Глава 4. Забытая книга

Гермиона Проснувшись на следующее утро, я твёрдо решила забросить все переживания о парнях в дальний ящик и вернуться к одной затее, которую давно хотела довести до конца, вот только война помешала. Я всегда восхищалась статностью, выдержкой, мудростью и самообладанием профессора Макгонагалл, но отдельно хотелось отметить её мастерство, как анимага. Вот уж действительно грация кошки в прямом смысле. К кому, как не к ней мне ещё было обратиться, дабы освоить это занимательное искусство перевоплощения? Поэтому, выйдя из комнаты и не удостоив, сидящего в гостиной, Малфоя даже взглядом, я направилась в большой зал. Директор мирно попивала чай и беседовала о чём-то с профессором Флитвиком. - Гермиона! – Джинни и Полумна радостно помахали мне. – Иди к нам! Я решила, что и впрямь не вежливо перебивать беседу учителей, а лучше дождаться окончания завтрака. - Ты сегодня выглядишь значительно лучше, – заключила младшая Уизли. - Она что-то задумала, – загадочно произнесла, сидящая рядом с ней, когтевранка и, помолчав, добавила, – что-то радостное и вдохновляющее. - Совершенно верно, – с улыбкой ответила я и поведала подругам о своём желании стать анимагом. Хотя правильнее будет сказать, что я хотела закрепить свои навыки. На шестом курсе я уже посещала индивидуальные занятия профессора трансфигурации и делала большие успехи. Девочки поддержали мою затею и принялись наперебой давать советы. Мы так заболтались, что я чуть было, не пропустила тот момент, когда директор Макгонагалл собралась уходить. - Профессор, доброе утро! Могу я отвлечь вас на пару минут? - Доброе утро, мисс Грейнджер. Чем я могу вам помочь? - Если это возможно, то я бы хотела вернуться к нашим занятиям. - Разумеется. Я очень рада, что вы не забросили идею стать анимагом. К тому же, вы итак уже практически всё выучили, нам нужно буквально несколько уроков. - Спасибо, профессор, всё благодаря вашему чуткому руководству. - Что ж, тогда жду вас завтра в 16:00. -  Хорошо! Обязательно приду! – Воодушевлённо ответила я и, попрощавшись, отправилась на занятия. После обеда мы с девочками отправились в библиотеку, т.к. сразу трое профессоров решили озадачить нас написанием эссе. Я, разумеется, была рада, но вот Джинни и Падма тяжело вздыхали и обменивались жалостливыми взглядами вплоть до того момента, пока мы не добрались до любимого стола в читальном зале. - Всё, я закончила, – с выдохом заключила рыжеволосая страдалица, спустя два с половиной часа скрипа пером по пергаменту. - И я тоже, – не менее артистично отозвалась её напарница. - А вот мне даже понравилось, особенно эссе по нумерологии, – бодро ответила Полумна. - Говори за себя, – с лёгким раздражением сказала Джинни. - Ты что, от Гермионы заразилась? – Присоединилась к ней Падма. - Эй! Это что за заявочки такие? – Возмутилась было я. – Не так уж и много нам задали. - Так, всё пора на воздух, вы с нами? – Чуть ли не хором ответили наши драматические актрисы. - Я готова! – Всё так же невозмутимо произнесла, стоящая рядом со мной, когтевранка. - Идёмте уже! – Со смешком отозвалась я, – пока мадам Пинс не накрыла нашу тусовку. - Ну вот, так-то лучше, а то я уж было подумала, что ты опять превратилась в эту занудную версию Гермионы. - Нет, ну вы только гляньте, какая вопиющая наглость! Ты излишне драматизируешь, Джин, я ничуть не занудная. И вообще, я тебя сейчас обгоню и первой доберусь до дверей. - Ну-ка попробуй! С тихим, как нам казалось, хохотом мы торопливо направились к двери, обгоняя друг друга на поворотах, словно маленькие дети. И лишь практически у самого выхода, услышав предупреждающий кашель библиотекаря, и увидев её осуждающий взгляд, каждая из нас поднесла указательный палец ко рту, призывая к тишине всех участниц нашего шумного квартета. Помогло это слабо, поэтому мы быстро скрылись за дверью и, отойдя на несколько шагов от молчаливой обители книг, от