Глава 3. Человек гладительного роста

— Котики? Тебе что, пять лет, что ли?       Скаут был единственный, кто сказал хоть слово, пытаясь подразнить Пиро в его новой одежде — в футболке поверх водолазного костюма, на которой красовался кошачий принт. Поджигатель никак на сорванца не отреагировал, его мысли были заняты… Кто его знает, чем? Стихотворением «Бородино», наверное.

Скажи-ка, дядя, ведь не даром

Москва, спалëнная пожаром,

Французу отдана…

      Кстати о французах, Шпион тоже был где-то в своих мыслях. Он пытался не думать об этом грубом, неотëсанном, вонючем австралийце, и, как видите, безуспешно. При этом сам для Снайпера он вонял ничуть не меньше — резкий запах отвратительно дорогих сигарет смешался с тяжëлым брендовым кожаным парфюмом. «Тьфу, ну и пошлятина», — пронеслось в Манди в голове, после чего он сам позволил себе закурить свой помятый Winston, пока они стояли на остановке и ждали свой транспорт.       Инженера не терзали никакие противоречивые чувства. Он просто уже мечтал о пляже и кукурузе. Хоть он и устал, он меньше всех это показывал. А Солдат неожиданно притих: уставший и расстроенный, она положил голову на плечо Жанне, пока она успокаивающе его гладила. Джейн был в растерянности — должен ли он был что-то предпринять, когда Хэви и Медик начали ссориться? А вдруг он с Жанной тоже не такая идеальная пара и их может рассорить какая-то ерунда, типа выбора обоев? Ладно, какие обои, они живут в сарае, как Солли и обещал. Нет обоев — нет проблем. Но всë равно! Любая мелочь может стать причиной конфликта, даже чëртов чепчик! Жанна понимала его переживания, но понимала, что слова вряд ли его утешат, поэтому всë, что она могла сделать — просто быть рядом.       А вот виновники подавленного состояния Солдата стояли порознь. Медик уже не злился, но хотел, чтобы его любимый ещё немного помучился, а желательно — извинился на коленях. Но этот сексуальный русский идиот не догадывался, чего Герберт хочет, а потому вместо того, чтобы носить его на руках, стоял в стороне и как мантру бормотал: «Забыли, что-то забыли»… Миша будто бы испытывал терпение врача, не соображая, почему тот сверлит его взглядом. «Придурок… Ты забыл поцеловать меня и сказать, что я лучший муж на свете! Где мои извинения?! Тебе особое приглашение нужно?!» — думал Герберт, нервно постукивая тротуарную плитку ботинком.       А посреди всей этой драмы — Полинг, которая, как ответственный руководитель, начала всех пересчитывать. Так, Шпион и Снайпер, которые пытаются делать вид, что друг другу безразличны — это двое. Плюс Солли и Жанна в обнимку — четверо. Хэви и Медик порознь — шестеро. Инженер, Скаут и Пиро — девять человек. Да, так и должно быть. Их же всегда девять было, плюс Жанна. Стоп. Это же десять. Кто десятый? В самолёте их точно было десять. А в поезде? Фло уже и сама до конца не уверена. От усталости мозг закипал, голова кружилась, а сердце в груди заметалось от беспокойства.       Услышав бормотание Полинг, Хэви синхронизировал мыслительный процесс с ней и резко осознал: — Демо забыли! — Ай-яй-яй, забыли негра! Забыли негра, забыли! — подхватил Инженер, сыграв кавер на гитаре. — Та лучше б убили, — фыркнул Снайпер. — Тогда бы делать ничего не пришлось, только смириться, а так нужно бедолагу вытаскивать.       Миша тут же отобрал у него гитару и легонько тюкнул его по башке, вызвав с его стороны тихое «Ай» и сдержанный смешок. Делл-то знал, что с Демо всё будет хорошо, он и не из такого выпутывался. Но у Полинг паника, ведь это она отвечала за поездку, и по итогу потеряла не кошелёк, не паспорт, не сумку, а целого человека. Учитывая, что они не знают, где он, возможно, его целостность под вопросом, и его уже давно продали по частям на чёрном рынке. Фло пришлось бороться с чувством никчёмности, чтобы сконцентрироваться на решении вопроса, пока стоявший рядом Шпион лишь слегка похлопывал её по плечу, безразлично приговаривая: «Дышите, дышите». Медик раздражённо цокнул языком, подошёл к девушке, жестом отогнал ишака в костюме, прописал ей, ибо что ещё ему, врачу, делать, лёгкую оплеуху. Несильную, но достаточную, чтобы Флоренс опомнилась. — Проснись и пой, Fräulein! — строго приказал Людвиг, заглянув ей в глаза, довольно напряжённый, словно сам весь на иголках. — Ваш мозг недополучает кислород, отсюда и чувство отчаяния. Дышите медленнее. Вы меня слышите? Считайте: вдох на четыре, выдох на шесть. — Мисс Полинг! Держитесь за меня… — Скаут подошёл к ней, взял за руку и закинул на плечо, чтобы, если уж она начала падать, падала на него. Ну, вернее, Джереми рассчитывал, что он её удержит, представляя себя главным героем… Фанфиков про BTS, наверное? Что она такая упадёт, а он её подхватит, их взгляды встретятся, а его одурманит чёртов запах ежевики, царапающий ноздри… — Может, в милицию обратиться? — неуверенно предложил Хэви. — Блестящая идея, Михаил! Давайте так и сделаем, — саркастично цыкнул Медик, а потом разыграл целое представление, как это будет выглядеть со стороны, — «Добрый день! Мы — интернациональная группа подозрительных джентльменов с криминальными досье в половину Interpol'а, весьма преклонных лет и сомнительной внешности. Мы только что прилетели, благополучно забыли в аэропорту нашего коллегу, который не говорит по-русски, не имеет при себе документов и в трезвом виде неотличим от груза. Он безобидный, если не считать, что его основная специализация — управляемые взрывы. Нет, мы не террористы, мы… туристы». Нас депортируют в течение часа, а его посадят в психушку для приличия. — Воу, стопэ, — вмешался Скаут недоумённо. — Откуда ты знаешь, что у него нет при себе документов? — Да потому что его сумка сейчас висит на Солдате, Dummkopf! — раздражённо процедил мистер Людвиг сквозь зубы.       Солдат растерянно покосился на собственное плечо и со всей дури шлёпнул себя по лбу. — Аааа, так вот чьё это! — его слишком обрадовало, что он вспомнил это, поэтому радость перекрыла любые переживания. — И что же теперь делать? — задумчиво спросила Жанна, с досадой вздохнув. — Надо его как-то выручать, а я уже есть хочу. — О да! — согласился Джейн и произнёс мечтательного, вознеся свой взор к небу. — Я бы сейчас целого цыплёнка умял!       У мисс Полинг что-то ёкнуло внутри, и это точно было не чувство голода. Она вспомнила растрёпанные волосы цвета цыплячьего пуха, тонкие десятилетние пальчики и скомканную бумажку в клеточку, на которой неровно был накарябан номер телефона. Фло вспомнила ту беззаботную улыбку девочки, когда она сказала: «Ты звони, если что». — Точно. Аля нам поможет, — в спешке пробормотала Фло и начала листать список контактов в телефоне, в поисках нужного. В процессе она выяснила, что у неё намного меньше друзей, чем она думала… — Джессика? Кто это? Наверное, моя бывшая… Одноклассница, да! Удалить, я всё равно с ней не общаюсь. Шакер Чурекович? А, это, наверное, номер буфетчика в моём университете… Удалить. Ильдар Джаратов? Это ещё кто? Я не знаю его. Удалить.       