Часть 9

— Нет! — Пэнси бросила на стол папку с документами и откинулась на спинку кресла в их общем кабинете. — Я не пойду к Поттеру. — Пэнс, он не кусается. Я говорил с ним. Он профессионал… — Вот и иди к нему сам! — почти крикнула подруга, выглядя так, словно Драко просил её влезть в пасть дракона. Малфой потер лоб кончиками пальцев и тяжело вздохнул. Он ни черта не понимал, потому что эти двое вели себя странно. Поттер едва в обморок не грохнулся при упоминании Пэнси, в то время как она буквально впала в бешенство, когда он сказал про Главного Аврора. — Ты сама взяла этот проект. Это твой филиал, твои идеи, твоя ответственность. Я тебя не заставлял, так что, будь добра, доведи дело до конца, — Драко впервые использовал этот тон начальника на Пэнси. — Драко… — Я всё сказал. Либо ты, либо никто. Мне плевать, какие у тебя к нему претензии. Я люблю тебя, но это бизнес, а ты сама хотела всё это сделать самостоятельно. Вот и делай. Прекрати этот детский сад, — он развернулся и вышел из кабинета, оставляя Паркинсон одну.

***

Каждая клетка тела Пэнси тряслась от ужаса и несправедливости. Она столько лет держалась подальше от всего, что касалось Поттера. Старалась держаться в тени и не отсвечивать. И вот так все её старания разом рухнули. Может стоило уже давно рассказать Драко правду, а не впадать в ярость каждый раз как он спрашивал о её прошлых отношениях? Может стоило давно переступить свою гордость и явиться к Поттеру? Может. Может. Может. Она уже не могла изменить прошлого, как бы не хотела. Не могла вернуться назад и поступить иначе. Пэнси давно смирилась и приняла свой выбор как единственное верное решение, но снова посмотреть в глаза Гарри… В груди что-то болезненно сжималось от одной мысли об этом. — Он не кусается, — передразнила Пэнси Малфоя себе под нос. Она конечно не думала, что Поттер может причинить ей вред. Но она очень ярко могла представить как будут гореть злостью его зелёные глаза. Точно такие же красивые глаза, как у её дочери. Его дочери. Пэнси закрыла лицо руками и почувствовала как горячие слезы потекли по щекам. Она не была готова к этой встрече. Особенно вот так. Прийти к нему и говорить о работе, будто ничего их никогда не связывало, было верхом тупости. И Пэнси ненавидела Драко за то, что он заставлял её делать. Сам того не зная, он подталкивал её к тому, о чём твердил долгие годы. Поговорить с отцом Лили. Встретится, всё обсудить. И даже если Пэнси давно хотела сделать это сама. Даже если понимала, что тянуть больше нельзя… Она просто не готова. И никогда не будет.