души расхохотались. Резвым шагом мы направились по коридору, продолжая увлечённо болтать обо всём на свете, да так увлеклись, что я не заметила за ближайшим поворотом Рона и врезалась в него, уронив на пол все книги. - Ой, прости пожалуйста, я тебя не заметила! – Поспешила извиниться я. - Я это уже понял, – ответил Рон, потирая плечо, но при этом ласково улыбаясь. – Всё в порядке, не переживай. Мы можем поговорить? - Да, конечно! – С лёгким удивлением сказала я. – Девочки, вы идите, я вас догоню. Когда мы остались в коридоре одни, Рон несколько мгновений гипнотизировал глазами пол, после чего поднял нерешительный взгляд на меня и спросил: - Гермиона, скажи пожалуйста, я обидел тебя? - Нет, с чего ты взял? – Ответила я в замешательстве. - Просто я никак не могу выкинуть из головы то ваше дежурство и твой взгляд. В нём было столько боли, столько отчаяния, что у меня самого сжалось сердце. Прости меня, я был слеп, я должен был раньше увидеть, осознать. Ведь ты, ты замечательная, ты всегда была рядом, поддерживала меня, пинала, направляла и просто согревала своей заботой. Ты уже давно занимаешь важное место в моём сердце и так будет всегда, но понимаешь, Лаванда… - Рон, – тихо окликнула я его, прекращая волнительную речь, – я в порядке, правда и всё понимаю. - Не грусти, прошу тебя. Ты, как никто другой, заслуживаешь быть счастливой, – с надеждой в голосе произнёс мой собеседник. - Я обязательно буду счастлива, вот увидишь! – С улыбкой ответила я. – Да я уже счастлива, ведь у меня есть ты и Гарри. - Это точно! Ты от нас так просто не избавишься, – с нервным смешком отозвался Рон. - Я очень рада за тебя, правда. Я вижу, как ты счастлив рядом с ней. Только, можно я кое-что проверю? Парень напротив, всё это время смотревший на меня со смесью вины, надежды, тепла и заботы, озадаченно нахмурил брови, но при этом утвердительно кивнул. Я тихо произнесла диагностирующее заклинание и спустя несколько мгновений сосредоточенного наблюдения, облегчённо выдохнула. - Всё в порядке, – заключила я, но увидев вопросительный взгляд друга, добавила, – в искренности твоих чувств я не сомневаюсь, но мне нужно было убедиться, что твоя избранница так же честна с тобой. И должна отметить, что это действительно так, никаких очаровывающих чар на тебе нет. Может быть, она действительно была права на счёт судьбы. - Может быть, – задумчиво ответил Рон после небольшой паузы. – Время всё расставит на свои места и я поддержу любого твоего избранника. - Любого? – Воодушевилась я, – ловлю тебя на слове. - Ну, я буду очень стараться, – усмехнувшись, добавил он, после чего подошёл чуть ближе, взял за руку и, с теплотой в глазах, сказал, – лишь бы ты была счастлива. - Спасибо, для меня это очень важно, – с такой же теплотой произнесла я, – и спасибо, что мы так поговорили. Немного сжав мою ладонь, Рон ещё раз улыбнулся и отпустил меня, и в этот момент я осознала, что тоже отпустила его, дала возможность ему в полной мере наслаждаться своим счастьем, а себе двигаться дальше. - Ладно, я побегу, а то девчонки меня там уже наверняка заждались, – с улыбкой прервала я внезапную паузу. - Да, конечно, беги. Помню, как подруги накинулись на меня с расспросами, увидев довольное выражение лица, а так же помню их озадаченные переглядки, когда в место, ожидаемого ими, воссоединения нашей пары, я объявила, что мы окончательно всё обсудили и пришли к совместному заключению, что между нами возможна только дружба. Жизнь и правда пошла на лад. Я окунулась в учёбу, регулярно посещала занятия у профессора Макгонагалл и, по её словам, прекрасно справлялась. На свой день рождения я предложила друзьям отправиться на прогулку в Хогсмид. Было очень весело, даже Лаванда, пришедшая в паре с Роном, меня практически не раздражала. Помню, как мы весёлой гурьбой завалились в «Три метлы», чтобы выпить сливочного пива, после того, как в ближайшем книжном, а так же магазине