Наконец, найдя заветный контакт, Полинг позвонила и под протяжные звуки гудков начала нервно бродить туда-сюда по остановке и мысленно молиться, чтобы у Али телефон не был на беззвучном. — Алло? — почти детский звонкий голосок послышался в трубке. — Аля! — встрепенулась Флоренс, от неожиданности чуть не выронив телефон: она даже не надеялась, что Аля ответит, — Выручай! У нас ЧП! Демо потерялся в аэропорту, и мы не знаем, где он! — Ну, где-то в аэропорту, наверное, где же ещё он может быть…? — пробормотала она растерянно. — Он сам доехать не может? — Видишь ли, его деньги и документы у нас… А если мы поедем за Демо, мы опоздаем на поезд. А следующий ещё нескоро. Мы без ночлега, поэтому я хотела попросить тебя приютить нас до следующего поезда. Пожалуйста, мне больше не к кому обратиться! — …Хорошо, — Алёна ответила невозмутимо, немного подумав, — Езжайте ко мне, я что-нибудь придумаю. А… Сколько вас? — Так, ну, 9 наёмников, Жанна и я — 11 человек, ни много, ни мало. — Отлично, — она саркастично вздохнула. — Надеюсь, они там все геи.       Полинг съежилась, обернулась к парням. Они всё слышали, потому что Фло забыла отключить громкую связь, ведь за столько лет забыла, что Алёнушка нисколько не сдерживается в выражениях. Скорее всего она имела в виду, что не хотела бы, чтобы к ней приставали, поэтому так резко выразилась, но без контекста эта фраза звучала как ложное обвинение на 8/9. Солдат покосился на свою жену, жена посмотрела на него, оба довольно кивнули: сошлись на том, что они оба не геи. Шпион горделиво поправил волосы: быть геем и обжиматься с мужиком в туалете поезда — это не одно и то же, вы не понимаете. Снайпер поморщился — себя он геем тоже не считал, но зато считал педиками всех остальных, поэтому частично одобрил тезис. Скаут выдал примерно похожую реакцию, только громче и заметнее, напомнил, что ему, вообще-то, нравится Полинг, а потом вообще ушёл в дебри своих греховных похождений. Хэви приобрёл коммунистический оттенок лица. Пиро не понял, почему все так бурно реагируют, он по гендеру карась. Инженер понял, почему все так бурно реагируют, но всё равно нашёл это до смешного нелепым, поэтому прыснул со смеху, мысленно читая мантру: «Не ржать, не ржать, не ржать». А Медик… А он просто так, улыбался, не отсвечивал, хотя в душе испытывал гордость за то, какой же он пидорасище блин класс. — Ну… Один точно есть, но за остальных не ручаюсь, — нервно усмехнулась Фло. — Не волнуйся, Аля. Они все послушные. Кроме Скаута. — Эй, а чего я-то сразу?! — обиженно воскликнул Джереми. — Да ладно, — голос Алёны прозвучал довольно безучастно. — Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось. Я щас в магазине, просто скажите, чем вас потчевать и езжайте на улицу Пушкина, дом Колотушкина, я продуктов закуплю, вы поедите, а потом будем с вашим дружбаном вопросы решать.       После этих слов стали друзья наши верные сраться. Из присутствующих бабуинов только два русских, соответственно, каждый выдвигал требования в соответствии со своими национальными вкусами, но проблема в том, что в России самый известный стейк — это стейк Шаляпина (и тот абы где не купить), самое австралийское блюдо — это Павлова, а от баварских сосисок из баварского там только название. Алëна, которая в этот момент бродит по Ашану, выслушивает поток из просьб, которые она едва в силах разобрать. Некоторые названия блюд вообще для неë звучат как заклинания, и она понятия не имеет, как это выглядит и на что это похоже, но она не может забить хер и просто заставить гостей жрать то, что дают, поэтому просит объяснить и, подобно бабуле, предлагает альтернативу. «А, что, внучок, ты хочешь бабуль ти? Это который с шарошками? Ну вот я тебе лимонадик с ягодками сделаю! Лучше, чем в этих ваших ресторанах!» С Хэви и Жанной было легко договориться, они знакомы с русской кухней и не привередливы, ибо по сравнению с медвежатиной готовая еда в Ашане ощущалась как пища Богов. Медик, на удивление, тоже не особенно капризничал: попросил стандартный набор из сыра, колбасы и пива. Инженер всегда был неприхотлив, если не будет яичницы с беконом, он и омлет с колбасой съест. Скаут тоже не выпендривался, ибо ему нужно было что-то, что можно быстро съесть и пойти носиться дальше: либо сэндвич, либо куриные вëдрышки, либо пицца, либо что-то в этом духе. Пиро попросил самые хрустящие тосты, которые только могут быть возможны, но Аля посчитала, что этого маловато, поэтому предложила выбрать какую-нибудь намазывательную начинку, вроде плавленного сыра, соуса, икры или что-то в этом духе. Выбор пал на икру, потому что Пиро-акула. Снайпер попытался у Алëны выпросить что-то австралийское или новозеландское, но когда понял, что такого, скоре всего, нет, заметно расстроился и отмахнулся, сказав что-то вроде «я не привередлив». Аля его услышала и пообещала найти хотя бы что-то похожее. Солдату нужен был стейк, хоть усрись, и он должен быть с кровью коммунистов! В теории это можно приготовить, но времени у них в обрез, поэтому нужно было выбрать что-то из готового. Применив все свои дипломатические навыки, Алëна всë же уговорила Солдата на печëночные оладьи вместо стейка. Шпион вместо еды попросил вина, на что Аля ему ответила, что во-первых не ручается за его качество, ибо для неë мир алкоголя как тëмный лес, а во-вторых не ручается и за его наличие — вдруг окажется слишком дорого. Шпик огорчился, когда понял, что никто сюсюкаться с ним тут не будет, поэтому попросил салат «на еë дамский вкус». Ну, «Цезарь» так «Цезарь». Только Полинг хотела попрощаться и повесить трубку, как тут же была словесно схвачена Алëной за жопу, ибо измотанная Полинг совсем забыла, что ей самой тоже нужно что-то есть. Фло не была привередлива, ибо зачастую еë обед состоял из дошика, к тому же, она была настолько уставшей, что еë мозг свернулся в трубочку, и придумать для себя блюдо не представлялось возможным, поэтому было принято судьбоносное решение предоставить выбор Алëне. В конце концов, Флоренс доверяла еë вкусу. Алëна и про Демо спросила, что он предпочитает. Полинг вспомнила про хаггис и описала Алëне примерный рецепт, та в ответ чуть не сблевала, но в качестве альтернативы предложила холодец. Раз уж кеся-меся из бараньих потрохов ему нравится, то холодец точно зайдëт. Общими усилиями они решили: ром, свиная грудинка, яичница — вот всë, что ему нужно.       