Часть 20

Драко вошёл в кабинет Поттера, отвлекая его от каких-то бумажек. Он выглядел не слишком хорошо. Потухший взгляд, синяки под глазами. Либо его так доканала работа, либо... — Привет, Поттер. Поговорим? — Малфой не стал церемониться и заострять внимание на внешнем виде Аврора. — Давай, — он поднялся из-за стола, обогнул его и встал перед Малфоем. В этот удар Драко вложил меньше силы, не веря особо в успех. Но либо Поттер не ожидал, что ему дадут по морде в его же кабинете, либо слишком устал, растеряв концентрацию, либо ждал этого, но удар получился болезненным. В отличае от Уизли, Главный Аврор на ногах устоял. Малфой тряхнул рукой, с удовольствием замечая кровь на лице бывшего врага. — Я этого ожидал, — сказал Поттер, зажимая нос пальцами. — И не то чтобы я не заслужил. — Ещё раз Пэнси явится после встречи с тобой в слезах и я разорву тебя на части, Поттер, — Малфой достал из кармана платок и протянул его Гарри. — Мне насрать кто и кому там когда-то сделал плохо или больно, но не смей оскорблять её, обижать или унижать. — Принято, — об зажал платком нос. — Это весь разговор? А то у меня куча дел. Драко даже не ожидал, что так легко отделяется. И никаких пререканий или споров. Просто холодное смирение. Поттер нравился ему всё больше и больше. — Среда, Гайд парк, в полдень, — спокойно ответил Драко. — Этот разговор не для этих стен. — Я работаю, Малфой. — Ты всегда работаешь. Найди время. Это важно. Драко смерил его серьёзным взглядом, а затем развернулся и вышел, не желая больше оставаться в кабинете. То, что он собирался сделать и так было предательством его дружбы с Пэнси. Он даже не был уверен, что сам решится прийти, но кто-то уже в конце концов должен завести с Поттером этот разговор. Упрямая Паркинсон после последней встречи с Гарри вообще не желала его видеть и уж тем более говорить про Лили. Драко осознавал, что такой ход с его стороны взбесит Пэнси. Возможно она даже не захочет с ним говорить, или захочет, но будет орать, как чертова банши. Но он не мог молчать. Особенно теперь, когда знал, что сам станет отцом. Всё внутри него протестовало против того, чтобы скрывать эту правду и дальше. И, возможно, он херовый друг. Возможно, Пэнси никогда с ним не заговорит и даже возненавидет. Но он совершал в жизни достаточно неправильных поступков, а этот таким не казался.

