Teil elf. Küsse und Feinde

—Какого знать, что вы все же проиграете? Запустив, для уверенности, руку в мантию, и проверив наличие нераспечатанного конверта в кармане она достала его. На бумаге, в самой графе «Кому» было мелким почерком написано «Себастьян Шильдкнехт». Так проебалась не она. Он. — И что собираешься делать с полученной информацией? — фыркнула девушка, признавая свое поражение. Мнимое, ведь сама она понимала, что в письме к Себастьяну информации будет уж точно больше. Реддл не понимал ее наружное спокойствие. Ведь даже не читая письма он понимал, что здесь, в этом небольшом клочке пергамента, будет что-то, чем Том сможет манипулировать девушкой. — Для всеобщей безопасности Хогвартса я тотчас пойду к директору, так как я — староста школы и должен фильтровать информацию, полученную в таких вот письмах на безопасную и вредоносную. — И все ли письма ты читаешь? Её беспечность действительно застало его врасплох. Ноль эмоций. Ноль переживаний. Лишь усмешка на губах и настороженная поза. Рука была в кармане и Реддл был уверен, что держит она ею свою палочку. Бойся меня, да, именно таким я должен стать для тебя. Стать твоим ночным кошмаром. — Только письма со скрытым подтекстом. — А его прямо-таки видно на конверте, не так ли? — Надпись «Лорд Г. Грин-де-Вальд» сама по себе вещь интересная. Её забавляет его официальность. Его прямая поза. Но все же, в отличие от неё самой, Том выглядит расслабленно, да так, словно все происходящее лишь утомляет его. — Надеюсь, ты уже прочитал его и можешь спокойно отдать его мне. — она сделала пару шагов в его сторону, смотря прямо в глаза Тома. В свете огней факелов они поблёскивали красным, или ей кажется? — К твоему сожалению, нет, я хотел это сделать с тобой. — обворожительно улыбнулся Реддл, сверкнув белыми рядами идеально ровных зубов. Сколько не отрицай Лорелея понимала что он невероятно привлекателен. — Отвести меня в более уединенное место не хочешь? — спросила Лорелея. — Я уж думал ты никогда не предложишь. И как же двусмысленно звучали эти фразы, мог бы подумать читатель. Но в голове у бывших друзей были уж точно не грешные деяния, а вполне естественный для их ситуации гнев друг на друга, никак не выходящий за границы их собственного разума. Через пару минут они оказались в том самом кабинете травологии, в том самом, про который говорила Мэри, и Лорелея окинула взглядом помещение, чтобы оглядеть возможные варианты сопротивления. — Не думаю, что ты найдешь здесь что-то, чем могла бы прибить меня. В лучшем случае, не забывай про палочку, может сможет тебе помочь. — верно растолковав её действия поразительно спокойно произнес Том, накладывая на кабинет чары. — Это ты, чтобы не было слышно в случае пытки? — невинно произнесла Лорелея, следя за его движениями. Она запоминала его движения палочкой и могла сказать, что они были резки. На уроках ЗоТИ, когда профессор Вилкост ставила их в пары для дуэлей, Лорелея нередко замечала, что Реддл использует однотипные заклинания, поражающие атаки. Но вставая в дуэли с тем же Малфоем или Ноттом, он словно заставлял их оттачивать навыки боя, кидая в них самые жестокие заклинания. К счастью, до Непростительных он ещё не дошел. Наверное. — Ты почти права. — вновь улыбнулся Реддл. Что же ты мне вечно улыбаешься, я ведь знаю тебя. Твою душу, твое сердце и чертов разум. Сколько бы тебе не было лет, ты всегда останешься тем Томом которого я знала, но лишь цели и задачи будут меняться. Хотя возможно ты поставил их ещё тогда, сейчас лишь постепенно приходя к их свершению. — Приятно слышать. Ещё пару мгновений и он вновь стоит к ней лицом, держа в руках злосчастное письмо. Он бесстрастно разглядывал её лицо, такое до жути родное, но слишком далёкое для него. За окном выл ветер да так, что казалось природа чувствует эмоциональное состояние обоих. Но если она оглядывает его настороженно и хмуро, он смотрел на нее едким взглядом, словно хотел прочувствовать каждую клеточку ее тела. — Я могу начинать? — Я с удовольствием послушаю то, как ты читаешь в слух. — мило улыбнулась Зауберин, лёгкими шагами пройдя к первой парте третьего ряда и запрыгивая на неё. — На стул сесть не могла? — поинтересовался