Кое-как сели в автобус и доехали до нужного района. Пришлось ещё немного пройти пешкарусом и насладиться атмосферой постсоветского рынка. Как только они зашли на его территорию, уже начались разговоры, намекающие на то, что это будут самые тяжёлые 10 минут в жизни мисс Полинг. Шпион демонстративно вздыхает и останавливается, что неожиданно, на остановке. Возможно, он трамвай… — Ну что это такое? Трусы на остановке продают. Безвкусица, — эстетические чувства француза были ранены, и он не мог об этом промолчать. — Эй, будь уважительнее! Ты в чужой стране! Может, обычаи у них такие… — внезапно, Солдат заступился за столь неординарное градостроительное решение. — А что, удобно… Приехал и трусы поменял. В трамваях наверняка нет туалетов! Неспроста это! — Пощади меня… — Шпик вздохнул ещё демонстративнее, закатил глаза до состояния Элджея и закурил, видимо, компенсируя недостаток курения, образовавшийся у него в поезде. — Тебе ли говорить об уважении к другим странам. — Не, я коммуняк не защищаю, — возразил Солли, скукурузив серьёзную мордасеню. — Но я не хочу быть депортированным за то, что один француз не умеет держать язык за зубами! — Ага. Мы слишком долго добирались, чтобы поехать домой из-за трусов, — Жанна поддержала мужа в этом недоспоре, обратившись к Шпиону. — Это была бы самая нелепая причина для депортации. Так что завали, — сама она не могла ни подтвердить, ни опровергнуть, являются ли трусы на остановке каким-то обдуманным решением, потому что в месте, где она росла, не было ни того, ни другого. Чтобы трусы купить, нужно было на Марс летать.       Обычно последнее слово оставалось за Шпионом, но, как истинный джентльмен, он уступил даме и в этот раз промолчал. Хотя, скорее всего, до него дошло, что этот разговор абсолютно бесполезен.       Беря пример с отца, Скаут тоже решил проявить свою джентельменскую сущность, возможно в виде гномика. Кое-как выторговав у бабушек цветы и кулёк семечек, он решил порадовать мисс Полинг, но она сказала, что устала, так что пусть он будет паинькой и донесёт подарки до места их ночлега самостоятельно. Так что остаток пути Джереми шёл с цветами, семечками и недовольной харей.       Следующее место, где они залипли, — магазин украшений и киоск с духами. Кто бы вы думали этому поспособствовал? Правильно, Медик и Шпион. А вы на кого подумали? Хэви заметил, что супруг отстаёт от остальных, начал его подгонять, мол, пошли, а то ещё и тебя потеряем, но это не сработало — док встал как вкопанный. «Я только посмотреть!» — говорит, и на витрину уставился, а глаза сверкают ярче, чем камни в бижутерии. Совсем рядом остановился Шпион, потому что из киоска с парфюмом амбре стояло такое, что там не то что Полинг, Жанне плохо становилось. Любимые ароматы Шпиона, очевидно, должны были способны уложить лошадь, иначе это так, туалетная водичка. Девчонок пришлось посадить на скамейке остановки, чтобы они отдохнули и пришли в себя. Отлепить Медика от витрины оказалось легко — желая загладить вину, Хэви прикупил ему перстень с кроваво-красным камнем, чем вызвал у того неподдельный восторг, поросячий визг и обещание родить ему тройню. Миша с такого заявления выпал в белый творожистый осадок, но уточнять не стал — решил, что это просто фигура речи. Шпион же выбирал парфюм так долго, что от длительного местонахождения рядом с источником запаха даже Снайпер уже начал валиться в обморок. «Вот этот и заверните», — попросил Спай, желая обзавестись отпугивателем бушменов.       В аптеку Медика уже не пустили, иначе бы они ещё на час застряли. Зато пока его от аптеки оттаскивали, часть команды уже успела пройти вперёд, где Снайпер урвал себе фильм про Джеки Чана на DVD с гундосой озвучкой. Какой именно фильм — он понятия не имеет, название-то по-русски написано, но он решил, что это не важно — он такие фильмы не ради диалогов смотрит, а ради потных дерущихся мужиков. В этом плане Джеки Чан никогда не подводил. Пока Медика оттаскивали уже от зоомагазина, Солдат остановился перед дедулей, который продавал свои знаки отличия за копейки. В ходе небольшого диалога, Джейн купил их все, вернувшись к команде в слезах. Он не понимал, как такое возможно, что героям приходится продавать свои достижения, чтобы выжить. Это было слишком грустно для его патриотичного мозга и было лишним поводом поругать коммунистов. О бюджете переживать не стоит, ведь общая сумма покупки составила долларов эдак 100. Дед Джейна обнял, покружил, поцеловал, покрестил, благословил и всё такое прочее. Жанна успокоила Солли тем, что очень гордится его поступком, а он в ответ прикрепил к ней значок, который показался ему самым красивым, чтобы он соответствовал его жене. Поджигателю нагребли кулёчек конфет, за что тот был искренне благодарен, спасибо Инженеру. Вроде бы ничего примечательного не происходило, как вдруг… — Тараканов, крыс, мышей травим! — раздался женский голос на весь рынок. — Ах. А я думал «дарим», — вздохнул Медик разочарованно. — Тебе голубей мало? — тихо проворчал Хэви. — Не слушай его, Архимед, — прошептал доктор, наклонившись к переноске с питомцем, который радостно заурчал в ответ в знак привязанности к хозяину.       Проходя через трамвайные пути, Снайпер не был особенно внимателен. Он просто уже шёл на автопилоте, случайно вырвавшись вперёд. Конечно, у него ноги от ушей, остальные просто за ним не поспевают. Шпион резко схватил его за шиворот и оттащил, дабы дать трамваю проехать первым. Транспорт пронёсся прямо перед ними. Сердце ушло в пятки у всех. У Снайпера особенно. Он трамваи видел только на картинке, так что ему даже в голову не пришло, что ему нужно быть осмотрительнее. Постепенно к нему начало приходить осознание, что он ведь мог и умереть. Насовсем. А Шпион его от этого спас. — Тебе настолько надоело жить, что ты решил поиграть в Берлиоза? — саркастично фыркнул француз, делая очередную затяжку. — Рано, Аннушка ещё не пролила масло, — несмотря на то, что он вëл себя как и всегда (как ишак), его в моменте чуть Кондратенко не хватил. — …Спасибо, — пробормотал Манди максимально неловко, неуверенный, как реагировать на столь двойственные сигналы.       Все с облегчением выдохнули, что опасность миновала, и пошли дальше вперёд. Атмосфера всё ещё была слегка напряжённая, но они были уже на финишной прямой. Но всё напряжение растаяло, как сливочное масло на раскалённой сковородке, стоило им оказаться во дворах однообразных пятиэтажек. Шурх! — кто-то простыни на балконе развешивает. По тесной улочке распространяется аромат зажарки и домашних котлет. Дети вопят и носятся на площадках, пока их молодые тельца впитывают витамин D из тёплых солнечных лучей. Из открытого окна втором этаже видно радио, стоящее на подоконнике, что играло мелодию, знакомую с детства всем обитателям двора старше 30-ти. Однако, наши герои слышали эту мелодию впервые. Более того, для них она звучала и вовсе футуристично. Текст песни был незамысловатым, что-то про цветы и зиму, но сама мелодия исполнена на аналоговом синтезаторе. Это было похоже на сказку. Стоит пройти мимо клумб, как лёгкие тут же наполняются ароматом различных цветов, а местные старушки, некогда их посадившие, сплетничали на облупившихся скамеечках под подъездами. Пока мисс Полинг завороженно разглядывала местную красоту, её чуть не сбил местный нелегальный гонщик — мальчик лет пяти на трёхколёсном велосипеде. Почти произошедшее ДТП заставило девушку отвлечься от мыслей и отпрыгнуть подальше. — Простите, тётенька! — крикнул малыш напоследок, скрывшись в неизвестном направлении.       