Лёгкая фортуна

- Блин, опять "Башня" выпадает! - об деревянный стол что-то шмякнулось с громким хлопком - Второй день уже... Молодая девушка, лет 18, с громким вздохом рухнула лицом в стол. Маленькая чашечка со свежезаваренной матчей немного дрогнула, пустив круги по зелёной поверхности. Также от звука удара немного зашевелились пару карт из старшей колоды. Тем же временем звук завывающего утреннего ветра вторил "отчаянию" юной гадалки. Из полусидячего тела вырвался страдальческий стон. Старшеклассница, чьи волосы оттенком были похожи на лавровые венки, неохотно подняла голову, уставившись на ни в чем невиновную чашку чая. Потом на эти чертовые карты сбоку. На неё всё также смотрела эта злополучная "Башня", которую раздробила кара небесная. Она не выдержала и лёгким движением указательного пальца смахнула её к краю стола, будто раздражающую букашку. За окном потихоньку поднималось слабо блестящее, но на данный момент очень предательское солнце. Оно посмело выглянуть именно в этот самый день, когда Анна должна будет столкнуться с "большим потрясением, от которого вряд ли оправится позже". А для неё в такие часы всегда было верным лишь одно решение - попросту не выходить на улицу и переждать "бурю". Ей лишь хотелось надеяться, что не у неё одной наблюдается не самый удачный день. Хотелось знать, что не одна ожидает подлянки от судьбы, что кое-кто с соседней улицы тоже схлопотал роковую башенку и теперь просчитывает все возможные вероятности. На её лице в миг расцвела гаденькая улыбка, которая стала только шире, когда она видит знакомое лицо напротив в назначенный час. Комнату тут же накрыл прохладный воздух, едва отворились окна с прозрачными шторами в цветочный узор. Меру высунула голову наружу совсем на немного, оставив свою вторую половину туловища на небольшом табурете. Внутрь также просочились ранние птичьи трели. Там, на той стороне, едва ли не впритык с её квартирой, на балконе сидел "он". Её соперник по гаданию. Её личная причина для постоянных безудержных хихиканий. Её то единственное, что не подаётся объяснению даже через логику эзотерики. Её... Так, а это уже необязательно понимать! Этот самый таинственный "он" особо не среагировал, даже головы не поднял. Знает ведь, "Мистер ходячая скульптура из романов Брэма Стокера". Привык ведь уже, чёрт-переросток. Стоит себе там, чиркает что-то в своем блокнотике с эскизами на будущие творения, а на неё даже ухом не повел. При этом ещё и умудряется быть красивым до боли в животе и странным до нервного тика. Анна не могла понять, бесит ли тот её или же забавляет?... - Опять дизайном своим занимаешься, а, Хоукинс-сан? - начала она с привычными весёлыми нотками в голосе - А если ветром сдует? Хоукинс Бэзил был старше неё примерно на семь лет, посему Меру все равно оставляла в разговоре с ним уважительную частицу. Тем не менее, это не мешало ей откровенно дразнить чудаковатого студента-соседа, что был с ней относительно "на одной волне". - Опять матча закончилась у тебя?... - спрашивает он невозмутимо, без какой-либо совести и даже так не отрывая взгляда от блокнота. Улыбка с лица девушки сразу же спала. Глаза её быстро метнулись к стоящей на столе рядом чашке с не выпитой матчей, потом снова на него. На чашку, на него, на чашку и снова на него, на чашку... Руки вжались в подоконник до побелевших костяшек, но Меру ещё было пока рано списывать со счетов. Она все равно докажет над ним свое превосходство, пускай тот и старше, и опытнее... - Кхм... Не угадал - Анна спокойно натянула притворную улыбку на лицо - Впервые ты не смог предсказать будущее, разочарована... Девушка хмыкнула и горделиво подняла голову, но едва не свесилась вниз, на миг забыв, что ниже по росту. А потом в памяти всплыла роковая "Башня", отчего она нахмурилась ещё один раз, но уже про себя. - Тебе сегодня что-то выпадало? Только сейчас Бэзил поднял голову и посмотрел в направлении её окна. Изумрудные глаза встретились с рубиновыми, оставалось лишь нанести сюда романтичный фильтр и всё - современная, переработанная и самая настоящая пародия на "Ромео и Джульетту" готова. Анна тут же наклонилась назад, чтобы не пялиться слишком явно. - Двойка Кубков - ответил он без колебаний, вновь вернувшись к своим дизайнерским чертежам. - Врёшь. - Не вру. - Ты и Двойка Кубков? Такое даже в бреду сумасшедшего невозможно увидеть! - Хочешь