Реддл, — Или ты так чувствуешь себя выше? — вдруг едко добавил он и ухмыльнувшись подошёл ближе. Они находились на расстоянии вытянутой руки и смотрели друг другу в глаза. Он, в кристально голубые, словно вода в чистейшем озере. Или в глыбу льда, примерно такого же, об который разбился Титаник. Такого же бесстрастного и неразрушимого. Она, в чернильные. Кое-где проблёскивали карие оттенки, а где-то даже ярко-красные, если ей это вновь не казалось. — Почему твои глаза блестят красным? Чисто риторический вопрос. Она знала что не получит на него ответа, но все же спросила, вглядываясь в темные глаза Реддла. Он, удивлённо моргнув, выгнул бровь. Ему подумалось словно он уже слышал этот вопрос, уже находился в этом классе с этой девушкой и вел абсолютно точно такой же диалог с ней. Она точно также заводила прядь за ухо, а ему нереально хотелось повторить этот жест. Почувствовать её кожу и контраст его холодной руки и её разгоряченной кожи. — Свет. Он жестом указал на окно, и вновь почувствовал это чувство дежавю. Словно уже видел этот темно оранжевый закат, который после перекраситься в кроваво-красный. Лорелея перевела взгляд на окно, и завороженно смотрела на небо. Наблюдая за закатом, они забыли про тот несчастный клочок пергамента, с которого все началось. Они забыли про свою взаимную, беспричинную ненависть друг к другу. Наблюдая за закатом Лорелея смотрела в бок, а Том поставил руки по двум сторонам от её бедер. Она даже не слышала его шагов, завороженно наблюдая за алеющим закатом. В любой другой момент она бы оттолкнула его от себя, либо же начала сладкую пытку для них обоих, но сейчас, смотря как огромное солнце садится за горизонт, отбрасывая лучи различных оттенков красного, им было так хорошо рядом друг с другом, как не было два месяца. Они чувствовали себя действительно близко-далекими. И это нравилось обоим. У Лорелеи начало колотиться сердце, словно чувствуя назревающую проблему. Она сама не понимала, что случилось, пока не повернула голову вперед, встречая черные глаза Реддла глядящие вглубь ее души. На таком близком расстоянии можно было разглядеть и отличить радужку и зрачок, хотя на данный момент зрачок точно покрывает большую половину темно-коричневого цвета. Она чувствовала этот пронизывающий взгляд, от которого сердце готово было сделать сальто, а где-то там, внизу живота сладостно, тягуче потягивало. В этом замке было мало тех, кто действительно не попадал под чары Тома, но когда на тебя смотрят таким взглядом, сознание, само того не понимая, ждёт продолжения. Но шли секунды, длившиеся для девушки словно минуты, а Реддл все так же смотрел в глаза. Лорелея испугалась, не воспользовался ли Том моментом, и не пробрался ли он к ней в голову, когда неожиданно пылко чужие губы накрыли её собственные. Ей казалось, будто этот поцелуй длился вечно, или ей хотелось чтобы так было. Холодные губы Реддла создавали жгучий контраст с её тёплыми. Сама того не осознавая, она поддалась вперёд, позволяя языку парня проникнуть ей в рот и провести им по зубам. Одной рукой он упирался в парту, другой поддерживая ее за талию, ещё ближе пододвигал к себе. Казалось бы, куда ближе, но как только её тело случайно соприкоснулись с его, она переместила руку в его такие волнистые и мягкие волосы, другой же хватаясь за рубашку, чтобы Том наклонился ближе. Поцелуй получился жарким, но таким желанным, словно молодые люди мечтали об этом долгое время. Дерзкий, резкий, он казался им самым нужным на тот момент. Руки Реддла словно предназначены находится на её талии, а ее руки так приятно перебирают пряди волос, полностью руша укладку. Все слишком правильно. Все слишком невероятно правильно. Прошло секунды или минуты, Лорелея не могла сказать точно, но кислород медленно кончался и им пришлось оторваться друг от друга, тяжело дыша. — Об этом никто не должен знать. — твёрдо произнес Реддл хриплым голосом. От этого крышу не просто понесло с невероятной силой, её просто снесло, не оставляя даже крошечных остатков разума на осмысление ситуации. — Никто. — прямо в губы парню произнесла Лорелея, притягивая к себе и вновь целуя Тома. Только сейчас она смогла понять, что хотела его до боли сильно.

