Белка на тебе окна, Донли - надень жилет, иначе опять минус получишь. Откашлявшись, Кешерлтон продолжал смотреть куда угодно, только не на неё. Клот, ты сегодня дежурный по кухне, и свою белую подружку прихвати! - А что делать мне - донёсся приглушённый голос. Глупый , детсковатый, слишком мягкий. -Ты … убери уже эти листья с площади .