Флоренс, конечно же, ничего не поняла, и это было видно по её выражению лица, но ей даже не пришлось спрашивать, что это значит. — Хе, — Пулемётчик фыркнул с умилением. — Воспитанный мальчик. Даже извинился. — О, Миша, а ты был таким же паинькой в детстве?! — спросил Медик, нежно пихнув его локтем в плечо, проявляя свой почти нездоровый интерес. — Ещё как был, — съязвила Жанна с нескрываемой ухмылкой. — Бабушек через дорогу переводил даже там, где не было дороги. Да что там «переводил»! Переносил! — Жан, не выдумывай, ты тогда ещё пешком под стол ходила, — проворчал Хэви. — А что ты думаешь, мне из-под стола не видно было? — спросила она так, словно тот дважды два посчитать не мог.       Пожалуй, препирательства были единственным способом скоротать время. За время полёта телефон уже успел у всех засесть в печёнках. А тут свежий воздух, солнышко, просто послоняться по двору будет приятно. Группа разделилась на общительных и не очень. Скаут продолжал свои попытки подлизаться к Полинг, Медик присел на уши муженьку, Солли тоже тусил с супругой, а Шпион… А ему собеседника не досталось — Снайпер уже увидел качельки и устроился в них. Качельки были ему в сто раз интереснее, чем Шпион. Пиро сидел в песочнице, пытался поджечь песок, прикалывался с того, что он не горит, повторял процедуру. Инженер мог бы присоединиться к компании, но ему было не до этого — ржавая горка на детской площадке держалась на честном слове и то, матерном, поэтому он не мог не приступить к починке. Нет, ну а что? Вдруг кто-то из детей поранится? Безопасность прежде всего. Бабули на лавке обратили внимание и начали шептаться, мол, золотые руки — завидный, значит, жених.       Шпиону ничего не оставалось, кроме как драматично вздохнуть, присесть на соседнюю качелю и, видимо, пополнить список мест, где курить нельзя, но он будет. Затянувшись, он решает начать разговор, но бабки активировались в поисках нарушителей общественного порядка. — Чейт вы там расселись?! А ну чешите оттуда, не дай Бог, сломаете! — И курить на детской площадке нельзя, вы знак не видите?!       Язык они не понимали, но жест, указывающий на знак, Снайпер считал, а уж картиночку с зачёркнутой сигаретой даже ребёнок поймёт. На том же знаке было указано, что качели рассчитаны на 70 кг максимум. Мик начал всячески намекать Шпику, что курить тут нельзя, туши свет, но тот даже не повернулся к нему, пока резиновый тапок не прилетел ему по башке. Это банда бабок кинула, чтобы согнать их с качели. Бабки уже размахивали хлопушками для ковров, вениками и ссаными тряпками, так что Шпиону и Снайперу пришлось экстренно валить. Добежав до обратной стороны дома, они остановились, чтобы отдышаться. Между ними повисла тишина. Шпион явно хотел поговорить о чём-то, но о чём? Он и сам не знал. Просто хотелось с кем-то поговорить по душам, и более подходящего у него никого не было. Помолчав примерно с минуту, Шпик, наконец, придумал тему для разговора. — Знаешь… В этих строгих запретах есть что-то знакомое, — задумчиво произнёс француз после очередной, но непривычно долгой затяжки. — О чём это ты? — в недоумении уточнил Манди, искренне пытаясь вникнуть в суть. — Я искренне завидую тебе, что у тебя в принципе возникает такой вопрос, — Шпион смотрит куда-то вдаль и в его дымчатом взгляде читается тоска по чему-то родному. — Ты не проходил через то, что прошёл я. Счастливчик, — драматично и плавно выпуская кольца дыма, он прошептал вполголоса, словно делился чем-то важным и сокровенным. — Что особенно трогательно, ты даже не осознаёшь, насколько тебе повезло. Это почти заставляет меня поверить в твою невинность, которую так и хочется украсть, ведь у меня не было собственной. — Да что ты, чёрт побери, такое несёшь…? — прошептал Снайпер, растерянно поморщившись. — …Ах. Извини. Вероятно, я ошибся насчёт тебя, — тон его по-прежнему источал яд, но также в нём чувствовался горький привкус обиды, — Иногда я забываю, что нас разделяет культурный контекст. Я говорю на языке метафор и абстракций. Это, должно быть, сбивает с толку… более приземлённый ум. Не беспокойся. Говорил я ни о чём. Просто… атмосфера располагает к бессмысленной ностальгии. — Может, просто перестанешь говорить загадками? — цыкнул Мик, язвя в ответ, и хотя внешне он был невозмутим, в глубине души ему было отвратительно это слышать. Он был готов поклясться, что внутри него что-то зашевелилось, словно клубок из червей сомнения. — А ты ожидаешь, что все люди будут под тебя подстраиваться и разжёвывать каждую мелочь как ребёнку? Повзрослей уже, Мик, — Шпион лишь фыркнул, потушил сигарету об металлическую оградку и выбросил окурок в ближайшую урну.       Снайпер хотел что-то возразить, но не смог — никаких душевных сил на это у него совсем не было. Кроме того, он и не знал, что возразить. Может, Шпион и был прав? Никто не будет ни под кого подстраиваться. Может быть, Мик просто социально не адаптирован и ему нужно учиться различать намёки? А то он чувствовал себя ну совсем уж тугодумом. Никому бы не понравилось себя так чувствовать, но Снайпер лишний раз убедился, что с ним что-то не так. «Так и знал», — мысленно сказал Мик сам себе.       Они вернулись к остальным и продолжили ждать их главную надежду на ночлег. — Кстати говоря, а как выглядит эта… Как её звать? Лендлордиха? — поинтересовался Скаут, чтобы понимать хотя бы примерно, кого они ищут. — О, ну, она довольно низкая. Примерно как Инженер, — ответила Полинг, не задумываясь. — Эй. Я, может быть, ростом не вышел, но со слухом у меня всё в порядке, — проворчал Конагер, слегка нахмурившись. — Ох, извини. Не имела в виду ничего плохого, — Фло спокойно извинилась, понимая, что случайно задела больное место. — Мда, мисс Полинг. Это было очень низко, — Джереми расплылся в весёлой ухмылке и не мог сдержать дружескую подколку. — …Ах ты мелкий говнюк, — прошипел Делл раздражённо, но достаточно тихо, стараясь не привлекать внимание. — Кто ещё из нас мелкий, а? — фыркнул Скаут, продолжая веселиться и пытаясь скрыть, что его честь и достоинство были задеты. — Ммф! — воскликнул Пиро возмущённо; лица его было не видно, но судя по закрытой позе, он недовольно надулся. — Перестаньте ссориться, — Хэви попытался их утихомирить и погладил Пиро по голове, чтобы тот не нервничал. — Вы его расстраиваете. — Ооо. А ты перестань быть таким милым, — Медик грубовато потискал супруга за щёку. — Твоя заботливая натура вызывает у меня тахикардию. — Извини, не специально, — тот смущенно отмахнулся, не в силах сдержать улыбку. — Да где эту мелкую черти коммунистические носят?! — зарычал Солдат в нетерпении. — Ей стоит поторопиться, иначе я скоро начну есть собственные конечности! — Мне кажется, я её вижу… — пробормотал Снайпер, глядя в даль и прищуриваясь.       