***

Себастьян Шильдкнехт сидел в кресле около камина и вертя в руках письмо от Лорда Грин-де-Вальда считал минуты. Один. В дальнем углу гостиной Слизерина слышался шум весёлых подвыпивших голосов. Кто же будет пить в такое-то время? Два. Он слышит как за его спиной кто-то медленно плетется, параллельно смеясь над какой-то глупой шуткой сокурсников. На рядом стоящий диван падает полупьяное тело Малфоя. Три. Где Реддл? Разве эти двое не бегают за ними как собачки, лишь бы угодить хозяину? Четыре. — Том тот ещё гад. — негромким голосом говорит Абраксас, а Себастьян переводит взгляд с огня на парня. — Если он это услышит, ты получишь пару Круцио. — недружелюбно сказал Нотт, садясь рядом с развалившимся Малфоем, держа в руке стакан огневиски. Пять. Ровно через тридцать секунд Себастьяну протянули стакан с янтарной жидкостью, который он принял с тихой благодарностью. Шесть. Девять минут, девять ебанных минут. Время на наручных часах, показывало без десяти восемь. Он ждёт, и надеется, что Лорелея в гостиной и выходить оттуда не собирается. Семь. Он полностью помнил план Лорда. По пунктам мог описать то , что Грин-де-Вальд ждал от него. Восемь. 1. Отдать Лорелее поддельное письмо. 2. Попросить Реддла отнести Зауберин её письмо, в котором ничего интересного, кроме дежурных фраз и вопрос приедут ли они на Рождество, не было. 3. Дождаться восьми часов вечера. Выйти во двор ровно через пять минут после и ждать пока его не заберут. 4. Быть убежденным в местонахождении Лорелеи. План был смехотворно простой, он и с теми, что были посложнее справлялся. Он сказал бы, что справился и с этим, но лишь в одном пункте он сомневался. Где находится сейчас Лорелея? И с кем она? Девять. — Где Том? — простой вопрос, после которого он одним глотком осушил свой стакан, не поморщившись от вкуса алкоголя. Для уверенности. — Понятия не имею. — шевельнул плечами Нотт, который был ещё более менее в состоянии связно мыслить, в отличие от Малфоя, который, по неведомым причинам, сегодня напился. Так и спиться можно. — Может у него девчонка появилась? — засмеялся Малфой, не обратив внимание на то, как Теодор толкнул его рукой в бок. — Может эта Зауберин? Столько времени он хотел её, и тут его нет… Теодор вновь пихнул того в бок, отчего он махнул на него рукой и еде встав с дивана пошел в сторону спален. — Иди проспись. Надеюсь, не останешься спящим на лестнице. — вслед другу сказал Нотт, а после посмотрел на Себастьяна, и заметив странное выражение его лица ухмыльнулся. — Все что он говорит, когда пьяный — бред, не слушай. Себастьян кивнул, помня о времени. — Мне нужно проветриться. — легко солгал Шильдкнехт, уходя в сторону выхода. Теодор лишь махнул рукой, разом осушив стакан в руке.