перьев «Писарро» я получила свои подарки. - За Гермиону! – Воскликнул Гарри. - За Гермиону! – Повторили за ним все остальные. Я улыбнулась и, оглядевшись вокруг, поймала на себе сосредоточенный взгляд Малфоя. Он сидел за столиком в правом углу зала вместе с Ноттом и Забини, которые увлечённо изучали, по всей видимости, какой-то журнал. С момента нашей последней стычки в гостиной, мы практически не пересекались. Сухие приветствия и патрулирования практически в полной тишине, вот то немногое взаимодействие, которое между нами было. Он часто пребывал в своих мыслях, не желая что-либо озвучивать, а я не спрашивала. Одному Мерлину известно, что у него на уме. Должна признать, что после того раза, Паркинсон в башне старост больше не появлялась, во всяком случае, мы не пересекались ни с ней, ни с какими-либо ещё девицами. Я снова посмотрела на своего вынужденного, нового соседа и он отсалютовал мне своим бокалом. Кивнув ему в ответ и слегка улыбнувшись, я вернула своё внимание друзьям и попыталась включиться в их оживлённый разговор. Весёлый тогда выдался денёк, мы много шутили и смеялись. Помню, как вернулась в свою комнату уставшая, от долгой прогулки, но счастливая. Жизнь продолжала двигаться своим чередом. Дни стремительно мчались друг за другом, постепенно унося тепло, которое, однако, никак не хотело сдаваться и всё ещё пробивалось солнечными лучами сквозь густые облака. Но, как мы знаем, у всего есть свой срок и первый месяц осени уже готовился уступить место, стоящему на пороге, октябрю. Я отлично запомнила, что тридцатое сентября в этом году выдалось на пятницу, поскольку, казалось бы, притихший Малфой вздумал устроить одиночную попойку прямо в нашей общей гостиной. Помню, как отворилась, скрытая за портретом, дверь и в нос ударил резкий запах огневиски. - Малфой, ты что, совсем ошалел? Здесь же топор вешать можно! – Возмутилась я и поспешила открыть окно. - Грееееейнджер, как я рад тебя видеть, – он итак любил растягивать мою фамилию, а наличие алкоголя в крови лишь усугубило ситуацию. - Да что ты? Прям таки рад? - Ммда. Я уже устал жаловаться твоему коту, – ответил сосед и шёпотом добавил, – и знаешь, похоже, он меня в итоге послал. - Правильно сделал, – иронично заключила я, сложив руки на груди. - Каккая же ты злааая, – вся в своего рыжего, пушистого … - Ты уж определись, кто в кого, – усмехнувшись, перебила я. - Ой, да все вы на одно лицо! – Грустно подметил слизеринец и махнул на меня рукой. - В честь чего вечеринка? – Поинтересовалась я. - В честь того, что я неудачник, – прозвучал обречённый ответ. - Да ладно! Неужели такое возможно? - Шшшутишь, да? - Прикалываюсь, – мой собеседник замолчал, с тоской уставившись в камин и так тяжело вздохнул, что мне даже стало жаль его. – Серьёзно, что стряслось то? - А вот на, поччитай, – он протянул мне раскрытое письмо, которое, судя по обращению, было от его матери: «Здравствуй, сынок! Как твоё здоровье, как учёба? Вернулся к занятиям по квиддичу? Я ведь помню, как ты его любишь. Ты прекрасный ловец, милый и у тебя большое спортивное будущее! Я в порядке, здорова. Недавно в гости приезжала тётушка Андромеда. Она передавала тебе приветствие и самые лучшие пожелания. Отец тоже неплохо, навещала его позавчера. Он тоже интересовался твоими делами. Что касается моего прошения, то ответ, к сожалению, вновь отрицательный. Но это ничего, мы справимся и вместе всё преодолеем. Главное, что мы есть друг у друга. В этот раз не вышло, не страшно, попробуем снова. Драко, у меня предчувствие, что в следующий раз всё обязательно получится. Верь мне, сынок. Обнимаю тебя и очень скучаю.                                                                                                                                                   Твоя мама». Закончив читать, я вновь посмотрела на Малфоя, который всё так же сидел неподвижно и с тоской вглядывался в пламя камина.

