Глава 12

      — Алби? Гарри? — позвала Гермиона, нащупывая ладонью направление. Люмос совершенно не справлялся с поставленной задачей и тускло сиял в ее руке, вовсе не помогая. — Ребята, вы здесь?       Смрад из плесневелой земли смешивался с металлическим привкусом во рту. Под ногами то и дело хлюпала вода. Влажными были и стены в этом скованной тьмой пространстве. Узкий коридорчик венчался полукруглым сводом прямо над макушкой Гермионы, норовя задавить своей тяжестью. Она пригнулась, огибая извилистые стены, постоянно подрагивая от мерзкой и колкой влажности.       — Гермиона? — разнеслось где-то далеко в лабиринте коридора.       Она замерла, остановившись у некой развилки, обдумывая, куда ей двигаться дальше. Подождать их здесь или попробовать какой-то проход из двух?       — Гарри, я здесь! — крикнула она, пытаясь увеличить интенсивность свечения своей палочки, чтобы разрезать плотное желе тьмы. — Где ты? Алби рядом с тобой?       Она услышала глухой стук, за которым последовала череда ругательств.       — Мерлин, ты откликнулась, — радостно отозвался он и тут же переключился на поиски второго напарника. — Алби, дружище, ты где-то рядом? — спросил он и они оба стали дожидаться ответа.       Гермионе стало немного легче. Значит, не она одна отбилась в ходе их шествия. Алби тоже затерялся где-то в катакомбах под поместьем.       — Алби, отзовись! — повторила она громче прежнего, и кандидат подал свой голос, который, судя по ощущениям, находился еще дальше, чем Гарри.       — Вы где? — раздалось повторное эхо меж коридоров, закручивающихся во все стороны. — Я здесь ничего не вижу. Мистер Поттер? Мисс Грейнджер?       — Сюда, сюда! — выкрикнула Гермиона, ступая по разбитым камням, и хоть немного, но приближаясь к источнику голоса. — Выходите к развилке!       — Здесь их как лап Арагога, Гермиона, — Гарри сплюнул и стук его ботинок о пол стал отчетливее. Он приближался.       — Дьявол! Я, кажется, свернул в тупик, — выругался Алби вдалеке.       — Тут и не так заговоришь, правда Алби? — проворчал Гарри, находясь уже явно за несколько поворотов от Гермионы. — Где ты там заплутал? Мне кажется, я натыкался на тот тупик. Разворачивайся и иди всё время по левой руке.       Вскоре из-за угла показалась растрепанная макушка Гарри. Его усталое и слегка напуганное лицо проглянуло в свете Люмоса. Гермиона кинулась ему на шею, чуть не сбив с ног, но Гарри успел удержать равновесие.       — Неужели вы все целы! — выпалила она и провела ладонью по его лбу, поправляя волосы.       — Это не подземелье, а что-то похуже логова Василиска.       — Гарри, — она освободила его из крепких объятий и заметалась взглядом по его вымазанной в пыли мантии. — Я нашла проход в Хранилище.       — Когда ты успела? — только и выдал он, глядя на нее во все глаза.       — Что-что ты сказала? — Алби вышел из-за поворота, с перемазанной в какой-то саже щекой и приблизился к ним. — Ушам своим поверить не могу! Вы слышали? Мисс Грейнджер нашла артефакты!       — Ну это не совсем так, но… — пробормотала Гермиона, замявшись.       — Меньше слов, больше дела, мистер Поттер, — не умолкал Алби и потянул их в сторону прохода за спиной Гермионы.       — Так, стоп! — огорошил их Гарри громким и серьезным тоном. — Вы вообще поняли, что только что произошло?       Они переглянулись и Гермиона опустила глаза в пол. Из них троих наименее испуганно выглядела она одна. Нужно было немного подыграть для Гарри.       — Ты прав, это было ужасно и, — запнулась она в тот момент, когда Алби прервал ее, задев за запястье. Врать получалось так нелепо, но иного выхода у нее не было.       — Мистер Поттер, — вступил Алби в их тесный круг среди коридора. — Не заставляйте ее вспоминать то, что мы натерпелись. Я и сам был готов взвыть от безысходности, потому что эти коридоры теперь мне будут сниться.       — Гермиона, — обратился к ней Гарри, и только сейчас обратил внимание на то, какой загнанной она казалась. Гермиона старалась не смотреть ему в глаза, блуждая ими по проему рядом с собой. — Прости, мы все оказались в полной заднице.       Алби хмыкнул и в нетерпении начал крутиться на месте. На долю секунды он встретился с ней взглядом, но тут же стал отрешенным.       — Я правильно понимаю, что всё, связанное с хранилищем, переносится?       — После обеда, — отрезал Гарри тоном начальника и пошел впереди их группы на выход. — Сейчас в Министерство, а после вернемся и продолжим.       Он вывел их в зал с проемами и замер перед новым выбором.       — Нам в этот, — Гермиона с полной уверенностью указала на проход рядом с ними и выждала реакцию напарника. — Нужно оставить отметки рунами, чтобы не попасться в ловушку снова.       — Займись этим, — обратился он к кандидату, — и сделай всё в точности так, как она тебе скажет.       — Я всегда с радостью, мистер Поттер.       Пока Алби под чутким руководством Гермионы занимался рисованием рун, Гарри проверял проход, в котором предположительно было сокрыто хранилище артефактов.       — С тобой всё в порядке? — дыхание Алби задело щеку Гермионы. Он нависал совсем рядом, рисуя руну поверх ее.       — О чем ты? — отмахнулась она, сдувая прядку волос с лица. — Конечно, со мной всё в полном порядке.       Сосредоточиться не получалось. Мысли нахлынули бурным потоком, а Алби только усугублял ее положение. Ее руна завибрировала и теперь не поддавалась прорисовке.       — Тебя не было позади, когда мы с Гарри вошли в проем.       Черт.       Гермиона взметнула на него свое лицо и обескураженно моргнула. Горло налилось свинцовой тяжестью. Алби ведь не мог ее выдать?       Он, будто прочитав ее мысли, отрицательно мотнул головой и обернулся на Гарри.       — Я не смогу прикрывать тебя всё время, но… — задумался Алби и сжал свою палочку у основания, теряя концентрацию магии направленную на руну. — Постарайся больше так не делать.       — Мне просто стало не по себе и я не рискнула шагнуть, вот и всё, Алби, — ее шепот разлетелся по куполу и парень приложил указательный палец к губам.       — Хорошо, что всё обошлось, — тише произнес он. — Но меня, как и Гарри, волнует наша общая безопасность. Мы могли остаться там навечно. Ты тоже могла заблудиться или попасть в ловушку. Что тогда?       — Этого бы не произошло, — фыркнула она, испытывая невесть откуда взявшееся раздражение. — Я бы нашла способ вызволить нас всех.       Конечно же, это было слишком самоуверенно и звучало как чересчур пафосное заявление, но Гермиона просто защищалась, нападая.       — А если бы нет, Гермиона? — продолжал давить Алби на ее и без того хрупкую защиту, которая трещала по швам.       — Послушай, Алби, — громче произнесла она, отрывая свое внимание от руны, перемещая руку с палочкой на бедро. — А что, если тебе…       — Закругляемся, — провозгласил Гарри с другого конца каменного зала и вернулся к выходу. — Вы начертили руны?       — Почти, — буркнула Гермиона и закончила руну за Алби, ловко перехватив инициативу на себя и оттолкнув его в бок. Гарри хмыкнул и поправил очки. Он однозначно подумал о чем-то другом.