***

Гарри перебирал тёмные пряди на голове Пэнси и выглядел при этом таким умиротворенным и расслабленным, что она не могла отвести глаз от его лица. В постели он снимал очки и без них выглядел младше. Пэнси нравилась эта перемена. Словно он скидывал с себя груз всего пережитого, становясь просто восемнадцатилетним парнем, не прошедшим через войну и потери. — Прекрати пялиться, — усмехнулся он, проводя костяшками пальцев по её щеке. — Хочу и смотрю, — Пэнси подняла руку и взъерошила его волосы, приводя их в ещё больший беспорядок. Большой палец коснулся шрама на его лбу, но Гарри даже не вздрогнул. — Больше не болит? — Нет, хотя иногда кажется, что он покалывает. Но я думаю это что-то вроде фантомной боли. Её палец ещё раз прошëлся по знаку молнии, а затем рука опустилась ниже, останавливаясь на его щеке. Лёгкая щетина кольнула кожу и это было уже так привычно и приятно. — Гарри, что мы делаем? — она уже несколько месяцев хртела задать этот вопрос. Их отношения уже давно вышли за грань простого спонтанного секса. Во всех прикосновениях и действиях ощущалась нежность и трепет. — Живём, — просто ответил он, наклоняясь ниже и почти касаясь своим носом её, — и мне это нравится. Его губы нежно накрыли её, даря медленный сладкий поцелуй, вызвавший мурашки по всему её телу. Пэнси уже знала, что именно она чувствует к нему. В Поттера оказалось удивительно легко влюбиться. Она вдруг поняла, почему друзья так держались за него. Он был заботливым, внимательным, понимающим. Это чувство просто не могло не зародиться в ней, когда он так прикасался к ней, так смотрел на неё. Это пугало до чëртиков, потому что она понятия не имела, что чувствует он. — Гарри, — шепнула она в его губы, когда он чуть отстранился, прерывая поцелуй. Его губы скользнули по её скуле и линии подбородка, с обескураживающей нежностью. — Кто я для тебя? Я просто…способ отвлечься? Его тихий низкий смех отдался вибрацией по её телу. — Ты дурочка, Пэнси, — улыбаясь ответил Гарри, проводя костяшками пальцев по её щеке. — Ты самое главное, глупенькая моя. Моя. — Я люблю тебя, — он невесомо коснулся её губ и отстранился, чтобы посмотреть в её глаза полные слёз. — Неужели ты это не чувствуешь. Не видишь как я смотрю на тебя? — Как? — едва дыша, спросила Пэнси. — Будто ты весь мой мир. Из воспоминаний Пэнси выдернул сигнал лифта, оповестивший о том, что она вот-вот встретится с тем, от кого так долго бежала. Внешне она выглядела как обычно — холодная и бесстрастная. Но внутри… Её трясло, выворачивало все внутренности наизнанку и казалось, что она вот-вот потеряет сознание. Но она шла вперёд, гордо вскинув голову. — Добрый день, — она подошла к девушке, сидящей у кабинета Главного Аврора. — Могу я увидеть мистера Поттера? Как же странно называть его так. Грëбанный абсурд. — Здравствуйте, — секретарь мило улыбнулась, оглядев её изучающим взглядом. — Можете войти, он у себя. Пэнси кивнула и развернулась к двери. Сердце колотилось так, словно готово выскочить из груди. Его грохот должно было слышать всё Министерство. Она глубоко вдохнула и повернула ручку, заходя в просторный кабинет. Гарри поднял на неё взгляд и она четко видела тот момент, когда он понял, кто перед ним. В зелёных глазах отразилось смятение, удивление, а затем, взгляд стал таким холодным, что она почти физически ощутила лëд, покрывший её кожу в тех местах, где касался его взгляд. Поттер откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. — Ну здравствуй, Пэнси, — в его таком родном голосе больше не было тех мягких нот, которые она так любила когда-то, и это оказалось больнее, чем она думала. — Здравствуй, Гарри, — ответила она, чувствуя как сердце разбивается на миллион осколков. Пэнси смотрела на Гарри не в силах сказать хоть слово. Она видела его в газетах, но наяву… Он стал серьезнее, взрослее, даже взгляд изменился. Прическа хоть и была растрепанной, но уже не так сильно. Он стал шире в плечах, под чёрной водолазкой на руках перекатывались мышцы, когда он убирал в сторону папку, которая лежала перед ним. Он был без очков, но это больше не делало его младше, а глаза…всё та же зелень, которую она видела в глазах Лили каждый день. У Пэнси тоже были зелёные глаза, но не такие яркие, и дочери передались именно глаза Гарри. — Это линзы, — вдруг сказал Поттер, заставив Пэнси вздрогнуть. Конечно, он заметил её взгляд. — Что? — Я ношу очки в основном дома и на выходных, на работе всегда линзы, так удобнее, — он сложил руки на столе и сцепил пальцы в замок. — Присаживайся, это займет минут тридцать. Тридцать минут, за которые сердце вполне может не выдержать бешеного ритма и заглохнуть, к чëрту. Она села и следующие тридцать минут Поттер серьёзным голосом комментировал её планы и записи, менял что-то, когда это было нужно. Делал пометки и объяснял какие охранные чары лучше, где расставить охрану, как лучше действовать в чрезвычайных ситуациях. Никаких неуместных вопросов или взглядов. Настоящий профессионал. Где-то в глубине души она надеялась, что он начнёт язвить, как это делала Грейнджер с Драко. Или будет орать. Но он был совершенно спокоен, будто они просто старые знакомые и их ничего не связывает. Это и злило и было огромным облегчением одновременно. Когда они закончили, Гарри просто поставил все подписи и передал папку Пэнси. Она взяла её и прижала к груди так, словно она могла спасти её. — Спасибо, — тихо