Глава 4. Линейка

Линейка

***

      И вот стоят они на линейке. Ноги отекают. Директор говорит шаблонные речи. Единственное, что она смогла услышать это «Завтра состоятся выборы классного руководителя для первого курса. Каждый ученик индивидуально и анонимно голосует. По подсчетам числа проголосовавших учащихся за того или иного преподавателя определяется классрук.» Все эти выборы отвлекали от уроков и остальных мыслей. В итоге она приняла решение вообще не голосовать. Никто из учителей ей особо не нравился. На следующий день в класс вошел директор и сказал, что их классруком будет… Ося. «Это было довольно сложным решением. Ведь если бы один из вас проголосовал за кого-нибудь из других, то наверное пришлось бы провести голосование повторно…» — растерянно произнес директор. Он поспешно удалился и начался урок зельеварения. Теперь надо было думать как уживаться с новым классруком, что в связи с недавним инцидентом было сложно. И как назло на следующий день поставили первым историю. И Лена решила его побесить. Звенит звонок. А Ося чисто сидит и смотрит в журнал. — А как у вас дела? — вдруг спросила она. — А ты исправить хочешь? Он даже не посмотрел на нее, а просто перелистнул страницу. Потом он просто молчит минуту, а затем поворачивается к детям. — А вы вообще какой класс? — он спросил, сощурившись. — 7 А… — Нет, мы 5 Г! — перебила Лена. — Что? Ну и иди в 5 Г тогда… Ося, кажется, наконец-то нашел нужную страницу и начал перекличку. — А его нет. И этого тоже нет. Ее тоже нет. Вообще никого нет! Полный класс молчал и ждал что дальше будет. Ося смотрел на нее будто придушить хотел. А как очередь дошла до нее, она громко сказала. — Я! — Я щас рифмовать начну… Лена сначала не поняла, а потом как поняла и не смогла сдержать смех. Начался собственно урок истории. Он внимательно оглядывал класс. Точно с мыслью «Кого бы спросить…?» Все задержали дыхание. Все надеялись, что их не спросят. Но одна Лиза подняла руку. — А, Лиза, к доске. И Лиза вышла, стоит у доски, смотрит на класс. Где-то послышалось «Дай Бог тебе здоровья». — Итак, — он повернулся. — в каком году началась вторая мировая война? — Что? — Когда началась вторая мировая война? — Волынская резня была… — Че ты морозишь?! — Бедная Лиза… — послышалось где-то в классе. — Нет, счастливый Эраст! Всегда, каждый раз как кто-то неправильно отвечал у Оси поднимался градус агрессии. Его боялись, его сторонились. Кстати у учителей всех была своя кличка, часто это было просто сокращение имени, как Остап — Ося. В то же время у Оси были свои клички для всех детей в его классе. Ося был человеком страшным. У него было странное, иногда пугающее чувство юмора. Еще у него была раздражающая привычка постукивать ногой. И конечно фирменное кусание нижней губы до крови. В целом дни шли незаметно и забавно. Как вдруг прямо в окно на уроке залетел на метле мужчина с рюкзаком за спиной. У Оси от неожиданности расширились глаза, сильно оголяя белки. — Так-с, Остап Варданыч… — Это что такое… Я ничего не заказывал. — Ося глянул на курьера с подозрением. — Вам наследство от отца. — Ааа? В смысле?! Он же еще в девяносто девятом сдох… — Да, и в завещании он сказал никому нихрена не давать… Но так дела не делаются, — он поднял палец. — поэтому мы всем поровну разделили! Но никто не хотел забирать вот это… И курьер вытащил из рюкзака какую-то конструкцию из металла, с трубками… Лена понятия не имела что это такое. Но вот карие глазки Оси заискрились неподдельной радостью, а почти Брежневские брови встали домиком, что редко можно было увидеть. И Ося унес это приспособление куда-то к себе, оставляя детей в недоумении.