Глава 3

Машина Хёнджина мягко остановилась у подъезда, мотор тихо урчал, как довольный зверь. Сынмин, всё ещё ощущая адреналин гонки, облокотился на дверцу, его пальцы слегка дрожали. Улица была пустынна, только фонари бросали длинные тени, словно наблюдатели из другого мира. - Спасибо за подвоз, - произнес Сынмин, его голос слегка дрогнул. Хёнджин повернулся к нему, его глаза блестели в полумраке, как угли, готовые вспыхнуть. - Не за что, - он улыбнулся, но в его улыбке было что-то большее, что-то, что заставило Сынмина задержать дыхание. - Сегодняшняя ночь была ахуенна. Сынмин кивнул, и посмотрел на младшего, который сидел рядом с темноволосым парнем впереди. - Слышь, малой ты тоже ничего такой, можешь постоять за себя и хёна. Он чувствовал, как тепло разливается по телу, будто кто-то подлил ему в кровь огня. Тени узких переулков Сеула сливались в единую черную реку, но Чонину было не до страха. Он прищурился, ощущая, как капли дождя скатываются по его скулам, словно слезы самого города. Сынмин стоял перед ним, дыхание неровное, рука сжата в кулак. В его глазах плескалось что-то дикое, неукротимое - будто зверь, готовый сорваться с цепи. Чонин усмехнулся. Он знал эту жажду в глазах. Не просто драка, не просто выброс злости. Это было что-то глубже. - Мне тоже понравилось проводить время с крутыми ребятами, - Сынмин ответил, но в его голосе была не просто благодарность. Что-то натянутое, как тетива лука перед выстрелом. Чонин вытянул кулак вперед. Ждал. Удар в ответ - это ритуал. И Сынмин не заставил себя ждать. И ударил костяшками в знак новой дружбы. «Shelby Mustang и Хёнджин: Любовь с первого рычания» Сынмин махнул рукой, провожая ребят, а Хёнджин остался стоять у своего черного Shelby Mustang, ладонь на капоте, как на бедре любовницы. - Ты только посмотри на неё, - прошептал он, проводя пальцем по блестящей полосе. - Совершенство. Машина будто ответила ему низким урчанием двигателя, когда он сел за руль. История покупки была достойна комедийного шоу: Хёнджин пришел в салон за скромным седаном, но его взгляд упал на этот зверь. Продавец, видя горящие глаза, хитро улыбнулся: - Тест-драйв? - Я не собирался... - начал Хёнджин, но нога уже сама вжала педаль газа. Через десять минут он мчался по трассе, ветер рвал волосы, а сердце колотилось в такт реву мотора. - Беру, - выдохнул он, вылезая с трясущимися коленями. Теперь, когда друзья уехали, он снова ощутил тот же трепет. Кожаное сиденье мягко обнимало его, запах бензина и кожи кружил голову. - Может, прокатимся? - спросил он у своего пассажира, представляя, как он разделит с ним этот момент. Рычание двигателя было ответом. Хёнджин ухмыльнулся. - Поехали. - Ухмыльнувшись, сказал Чонин. Ночь опустилась на Сеул, окрашивая небо в оттенки индиго и пепла. Хёнджин выехал на набережную, где огни города отражались в темной воде реки Ханган. Он любил это место, здесь можно было остаться наедине со своими мыслями и, конечно же, с "Шелби". Музыка тихо играла из динамиков, создавая атмосферу интимности и свободы. Он припарковался, выключил двигатель и вышел из машины, опираясь на капот. В голове мелькали обрывки воспоминаний: концерты, репетиции, шумные вечеринки с друзьями. Но ничто не приносило такого умиротворения, как этот момент. Просто он и его "Шелби", под звездами, в объятиях ночного города. Он достал из кармана пачку сигарет, прикурил и затянулся, наблюдая, как дым растворяется в воздухе. Внезапно, он услышал тихий звук шагов. Обернувшись, он увидел силуэт, приближающийся к нему из темноты. Сердце екнуло, а потом забилось ровнее, когда он узнал знакомые черты. - Не спится? - спросил Хёнджин, затягиваясь сигаретой. В лунном свете он увидел, как Чонин подошел ближе, его глаза блестели. - Я просто... не мог уснуть, - ответил Чонин, глядя на машину. - Она красивая. Хёнджин усмехнулся, выпуская струйку дыма. "Шелби" и правда была хороша. Классический мустанг, отреставрированный до блеска, был его гордостью. Он провел рукой по гладкому капоту, чувствуя прохладу металла. - Садись, - предложил он, кивнув в сторону пассажирского сиденья. Чонин не заставил себя долго ждать. Он обошел машину и устроился рядом с Хёнджином, прикрыв за собой дверь. В салоне пахло кожей и едва уловимо - табаком. Некоторое время они молчали, наслаждаясь тишиной и видом на ночной Сеул. Чонин смотрел на реку, на огоньки, танцующие на ее поверхности. Хёнджин наблюдал за ним, за тем, как лунный свет играет в его волосах, как задумчиво он хмурит брови. - О чем ты думаешь? - тихо спросил Хёнджин, нарушив тишину. Чонин вздохнул. - Обо всем и ни о чем. Просто... хорошо здесь. С тобой. Он повернулся к Хёнджину и улыбнулся, и в этой улыбке была такая искренность, такая нежность, что у Хёнджина перехватило дыхание. Он выбросил окурок и протянул руку, коснувшись руки младшего. - Я тоже рад, что ты здесь. *** В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом старого холодильника на кухне. Сон медленно, но верно окутывал уставшие тела. Каждый из них, погружаясь в объятия Морфея, уносился в свой собственный мир. Кому-то снились яркие кадры из будущего фильма, кому-то - уютные домашние вечера, а кому-то - просто бесконечный и безмятежный покой. Сон - это единственное спасение от безумного ритма студенческой жизни, где гонки, монтаж и пары сливаются в один нескончаемый круговорот. Завтрашний день обещал быть не менее насыщенным. Лекции, семинары, новые идеи для сценария. Нужно будет собраться с силами и снова окунуться в эту творческую кутерьму. Но пока есть несколько часов тишины и покоя, которые можно потратить на восстановление сил. Под утро, когда сквозь неплотно задернутые шторы пробились первые лучи солнца, в комнате начали раздаваться сонные вздохи и негромкие разговоры. Пора вставать. За окном кипит жизнь большого города, и ребят ждут новые приключения, новые открытия и новые истории, которые они обязательно расскажут миру. А пока - чашка крепкого кофе, быстрый душ и снова в бой.