***

      — Может, мне занести тебе сэндвич с тунцом или с чем ты любишь?       — Я не ем сэндвичи, но спасибо, — Гермиона стремительно вышагивала среди волшебников, оставляя позади себя растерянного Алби.       И снова этот жест, который не давал ей покоя. Она изводила его своим невниманием, в то время когда он из кожи вон лез, чтобы понравиться ей, быть полезным или просто милым.       Ерунда.       Она просто не хотела этих знаков, потому что он слишком навязчив, его неестественно много в ее личном пространстве, его взгляд всё время обращен к ней, не то что Малфой. Да, черт побери, недостижимый юноша с портрета, самоубийца с душой страдальца так и не принявшей искупление. Да, он был недоступен, далек и нереален в ее повседневном мире, но от этого и привлекателен. Она знала, что ошибалась на его счет, что ей стоило выбить эту дурь из своей головы и заняться чем-то основательным, полезным вместо бестолкового и пустого. Но Мерлин… Он был несчастен. Он был так настойчив в желании слышать и видеть ее. Не важно что потом, сейчас она могла поделить это бремя с ним, развеять его тягости, и привнести в его жизнь по ту сторону портрета хоть что-то светлое, не так ли?       — Гермиона, подожди!       Она шумно выдохнула. Лицо Алби осталось в Атриуме министерства в то время как лифт, захлопнув свои створки, начал стремительно лететь вниз.       Как только дверь в ее лабораторию была намертво заперта и защищена тройкой заклинаний, Гермиона устало выдохнула и рухнула на стул возле стеллажа.       Мозг пульсировал от напряжения. Она очень много и долго анализировала, и предполагала, что остаток дня проведет в совершенно разбитом состоянии. Но ее выручил крепкий чай с чабрецом и лимонной травой. Гермиона заварила его крутым кипятком и дала настояться до получения насыщенного оттенка. После налила в чашку и поставила перед собой, вдыхая густой аромат, исходивший от жидкости.       Она побулькала в нем чайной ложкой, взмахивая палочкой, затем сделала несколько глубоких глотков и прикрыла веки. Тепло бодрящих трав расползлось и впиталось в каждую клеточку ее изнуренного тела. Голова очистилась, пропали сонливость и беспокойство. Гермиона не видела острой потребности принимать зелья, когда могла просто-напросто подзарядиться вкусным чаем.       Вспомнив о том, о чем ее попросил Малфой, она сдвинула кружку в сторону и, сосредоточившись, начала обдумывать план, о котором не должен был знать никто в Министерстве. Ни Гарри, ни Зои, ни Алби и уж тем более ни Кингсли. Если пройдет слух о том, что кто-то вскрыл ячейку Малфоев и забрал оттуда волшебную палочку, ее четвертуют и скормят драконам на завтрак. Неприятно, и это подстегивало, чтобы подумать о конспирации как следует.

***

      Архив жил своей жизнью. Никакая информация не утекала здесь и дальше порога, оставаясь навсегда запертой в этих огромных монолитных стенах. Здесь, в своем обособленном аквариуме молчания, не покладая рук работали Невыразимцы. Гермиона могла приходить сюда в любое время и искать данные по артефактам и связанных с ними историческим справкам, имея доступ ко всем документам.       Сегодня, вместо полноценного обеда, она искала информацию по ячейке семейства Малфоев. Она быстро обнаружила нужные документы и изучила данные. В первый обыск, сразу после войны изъяли те самые два фамильных порт-ключа в виде запонок. В описи так же значился короткий список личных предметов, среди которых были драгоценности Нарциссы и личные вещи Люциуса. Второй список по обыску, сразу после самоубийства Малфоя, содержал в себе скромную опись из пары артефактов, найденных непосредственно в спальне хозяев и палочки Драко Малфоя. Сверив номер ячейки из описи с маркировкой в общем наборе документов, теперь она была вооружена до зубов.       Папка была увесистой и хранила в себе данные по всей веренице происшествий в древе Малфоев. Перелистывая хрупкие страницы, она обнаружила данные о приговоре к Поцелую дементора Малфоя-старшего, приказ о заточении в одиночную камеру и свидетельство о скоропостижной смерти в стенах Азкабана самой Нарциссы Малфой. А также целый пласт документов о судебной тяжбе их сына, которого таскали по судам Визенгамота и в конце концов выпустили под подписку о невыезде, заточив его в собственном поместье.       Гермиона не заметила, как после прочтения всех этих бумаг, ее слеза, скользнувшая со щеки, оставила жирную кляксу на пергаменте с заключением о смерти «Бывшего Пожирателя и пособника Темного Лорда» Драко Малфоя.       Надпись гласила: «Дело закрыто досрочно».       И никаких данных после этого листа так и не следовало. Стояла лишь жирная фиолетовая печать «Архив». А это прямой путь на свалку. Кого интересовал суицидальный парень, оставшийся без родителей?       Жестокая реальность упала на его плечи, заставив накинуть на себя петлю и кануть в лету, не оставив после себя и намека на причины и следствия. Ее рука замерла и затряслась, перелистывая самый крайний пергамент, на обороте которого был прикреплен колдоснимок Малфоя-младшего в момент, когда его увидели авроры.       На веревке висело его длинное, истощенное тело, с проступающими ребрами, обтянутыми тонкой бледной кожей оттенка мела, и с впалыми щеками на лице. Волосы свисали длинными прядками, голова неестественно запрокинута вверх. Кадык переломлен тугой вонзенной в него веревкой. Фиолетовые кровоподтеки характерно сияли на коже отливая в бурый. Ступни свободно болтались в воздухе, не доставая до пола и десятка средних книг, если сложить их стопкой. Рядом валялось древко, которое впоследствии и стало единственным вещественным, что осталось от Малфоя. И она должна забрать это себе.