И действительно, по тротуару бежит навстречу к ним… Девочка. Девушкой её язык не поворачивается назвать, хотя казалось бы — женственная фигура на месте, даже немного пышная. Но что-то в том, как она двигается, в том, как она выглядит, было что-то, что выдавало в ней ребячливую натуру. Крупные круглые очки делали её и без того большие глаза ещё больше. Солнечные блики в тёмных глазах отражались, придавая взгляду невинное выражение. Круглое лицо и крошечный носик, покрытый бледными веснушками, молодили её лет до 15-ти. Растрёпанные светлые волосы придавали ей тёплый солнечный вид, словно свет у неё идёт прямо изнутри. Гжелевое платье на бретелях с пышной юбкой чуть выше колена колыхалось, пока она торопливо бежала к своему дому, а белые носочки гармошкой и школьные чёрные мокасины, что почти слетали с неё, делали её вид комично-умилительным. И в довершение всего этого — неидеально вязанная авоська из старой пряжи. Девушка подбежала к сборищу мужчин, половина из которых ей в отцы годится, окинула их взглядом и дружелюбно улыбнулась, игриво прищуриваясь. До чего же нелепо они выглядели — как черти за 180 рублей! — Мдааа, чем дальше в лес, тем краше волки! — рассмеялась она, а затем повернулась к Полинг и шутливо уточнила. — Фло, ты уверена, что гей тут один? — А тебе кажется тут больше? — ради профессионализма Полинг попыталась сдержать улыбку, но попытка была провальной: ей было одновременно стыдно и смешно от прямолинейности подруги. — Все, конечно! — Аля экспрессивно всплеснула руками и указала на толпу наёмников. —Ты только глянь на них! Чудные какие!       Полинг-то к виду своих подчинённых уже привыкла, а вот для Алёны они все казались нелепыми, словно их всю жизнь одевала мама и вот их первый день, когда они решили одеться сами. Снайпер в какой-то рванине («Любитель зарослей»), выглядит как гачимученник. Хэви по вайбу одет как «типичный батя в Анапе». Пиро в Амуниции Аквалангиста — на море же едем, логично? К Медику вообще вопросов нет — видно, что он оделся так провокационно специально. Он бы ещё лифчик себе из двух медицинских масок сделал. Инженер сверху выглядит нормально, обычная такая клетчатая рубашка, а вниз посмотришь — ёкарный бабай, это что за ковбой? Скаут настолько пытался косить под плохого парня, что у него помимо жилетки байкера ещё и футболка с черепом. Видимо, пытался соблазнять дам, которые любят плохих парней, но его образ выглядел так карикатурно, что мог привлечь разве что маленьких девочек. Солдат в камуфляжной рубашке вероятно думал, что в ней будет как крокодил Гена — лежит на газоне и его не видно. Но сразил её наповал Шпион — пиджак поверх гавайской рубашки, выглядит так же нелепо, как и звучит. Нелепее этого было бы только заправить её в штаны, а сами штаны дотянуть до сосков. И вот Аля их по очереди разглядывает, лыбится, налюбоваться не может. Картина маслом «Детский садик: Подготовительная группа». Полинг в своем сиреневом платье и Жанна в сарафане в дурацкий цветочек ещё относительно адекватно выглядели. — Над чем ты смёешься, личинка?! — Солдат возмутился первым, не выдержав молчаливого напряжения.       Но та лишь залилась звонким смехом умиления. Даже манера речи её здорово веселила, и она не смогла сдержать эмоции. Жанна улыбнулась, чувствуя, что от Алёны не исходит угрозы, а лишь свет и тепло, хоть муж её настроения и не разделял, он скорее был в недоумении. — Не над «чем», а над «кем»! — поправила Аля шутливо. — Вы посмотрите на себя, на кого похожи! Цирк уехал, а клоуны остались! Хахаха! — Да уж… — вздохнул Шпион неловко и заявил куда-то в пустоту. — Похоже, мы все слишком старались произвести положительное впечатление, что по итогу привело нас к краху. Хотели как лучше, а получилось как всегда, если простым языком. — Ой, да ладно тебе! Не так уж все и плохо! — Скаут весело отмахнулся, притворяясь, что его веселят её шутки. — Только посмотри на неё! Я думаю, ей уже нравятся мои бицепсы. — Нет, спасибо, я такое не ем, — Алёна улыбнулась с хитрым прищуром.       Все внезапно замолчали. Кроме Медика, конечно — его разорвало на атомы от такой шутки, ибо для него чем юмор чернее и аморальнее, тем он смешнее. — Ооо, она мне уже нравится! Такая маленькая умная Fräulein! — сюсюкаясь, он наклонился к ней, дабы получше разглядеть новый экземпляр, и рефлекторно провёл рукой по её пушистым волосам, словно общался с одним из своих голубей, — Такой взгляд стеклянный, даже не моргает!       Аля посмотрела на него с видом кота, который только что вылизался целиком, а его опять потрогали. Но она несильно придала этому значение — пялясь под ноги, она просто почесала репу и, плюнув на этот инцидент, просто протянула ему руку для рукопожатия. Она очень старалась смотреть ему в глаза, но грудь врача так или иначе привлекала её внимание. Медик этого, собственно, и ожидал, поэтому довольно улыбнулся с опасным прищуром и представился первым. — Доктор Людвиг, к вашим услугам, маленькая Fräulein! — он пожал ей руку и постарался изобразить дружелюбие максимально правдоподобно. — Аля, — пробормотала она в ответ. — Как? — доктор наклонился и ласково переспросил, сделав вид, что не расслышал. — Аля! — повторила девушка погромче, чуть ли не крикнув ему на ухо. — Чш-чш-чш, не кричи, — Герберт снисходительно слегка постучал пальцем по её губам. — Тьфу! Мужики… Вечно вам не угодишь! — ляпнула Алёна в шутку и рукой на него махнула. — Хахаха! Ну да, есть такое! — Медик маниакально рассмеялся, оперся на плечо Хэви и почти кокетливо мурлыкнул, — Мой русский муж подтвердит, да, Миша? — Ага. Доктор бывает немного капризным, — отвечает он шутливо и обращается к новой знакомой. — Привет, малышка Аля. Не бойся, дядя Миша тебя не раздавит, — Михаил провёл рукой по волосам Али, и его ладонь полностью накрыла её голову. Он опустил взгляд и заметил у неё авоську продуктов. — Тебе не тяжело такими маленькими ручками носить такие тяжести? Давай я помогу.       