***

Драко сидел на скамейке в парке, наблюдая как Лили играет с корги по имени Пончик, который постоянно приходил сюда со своим хозяином. Она смеялась, бегая вокруг добродушного пса, а его хозяин стоял неподалёку, терпеливо наблюдая за этой картиной. Малфой кинул вгляд на часы. Вчера он нагло переписал из телефона Гермионы номер Поттера, чтобы написать ему, где именно они встретятся, и совсем не жалел об этом. До нужного времени оставалось ещё десять минут, которые давали Драко возможность выдохнуть. Поттер явился в полдень, точный, как часы. Он сел рядом и какое-то время наблюдал за Драко, который это видел, но не комментировал. — Так о чем ты хотел поговорить, Малфой? Драко вздохнул, понимая, что отступать уже некуда. — Разговор будет не лёгкий. Он вздохнул и поднялся на ноги, чувствуя как всё внутри переворачивается. — Милая, — он крикнул, зная, что малышка услышит его. — Иди сюда. Лили бежала в объятия Драко на всех парах и обняла его, едва не сбив с ног. — Хочу познакомить тебя с моим другом, — тихо сказал Малфой, косясь на Поттера. Девочка посмотрела на "друга" Драко и тут же заулыбалась. Она умела располагать к себе лучше всех, кого он знал. Маленькая мисс Паркинсон встала напротив Гарри, широко распахнув глаза. — Вы Гарри Поттер? — шепотом спросла она и Гарри улыбнулся. Очевидно, она очаровала его с первого взгляда. У Драко сжалось сердце от этого зрелища. — Да, я Гарри Поттер, — брюнет присел перед малышкой на корточки. — Мама говорит, что вы всех-всех спасли, — она положили маленькие ладошки на его щёки, хлопая зелёными глазами. — Вы рыцарь. Гарри тихо рассмеялся и Драко вслед за ним, наблюдая за этой картиной. — Я спасал мир не в одиночку, принцесса, — улыбаясь, сказал Поттер. — И раз уж ты знаешь моё имя, то я бы хотел знать твоë. — Меня зовут Лили, — радостно ответила малышка. Драко встал рядом и видел как Поттер чуть нахмурился. — Какое красивое имя. — Мама поворот, что я как цветочек, да Драко? — она посмотрела на Малфоя. — Да, котёнок. Поттер смотрел на девочку, оглядывал её тёмные волосы и Драко уловил тот самый момент, когда до него начало доходить. У Малфоя так заколотилось сердце, что показалось он вот-вот упадет в обморок. — А сколько тебе лет, цветочек, — спросил Гарри малышку, и его голос дрогнул. — Почти шесть, — она показала пальчиками цифру. — Совсем большая, — улыбнулся Поттер, — а как зовут твою маму? — Пэнси, — сказала она с гордостью. — Она у меня самая лучшая. Поттер медленно повернул голову к Драко, встречаясь с ним взглядом. В зелёных глазах было столько боли. Но Малфой лишь со вздохом опустил взгляд. — Милая, — он присел рядом с Поттером перед Лили, — Иди поиграй немного, нам с Гарри нужно поговорить. Она кивнула, чмокнула Драко в щёку и унеслась на лужайку. — Скажи, что я всё не так понял, Малфой, — шептал Поттер, не спуская взгляда с малышки. — Я бы хотел, но... — Она моя дочь? — спросил Гарри прямо, поворачиваясь к Малфою. Хотелось бы как-то смягчить этот удар. Сделать так, чтобы Гарри не было так больно, но не было во всём мире слов, способных что-то изменить во всей этой ситуации. — Да, — короткий ответ, который заставил большого и грозного Аврора прикрыть глаза и опустить плечи. Он словно стал меньше, будто эта правда опустилась на его плечи тяжёлым грузом. — Мне жаль, Поттер. Давай присядем, — Малфою показалось, что Поттер покачнулся и он мог его понять. Такая правда может сбить с ног кого угодно. Брюнет кивнул и они вернулись на скамейку. Драко поставил локти на колени, вздыхая. Он понятия не имел как начинать такие разговоры. — Я не знал, что Лили твоя дочь, — тихо заговорил Малфой, — Пэнси сказала мне в тот день, когда она приходила к тебе искать меня. А до этого она каждый раз была готова убить меня, если я спрашивал о её отце. Блять, да я даже не знал, что вы были вместе. Я умолял её сказать тебе, но она боится, упрямится, а после твоей последней выходки... — Да, я понял, — голос Гарри был безжизненным, слабым, будто из него выкачали всю силу. — Возможно Пэнси меня возненавидит за это, но я не могу молчать. И дело даже не в тебе и Пэнси, — он кивнул в сторону лужайки, где играла Лили, — дело в ней. У неё должен быть отец. — У меня есть ощущение, что все эти годы он у неё был, — Поттер посмотрел на него с болью и благодарностью, а Драко прикрыл глаза даже не представляя как херово может быть от осознания, что твоего ребенка воспитывал кто-то другой. — Я люблю её, как родную, это правда, — Малфой улыбнулся. — Я менял ей подгузники, гулял с ней, учил играть на рояле. Я даже научился кататься на чертовом велосипеде, чтобы научить её. Я был рядом во все важные моменты. Она одна из самых дорогих людей в моей жизни. Но я скорее старший брат. А ей нужен отец. Поттер потер лицо ладонями и запустил пальцы в волосы. Он был до ужаса спокойным. Может дело было в аврорской выдержке, а может он просто настолько в шоке, что не в состоянии выдавать адекватные реакции. — Я, блять, даже не знаю, как на это реагировать, — он откинулся на спинку скамейки и прикрыл глаза. — Было бы не плохо, если бы ты не стал на этот раз говорить Пэнси, что ненавидишь её, — фыркнул Малфой. — Я её не ненавижу. — Я понял. — Гермиона знает, да? —спросил Поттер. — Потому она сказала мне всё исправить? — Я не смог бы смотреть ей в глаза, зная правду, и молчать, — Драко пожал плечами. — А твою правду она знает? Знает, что ты по уши в неё влюблен? — Гарри хмыкнул. — Наверняка ещё с Хогвартса, да? Малфой на секунду замер, а потом расслабился, потому что не хотел больше скрывать это. Не от Поттера точно. — Так заметно? — То как ты смотришь на неё, выдает тебя с потрохами. Правда не все это видят, — он фыркнул. — Она очень умная, но иногда слепая. — Ты подозрительно спокоен, Поттер, это немного пугает. — Я не спокоен. Совсем. И лучше тебе не знать, что именно я чувствую сейчас. Он посмотрел в сторону лужайки, наблюдая за Лили. Драко казалось, что он видит как сердце Поттера разбивается на осколки. Внешне он был спокоен, но его глаза отражали гораздо больше. Он смотрел как маленькая девочка смеётся играя с собакой и Драко мог понять о чем он думает. Гарри купил бы ей собаку, построил дом и перевернул весь мир, если бы понадобилось, но он о ней даже не знал. И, возможно, он сможет простить Пэнси её побег и недоверие, но то, что она скрывала дочь — никогда. — Хочешь я расскажу тебе о ней? — Драко слегка улыбнулся Гарри, когда тот кивнул. Он не знал, что ещё мог сделать для Поттера. — Её полное имя Лилиан, но никто её так обычно не называет, только когда она плохо себя ведёт. Она ужасная непоседа. А ещё она обожает квиддич и полёты. По крайней мере, теперь я понимаю откуда это у неё. Гарри ухмыльнулся, а Драко продолжал говорить. Было не ясно лучше он делает этими рассказами или хуже. Хотя, казалось бы, куда уж хуже.

