Я не причиню тебе вреда

             Девушка тяжко открыла заплаканные глаза и, вспомнив, где находится, мучительно зажмурилась. Сколько она уже тут? Ее вообще ищут или родители просто забыли про нее? Впрочем...Айзава прав, вряд ли кто-то подумает на того, кто спасает людей чуть ли не ежедневно. На того, кто никогда не имел ни к чему пристрастий. На того, чей холодный и уставший взгляд безразлично смотрит на всех. Такое отчаяние не настигало еще никогда. Хотелось решить все как-то мирно, но наивно предполагать, что он пойдет на уступки. До ужаса противно не иметь возможности сделать ничего. Это ощущение просто разрывает изнутри, сжирает все мысли, оставляет ни с чем. И лишь его силуэт заряжает ее энергией, но вовсе не позитивной. —Я так подумал, что ты, наверное, уже есть хочешь—послышалось вдруг со стороны двери.       Айзава спустился к ней и, сняв со рта повязку, принялся аккуратно освобождать ее от веревок. Все это выглядело словно сладкий сон надежды, но не было похоже на правду —Веди себя нормально—отчеканил он, развязав последний узел.       Мэйуми пару секунд потупила взгляд, будто ожидая чуда, но в следующую секунду вскочила и побежала наверх. Шота даже с места не сдвинулся, провожая ее взглядом. Ишизаки это, безусловно, смутило, но, добежав до двери, она уже видела здесь спасение. Стала крутить замки, дернула ручку и...ничего. Дверь оставалась закрытой, не поддавалась дрожащим рукам. Девушка не бросила попытки и все старалась, чувствуя, как ее настигает беспощадность. —Как жаль...—послышалось у самого уха, когда тяжелые ладони приземлились на плечи—Я ведь пытаюсь сдерживать себя...пытаюсь относиться к тебе по-человечески, но ты выводишь меня из себя.Нарушаешь такие простые правила—со злостью прошипел он, разворачивая ее к себе лицом и прижимая к двери всем телом. —Я...—только и вытянула из себя Мэйуми, разглядывая пол. —Смотри на меня, когда я стобой разговариваю!—ударил по стене прямо рядом с ней Шота, источая чистый гнев.       Мэйуми в испуге сжалась, глядя на него, словно забитый щенок. Брови подрагивали в испуге, все тело сковало невидимыми цепями страха и паники. —Зачем ты это сделала?       Такой, казалось бы, простой вопрос вогнал Ишизаки в тупик и заставил ее дрожать сильнее. Конечно, чтобы сбежать, но...ему же так не скажешь...наверное. —Почему ты постоянно пытаешься разозлить меня? Скажи мне, что я сделал тебе за все эти дни? Один раз дал пощечину на твою попытку разбить мне нос. Это было обоснованно. Почему ты не можешь хоть раз сделать все спокойно? Почему обязательно нужно вытворить какую-нибудь гадость? Ты всегда делала так, но я это терпеть не буду, в отличие от твоей матери. Т...       Мэйуми вдруг, сама того не поняв, замахнулась и даже попала ему по щеке, но это выглядело совсем не так, как ожидала девушка. Он только немного повернулся от удара, но...больше ничего. Стала видна жилка на его лбу, а эти свирепые глаза не сулили ничего хорошего. Зачем это было сделано? Чего она ожидала? Что этот шкаф потеряет рановесие от ее удара? Да ей еще повезло, что он не успел поймать ее кулак. —Ты сама напросилась, сука       Шота чуть отступил, но в следующую секунду она получила ответный удар по челюсти, от которого голова словно по швам затрещала. Мэйуми схватилась за место удара и пошатнулась от волн перед глазами. Не успела она и понять в полной мере произошедшее, как тупая боль разлилась от живота по всему телу. Девушка согнулась, хватаясь за живот и в следующую секунду падая на колени. —Какая же ты жалкая...—прошипел Шота перед тем, как снова пнуть ее, заставляя слезы непроизвольно скатываться по белым щекам. —Хватит...прошу...—закашлялась девушка, стараясь закрыться руками и ногами—Извини...я... —Надо было раньше думать—буркнул он, оставляя синяки на ее руках.       