Алёна недовольно поморщила нос, ведь тенденция её гладить в первые минуты знакомства выглядела практически нездоровой. Но она решила потерпеть, ведь Миша казался довольно милым. Она позволила забрать у неё сумки и вежливо поклонилась в знак благодарности, будто бы по привычке. — Добро пожаловать в команду капиталистических орлов, малявка! — Солдат резко подлетел к ней и взъерошил её волосы ещё сильнее, да так, что её голову тряхнуло, и все мысли собрались в кучу. — Я Джейн Доу, это имя тебе о чём-нибудь говорит?! Правильно, о том, что перед тобой настоящий американский герой! Я прошёл Вторую Мировую войну! Я желаю всем мужчинам пройти её! Мужчина определяется делом, а не словом! О да! — Женя, — судя по довольной улыбке растрёпанной Алёны, она пропустила всё, что он говорил, мимо ушей. — Нет-нет. Джейн Доу, — он терпеливо поправил её. — Женя, — повторила Алёна настойчиво, покачав головой. Она всё правильно расслышала. — Не пытайся, — устало вздохнула Полинг, положив руку на плечо Солдату. — Она уже приняла тебя как своего, этому бесполезно сопротивляться. — …О мой Бог. Я теперь русский, получается? — обескураженно уточнил Джейн.       Флоренс скорбно кивнула и добавила что-то вроде «мне жаль», как будто бы у него обнаружили смертельную болезнь. Пока Солдат паниковал и пытался сделать что-то максимально американское, чтобы вернуться в прежнее состояние, Аля подошла к Жанне и восхитилась её грозным видом. — Не волнуйся. Мой муж всегда такой, — Жанна поймала Солли и невозмутимо начала успокаивающе гладить его, пока тот трясся у неё на руках от осознания смены национальности. — Ах, это твой муж? — Алёна была немного удивлена такой паре, но она быстро сориентировалась и смотря ей за спину, делая вид, что смотрит в глаза, восхищённо пролепетала, — У него отличный вкус в женщинах!       Этот комплимент польстил им обоим, так что засмущались они практически синхронно. — Хехехе! Да, иначе никак! — Солдат рассмеялся, неловко почёсывая затылок. — Лучшему мужчине лучшая женщина. — Ой, перестаньте, вы меня совсем захвалили, — Жанна не в силах подавить скромную улыбку, но она быстро отвлекается от комплиментов и смотрит на девушку. — Ты ведь Аля, да? Меня зовут Жанна, — и она тоже тянется к её голове, чтобы погладить волосы, но не все целиком, а один локон. — Какие красивые волосы. Каким средством ты пользуешься? — Шампунь Жумайсынба. Скажи перхоти: «Аллах Акбар»! — гордо заявила Аля, вздёрнув носик и встав в позу сахарницы. — Хм. Какой странный слоган, — задумалась та в ответ, разглядывая её пряди в руках. — А ты думаешь, почему у меня на голове «взрыв на макаронной фабрике»? — блондинка весело хихикнула, прикрыв губы руками. — Эй, классный цвет, цыпочка! — самоуверенно ляпнул Скаут, погладив её по волосам сзади, чуть не вызвав у Алёны инфаркт жопы. — Он натуральный? Хахах. Ну, ты поняла. Цыпочка. Потому что на цыплёнка похожа. Меня зовут Джереми. Запомни это имя, ибо скоро из-за него ты будешь падать в обморок.       Алёна пронзительно молчит с не сменяющейся улыбкой. Остальные тоже молчат. Только Шпион кашлянул, нарушив тишину. — Что, не смешно? — Джереми вздохнул разочарованно и резко отмахнулся. — Пошли вы на хер… — В следующий раз получится, — Хэви ободряюще похлопал его по плечу.       Тем временем Аля знакомится с оставшимися дармоедами, как она придумала ласково их называть. Снайпер нервно трясётся, лишь бы она подошла не к нему, ведь он ещё не был морально готов социально взаимодействовать. Алёна будто бы почувствовала, что его нужно временно оставить в покое и подошла к Инженеру. Тот дружелюбно улыбнулся ей, и она неосознанно скопировала его улыбку, взглядом бегая по его одежде. — Добро пожаловать в команду, партнёр, — его голос прозвучал мягко и сдержанно, словно он пытался её не спугнуть. — Я Делл Конагер, но ты можешь звать меня просто Инженер. Я специализируюсь на всякой технике, так что если что, зови — и я всё улажу. — Бесплатно? — удивилась Аля, не поверив своим ушам. — Не, бесплатно мне будет неудобно. — Хаха. Ну хорошо. Тогда давай в обмен на хлеб с маслом. Я ради него готов даже на воровство, лишь бы хлеб с маслом, — он, конечно, немного преувеличил, но не хотел сильно наглеть и просить о чём-то большом. Просто что-то, что она могла себе позволить, и не чувствовала себя неловко, прося о помощи. — Хорошо, по рукам, ковбой, — она радостно согласилась, улыбнувшись чуть пошире. — Ах, это? — Делл неловко опустил взгляд на свои штаны и скромно усмехнулся. — Да, возможно, я немного перестарался с техасским стилем. Но зато ты теперь без подсказок знаешь, откуда я. — О, ты прав, это действительно здорово! — Аля отвечает как ни в чём не бывало, затем заглядывает за спину Инженера и замечает Пиро, который рассматривает её с любопытством, но подойти не решается. — Что, хочешь познакомиться с Пиро? — Инжи обернулся к своему другу и заговорил с ним. — Всё в порядке, приятель. Она не кусается. Пока что, по крайней мере, хехе…       Пиро выходит из-за спины Инженера, чтобы рассмотреть Алю поближе, и наклоняет голову влево. Алёна повторяет за ним. Пиро хлопает в ладоши в восторге. — Спасибо, — Алёна поблагодарила его за столь искреннюю и лестную реакцию. — Пиро, да? Это настоящее имя? — М-мф… Мф-мф-м-мф… — Поджигатель разочарованно качает головой и признаётся, что не помнит своё имя. — Вообще не помнишь? — заинтересовалась Аля. — М-мф м-мф ммф… — он помнил только последние 3 буквы. — Какие? — она уточнила серьёзно и сосредоточенно.       Жестами он сообщает ей: «А», «Д», «Я». Так как Алёна в своё время лежала в дурке, она научилась языку жестов, чтобы через окно посылать санитаров за «Птичьим молоком», так что послание она уловила. — Хм. Давай по алфавиту. Аадя? Бадя? — девушка начала перечислять варианты, даже если они казались ей нелепыми. — Мфм мфмф м мф… — Пиро признался, что всё равно ничего не помнит. — Хм… Буду звать тебя Бадя, — смиренно объявила Аля, не желая затягивать знакомство ещё больше. — Ммфм ммф мф! — Поджигатель был тронут, что у него теперь есть имя, и что оно такое красивое.       После Алёна пошла знакомиться к Снайперу, он всё ещё не был морально к этому готов, поэтому инстинктивно спрятался в кусты. — «Ааа, женщина!» — должно быть, крутилось у него в голове. Женщины для него — тёмный лес, в котором ещё и бабайка сидит. — Хватит прятаться, выходи, — попросила девушка невозмутимо.       Манди подошёл ней, но по ощущению будто бы на гильотину. Скрестил руки на груди, сгорбился, как будто бы пытался свернуться в комок. — Я Аля. А как тебя зовут? — спросила она невинно, что, конечно, тревожности Снайпера никак не помогло. — «Господи, не дай Бог к ней прикоснуться — треснет… В каком-то из смыслов», — пронеслось у бушмена в голове, после чего он представился в полголоса, скрывая взгляд под шляпой. — Мик Манди. — Мик? Очень милое имя, — девушка кратко улыбнулась и поспешила знакомиться с последним участником этого цирка. Она видела, что Манди некомфортно. — «Отстань, девочка, я убиваю людей, во мне нет ничего милого», — мысленно пробормотал австралиец, помрачнев ещё больше, хотя в глубине души стало немного приятно.       