***

Удар. Удар. Удар. Гарри колотил грушу, пытаясь собрать мысли во что-то более-менее рациональное. Раньше это всегда помогало, но сейчас, чем сильнее он ударял кулаком в твёрдую поверхность, тем больше боли и отчаяния бурлило внутри. Он понятия не имел, сколько времени провёл в зале, мышцы горели, но казалось, что если остановиться, то вся мерзость его жизни обрушится на него с новой силой, прибивая к полу. Лили. У него есть дочь. Маленькая, красивая, чудесная девочка с яркими зелёными глазами. Он всю жизнь слышал, что у него глаза матери, но только теперь сумел понять как это выглядит на самом деле. Волшебно. Он словно смотрел в собственные глаза, только в её глазках светились счастье и радость. Она была такая невероятная. Поттер ударил грушу сильнее, услышав хруст крепления. Он видел отношения Лили и Малфоя. То как она его обнимала, целовала в щёку, как горели глаза блондина, когда малышка смотрела на него. Гарри давно не чувствовал эту горечь на языке. Этот отвратительный вкус ревности и зависти. И это было сильнее всего, что он ощущал раньше. Осознавать, что твой ребёнок обнимает другого мужчину с такой любовью, какой не достанется тебе, самое ужасное ощущение. Удар. Удар. Удар. Последний заставил грушу слететь с крепления, Гарри упал на колени одновременно с тем как коженая поверхность коснулась пола. Крик вырвался из горла сам. Надрывный, отчаянный, раздираюший глотку. Он кричал так, что казалось сам лишится слуха. Выл, будто раненный зверь. Послышались быстрые шаги и кто-то присел напротив. — Гарри... Он поднял голову и увидел взволнованное лицо Гермионы. И он больше не мог притворяться. Не перед ней. Эта женщина прошла рука об руку с ним через все дерьмо, видела его разным и, если бы он мог кому-то показать свою слабость, то только ей. — Я так больше не могу, Гермиона, — прохрипел он и почувствовал как по щеке сбежала слеза. Плевать, что он мужчина и не должен плакать. — Иди сюда, — она упала на колени и прижала его к себе и Гарри сломался, обхватывая подругу руками. — Что я такого сделал, что жизнь раз за разом пинает меня всё сильнее? Неужели я такой ужасный человек, который достоин всего этого? — он откровенно рыдал, чувствуя себя сломленным и слабым. — Сколько это будет продолжаться, Гермиона? Она всхлипнула, запустила пальцы в его волосы и поцеловала в макушку. Ничего не говорила, а он ничего и не ждал. Ему просто нужна была какая-то опора, кто-то, кто был бы рядом. И она была. Раньше и сейчас. — Ты прекрасный человек, Гарри, самый лучший, — она снова прижалась губами к его волосам. — Просто жизнь та ещё сука. — Я больше не выдерживаю... Я устал. Гермиона обхватила лицо Гарри руками и подняла к себе. Она стирала большими пальцами влагу с его щёк, хотя сама не прекращала плакать. — Ты сильный, Гарри. Ты выдержал столько дерьма, что хватит на десять жизней. Я знаю, что тебе больно. Я знала, что это разобьёт тебе сердце, — она поцеловала его в лоб и не убирала губы с его кожи. — И это ты выдержишь. Тебе есть ради кого быть сильным. Ради кого взять себя в руки. Она заглянула в его глаза. — Ты имеешь право злиться, обижаться и даже сломаться. Сейчас, со мной. Но позже, Лили нужен её папа, даже если пока она об этом не знает. А она нужна тебе, — Гермиона грустно улыбнулась. — Они обе. Гарри закрыл глаза, тяжело вздохнул и снова притянул подругу к себе, утыкясь в её плечо. Прячась в её объятиях от всей несправедливости этого мира. И она снова обнимала его, позволяя побыть слабым. — Я знаю, дорогой, я всё понимаю. Я рядом.

