Часть 1

      Живой, яркий и счастливый Париж, обычно сиявший огнями и наполненный смехом, сегодня был погребён под серой пеленой метели. Казалось, сам город затаил дыхание, замер в ожидании. Сквозь метель всё ещё пробивались огни праздничных гирлянд, а из распахнутых дверей пекарен доносился пряный аромат горячего шоколада и корицы — канун Нового года брал своё, несмотря на непогоду.       Но на этой крыше, высоко над суетой и весельем, царила ледяная тишина.       Метель обжигала кожу, цеплялась за ресницы, превращая каждое движение в испытание. Холодный воздух обжигал лёгкие, а белоснежный снег, слепящий и безжалостный, стирал границы между небом и землёй. Они только что победили очередного акуматизированного, но вместо облегчения в груди оставалась тяжесть — словно кто-то сжал сердце ледяной рукой. Обычно после битвы они разбегались, обмениваясь шутками и обещаниями «увидеться завтра». Но сегодня что-то удерживало их здесь, на этой крыше, заставляло стоять друг напротив друга, будто разделённые невидимой стеной. Леди Баг сжала йо-йо так крепко, что пальцы онемели. Кот Нуар хотел сказать что-то лёгкое, привычное, разрядить обстановку, но слова застревали в горле. Вместо них — только тишина, густая, как и снежная пелена вокруг. *** Полчаса назад — Кот… кхэ-кхэ… Я сейчас свалюсь, прикрой меня! — Да, Букашка! — он кивнул, не спрашивая лишнего.       Она исчезла в вихре снега, словно растворилась в воздухе, а он остался один на один с акуматизированным.       Человек-стрекоза не был силён — он был изматывающим. Каждый прыжок, каждый удар, каждый коварный выпад — всё это не несло угрозы, но высасывало силы. Кот Нуар чувствовал, как дыхание становится тяжелее, а мышцы горят от напряжения. Он пытался оторваться, найти момент для контратаки, но противник не давал ни секунды передышки. Голова начала отвратительно ныть — Нуару тоже нужна передышка. Перепрыгивая очередной переулок, нога белобрысого не ступила на очередную крышу. Для противника — он растворился в густой метели. На деле — прыгнул в мусорный бак в случайном закаулке, где и перевоплотился. —Плагг, обратная трансформация- —Тикки, пятна!       В этот момент вгляды студентов пересеклись. Шокированы — это слово совершенно не описывает их удивление. —Твою-ж мать. — Слышать грубые слова от Леди баг было странно, но зная её личность, вышло даже складно. Глаза вот-вот выпадут из орбит, а рот открыт до первой снежинки в нем. —Это моя фраза. Ты вообще как супергероем стала? Господи, какой ужас. — Лицо Агреста сменилось с удивления с таким же открытым ртом до элегантного закатывания глаз. —Ты вообще какого хрена тут прохлаждаешься? Я же тебе сказала ждать меня и отвлекать таракана! — Леди начала подходить ближе к Адриану. —Это стрекоза. —Да насрать мне! Если у него нет конкретной цели в виде тебя, значит он будет нападать на обычных горожан, ты не подумал? Нашёлся тут гений! —Ага, и конечно лучше иметь мертвую тушку вместо напарника! Я тоже человек и у меня есть чувство усталости! Так что будь добра, прояви человечность, Дюпен-Чэн! — Адриан встал из мусорного бака и встал напротив Леди. —Я же сказала, что быстро! Хотя, чего я могла ждать от Агреста, кроме как разочарование?! — Синевласая смотрела прямо в глаза напарнику. —А что мог ждать я—       Оба замолчали, когда через щель переулка образовалась картина: Человек-стрекоза напал на парижанина, держа его руки за спиной. Букашка бросилась на помощь, но один звук заставил ее остановится. Один крик. Он был душераздирающий, скребящий, застывший в голове. В одно мгновение горло горожанина было перерезано когтем акуматизированного. *** —Мастер Фу, я хочу отдать свой талисман вам обратно. —Ох, юноша, вы хоть поздоровайтесь для начала. С чего вдруг такие намерения? —Вы должны были видеть вчерашние новости. —Ну, конечно видел, и что? —Вы не понимаете? Это из-за меня! Я не справился, подвёл Леди, так ещё теперь знаю её личность! — Агрест неестественно взялся за голову, весь