Она лишь надрывно, но совсем тихо плакала, больше не пытаясь молить его остановиться. Так больно еще не было.       Он вдруг остановился и замер, смотря на нее так, словно это все сделал не он. Около минуты он молча наблюдал за ее слезами, но после аккуратно присел перед ней, глядя на поставленные тумаки как-то жалостливо. Айзава положил холодную руку ей на щеку и, потирая большим пальцем место удара, старался хоть как-то остановить ее слезы. —Прости...я не хотел...—прошептал он, прижимая ее к себе и аккуратно поглаживая по голове—Я не причиню тебе вреда...больше не причиню...обещаю       Айзава с сожалением глянул в слезящиеся глаза и только сглотнул ком в горле, словно боясь, что она его оттолкнет.       Мужчина вдруг поднял Мэйуми на руки, чем сильно напугал ее, и понес в комнату. Шота аккуратно уложил ее на кровать, поправляя растрепанные волосы. Он немного подумал, после чего ушел, а уже через минуту зашел обратно с тарелкой, чашкой и небольшой сумкой, где, вероятно, были таблетки или что-то подобное. Ишизаки хотелось спрятаться от него, зажаться в угол, зажмурить глаза, чтобы забыть все это, как кошмар. Но она не была способна ни на что. Все силы покинули ее вместе с этим избиением. —Поешь. И обезболивающее выпей...лучше станет...—растерянно, словно школьник, лепетал он, трепетно накрывая ее пледом.       Мэйуми, глядя ему в глаза, только в сотый раз убедилась, что попала к самому настоящему психопату. Но...если заслужить его доверие, может ли он ослабить контроль? Что будет, если она будет делать все так, как хочет он? Впрочем, не сейчас...не тогда, когда по всему телу пульсирует болью, а в висках отголосками стучит сердце.       Ишизаки выпила только таблетку и, отвернувшись, почти сразу заснула, несмотря на то, что перед ней стоит ее потенциальный убийца. Не было сейчас времени и энергии на размышления...       Проснулась с мыслью о том, что пора уже что-то делать, иначе она так и будет сидеть здесь, как принцесса в башне. Первым делом было бы неплохо хотя бы понять, ищут ли ее, однако...сейчас у нее на руках совсем ничего, никакого доступа к сми, никакой связи. Она была совершенно оторвана от мира. Да она даже не знала, сколько уже находится здесь, но, учитывая, что она еще ни разу не ела, то, вероятно, не так долго. Конечно, голодовки чисто на воде она практиковала и раньше, но в этой обстановке ей было не до веса. По крайней мере, пока. Все тело болело так, словно она вчера пахала где-то на заводе. Впрочем, откуда ей знать, что чувствуют рабочие заводов? Слабость растекалась по ней, придавливала к постели...слава богу в этот раз к постели, а не к стене и веревкам. Было даже удивительно, что Айзава оставил ее совершенео не скованной. Да и самого его слышно не было.       Мэйуми, пересилив себя, поднялась с постели и с тяжестью поплелась проверять все комнаты, а заодно и обследовать дом. Никого. Никого, кроме...кошки..? Она радостно затрепетала вокруг девушки, увидев ее, стала тереться о ноги, мурчать, чем вызвала у нее настоящее оцепенение. Судя по поведению, она вовсе не была запуганной или забитой, хотя, насколько было известно Ишизаки, почти все люди, склонные к насилию так же, как он, первым делом измываются над животными, но...похоже, эта кошка была единственной, кого он любил без пристрастий и одержимости.       Мэйуми присела рядом с ней и глянула в такие добрые, открытые желтые глаза, что были полной противоположностью этим темным, грубым и холодным глазам Шоты. Девушка опасливо погладила зверька, на что она склонила голову и, развернувшись, побежала на кухню к миске.       —Я...не знаю, где твоя еда...и сколько тебе нужно...—разговаривая хотя бы с ней, пробурчала Ишизаки.       