***

— Чувствую себя виноватым, — тихо сказал Малфой, когда они с Гермионой вошли в дом Гарри на Гриммо. — Ему было бы больно в любом случае, — со вздохом ответила Грейнджер, уверенно проходя по коридору. Дом казался пустым и безжизненным. Драко с интересом осматривался. Он никогда тут не был, хотя это и дом его предков. Кажется, Поттер мало что тут поменял — интерьер был слишком уж мрачным, как раз в духе Блэков. Они поднялись на второй этаж и Гермиона толкнула дверь спальни. Поттер валялся на кровати, рядом на тумбе стояли бутылки от огневиски. Драко покачал головой, понимая, что правда о Лили, кажется, сломила Поттера. — Вот дерьмо, — пробормотала Гермиона. — Он же вообще не умеет пить. — Оно и заметно, — хмыкнул Малфой. — Хотя, сомневаюсь, что его это волновало. — Гарри, — Гермиона присела на край кровати толкая его в плечо. Он что-то проворчал, но продолжал спать. — Драко, открой шторы. Малфой прошёл в комнату и раздвинул портьеры, заставляя Поттера поморщиться и и уткнуться лицом в подушку. Гермиона снова потрясла его за плечо — безрезультатно. — Ему нужно на работу, — вздохнула Гермиона. — Мерлин, он никогда не пропускает работу. — Должен же быть у него...ну не знаю, заместитель какой-то? — Малфой поморщился, вспоминая себя в дни, когда страдал после Хогвартса. Он тоже напивался до беспамятства. — Вы же на хорошем счету у Министра, сможешь объяснить ему, что Поттер немного...не в себе. — Конечно, я смогу объяснить всё Кингсли. И заместитель Гарри — я, — фыркнула Гермиона. — Так иди и замещай, — Драко пожал плечами, осматривая обстановку комнаты. — Я не могу бросить его одного. Малфой вздохнул и глянул на растрепанного, спящего Аврора. — Я останусь с ним, — он даже сам себе удивился, произнося это. Гермиона раскрыла рот от удивления. — Серьезно? Драко кивнул — отступать было некуда. —Ты же не хотел, чтобы я работала? — И снова ты переворачиваешь мои слова, — он закатил глаза. — Я сказал, что тебе не стоит работать в твоем положении, я не говорил, что не хочу, чтобы ты работала. Так что иди, а я понянчусь с Поттером. — Но... — Иди, — он взял её за руку, потянув на себя и заставляя подняться. — Вдруг Аврорат рухнет без руководителя? Он поцеловал её в висок и обнял. Да, ему не хотелось отпускать её туда, где опасность. Но она дорожила своей работой и любила Поттера. Драко просто надеялся, что она достаточно умна, чтобы не лезть на рожон. — Я справлюсь с этим пьянчужкой. — Тебе тоже нужно на работу, — Гермиона вопросительно вскинула брови. — У меня тоже есть заместитель. И она справится. Правда ей не стоит знать, почему меня нет на работе, иначе она убьет меня и Поттер всё равно останется тут один. — Ладно, — Гермиона улыбнулась, посмотрела на часы и округлила глаза, — если что, я на связи. Она отошла на пару шагов, но потом развернулась и снова подошла к Драко, обхватила руками его лицо и поцеловала, встав на носочки. — Я обожаю тебя, ты знаешь? — она улыбнулась ему в губы. — Конечно, я же потрясающий, — он хмыкнул, притянув её к себе снова и даря нежный поцелуй. — Какой ты самоуверенный, — фыркнула Гермиона, отрываясь от его губ. — Не подеритесь тут. — Я? Драться с главным Аврором и героем магической Британии? За кого ты меня примимаешь, женщина? — Малфой широко улыбнулся, в ответ на скептический взгляд Грейнджер. — Иди. И будь осторожна, пожалуйста. — Хорошо, — она обернулась, выходя из комнаты, а затем исчезла в коридоре. — Ну что, Поттер, нам будет весело, правда? — Драко ухмыльнулся, когда Гарри что-то проворчал и накрыл голову одеялом.

