Часть 12 "Слияние"

      Нас всегда учили не бояться смерти. Если ты умираешь на задании, то становишься героем посмертно. Отдать жизнь за Петриану готов каждый варон. Мы существуем только благодаря тому, что страна в нас нуждается. Мы обязаны ей всем.       Прошёл один миг или целая вечность с того момента, как жизнь покинула тело Барда. Его щека всё ещё была тёплой. Возможно, от моих слёз. Запах его кожи, сырой земли и листьев витали в воздухе, и сколько бы я не пыталась сделать вдох, он прочно осел в носу. Я прижимала к себе Барда за плечи, боясь открыть глаза и отпустить его. Увидеть его и понять, что всё закончилось.       — Клара, — тихо позвал меня Арн, касаясь моей руки.       — Не трогай меня, — прохрипела я.       Мой мир сузился до едкого запаха смерти, темноты и тяжести тела Барда.       — Клара, подними голову! — прорычал он.       Я с трудом выпрямилась и подняла голову. Из-за мутной пелены слёз я не сразу увидела, что Арн смотрит в другую сторону. Проследив за его взглядом, я будто бы проснулась.       Мужчина, которого Арн ударил в голову, стоял недалеко от нас и прикрывался девочкой, прижимая дуло револьвера к её голове. По его лицу текла кровь из раны, которую нанёс ему Арн. Он отступал в сторону деревьев, с ненавистью глядя на нас.       — Если вы двинетесь с места, я убью её! — крикнул он.       Медленно поднявшись, я встала рядом с Арном. У него при себе оружия не было, зато у меня был револьвер за поясом, сзади. Но до него нужно было ещё дотянуться, не привлекая внимание. Девочка пыталась вырываться, что осложняло задачу. Мужчина с лёгкостью мог выстрелить в неё. И тогда, смерть Барда была бы напрасной.       — Отпусти её, и мы не станем тебя преследовать, — сказала я, делая осторожный шаг вперёд. — Иди своей дорогой.       Но мужчина лишь крепче схватил девочку за волосы, заставляя её вскрикнуть. Я сделала короткий вдох и задержала дыхание. Жизнь маленькой девочки висела на волоске.       — Я похож на дурака? — спросил он, оскалившись. — Она поедет со мной, как гарантия моей безопасности.       Я почувствовала, как рука Арна касается моей спины и спускается к пояснице.       — Что в ней такого? — спросила я. — Зачем она сдалась Вандермейеру? Она же всего лишь прислуга!       Мужчина скривился.       — Какой, к чертям собачьим, Вандер…       В эту секунду Арн вытащил из-под пояса револьвер и, наставив на него, выстрелил несколько раз. От неожиданности, мужчина ослабил хватку, и девочка выскользнула из его рук. Он успел ответить на первый выстрел Арна, а потом встретил вторую пулю, пробившую ему грудь. Мужчина упал на землю, лицом вниз.       Я судорожно выдохнула, ощутив резкую боль в правом боку. Прижав к нему ладонь, я смотрела, как девочка бежит к Арну, и он подхватывает её на руки, крепко обнимая.       «Она жива, Бард», — подумала я и засмеялась от облегчения.       Они вернулись ко мне, и, поставив девочку на ноги, Арн посмотрел на меня. Я улыбнулась ему, а потом опустила взгляд на свою руку и увидела, как сквозь пальцы просачивается кровь. И тогда, я поняла, что ответный выстрел встретила я.       Я снова прижала ладонь к боку и опустилась на колени, рядом с Бардом.       — Клара.       Арн взял в ладони моё лицо и повернул к себе, заставляя взглянуть на него.       — Всё будет хорошо, — твёрдо сказал он. — Верь мне.       Он оторвал часть ткани от моего плаща и, скомкав её, прижал к ране, а затем туго перевязал поясом, чтобы на время остановить кровь. Я наблюдала за ним, словно со стороны, будто бы всё происходило не со мной. Острая боль ушла и на её место пришла тупая, пульсирующая. Веки стали тяжелеть и чем больше я старалась держаться в сознании, тем больше у меня темнело в глазах. Арн куда-то ушёл, а я сидела на коленях до тех пор, пока лицо, сидящей напротив, белокурой девочки, не стало расплываться.       Я легла на спину и повернула голову к Барду. Последнее, что я увидела перед тем, как закрыть глаза, так это расслабленное лицо моего друга и застывшие, широко-распахнутые, глаза, смотрящие в пасмурное небо.

