Часть 2 или С чего начался мир

Β жизни все временно. Если все идёт хорошо — наслаждайся, это не будет длиться вечно. Ну a если все паршиво — не кисни, это тоже не навсегда.

©Дэвид Лоуренс

Девочка четырнадцати лет сидела на подоконнике и наблюдала за царившей на улице метелью. Середина января. Рядом с девочкой лежали шесть цветных книг, с шестерёнками на корешках, а её взгляд был расстроенным. Она разочарована. - Алекс! - раздался с кухни голос её матери, - у нас хлеб кончился! Сходи за ним. «Хлеб? В метель? - думала Алекс, смотря в окно. - Что за глупость?» - Через пять минут, - глухо ответила она, не желая затевать очередной спор. Идя заснеженными дорожками к магазину, она снова размышляла над поведением героев серии книг. Множество разных глупостей, которые аукались не слишком приятными последствиями и хотелось каждый раз делать жест «рукалицо». А так же заторможенность главной героини… Нога Алекс проскользнула вперёд, но остальное тело не успело переместить вес туда же. Словно в замедленной съёмке, Алекс видела медленное кружение снежинок, хотя была метель, отметила внутри себя сильную панику и учащённое сердцебиение, что гулом отдавалось в висках. Из широко распахнутых серо-зелёных глаз еле видны застывшие слёзы. Руки барахтались в воздухе, пытаясь за что-то зацепиться, желая отсрочить смерть ещё надолго, но без толка: она подскользнулась на краю двора - ровная поверхность, отсутствие маленького забора и высокая вероятность замерзания льда именно там. «Хах, - ухмыльнулась Алекс в мыслях, но ухмылка получилась горькой, - и это я-то говорила о заторможенности? Сама такая! Если бы была там я, всё можно было б изменить… Но… Я НЕ ЖЕЛАЮ УМИРАТЬ ТАК ГЛУПО!!! - изо рта выдыхнулся рык, протестующий реальности, в которой Алекс падала затылком о высокий бордюр. - Даже если не умру, буду вспоминать это всю жизнь, как самую глупую попытку умереть…» Раздался глухой стук удара затылка о заледенелый бордюр. На заснеженный асфальт медленно, нехотя, выливалась тягучая алая кровь. Глаза с расширенными зрачками закрылись, а губы расплылись в самой горькой, но не менее презрительной к своей беспомощности в данном случае, улыбке. «Боже, если ты есть…— разум туманился, осмысленно думать всё сложнее, — просто знай: я не хотела… Да, я грешна… Но прости…» *** За окном вспыхнула белоснежная опасная молния, а за ней пророкотал гром.

Она не придёт — её разорвали собаки,

Арматурой забили скинхеды,

надломился предательский лёд.

Девочка резко открыла глаза и дёрнулась, чуть не упала с подоконника. - Как? Этого не может быть, - тихо шептала она, держась за пульсирующие от напряжения виски. - Не может, не может, не… Может. Ливень бил в окно частыми каплями.

Её руки подготовлены не были к драке,

И она не желала победы,

я теперь буду вместо неё.

Она осторожно посмотрела где находится. Обычная маленькая комнатка ребёнка: шкаф, скорее всего с одеждой, одноместная кровать, со светлым пастельным бельём, письменный стол, стул и ковёр на полу с преобладающим красным цветом. Её взгляд зацепился за открытую на столе книжицу, подойдя, странно замечая несоответствие роста, она поняла, что это личный дневник, по последней записи, сделанной… -"Сегодня, 19 мая, зафиксировано одно из самых больших количество осадков за последние пять лет», - вещало радио из соседней комнаты. …сегодня. Девочка ещё раз осмотрела комнату и нашла настенные часы: 15:20, значит запись сделана два часа назад. Она перелистнула в самое начало дневника и шокировано стояла, переваривая первую строчку. На самой верхней строке была выведена корявым почерком фраза: «Дневник, я - Василиса Огнева - доверяю тебе свои тайны и мечты, мне 6 лет…» Девочка отмерла, не веря в происходящее. Она переродилась, причём попала в детское тело, а не в младенческое. Она нетерпелива и сошла бы с ума, ожидая, когда подрастёт и сможет свободно перемещаться, поэтому так даже лучше. Девочка перевернула страницу. Неаккуратно. На большом пальце успела образоваться алая капелька крови, и она всё росла. - Чёрт, - тихо выругалась девочка, отводя назад палец, надеясь, что быстро засохнет. Пять минут прошло, а кровь так и идёт, уже стекает с кисти на гладкую поверхность стола. «Не думала, что инородная душа может повредить тело. Но считаю, что это напоминание о самой себе, ведь у меня гипокоагуляция* и от неё я и умерла…» Она отвернулась от стола, натыкаясь на зеркало. - Что это такое…? В зеркальной глади отражалась семилетняя девочка с синими, васильковым глазами и рыжими, скорее медными, волосами. Под шокированным взглядом оной радужка глаз светлела, а волосы напротив, у корней темнели, становились тёмно-русым с красным отливом. «Как будто кровью политы», — промелькнула мысль в голове девочки.

Она плавает в формалине,

несовершенство линий,

Движется постепенно.

«Это… Что это, кстати? Похоже на перестроение тела под душу… Значит ли это то, что я и моё внутреннее эго сильнее, чем прошлая Василиса? Приятно, но это не стоило смерти…» *** Маленькая девочка сидела на подоконнике. Слабый свет полной луны отражался в голубых задумчивых глазах. Часы показали полночь. Пространство вокруг девочки заискрилось, являя глазу разноцветные пестрящие цифры: арабские, римские, синие, красные и ослепительно белые. - Интересно, - она плавно двинула рукой в сторону, веля цифрам лететь шлейфом. Получилось. - Что же будет, если вместо Василисы Огневой придёт Алексия Волкова? - девочка оскалилась, на миг потеряла контроль, и за этот миг цифры сложились в месяц. «Я где-то слышала, что силу можно просить у небесных светил, - думала она, заинтересованно разглядывая фигуру, - в полнолуние. Сила часто зависит от кровной наследственности расы… Почему бы не попытаться обмануть всех?»

У меня её лицо её имя,

свитер такой же синий,

Никто не заметил подмены.