***

Гермиона вошла в зал для брифинга, впервые за долгое время прикрепив к форме аврорский значок, и даже сама форма была не обычной боевой. На ней была рубашка, брюки и аврорская мантия. В таком виде обычно ходил Гарри. — Всем привет, сегодня Поттера не будет, — громко сказала она и Авроры притихли. — А где Гарри? — тут же спросил Рон. — У него выходной, я сегодня за него, — Гермиона оперлась бедрами на стол, стоящий в помещении на небольшом возвышении, и сложила руки на груди. — У него не бывает выходных, — продолжил Рон, заставляя Гермиону раздражённо вздохнуть. — Значит теперь бывают. У тебя какие-то проблемы с тем, чтобы подчиняться мне, Уизли? — она скептически подняла бровь. Рон поджал губы и отрицательно покачал головой, отходя к остальным Аврорам. Гермиона так и не поняла когда и почему это случилось, но в какой-то момент они с Гарри сблизились сильнее, чем когда либо были Гарри и Рон. Это вышло само собой. Нет, Гарри и Рон всё ещё были хорошими друзьями, но она могла со стопроцентной уверенностью сказать, что знает о Гарри, его жизни, чувствах и переживаниях гораздо больше, чем Рон. И так уж вышло, что из них двоих своим заместителем Поттер выбрал её. Уизли любил работу и неплохо справлялся, но был рассеянным, слишком мягким. Рона всегда бесило, что Гарри ставил её выше лучшего друга. — Раз проблем нет, тогда начинаем, — Гермиона громко хлопнула в ладоши, привлекая внимание. — Тишина! Она знала, что делать, хоть и заменяла Гарри за всё время раза три и то, когда он отлучался по каким-то важным делам по просьбе Министра. Быстро проведя перекличку, Гермиона раздала всем задания, обозначила места патрулей и рейдов. Грейнджер всегда любила руководить и сейчас была в своей стихии. — Я жду от вас все отчёты, — она обвела взглядом каждого в зале. — Вовремя. То что я всего лишь замещаю Поттера не значит, что я буду мягче или снисходительнее. Не забывайте, что я обладаю всеми его полномочиями сегодня. Всем всё ясно? В ответ раздался гул утвердительных ответов. — Отлично, тогда работаем, — она наблюдала за расходящимися в стороны Аврорами, когда рядом возник Ник. — Не подумай ничего такого, но ты невероятно сексуальна в этой форме и с командным тоном, — улыбнулся он, присев на стол рядом. — Я знаю, — фыркнула Гермиона. — Но спасибо. — Поттер совсем не в себе? — лицо Ника потеряло веселость и он понизил голос, чтобы никто не услышал его. Он не знал всех подробностей, но был осведомлён, что дело в прошлых отношениях. — Он в запое, — вздохнула Гермиона. — Ему очень херово. — Ясно. И ты оставила его одного? Гермиона хихикнула. — С ним Малфой, — она покачала головой. — Сам вызвался, представляешь? — Ого, это будет весело, — присвистнул Ник. — Ты уверена, что они оба останутся в живых? — Думаю да. Кажется они нравятся друг другу, но не готовы это признать, — улыбка на секунду озарила её лицо, а потом взгляд упал на часы. — Картер! — Да? — Иди работай! Какого черта ты тут болтаешь? — строго сказала она, повернувшись к другу. — Да, босс, уже ухожу, — он едва сдерживал улыбку, быстро обнял её и чмокнул в макушку. — Люблю тебя, гномик. — И я тебя люблю, громила, — она хлопнула его по груди. — Иди уже!