***

      Гермиона отправила папку обратно в архивное хранилище и вернулась в свой кабинет на ватных ногах, фиксируя данные в своем зачарованном ежедневнике. Ее рука дернулась, когда в дверь настойчиво постучали. Она взмахнула палочкой, чтобы проверить, кем являлся ее посетитель.       Алби.       Гермиона спрятала ежедневник в бисерную сумочку и переоделась в рабочую мантию, готовая к послеобеденной вылазке. Голод остался где-то далеко, желудок давно устал сопротивляться и канючить у хозяйки чего-то более насыщаемого, чем просто крепкий чай.       Она открыла дверь и погасила освещение в лаборатории. Кандидат молча сдвинулся в сторону и дал Гермионе возможность запереть дверь. Она обернулась и взглянула на него извиняющимся взглядом, и это было наверняка очень нелепо, но Алби кивнул и махнул рукой по направлению к лифтам.       — То, что находится в этом поместье тебя угнетает, не так ли? — Алби судя по всему намеренно выжимал последние соки из ее терпения, но она стойко держалась, не давая завладеть своими эмоциями этому человеку. Он ее не сломает и она не будет перед ним изливать свою душу.       — Меня больше угнетает то, что ты постоянно пытаешься расспросить меня об этом, Алби. Не важно, что это для меня значит, важно то, как четко мы работаем и то, что получим в итоге — очищенное совместными усилиями поместье и кучу артефактов, в которых ты, вероятно, будешь купаться.       — Не переводи всё на эти магические побрякушки. Ты реагируешь слишком остро на простые вопросы.       — Это не простые вопросы и… — она надавила на виски, пытаясь таким образом удержать вспыхнувший гнев, такой неуместный в данной ситуации. — Просто давай и дальше работать над общими задачами, Алби. Не смешивай личное и рабочее. Так легче жить, чего и тебе советую.       — Но у тебя не получается, и я это вижу. Может, я могу чем-то помочь? Просто скажи, Гермиона.       — Мне не нужна помощь, — она остановилась, силясь вспомнить, когда в последний раз была на таком взводе, готовая раскрошить любого, кто будет поблизости. — Я не больна и превосходно себя чувствую. Всё прекрасно, Алби. А тебе нужно готовиться к сдаче экзаменов. Ты скоро станешь настоящим аврором, а не просто кандидатом. — Она выдавила скупую улыбку и попробовала мысленно успокоиться.       — Если вывезу допрос с пристрастием от мистера Поттера, то вполне, — хмыкнул Алби, смещаясь чуть в сторону, когда они зашли в лифт.       — Я уверена в твоих способностях, — сказала она, и он вскинул брови. — Что?       — Сама Гермиона Грейнджер верит в меня, — он смущенно улыбнулся и уставился прямо перед собой на закрывающиеся створки лифта. — Значит, мне точно повезет. Оказаться в Аврорате и работать в отряде мистера Поттера — большая честь.       — Я обязательно замолвлю за тебя словечко, — она подмигнула ему, радуясь тому, как умело сместился вектор их диалога. — Тогда он точно не отдаст тебя в другой отряд.       — Было бы неплохо, но я не хочу перебарщивать с этим, — замялся он, опираясь затылком о прохладную облицовку лифта.       — Гарри добр к тебе и видит в тебе настоящего специалиста.       Алби моргнул и снова улыбнулся, глядя куда-то в пустоту. Но их единение нарушил открывшийся лифт на уровне Аврората. Гарри зашел внутрь с извиняющимся выражением лица, источающим недовольство и скуку. За ним протиснулся Дасти Финч, поражая всех своей открытой улыбкой и пристальным изучающим взглядом.       — Вот где вы все, — протянул он и осмотрел Гермиону с головы на ног, после кинул безразличный взгляд на Алби рядом с ней и, выпрямив плечи, облокотился на поручень возле пусковой панели. Створки с лязгом закрылись и лифт начал движение вверх.       — Скучал по вашей безумной компании, — свободной рукой он задел плечо Гарри, на что тот невольно сдвинулся ближе к Гермионе.       — Спустился бы с нами в подземелья — точно бы не соскучился, — тихо бросил Алби, но Гермиона сбила его спесь прожигающим взглядом.       — О, так вы добрались до самого интересного в поместье этих чокнутых? — притворным тоном поинтересовался Дасти и обратил всё внимание на Гермиону.       — Почему он их так называет? — пробубнил кандидат, но Гермиона проигнорировала этот вопрос и перебила его.       — Мы в процессе, Дасти, — её тон прозвучал куда грубее, чем следовало, но она вздернула подбородок и пронзила высокомерного аврора острым взглядом.       Он хмыкнул и вальяжно оттолкнулся от поручня. Со всей грацией он приблизился к Гермионе и его лицо стало выражать некий скепсис и недоверие.       — Я думал, вы там уже выгребли всё под чистую с такой то золотой головой в отряде, — он едва коснулся локона возле ее щеки, но тут же перевёл взгляд на Гарри, стоявшего поодаль. — Поттер, я удивлён, что ты ее держишь в узде. Только отпусти и она отыщет для тебя истинный бриллиант, уверен.       — Может, хочешь с нами? Или кишка тонка? — встрял Алби, загораживая Гермиону своим плечом. Девушка невольно вздохнула и опустила взгляд вниз.       Дасти постучал длинными пальцами по подбородку, будто подумав. Алби не отрывал от него пронизывающий взгляд, а Гарри растерянно ждал исхода этой перепалки, не желая вмешиваться, хотя вполне мог.       — В следующий раз. — Он сморщил нос, побрезгав столь близкого расстояния до Алби и отпрянул, поправляя свою идеальную мантию. — Бруствер дает мне более нетривиальные задачи. Так что желаю вам успехов, бурундучки.       Створки лифта разъехались в стороны и Дасти ускользнул из поля их видимости. Все трое переглянулись.       — Черт бы его побрал, — Алби поиграл желваками. — Бурундучки? Нет, вы слышали как он нас назвал? Каждый раз он находит способ опустить того, кто ему не нравится и ему это сходит с рук.       — Перепалка с Финчем — последнее, чего я хочу, — Гарри вцепился в перила и перевел взгляд на Гермиону. Она выглядела неважно, это можно было прочесть в его зеленых глазах, которыми он рассматривал ее.       — Ни слова Дасти о том, что происходит в поместье.       — Еще бы я отчитывался перед ним, — ответил Алби с отвращением. — Да даже если он прижмет меня к стенке, я ему не скажу ни слова, — Алби нервно закусил губу и ударился спиной о стену лифта, пока тот продолжал лететь вверх.       — Ты тоже, Гермиона, — обратился к ней Гарри и она, хоть и не сразу, но кивнула.       А что еще оставалось? Она всего лишь подчиненный, а Гарри — глава Аврората. Ему виднее. Не связываться с Дасти — ее мечта, потому что только он мог развеять в прах все ее планы, если вдруг узнает про них.       Она подергала себя за кудряшку, которую совсем недавно задел Дасти и первая, как ошпаренная выбежала в Атриум, как только лифт распахнулся в гущу волшебников.