***

Драко Новый день ворвался в мою комнату порывом ветра из открытого окна. Я натянул одеяло на голову и повернулся на бок. Интересно, Грейнджер дежурит в гостиной, чтобы покусать меня или уже забыла обо всём. Как позже оказалось, ни то, ни другое. Гриффиндорка с важным видом прошла мимо меня, даже не удостоив взглядом, словно я под мантией-невидимкой. Ну и дракл с ней, тоже мне принцесса. Вечером того же дня, когда мы снова пересеклись в общей комнате, она, как ни в чём не бывало, напомнила мне о следующем дежурстве и сказала, что нам нужно раз в две недели устраивать собрание старост факультетов, чтоб следить за порядком. В целом она вела себя как обычно. Ну что ж, ладно. В один из выходных Тео и Блейз уболтали меня отправиться в Хогсмид. Нотту внезапно что-то понадобилось в «Дэрвиш и Бэнгз», а Забини решил узнать, что есть из новинок для ускорения мётел в «Вертолётке». Когда эти двое, наконец, решили все свои дела, мы отправились в «Три метлы» обмывать обновки. В пабе было довольно многолюдно, но, тем не менее, я сразу заметил шумную компанию под предводительством Грейнджер, спустя некоторое время, появившуюся в дверях. - За Гермиону! – Послышался счастливый возглас Поттера и вся компания поспешила повторить за ним. Точно, у неё же где-то в сентябре день рождения. Неужели сегодня? Погружённый в раздумья, я на мгновение опешил, поймав на себе взгляд именинницы. Оказалось, что всё это время я в упор смотрел на неё, вот дурак. Не придумав ничего лучше, я отсалютовал ей своим бокалом. В ответ она кивнула и … улыбнулась? Это что-то новенькое. Не скажу, что мы потом стали больше общаться, но с того самого момента в «Трёх мётлах» наше вынужденное сосуществование на одной территории стало значительно легче. День за днём первый месяц осени стремительно ускользал за горизонт и когда наступили его последние сутки, галлеон, принесённый Пэнси, напомнил о себе. Монета нагрелась и на ней проявилась надпись: «Лицом к лицу с безликим». И только я, было, попытался проанализировать, с чем можно связать эту, довольно символичную, фразу, появилось ещё одно слово: книга. Так это название книги? А даже если так, где мне её искать: в библиотеке, в магазине? Ни за кем бегать я не собираюсь. Но бегать и не пришлось. Профессор Флитвик напомнил мне и ещё парочке студентов о несданных эссе, поэтому после обеда я нехотя поплёлся в библиотеку. Получив у мадам Пинс нужные фолианты, я стал пробираться вглубь читального зала, в поисках тишины и уединения. Заметив удобное место между дальними стеллажами, я поспешил в его сторону, однако, подойдя ближе, обнаружил на столе ту самую книгу, название которой предсказал галлеон. Пару раз моргнув, я осмотрелся, но вокруг никого не было. Тогда я присел на скамью, не отрывая взгляд от книги, словно она может в мгновение исчезнуть. - Ты что, пытаешься её сдвинуть силой мысли? – Послышался насмешливый девичий голосок. Я замер и медленно поднял взгляд на внезапную гостью. Каково же было моё удивление, когда я увидел перед собой … Джиневру. - Уизли? - Молодец, память работает, – усмехнулась гриффиндорка, а потом, посмотрев на мои руки, добавила, – Малфой, хочешь взять эту книгу, запишись в очередь, а сейчас отдай её мне. Оказалось, что я на автомате успел взять издание со стола и теперь крепко держал его в руках. - Бред какой-то, – пробормотал я себе под нос. - Что-что? - Ничего особенного, – я протянул девушке книгу, ещё раз про себя отмечая, насколько же в точку оказалось её название. - Хм, странный ты какой-то, – озадаченно постановила Уизлетта и, забрав из моих рук книгу, зашагала прочь. Что вообще происходит? Сначала одна, теперь другая, а ведь это только первые два предсказания. Сосредоточиться на эссе не получалось, а потому я решил дописать его позже. Вернувшись