12.Наконец повезло)

— С-спасибо вам, — скромно поблагодарил мальчик стоящую рядом девушку. На что та, лишь улыбнулась. На девичьем теле остались помятины в виде больших и не очень царапин, многие из которых от стекла. Довольно сильный ушиб, когда Лили «приземлилась» около дома. После такого удивительным будет, если не останется синяка.  — Пойдемте, ко мне. Обещаю вам, отец возместит вам ущерб, нанесенный из-за меня, — ещё не до конца оправившийся от шока, мальчик говорил удивительно разборчиво, будто он сынишка кого-то влиятельного.  — Скажи своë имя, — потребовал подошедший к ним Ларгон.  — Николас.  — А фамилия?  — Эстер, — проговорил мальчуган, выпрямив спину и направив взгляд точно вглубь лазурный озёр крестоносца.  — Так ты, получается, сын Брона Эстера? — едва подняв уголок губ, уточнил заместитель капитана крестоносцев.  — Верно, — стойко от чеканил слово малый.  — «Теперь ясно, почему такой мальчик, получив шок и небольшую травму спины, стоит словно скала с прямой спиной, будто к доске привязали».  — Нам как раз к нему нужно. Может ты проводишь нас до своего отца? — закончив метать мысль в голове, спросила Николаса. По спине девушки прошёл табун мурашек. Видимо Ларгон собирался что-то сказать, но был перебит, даже не начав говорить.  — Да! Конечно, — улыбнулся мальчик девушке так тепло, как только мог. На девичьем лице тут же расплылась такая же заразительная улыбка.  — Кхем, идем, — обратил на себя всë внимание крестоносец и тот час же начал удаляться, куда первоначально направлялись он вместе со спутницей.

***

 — Сынок! — кинувшись к сыну, окликнул его нехудой мужчина и крепко обнял. Сжимающий в цепких объятиях своего сына мужчина был одет в дорогие заграничные ткани, которые блестели золотыми арнаментами, отражающими свет от больших потолочных люстр.  — Более и ноги твоей не станет в этом городе, — отпрянув от сына, но до сих пор удерживая того за плечи, сказал барон с серьёзностью в голосе.  — Ни вы, ни он не могли предугадать, что такое произойдет, — с прищуром лазурных глаз и не присущим девушке ноте упрека ответила она, чего явно не ожидал ни барон, ни мальчик.  — Ох, Господин Ларгон и…  — Лилит, будущий оруженосец нашего капитана, — представил крестоносец девушку. Он догадывался, что Лили будет оруженосцем его брата, но Айвен не говорит точно.  — Прошу прощения за моего несносного сына, — неловко, словно провинившийся мальчишка, извинялся мужчина, вставая вперёд сына.  — Вы не ответили на мое высказывание, — продолжала настаивать Лили.  — Простите?  — Почему ваш сын обязан платить за ошибку других? Барон кинул взгляд на Ларгона. На что тот слегка поднял одну бровь в немом вопросе. Стоит ли говорить, что самый влиятельный человек в округе чувствует себя будто на допросе. Испуганный взор вновь вернулся к лазурным озёрам. И барону ничего не оставалось сделать кроме как сказать:  — Из-звините, — нацепив неловкую улыбку, — конечно, вы правы, Ник, сынок, прости меня. Этого Лили хватило и, удовлетворенная, отошла в сторону.  — Барон, я к тебе по делу.

***

 — Ну, как съездила? — спросил стоящий в дверном проеме Горан, — знаешь ли, без тебя было скучно. Целыми днями тебя, чтобы ты что-нибудь вытворила, нет.  — Да пошел ты, — с наигранной обидой девушка, лёжа на своей кровати, отвернулась к по-родному пахнущей деревом стене.

***

 — Ларгон, — окликнул капитан своего брата.  — Да, Айвен? — уткнувшись в книгу, отозвался мужчина.  — Ты чего с момента приезда, рядом со мной с лица ухмылки не убираешь?  — Да вот, брат, думаю, наконец тебе повезло.