Доаббл

Кислотный свет, словно жидкий янтарь, растекался по их коже, подчеркивая каждый изгиб, каждый шрам. Токсин, растворяясь в поцелуе, ощущал, как Даша отвечает ему той же безудержной страстью. Их губы слились в единое целое, словно два потерявшихся осколка, нашедших друг друга. Поцелуй был нежным, но в то же время требовательным, словно они пытались наверстать все то время, что были порознь. Он осторожно повалил ее на спину, его руки, прежде грубые и сильные, стали мягкими, ласкающими. Он покрывал ее шею поцелуями, спускаясь ниже, к ключицам, оставляя за собой дорожку из мокрых, горячих прикосновений. Его зубы слегка прикусывали кожу, вызывая у нее дрожь, сладостную дрожь желания. Он вошел в нее медленно, осторожно, словно открывая для себя новый, неизведанный мир. Боль ушла, уступив место наслаждению, которое окутывало их, словно теплый плед. В этот момент в нем родилось нечто большее, чем просто похоть. Это было чувство, которое он никогда прежде не испытывал. Нежность, любовь, восхищение. Он чувствовал, как ее тело обхватывает его, как она отвечает на его прикосновения, как она растворяется в нем. Его движения стали ритмичными, но нежными, словно они танцевали под звуки невидимой мелодии. Он смотрел в ее глаза, видя в них отражение своей любви, своего счастья. Он чувствовал, как она шепчет его имя, как ее ногти впиваются в его спину, как она приближается к пику наслаждения. Они достигли его одновременно, взрываясь фейерверком чувств, который заполнил собой всю комнату. Стоны, шепот, смех – все смешалось в единый, сладостный хор. В этот момент они были едины, два сердца, бьющиеся в унисон, две души, слившиеся воедино. После, когда дыхание стало ровнее, они лежали, обнявшись, в тишине, нарушаемой лишь тихим сопением. Они нашли друг друга в этом кислотном мире, и их любовь была новым коктейлем, приготовленным из нежности, страсти и бесконечной привязанности. Коктейлем, который никогда не надоест, коктейлем, который будет их спасать, их вдохновлять и дарить им счастье. Коктейлем, который назывался "Любовь". Токсин, его голос дрожал от волнения, глядел в глаза Даше, отражавшие переливы кислотного света. — Даш. Ты мне очень нравишься. Будь моей луной в этом тёмном мире. — Солнце и Луна любили друг друга, но не могли быть вместе из-за разницы во времени. Тогда Бог создал затмения, чтобы они могли обниматься в темноте. Дашь, ты будешь моей луной? Даша, не в силах сдержать нахлынувшие эмоции, повернулась на спину, ее глаза заблестели. Она знала, что это значит, что это навсегда. Ее губы дрогнули, когда она прошептала, еле слышно: —Экс...