верь, хочешь не верь, но судьба сегодня мне такой дар преподнесла - он ещё и плечами смеет пожимать. Со слов "судьба" Анна встрепенулась и потянулась к своим картам. На них по-прежнему была изображена разрушенная и пылающая огнем башня в ночи. Вот значит как? Значит, тебя звёзды любят больше, готический ты скелет?!... - Тогда и подавись своими "Чашами", везунчик! - неожиданно срывается зеленоглазая, густо краснея до самых ушей. От своих нервных дерганий она задевает носком столик позади себя. Многострадальная чашка с уже остывшим напитком чудом устояла на месте, упустив лишь пару капель за край. Зато одна из тёмно-синих карт от лёгкого движения перевернулась "лицом", показав миру держащуюся за руки молодую пару в римских тогах, с женщиной-ангелом, благословляющим их на путь счастливый. "Влюбленные"... Анна так и застыла на месте, чувствуя, как потихоньку начинают краснеть сначала её шея, а потом и щеки. Зеркало, висящее на шкафу неподалеку, гнусно выдавало её до смехотворного багровое лицо, под цвет камелии красной в клумбе знакомой её матери. Просто уморительный контраст горящего лица с волосами в оттенок перезревших оливок. И все из-за какой-то бумажки... Она посмотрела на своего соседа - бледного, с длинными грязно-золотистыми локонами (которым даже юная Эмири обзавидуется), завязанными в конский хвост темной лентой, об чьи ключицы можно было нос сломать. Девушка находила это странно красивым, но её истинные мысли боролись и громко стучались об нежелание проигрывать ему в милости Госпоже Фортуне. Даже тогда, когда эта самая дамочка уже неприкрытыми жестами убеждала перестать вести себя как младшеклассница. - Ты, сегодня, извини за прямоту, на редкость.... - он на миг замолчал и слегка повертел карандашом в воздухе, как бы подбирая летающие в голове более "смягченные" варианты - ... заведённая. Меру издала странный вздох, похожий на тихое возмущение при последнем слове. Хотелось возразить, но зеркало же не обманешь. А Бэзил все продолжал причудливо, но метко поддразнивать её своим обычным "непробиваемым" тоном, в отместку за месяцы своих "унижений". - Вероятность того, что причиной твоего настроения могла стать не самая лучшая для гадалок твоего типа карта составляет около... 80%. - Ох, ваши чёртовы проценты и вероятности, Хоукинс-сан - ответила та, делая вид, что закрывает уши - Мы вроде и гадаем на одних картах, но почему-то ТАК по-разному... Наступило молчание, а потом... Уголки его губ приподнялись на целый миллиметр - почти самое максимальное проявление эмоций от мужчины вроде него. - Значит, я был прав. Анна восприняла это как наглость мирового масштаба, а внутри неё разгорелось желание влепить кое-кому крепкого щелбана. К сожалению, риск свалиться со второго этажа сильно мешал. И тем не менее, нежелание показать свою слабость пересиливало и лилось за край. Вплоть до самого разума. - Вы слишком самоуверенны в некоторых своих доводах, Хоукинс-сан - на лицо натянулась неловкая улыбка - Видите ли, в жизни всегда предусмотрены неожиданности, которые даже самый искусный предсказатель почуять не в силе... Он посмотрел на неё пристальнее и приподнял одну бровь. Девушка про себя усмехнулась. - Так вот... Как бы вы отреагировали, если бы я сейчас взяла и пришла к вам, чтобы... - она сделала театральную паузу, как при оглашении чьей-то казни. Громкий вздох, вздернутый подбородок и... - ...поцеловать вас? ... .... .... Если бы сейчас был дождь, то гром бы точно был такой силы, что наверняка сотряс бы всю улицу. И птицы бы с громким криком разлетелись по округе. Но сейчас были лишь тихие завывания ветра и гундеж малышни, что пришла топтать газон возле дома семьи Меру. И на всем этом странном фоне, Хоукинс слабо улыбнулся. Наверное, то было впервые за всю его жизнь... - Что ж, буду с нетерпением ждать столь смелого шага от вас, Анна Меру. Я надеюсь, вы человек слова?... Меру победоносно уперла руки в бока, а затем, корчась из-за затекшей поясницы, криво и болезненно усмехнулась. Румянец ещё не прошел, но хоть какое-то чувство "ущемленности Судьбой" на унцию выветрилось из головы. По-детски покрасовавшись перед ним, зеленоглазая влезла обратно в комнату, перед этим махнув рукой "на прощание". - Обещаю, будет вам в тот день, когда мне выпадет нужная карта! ...А сама затем упрашивает "Башню" выпасть ещё разок. На недельку другую...