Кошка только жалобно мяукнула и все сидела перед миской, впервые за последнее время вызывая у Мэйуми теплое ощущение в груди. Она стала открывать все ящики в поисках кошачьей еды и вскоре вытащила упаковку корма. Прочла все граммовки, предположила примерный вес, стала ложкой отмерять, сколько положить, пока вдруг не почувствовала на талии руки. Девушка вскрикнула, замахнулась ложкой, но тут же была остановлена. Айзава от неожиданности нахмурился и только уставился на нее с каким-то странным интересом. —Я...это...она просто начала...и я...извини, если...—тараторила Мэйуми, бегая взглядом по его груди и дрожа всем телом—В общем...я не буду больше       Шота вскинул брови и, поджав губы, переглядывался с кошкой. —Я ни черта не понял, и ты много наложила—прошептал он, отсыпая корм и ставя миску перед питомцем. —Извини... —За то, что ты хотела ее покормить? Плохой повод извиняться—шикнул он, заправляя прядь ее волос за ухо—Расслабься, все нормально       Мэйуми нервно сглотнула ком в горле и только продолжала тупить взгляд в пол, не решаясь посмотреть на него. Она на самом деле сейчас питала только страх к нему, но спасением вновь стала кошка, что, доев, стала тереться о ноги Айзавы. Он поднял ее на руки и, чуть отойдя от девушки, стал тискать ее так...по-доброму, что Ишизаки даже усомнилась в его личности. Не он ли вчера избил Мэйуми? Нет, это, конечно, разные существа, но...все это все равно выглядело противоречиво. Впервые девушка увидела его настоящую улыбку. Такую теплую, солнечную и греющую душу. Не то, что та усмешка, заставляющая ее паниковать. На секунду даже промелькнула мысль о том, что он очень красивый, но девушка тряхнула головой, понимая, что даже если оно так и есть, то на самом деле он монстр. И какого черта она вообще сейчас так просто стоит перед ним? Разве она не должна бороться? Хотя...с чем тут бороться, он абсолютно безопасен, когда у него на плече разлеглась кошка, а сам он ставит чайник. —Извини за вчера...еще раз. Я...теряю контроль, когда ты делаешь подобные вещи—совершенно безразличным тоном выдал он. —Слушай...давай поговорим серьезно, ты же не собираешь на самом деле вечно держать меня у себя в плену..? Ты же...герой, в конце концов. А я отдельный человек и... —Ты будто специально выводишь меня. Давай еще раз, четко и ясно. Да, я собираюсь держать тебя здесь всегда, я сделаю все, чтобы ты осталась здесь. Убью тебя, если понадобится, но ты не сбежишь от меня. Потому что я очень люблю тебя и не хочу, чтобы кто-то причинял тебе боль и вред. Ты моя. Мы уже это обговаривали. Я, конечно, понимаю, что сложно просто отпустить свою прошлую жизнь, но тебе придется. Если ты, конечно, не хочешь умереть —Айзава...но так нельзя... —Почему же? Ты как наивный ребенок. Нет такого понятия «нельзя». Если я захочу, то будет можно. Я захотел, и, как видишь, ты теперь здесь. Я не хочу больше обсуждать это. Я сказал все самое важное, теперь все дело в том, как ты на это смотришь—вздохнул мужчина, ставя на стол тарелку с завтраком.       Он потянулся, снял пиджак с галстуком и пошел в спальню, оставляя ее наедине с жестокими мыслями. Попала. Пропала. Он не похож на злого психопата, если она будет его устраивать...но стоит только вспомнить, как он обходится с ней, если что-то идет не так...жуть. Значит...просто слушаться его и не задавать лишних вопросов? Стать хорошенькой, чтобы он не трогал...кажется, она давно отказалась от этой идеи, когда поняла, что родителям на ее хорошее поведение плевать, и они все равно поступают так, как считают нужным. Стоит ли надеяться, что он не будет таким, как они? Нужно хотя бы попытаться...в любом случае, больше идей у нее нет. Но все-таки сложно слушаться и улыбаться тому, кого боишься до дрожи. Она была не уверена, что вообще сможет заговорить с ним при надобности...мямля. Срочно нужно брать себя в руки, иначе она точно здесь и сгниет. Остается отставить гордость и и надеяться на его благосклонность. Отставить гордость...