Алёна подходит к Шпиону, пытается прочитать его позу и чувствует, что к этому джентльмену нужен особый подход. Больно у него поза важная. Павлин у советского подъезда, комичное зрелище. — Здравствуйте, — вежливо поздоровалась она. — Меня зовут Алёна, но вы можете называть меня Аля. А как ваше имя?       Шпион взглянул на неё взглядом сверху вниз, что, в принципе, логично, учитывая, что он выше неё, но для него это был взгляд, который выражал презрение по отношению ко всей этой атмосфере знакомства и дружелюбия. Однако, так как перед ним дама, пусть и немного несуразная, нужно применить всё своё обаяние и впечатлить её. Разница в возрасте его абсолютно не волновала, дай ему волю, он будет даже с тумбочками флиртовать. Кстати, по комплекции Аля примерно так и выглядела. Помолчав достаточно, чтобы нагнать интриги, француз закурил и эстетично выпустил дым изо рта, глядя прямо на девушку. Он пытался взглядом передать, что он с интересом рассматривает её, но Алёна подумала, что у него в сигарете отнюдь не табак. Наконец, он заговорил. — У меня много имён, но ни одно из них не способно выразить полноценно глубину моей личности, — произнёс он драматично, отведя взгляд в сторону и театрально любуясь цветами.       Аля закашлялась после первого же вдоха. Она возмущённо нахмурилась — знакомство и так изрядно затянулось, а он ещё дополнительно тянет время своим выпендрёжем. Воображал Аля ой как не любит. — Всё ясно, — произнесла она невозмутимо, на манер капитана Пронина. — Тогда будешь Ишакий Бабуинович.       Шпион бросил на девушку уничтожающий взгляд, полный презрения. Для него такое пренебрежение равнялось объявлению войны, и он точно не собирался её щадить. Алёна же уже развернулась к подъезду и жестом пригласила следовать за ней, не желая больше задерживаться. Скорее всего она не заметила, что француз, с которым она только что беседовала, смотрел на неё матом. Скаут прыснул в кулак, довольный тем, что его давний соперник был публично пристыжен. — Давайте не задерживаться. Вы, наверное, устали и проголодались, вам надо поесть. Ещё ж товарища вашего надо выручать, — поторопила Аля.       Команда пошла за ней, волоча на себе целую гору вещей, которая, после 13 часов в дороге, ощущалась весом в тонну. Дверь в пятый подъезд отворилась и потные тела обдало холодком бетонных стен, покрашенных послевоенной зелёной краской. У остальных хрущёвок подъездов всего четыре, но Аля объяснила это тем, что строители по пьяни построили лишний, лишь бы перевыполнить план. Пришлось достраивать. Но пока они поднимались на нужный этаж, один вопрос не мог не терзать их. — Постой, малявка! — воскликнул Солдат, решив узнать побольше о местном лоре. — Кто такой, чёрт возьми, Колотушкин?! Это местный коммунистический лидер? Диверсант? Его дом используется как штаб? — Известный политический деятель! — с умным видом Аля ляпнула первое, что пришло в голову, но так уверенно улыбнулась и вздёрнула нос, что сама поверила в сказанное. — Учи матчасть!       Ключ провернулся в замочной скважине металлической двери с характерными щелчками. За тяжёлой металлической дверью была ещё одна, из дерматина, установленная для утепления. Аля впустила гостей в дом, закрыла за ними дверь и полезла в авоську, шурша полиэтиленовыми пакетами. Из плетёной сумки она достала несколько пар самых дешёвых тапочек и раздала каждому по паре. Жанна и Хэви сразу сообразили, что нужно переобуться, Медик пронаблюдал за ними и повторил, как и остальные, по цепочке. — Я, конечно, гостей не ждала, но я прибралась недавно, — пояснила Алёна, наблюдая за целой толпой, еле влезавшей в узенький коридор. — Так что в уличной обуви не ходить. Насвинячите — будете радостно всё за собой убирать.       Пока гости проходили в квартиру, Алёна застелила диван пледом, чтобы на него можно было сесть в уличной одежде. Шпион первым делом принялся осматривать интерьер. Кривые стены коридора были облеплены пожелтевшими газетами. Француз хмыкнул, заметив картину на столь бедном полотне: «Женщина, надевающая колготки». И правда, название не обманывало — на картине была стоящая в раскоряку женщина в бюстгальтере, напяливающая колготки. Она стояла спиной к зрителю, но лицом к окну, из которого бил тёплый солнечный свет, а в ногах одиноко стояли её тапочки. «Могли бы и поизящнее изобразить», — пронеслось в голове у Шпиона, и он скучающе вздохнул.       Солдат тем временем с любопытством заглянул в ближайшую к прихожей дверь, несколько боязливо и осторожно. Мало ли что могут прятать эти коммунисты за закрытыми дверями? Вдруг у них есть отдельные комнаты для пыток? Он резко распахнул дверь, чуть не зашибив Скаута, и то, что он увидел внутри, заставило его разинуть рот. Снайпер тоже увидел это, и был поражён не меньше него. — Мать честная! — воскликнул Манди с облегчением. — Ванная! С душем! Небось и напор там нормальный, а не то убожество, что у нас на базе! — Джордж Вашингтон мне в мамы, вот это сортир! Богато коммунисты живут! А ещё нас буржуями называют, ха! — Солли заметно обрадовался, заходя в ванную и снимая штаны. — Джейн… Тут вообще-то дама, — попытался его вразумить Инженер, но его не услышали. — А дверь закрыть не судьба? — весело съязвила Аля, с хлопком закрыв дверь. — В сарае родился? — ДА! — радостно завопил Солли из ванной. — Оно и видно, — она звонко хихикнула, забрала авоську и пошла на кухню, разбирать покупки и накрывать на стол. — Руки не забудь помыть, солнышко! — крикнула Жанна своему благоверному через дверь. — Так точно! — ответил Солдат, искренне благодарный за напоминание.       После приглушённого звука смыва послышался резкий треск, словно полено горело в камине. Медик вздрогнул и начал озираться в поисках источника звука, а Скаут даже немного подпрыгнул, но затем начал переминаться с ноги на ногу, пытаясь скрыть испуг. Пиро услышал знакомый звук и радостно понёсся на кухню. — Пиро! Постой! — Инженер быстрым шагом последовал за ним.       То, что издавало этот звук, оказалось всего лишь газовой колонкой, которая начала всего лишь нагревать воду, когда Солдат начал мыть руки. Медик присоединился к товарищам на кухне и вздохнул с облегчением. — Ох, хвала Ньютону! Это наше спасение! — врач как-то уж очень обрадовался такой обыденной вещи, положив руки на сердце. — Нам не могут отключить горячую воду! — Всё так… Но может случиться кое-что похуже. С газом не шутят… — с тревогой в голосе произнёс Инженер, уставившись на белую металлическую махину, и загораживая собой Пиро, уставившегося на голубоватые огоньки за решёткой. — Если им не дышать, то всё будет нормально, — усмехнулась Аля, закончившая с продуктами; она подошла к раковине и проинструктировала по правилам пользования. — Если теплую воду включаете, кран должен быть наклонён до конца и открыть на полный напор. А то я как-то сделала напор послабее, да и ошпарилась, как дурочка! — она подняла левую руку, согнув в локте, продемонстрировав покрасневшее пятно на предплечье. — Да уж, ты всегда была неловкой, Аль… — Полинг тихонько усмехнулась, лёгкое беспокойство мелькнуло в её улыбке.       