***

Том провел по нижней губе Лорелеи большим пальцем, завороженно смотря как капельки крови остаются на коже. — Я все ещё жду слов, по типу «я случайно» или «я не хотел». — подала голос Лорелея, пока Реддл вытирая кровь об платок отходил к окну. Его жилетка была расстёгнута, а пара верхних пуговиц валялись где-то в кабинете. Что не случается в порыве страсти? Лорелея усмехнулась своим мыслям и используя чары гламура начала приводить себя в порядок, на всякий случай, чтобы любопытные сокурсники не заметили последствий их с Томом любовных деяний. Любовных ли? Благо, дальше поцелуев ничего не зашло, как бы этому не противились возбужденные организмы обоих. Разум всегда на первом месте. — Ты же знаешь, что не услышишь их. — повел плечом Том, устремляя свой взгляд сквозь оконное стекло на только начинавшиеся вечерние сумерки. Подойдя к нему Лорелея распахнула ближайшее окно настежь, и высунув туда голову улыбнулась прохладному вечернему ветру. Реддл неотрывно смотрел куда-то, отчего девушка почувствовала нарастающую панику. И вроде бы ничего такого не случилось. Просто юность. Просто желание. Просто поцелуй. Но кто мы друг для друга? Друзья? Враги? Влюбленные? Последний вариант она определенно отменяла, так как смотря на Реддла не чувствовала абсолютно ни-че-го. Лишь дружеская тяга. Просто к другу. Они уже друзья? Часы напротив показывали почти восемь вечера. Том подошёл к Лорелее и встал за спиной, отчего она, задержав дыхание, напряглась. Провел рукой по спине, остановившись на лопатках, а она, больше на инстинктах, чем по собственной воле, оперлась на неё. Она почувствовала его дыхание на своей шее, лёгкий поцелуй в оголенную часть плеча, а следом укус. Через пару секунд она почувствовала его дыхание уже на затылке, а руками он выводил ведомые только ему рисунки на талии девушки. Она чувствует, чувствует, чувствует его так, как не чувствовала его никогда. И ей хочется этого. Хочется, блять, этого Тома Реддла, стоящего за её спиной. Хочется его тяжёлого дыхания, его длинные холодные пальцы на ее талии, его сухие, обычно холодные, но в такие моменты горячие губы на своих губах. Хочется провалиться в эти ощущения как в Омут Памяти и не выходить никогда. Хочется, впредь до первого хлопка. Ей совершенно не интересно, каким образом они смогли аппарировать на территорию Хогвартса, защищённую от аппарации. Ей не хочется знать, сколько их. Кто здесь. Зачем. Она лишь видит такую ненавистную фигуру Винды Розье и единственное, что горит в её голове, так это паника. Везде, где появляется эта женщина, царит смерть. Она хватается за оконную раму, не обращая внимания на Реддла, заметившего перемену в настроении девушки. Дышит глубоко. Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Задерживает дыхание и считает до десяти, опустив веки и вновь откинувшись на грудь вроде как взволнованного Тома. — Это?.. — начал было Том своим чертовски спокойным, хриплым голосом. — Винда Розье. Последовательница Грин-де-Вальда. — отвечает Лорелея даже не услышав вопроса. Том кивнул, понимая кто такая эта женщина. Он помнил те ночные разговоры с Лорелеей, когда они стали более менее друзьями. Тогда Лорелея рассказывала про неё, других сумасшедших людей Грин-де-Вальда и о самом Лорде. И только сейчас, вспомнив это все, он понял, что в его армии таких не будет. — А тебе она?.. — Никто. Женщина, поставившая мою жизнь под откос. Реддл снова кивнул. Лорелея заметила Себастьяна, вышедшего из замка навстречу врагам, а сейчас она называла их только так. Винда кивнула ему, а Зауберин удивлённо выдохнула. Наверно, в тот день она познала настоящее предательство от человека, которого любила. Она поклялась себе больше никого не любить. Никак.