сказала она и поднялась на ноги, направляясь к двери. — И это всё, что ты можешь сказать? Его вопрос прозвучал, как гром среди ясного неба. Пэнси замерла и вздохнула, не поворачиваясь к нему. Она собралась с силами и медленно повернулась, стараясь придать лицу безразличное выражение. — А что ты хочешь услышать? — спросила она. Гарри хмыкнул, поднялся на ноги и обошёл стол, опираясь бедрами на край столешницы. Он не выглядел злым, скорее удивлëнным. — Серьезно, Пэнси? Ты исчезла, написав мне какое-то сраное письмо о том, что всё было ошибкой. А теперь являешься сюда почти семь лет спустя и спрашиваешь, что я хочу услышать? Например, правду. — Я же написала всё в том письме, — она выглядела спокойной, но на самом деле готова была забиться в тёмный угол и рыдать. — Конечно, именно поэтому ты с первой секунды как увидела меня выглядишь так, будто вот-вот грохнешься в обморок? — Это не так, — упрямилась она, хоть Гарри и был прав. — Не неси ерунды. Просто объясни, какого хера случилось тогда, что твоё «я люблю тебя, Гарри» превратилось в «это было ошибкой». И давай без всей этой чуши, что ты писала в том письме. Пэнси судорожно вдохнула. Под его пристальным взглядом становилось ужасно не по себе. Она отвыкла от его изучающего пронзительного взгляда и теперь от него по коже бежали мурашки. — Ладно, — сказала она, гордо вскинув голову. — Хочешь правды? Давай. Ты говорил, что любишь меня, Поттер, и вот однажды я подхожу к твоему дому и вижу как ты целуешь свою бывшую прямо на пороге, даже не заботясь о том, что это может увидеть кто угодно. Например, девушка, которую ты, якобы, любишь. Как тебе такая правда? Гарри на секунду замер, подняв брови в удивлении, а затем рассмеялся. И смех этот был не добрый, а какой-то издевательский и холодный. Пэнси сглотнула и отвела взгляд, не в силах выносить это. — Значит, вместо того, чтобы устроить сцену ревности, закатить скандал, влепить мне пощëчину, в конце концов, ты решила, — он пожал плечами, — просто исчезнуть? Это какая-то слизеринская фишка? Или у вас с Малфоем, блять, одна извилина на двоих? Может стоило всё же поговорить и выяснить всё? — Ты целовал её! О чем ещё тут говорить? — Пэнси вдруг почувствовала жгучую ярость. Какое право он имел строить из себя жертву? — Во-первых, она поцеловала меня, а не я её. Я не знал, что ей взбредет в голову явиться в мой дом и с порога накинуться с поцелуями. И я оттолкнул её, но ты очевидно этот момент не застала. — Гарри обвиняюще смотрел на неё — Во-вторых, после всего, что было между нами, после того, как я сотню раз повторил, что люблю тебя, ты просто решила, что я тебе изменяю? Серьёзно, Пэнси? Что такого я сделал, чтобы ты усомнилась в том, что вокруг тебя крутился весь мой мир? Ты и была моим миром. И просто ушла. Исчезла. А вот теперь его взгляд был полон такой боли, что Пэнси стало не по себе. Хотелось подойти и обнять его, но она не могла. Могла только смотреть, чувствуя как сердце разрывается. — Но ты женился на ней, Гарри… — Да, женился. Я потерял всех родных, Пэнси. И тебя. Я пытался…не знаю, обрести хоть какое-то подобие семьи. Заставить себя забыть тебя и постараться быть счастливым. Но я стоял у алтаря и молился, чтобы это был страшный сон. Чтобы я проснулся и увидел рядом тебя. Но этого не случилось. — Он сцепил руки на затылке и посмотрел на потолок, а потом снова перевёл взгляд на Пэнси. — Я не был счастлив, Пэнси. И не смог забыть тебя или снова полюбить Джинни. Ты забрала моё сердце и так и не вернула назад. И мой брак рухнул, как ты заметила. Потому что Джинни замечательная, но она не ты. И я был идиотом, думая, что это сработает. Она смотрела на него не в силах сказать хоть что-то. И что она вообще могла сказать? Тогда, убегая, она убеждала себя, что поступает верно. Позже она понимала, что поступила слишком импульсивно, но старалась не думать об этом. Но сейчас, глядя в зелёные глаза Гарри и видя его боль, она вдруг почувствовала себя идиоткой. Такой же дурой, каким был Драко. Может у них и правда одна извилина на двоих? — Я не могу изменить прошлого, Гарри. Возможно, я поступила глупо и опрометчиво. Но… — она вздохнула. — Она всегда подходила тебе больше. Смелая, красивая, её семья всегда тебя принимала и любила. И когда я увидела вас, то почувствовала себя лишней. Словно я заняла место, которое никогда мне не принадлежало. — Я не знаю, что на это сказать, Пэнси. Ты занимала именно то место, которое принадлежало тебе, — он ткнул себя пальцем в грудь, прямо над сердцем. — Вот тут. Даже спустя годы его взгляд был таким же. Он смотрел на неё так же, как тогда. Словно не было всех этих лет. Сердце в груди заколотилось быстрее, будто пыталось выскочить из груди и устремиться к нему. — Пэнси… Она сделала шаг назад. Даже если ей хотелось кинуться к нему на шею и умолять никогда больше её не отпускать. Даже если хотелось поцеловать его и сказать, что любит его до сих пор. Она не могла. Была ещё Лили. Пэнси даже не могла себе представить как он отреагирует на новость о шестилетней дочери, о существовании которой даже не знал. — Мне пора, Гарри. Спасибо за помощь. Он разочарованно кивнул и ухмыльнулся. На лице снова появилась маска безразличного и сурового Главного Аврора. Пэнси внимательно посмотрела на него, не находя слов, и развернулась к двери, выходя из кабинета. Она больше не могла находиться рядом с ним. Это было слишком.