Медик беспардонно схватил запястье Алёны и свободной рукой взялся за дужку очков, прищуриваясь и тщательно разглядывая обожжённый участок. Он довольно ухмыльнулся, пока девушка смотрела на него в недоумении. Герберт погладил её по макушке, заставив зажмуриться от неожиданности. — Ja, помазать Пантенолом — и будет порядок, — резюмировал врач, отстранившись от девушки, пока та всё ещё пялилась на него своими глазами-блюдцами. — Эх… Угомонись ты, — вздохнул Хэви с ноткой снисходительности. — Пугаешь девочку.       Михаил взглянул на стол и заметил, что он завален вкусностями. Аппетит разыгрался, но в таком бардаке есть невозможно — стол слишком маленький и не рассчитан на такой пир горой. Во всех смыслах. Продуктов было так много, что они образовывали небольшую пирамиду. В нос ударил запах хмели-сунели, копчёностей и адыгейской соли. — Это что ещё за восьмое чудо света? — Пулемётчик умилённо ухмыльнулся. — Тут же места на всех не хватит! — Да, надо бы стол-книжку достать, — согласилась Аля, а затем направилась в кладовку.       Цепкими воробьиными пальцами она вцепилась в край стола и потащила его на себя. Стол сдвинулся на пару сантиметров. Это рекорд! Но она не сдавалась и сделала очередной рывок, решительно настроенная его вытянуть на середину комнаты. Михаил выглянул на неё из комнаты, наблюдая за отчаянными попытками. — Я помогу, — Хэви невозмутимо поставил её перед фактом, отодвинул силой взгляда и, схватившись за стол, с оглушительным скрипом потащил его в центр.       Некоторые закрыли уши, чтобы не слушать мучения стола. Инженер деловито почесал затылок и поспешил на подмогу. Вместе они справились без шума и пыли. Дотащили стол и разложили его. Алёна радостно заулыбалась, захлопав в ладоши. — Вай, как красиво! — ахнула она восторженно. — Я сейчас!       Она снова побежала на кухню, чтобы перенести продукты на стол, намазать бутерброды и поставить чай да кофе. Жанна вызвалась ей помочь, проникнувшись атмосферой уюта. Михаил тоже присоединился к ним, ведь домашняя рутина его успокаивала. Медик смотрел на них, не в силах оторвать глаз — какие же они русские, блин, класс. Вроде бы только недавно познакомились, а уже накрывают на стол, как настоящая семья. От этой троицы веет уютом и теплом, словно Герберт оказался дома. В том смысле, в каком он никогда не был физически. Нет, скорее это ощущение приходило ему во снах и фантазиях. — Какой же ты джентльмен, Миша… — влюблённо вздохнул мистер Людвиг, опершись о дверной косяк и мечтательно разглядывая мужа. — И стол дотащил, и накрыть помог, хотя устал больше всех! Мне очень с тобой повезло. Сам себе иногда завидую! — Ну и подлиза же ты, — ласково подколола Жанна. — Эй, я тоже помогу! — вызвался Скаут, заметив для себя возможность звёздного часа. — Принеси стулья, пожалуйста! — на одном дыхании крикнула ему Алёна, обвернувшись через плечо. — Они должны быть на кухне и… На балконе вроде складные валялись. — Зачем тебе столько стульев? Ты же одна живёшь, — поинтересовался Инженер, подключившись к помощи с сервировкой. — Мама любила принимать гостей! Сейчас она уехала… — Аля вздохнула с лёгкой тоской в голосе, отводя взгляд, и расстроенно, но едва заметно, надула губы. — Без неё дома не так уютно. — Отставить печаль, малявка! — выпалил Солдат, присоединяясь к пиршеству. — Теперь у тебя есть целый взвод, и ты точно не останешься одна! — Извини, приятель, но это не звучит особо утешающе, — угрюмо прокомментировал Снайпер, оставаясь в стороне. — А ты иди к нам! — предложила Аля с прежней бодростью в голосе. — Может, так станет получше?       Манди поднял взгляд из-под шляпы, стараясь сохранить невозмутимость, но сердце внутри грудной клетки заметалось, как Архимед в своей переноске. Птицу-то успокоил Медик, а сердцу поможет только корвалол. «Мда, староват я стал», — произнëс про себя австралиец. Его уже давно никто не звал присоединиться. Пришлось напрячь память, чтобы вспомнить. Обычно Мик стоял в углу, прикидываясь вешалкой, и всех это устраивало, но теперь, когда его пригласили, ему пришлось собрать все силы в кулак, чтобы сесть за стол со всеми. «Чужак», — шипел голос в голове, но быстро стих под взглядом гостеприимной хозяйки. Снайпер вздохнул и в кои-то веки расслабил напряжённые плечи. — Не сутулься, — скомандовал Шпион холодно, положив руку ему на плечо и откинув его на спинку стула. — И шляпу сними.       Оглядев всех присутствующих, Шпик хмыкнул и тоже сел за стол. — Квартира, конечно, в аварийном состоянии, — фыркнул француз, разглядывая трещины на потолке и постукивая каблуком по скрипящим половицам. — Хмпф! — фыркнула Аля, резко надувшись и скрестив руки на груди. — Не нравится — ночуй в подъезде. Ишь какой! Принцесса на горошине! Хм!       Шпион молча закатил глаза, а Скаут рассмеялся, и даже начал вести счёт Алёниных острот, ведь искренне наслаждался унижением заносчивого индюка. Мгновенная карма, быдло получает по заслугам. — Не обращай на него внимания, — вздохнула мисс Полинг. — Он всегда на всё жалуется, — но вдруг она резко перевела тему. — У тебя есть телефон? Надо бы Демо позвонить, что мы его заберём. — Телефон-то есть, да номера аэропорта нет… — девушка обернулась через плечо на дисковый телефон на комоде.       Снайпер тут же вспомнил — он взял телефонный справочник с собой. Мало ли, что случится. Вот и случилось — толстенькая книжка пригодилась. Он встал, полез в сумку и отдал справочник мисс Полинг. — Как в воду глядел, — заметил Манди, чувствуя облегчение от того, что хоть чем-то был полезен в чрезвычайной ситуации. — Давай вместе позвоним, я с сотрудниками аэропорта поговорю. Надо же как-то им по-русски объяснить, кого мы ищем… — предложила Аля и под диктовку несколько крутанула тяжёлый телефонный диск, слушая, как он с тихим треском возвращается на место. — Как его, говоришь, зовут? — Тавиш Финнеган ДеГрут, — ответила Флоренс; в её голосе прорезалась тревога. — Хех. Фига се, аристократ, — девушка тихонько хихикнула, пытаясь расслабить подругу, ведь нервами делу сейчас не поможешь.       Алёна поднесла трубку к уху. Наёмники затихли в томительном ожидании, иногда перешёптываясь, обмениваясь тревожными мыслями, но Аля, хоть и периодически облизывала обсохшие губы, старалась сохранять хладнокровие и держать ситуацию под контролем. В любом случае им придётся ехать в аэропорт, так что даже если никто не ответит, дальнейший план действий ей был понятен. Длинные телефонные гудки на том конце провода были ей ответом, давая надежду на связь с сотрудником, который мог бы им помочь найти пропавшего товарища.