Довольно, поди, убей свою любовь!

Питер состоит не только из величественных построек и старинных зданий. В нём ещё есть районы, показывающие его настоящим. Не тем аристократом, каким его видели поэты, а дворовым пацаном, играющим со складным ножиком. Именно по этим необычным для «культурной столицы» районам, шла Юсупова, выдыхая дым сигареты. Вскоре она дошла до боксёрского клуба. Отперев дверь и войдя в здание она не поймала на себе удивлённые взгляды, как вы могли подумать. Здесь она была своей. Да и внимание было приковано во все ни к ней. Все столпились вокруг какого-то блондина. - Что за кипишь? – Спросила Саша проходя в толпу. Шум утих, и блондин уставился на неё - Здравствуйте, а вы знаете что-нибудь о пропаже двенадцати холодильников? – Спросил у Юсуповой блондин - Техникой не интересуюсь – Ответила Саня, до сих пор перебирая в голове причину нахождения здесь этого парня и вдруг её осенило. Юсупова подошла к парнишке и на ухо ему сказала – Только не свети, что ты из полиции Саша похлопала его по плечу и пошла в кабинет хозяина клуба - Но откуда вы… - Услышала сзади Юсупова и перебила парнишку - По тебе видно – Ухмыльнулась Саша и собиралась открыть дверь кабинета, но это сделали за неё. Из него вылетел мужчина в коричневой кепке и кожанке. Кинув друг на друга взгляды Юсупова разошлась с ним в разные стороны. Саня громко захлопнула за собой дверь от чего на письменном столе, башенка из скрученных в трубочки купюр посыпалась вниз - Ну шо за люди то такие, второй раз за день мне эту делюгу разваливаете – Обратился хозяин клуба к Сане - Не кажи ты попросту, у мене мало времени – Ответила Юсупова и села на кресло - Гляньте какая важная! Шо за дело то хоть? – Спросил он у Юсуповой - Мне нужно что-то на Разумовского – Сказала Саша, кидая сигарету в пепельницу - Компромат это, вроде, по твоей части – Удивился хозяин клуба - Нет, мне нужна информация о Разумовском. Что он любит, какую кашу ест по утрам, его слабости и страхи. Найди мне это по старой дружбе – Поправила знакомого Юсупова - Дружбу на хлеб не намажешь, Саня – Возмутился он - Ищи, коли не хочешь, чтобы твоя матушка узнала какую ты тут воду мутишь – Сменила тон Юсупова, посмотрев в глаза другу - Где-то я это сегодня уже слышал. Вот не дай Бог тебе с Громом познакомиться, а то вместе меня доконаете – Вздохнул он – Завтра заходи, нарою шо-нибудь - Мне нужно сегодня до шести вечера – Командным голосом ответила Саша - Ну шо вы все такие торопливые. Никакого отдыха с вами – Ответил знакомый - Спасибо, с меня причитается – Ответила Саша, выходя из кабинета, но на секунду остановилась – А что за Гром, не слышала о таком фраере на районе - Да шо ты говоришь, о майоре Громе не слыхала она. Перед тобой выходил – Встрепенулся хозяин клуба - Ясненько. Ну я пошла – Сказала Саша и всё-таки вышла из кабинета, захлопнув за собой дверь *** Питер сегодня на удивление радовал погодой. Поэтому на интервью с Разумовским Юсупова шла не только во все оружии (спасибо информации от старого знакомого), но и в черном платье, вместо привычных брюк с водолазкой. К слову, интервью уже прошло. Поэтому журналисты отлипли от Разумовского и пошли снимать офисы компании «Vmeste». Но Юсуповой дело до них не было, её главная цель на сегодня и ближайшие две недели дышала на крыши свежим воздухом. Саша поднялась на крышу здания и увидела Разумовского. Тихо подойдя сзади, она встала рядом с ним и оперлась на стеклянное ограждение. Отсюда был прекрасно виден весь Питер. Каждая его улочка была по-своему прекрасна. Каждый проспект был удивителен. Каждый дворик удивлял своим видом. Питер был по-настоящему красив, как и всегда. - Покорно мне воображенье В изображенье серых глаз. В моем тверском уединенье Я горько вспоминаю Вас. Прекрасных рук счастливый пленник На левом берегу Невы, Мой знаменитый современник, Случилось, как хотели Вы, Вы, приказавший мне: довольно, Поди, убей свою любовь! И вот я таю, я безвольна, Но все сильней скучает кровь. И если я умру, то кто же Мои стихи напишет Вам, Кто стать звенящими поможет Еще не сказанным словам? – Начала цитировать произведение Ахматовой, Саша, вдыхая знакомый запах Петербурга. Тем временем Разумовский её внимательно слушал, чуть ли не с раскрытым ртом - Это же Ахматова? – Изумился Разумовский услышанному – Она мой любимый автор - Правда? – Сделала удивлённый, на сколько это возможно, вид Саша. Конечно, она это уже знала заранее, но применить свои актёрские способности не было лишним – Знаете, долго считали, что это произведение Ахматова посветила Блоку. Но как же бывают слепы люди, если только через десятилетия заметили, что посвятила поэтесса этот стих Недоброву - Да…да – Смущённо ответил Разумовский, до сих пор прибывая в шоковом состоянии. Не каждый же день незнакомые девушки цитируют Ахматову - Что ж, мне пора – Сказала Юсупова и ушла прочь с крыши, оставив Разумовского в недоумении от встречи с незнакомкой. И в этот момент русскому гению ударила мысль в голову – он даже не спросил её имя. Серёжа быстро побежал вниз, но Её он уже не застал. Тем временем Саша уже стояла в лифте и нажимала нужную кнопку. Двери лифта уже почти закрывались, но между ними появилась чья-то нога. А точнее нога не безызвестного нам майора Грома. - Знакомые всё лица – Сказала Юсупова, когда Гром вошёл в лифт – Что же привело майора полиции в главный офис социальной сети? - Работа – Ответил грозным басом Гром, перебирая в голове варианты на тему: почему же она знает кто я? Кажется, сегодня Саши нравилось ставить людей в затруднительное положение. - А мы разве знак… - Через несколько минут молчания начал говорить Гром, но Юсупова его перебила - Я знаю вас и этого мне вполне достаточно. То, что вы не знаете меня, логично. К счастью, я не известна в ваших кругах – Ответила Саша и вышла из лифта, а позже из здания. На улице был тихий Питерский вечер, медленно переходящий в ночь. Вокруг пахло сыростью, а из кафе на другой стороне улице, доносился запах свежих пышек. Это всё было на столько родным и любимым, что хотелось просто остаться здесь. Погулять по ночному Питеру, а не это всё. Без убийств, без равнодушия, без вранья. Она просто хотела нормальной жизни. Стать лучшей версией себя, а не самым ужасным человеком в мире. У неё просто появилось мимолётное желание забыть последние семь лет своей жизни. Но оно тут же пропало, когда она вспомнила, как тяжело выходить из игры.