      * * *

      — Мы идём дальше.       Арн повернулся к Дану, удивлённо распахнув серые глаза.       — Уверен? — спросил он. — Мы свою часть выполнили.       — Думаю, что-то случилось, — ответил Дан. — И надо выяснить что именно.       Дан поднялся на ноги и стал сворачивать карту. Я взглянула на Арна, который не разделял стремление Дана узнать, почему нас не встретили, чтобы передать важный документ. В груди появилось сдавленное чувство, которое не предвещало ничего хорошего.       — Может, всё-таки, вернёмся назад? — спросила я, когда Арн не мог нас услышать. — Мне всё это не нравится. Вдруг, с ними что-то случилось?       Дан взял меня за руку и притянул к себе. Он всегда так делал, когда я в чём-то сомневалась. Но в этот раз, я сомневалась в правильности его решения.       — Не волнуйся, — сказал он, глядя мне в глаза. — Я просто хочу выиграть время и уйти подальше от земель Дамиана.       — Ты хочешь сбежать сейчас? — ошеломлённо спросила я.       — Тихо, — укоризненно произнёс Дан, с плохо скрываемой улыбкой.       Я с сомнением смотрела на его уверенное лицо, ощущая, как с каждым вдохом, воздуха становится всё меньше и меньше. Теперь я знала определение сдавленному чувству в груди. Это была тревога. Я не была готова к побегу. Мы больше не обсуждали с Даном его безумную затею. Он всё решил сам. И сам же выбрал время.       — Почему ты не сказал мне? — шёпотом спросила я.       Он вздохнул и прижался тёплыми губами к моему лбу.       — Боялся, что ты передумаешь.

      * * *

      Слияние души и тела — это самое мерзкое, что может произойти с человеком. Глубокое погружение в себя для концентрации и фиксации внимания на чём-то другом, кроме основного триггера, всегда давалось мне с трудом. Нара обучала этому умению только девушек. Парни же, по её мнению, были не способны на это. Она обосновывала это тем, что женщина — многогранное существо. Сама природа вложила в неё выносливость и терпимость к боли.       На одной из тренировок, она довела меня до состояния полного изнеможения и желания умереть. Я лежала на промёрзлой земле, с трудом делая каждый вдох, потому что казалось, будто бы лёгкие вот-вот разорвутся. В ходе ближнего боя, она нанесла мне множество ранений своим ножом. И судя потому, что кровь во мне кипела, Нара использовала яд.       Она подошла ко мне и с улыбкой скрестила руки на груди. Я попыталась оторвать свою руку от земли, но она меня не слушалась. Тогда я впервые ощутила леденящий страх. Моё тело больше мне не принадлежало. Оно приросло к земле и стало её частью.       — Это мой любимый момент, — ликовала она.       Я молча смотрела на неё испуганными, полными слёз, глазами.       — Осознание.       Нара опустилась рядом и стала меня раздевать. Я с ужасом наблюдала за её резкими движениями, не имея шанса помешать ей. Мороз тут же начал кусать мою оголённую, ещё тёплую, кожу. Я задыхалась и пыталась кричать, но из меня выходили лишь звуки, похожие на мычание.       Она аккуратно сложила мои вещи и положила рядом. Затем достала из кармана флакон с янтарной жидкостью, открыла его, и поднесла к моим губам. Несколько капель стекли по онемевшему языку и нёбу.       — Это антидот, — пояснила она. — Он скоро подействует. А до тех пор, тебя ждут не самые сладкие минуты в твоей жизни.       Нара убрала флакон в карман своего плаща и встала.       — Твоя задача — использовать слияние во всей его красе, — сказала она. — Иначе ты умрёшь от боли, потери крови и, — она поёжилась и обняла себя руками, — адского холода.       А затем, она развернулась и ушла, оставив меня, обнажённую, лежать где-то в поле.       Не думаю, что тогда, мне помогло чёртово слияние. Мне помог Творец, потому что у него были на меня планы. И припасено гораздо больше дерьма, чем могла скормить мне Нара. Но я отчётливо помнила чувство, которое тогда испытала. Я стала никем. Всё моё существо сжалось до маленького комка грязи. Не было ни света, ни тьмы, ни других оттенков. Не было ничего. В этом состоянии, когда ты думаешь, что умираешь и принимаешь это, сердце вдруг начинает биться с невероятной силой, заставляя разум и тело в последний раз уцепиться за жизнь.       Я проснулась, но не смогла открыть глаза. Как и тогда, моё тело мне не подчинялось. Оно безвольно лежало на чём-то твёрдом.       — Всё будет хорошо.       Чьё-то горячее дыхание обожгло мне щеку. Я хотела потянуться к этому источнику тепла, но не смогла.       — Нельзя ждать, — сказал знакомый голос.       — Морфий ещё не подействовал, — возразил другой. — Она может умереть не от кровопотери, а от болевого шока!       — У нас нет времени ждать! — сквозь зубы процедил знакомый голос.       — Хочу, чтобы вы знали, — тихо сказал другой голос. — Даже если морфий начал действовать, но насквозь пробита артерия… ей не выжить. Готовьтесь.       Я хотела крикнуть им, что я жива, и чтобы они вытаскивали проклятую пулю из моего тела.       — Возможно, — продолжил он, — сейчас она ещё может вас услышать. Если хотите попрощаться или… Сейчас самое время.       Наступила тишина, а потом раздался металлический звук инструментов. Я снова ощутила горячее дыхание на своей щеке, а затем, чьи-то тёплые губы коснулись моего уха.       — Вернись ко мне.