этот перфоманс вообще был ему не присущ, если бы не одно "но": из-за него погиб человек. —Каждый совершает ошибки, думаешь теперь, что ты ужасный Кот, раз один человек умер? Спроси у Плагга, что он творил в свое время. —Плагг это Плагг, он не герой, и я теперь тоже. —Подумай, что чувствуешь Леди баг сейчас? Конечно, она не в восторге от произошедшего, но твой уход сделает ей ещё хуже. —Да мы ненавидим друг друга в жизни, какая ей разница. —Поверь, ты играешь огромную роль в её жизни. Не первостепенную конечно, но найдет ли она такого же хорошего напарника? —Мне все равно. Вот талисман, я пошёл. —В таком случае, он будет ждать тебя здесь и я его никому не отдам, а ты предашь её еще раз.       Адриан замер. Снег за окном падал медленно, словно время остановилось. *** Вечер следующего дня       Кот сидел на балконе дома, где находилась излюбленная парижанами пекарня. Чтобы хоть как-то улучшить ситуацию, надо было просто поговорить, вылить душу и найти контакт...с этой Дюпен-Чэн. В голове белобрысого до сих пор не укладывалось, что она и Леди баг — один человек, слишком уж это странно, даже если он видел её перевоплощение своими глазами. До рокового момента оставались считанные секунды, но тело ватное, будто чужое, перестало слушаться. "Я виноват", "Я отобрал жизнь из-за своего эгоизма", "Я омерзителен", "Лучше бы я никогда не рождался" — мысли давили на голову, как пресс. В глазах все плыло, исчезало. Он не плакал или кричал, не рушил все вокруг, не обвинял кого-то ещё. Он застыл на месте, а внутри метель была ещё хуже уличной.       Из состояния каменной статуи Нуара вывел скрип люка, откуда высунулась синяя копна волос. Белобрысый резко отпрянул от своеборазной двери, как от молнии. Маринетт тоже не ожидала встречи, но уж не в такой степени. Двое смотрели друг на друга, не зная, с чего начать разговор, нужен ли он вообще и как отреагирует собеседник. Первой тишину прервала Маринетт: —Заходи, на улице холодно.       Кот, не ожидавший такой любезности после произошедшего, немного подрасслабился, но все ещё не был готов проронить хоть слово. Спустившись в комнату Дюпен-Чэн, Кот уселся на лежак, а Мари — за рабочий стол. Тишина между напарниками была довольно напряженной, ведь было понятно, что разговора уже не избежать, и его надо как-то заводить. Девушка вновь взяла инициативу: —Это не твоя вина, это наша вина. Мне нужно было быть внимательнее к тебе, лучше просчитать план. Рано или поздно, подобное бы произошло. Мне жаль.       Вгляд Нуара был будто приклеен к полу — не решался посмотреть Мари в глаза, хотя та ждала ответа. Пожалуй, девушка была права, и надо правда что-то ей ответить или подать какой-то жест, что он её услышал, но тело не слушалось. В голове снова начать не просто говорить, начал кричать голос "Она просто пытается утешить тебя!", "Ты не достоин такой напарницы", "ЭТО ТВОЯ ВИНА". Кот взялся за голову и опустил. Синевласая не решалась подойти к парню, боясь сделать ещё хуже, но все изменил один всхлип. —Прости меня. Это... это моя вина! Я ужасен, я тебе не нужен после этого, да? Отдай мой талисман кому-то другому, не такому жалкому...       Плачущий Агрест-Кот Нуар — наверное последнее, что могла бы увидеть в своей жизни Дюпен-Чэн. —Даже если мы ненавидим друг друга в университете, это не значит, что мы не были всё это время были слаженной командой. Ты бываешь порой ужасным в лице или своей безграничной пафосности, но ты защищал горожан, помогал мне освоится как Леди баг, и до сих пор являешься верным напарником. Даже если я заберу это кольцо, я уже не найду такого же Кота, как думаешь?       Было непонятно, сделали эти слова лучше или хуже. Маринетт попыталась погладить Нуара по спине, приобнимая, но тот вцепился в девушку, как в ингалятор во время приступа астмы. Синевласой показалось, что он сейчас сломает ей ребра. —Я ужасен? —Мы все ужасны по-своему.       Руки парня смягчились, всхлипы сократили частоту. Снежная стена начала таять.