когда она в последний раз делала это перед парнями? Наверное, никогда, если не считать детство с отцом. Но на сопротивление сил не было. Да и оно, опять же, было абсолютно бесполезно, пока он рядом. Он всегда будет сильнее. Только если не начать давить на него психологически, но и это будет действовать только тогда, когда он поверит, что она смирилась и будет рядом. Стоило тогда все-таки записаться на курсы актерского мастерства.       Девушка, быстро домыв свою посуду, осторожно вошла в спальню и пару секунд только наблюдала за Айзавой, что торопливо снова куда-то собирался. Но в этот раз предстал перед ней примерно в том виде, в котором его можно было замечать в битвах по новостям. —Ты...куда..?—опасливо пробормотала Ишизаки. —Схожу по души мелких придурков, с которыми полиция справиться не может—недовольно выпалил он, капая что-то в глаза—Буду очень благодарен, если ты что-нибудь приготовишь, я сегодня вообще ничего не успеваю. Тебе купить что-нибудь?       Он вывалил на нее все это так быстро, что она даже усомнилась в том, что поняла его. —Я...ам... —Ладно, сам возьму       Мужчина потрепал ее по голове и, обувшись, спешно ушел. Мэйуми, не услышав звук проворачивающегося ключа, вдруг загорелась надеждой, но, через пару минут попробовав, поняла, что на самом деле просто не услышала. Девушка вздохнула и скучающе подошла к окну, оглядывая улицу. Совершенно незнакомый район с совершенно незнакомыми лицами. Если не брать в счет то, что он ее похитил, то, вроде, даже все не так критично. Не в сексуальное рабство же попала и, вроде, не к извращенцу, так что шансы у нее все еще есть. Только вот стоило понимать, что она попала к сообразительному, предусмотрительному и сильному герою, которым раньше даже восхищалась. Всегда опасалась злодеев, а в итоге оказалась в недобрых руках героя. И ведь его обхитрить—это не мальчиков соблазнять...вообще черт знает, на какой ошибке его можно поймать. А может, она слишком торопится? Наверное, она еще слишком мало знает его, чтобы пытаться им манипултровать. И что он там говорил про еду? Приготовить? Будто она умеет готовить что-то, кроме простейших блюд. Да и рецепт взять неоткуда, телефона-то нет...а получится ли найти?       Ишизаки глубоко задумалась, куда он мог закинуть ее вещи, не оставил же он их прямо на месте преступления. Хотя, может, выбросил или сжег, однако стоило попытаться найти. Девушка спустилась в сырой подвал, от вида которого по телу пошли мурашки. Она, сглотнув ком в горле, стала искать любые свои безделушки из сумки. И нашла. Выкатившуюся откуда-то брендовую помаду. Мэйуми стала разгребать непонятные коробки и наткнулась на сумку, но не свою. Она вовсе была мужской, но точно не Айзавы. Он бы никогда такое не купил и не надел. Вутри лежали какие-то простые наушники, солнечные очки и ключи от байка. Она и так уже перепугалась, не понимая, обокрал он или убил, но после, вытащив из заднего кармана записку, пазл в ее голове быстро сложился. Ишизаки словно зачарованная разглядывала почерк и надпись, понимая, что все это принадлежит ее последнему ухажеру, которого так зверски убили...то есть...быть не может. Возможно, он участвовал в следствии и это было уликой, которую...нет, бред какой-то. Почему она вообще его оправдывает? Потому что не верит в то, что он мог так поступить? И почему не верит? Кто-кто, но как раз он и мог. Мотив у него есть, так что тут к гадалке не ходи. Но в голове все равно не укладывалось, что Айзава...герой, которого ставят в пример детям, мало того, что выкрал девушку, так еще и расчленил того, к кому ее, видимо, приревновал. Но как бы то ни было, обдумать можно и потом, а время неумолимо близится к его приходу, так что стоит отыскать свои вещи...       Но ничего. Через двацдать минут поисков она больше не смогла найти ни единой своей вещи, так что быстро поставила все обратно и, смирившись хотя бы на сегодня, пошла готовить то, что умеет без рецептов...