в башню старост, я обнаружил на своём столе письмо от матери. С минуту я просто держал его в руках. Пока оно не было раскрыто, у меня ещё оставалась призрачная надежда на то, что Министерство магии, наконец, сжалилось над отцом и над всей нашей семьёй. Однако не было смысла оттягивать неизбежное, в конце концов, если что, это будет всего лишь третий отказ. Тяжело вздохнув, я извлёк аккуратно сложенный лист из конверта и начал читать. Мама, как обычно, начала с общих тем, пытаясь отвлечь меня, хотя становилось ясно, что это всё лирические отступления перед подачей главного блюда, под названием разочарование. И, казалось, пора бы уже привыкнуть, но нет, каждый раз я надеюсь увидеть одобрение сотрудников Министерства, но они словно смеются над нами, продолжают измываться, прикрываясь правосудием. Дорвались, что называется. Как я и думал, нас снова ждал отказ, какая неожиданность. Вся эта переписка напоминала какую-то бесконечную акцию, где на старте тебе раз за разом предлагают получить желанный приз, но на финише, в итоге, ты получаешь дырку от бублика с призывом сыграть ещё раз. Да пошло оно всё! Надоело! Это самое настоящее издевательство. Но если они думают, что я сдамся, то их ждёт большой облом. Мы пережили безносого тирана в нашем доме, так что с этим тоже справимся. Завтра, всё завтра. На сегодня итак достаточно потрясений. Я подошёл к шкафчику и достал из него бутылку огневиски. С каждым новым выпитым бокалом проблемы становились всё меньше, всё незначительнее. Поистине волшебная жидкость. Диван, справа от меня, слегка прогнулся и, обернувшись, я увидел кота Грейнджер. Рыжий контролёр с интересом поглядывал на меня. - О, привет! Как тебя там? – Я стал щёлкать пальцами, вспоминая, как зовут любимца гриффиндорки. Казалось, что если бы он мог говорить, то послал бы меня. - Ну, вввот что ты уставился? Будто ты помнишь, как меня зовут. – Кот продолжал буравить меня молчаливым взглядом. - Ну и лладно. Нет, ну вот ты скажи мне, разве это справедливо? – Негодующе выпалил я и в ответ услышал фырканье. - Вот и я так думаю. – Несколько минут мы с моим внезапным собеседником смотрели на огонь в камине, а потом пришла мать котья. - Грееееейнджер, как я рад тебя видеть. – Почему-то её удивила эта фраза. Если честно, я сам удивился. Дальше всё стало плыть. Я помню только, что рассказывал, как жаловался коту на свои проблемы, а дальше туман. Утро встретило меня ещё менее радушно, чем пушистый подопечный моей соседки. Я обнаружил себя всё в той же гостиной, значит, до комнаты добраться у меня не получилось. Я огляделся и осознал, что мне под голову положили мягкую подушку и заботливо укрыли. Грейнджер? Да ладно! На столе стояла склянка с какой-то жидкостью. Голова болела нещадно. Я попытался сесть. Кривясь и кряхтя, мне всё же удалось принять вертикальное положение. И первое, что бросилось в глаза, это всё тот же внимательный кошачий взгляд. - Привет алкоголикам! Как самочувствие? – Из своей комнаты с чашкой чая вышла гриффиндорка. - Как-будто меня пережевал и выплюнул горный тролль, – через силу ответил я. - Мило. Выпей содержимое склянки и через несколько минут станет легче, – она указала на стол, а сама приземлилась в соседнее кресло. – Тебе повезло, что сегодня суббота. - Одеяло, подушка, антипохмельное зелье, это что, забота, Грейнджер? - Типа того. Если ты надеялся спихнуть все обязанности старост на меня, то ничего у тебя не выйдет. Нам ещё патрулировать и патрулировать, – усмехнувшись, сказала она. - Так вон оно что, а я то думал. – Нет, нельзя шутить в таком состоянии. При попытке улыбнуться, я зашипел от нового приступа боли в голове и положил одну ладонь на макушку. - Позже продемонстрируешь своё красноречие, а сейчас пей. Тягучая жидкость медленно опустилась по пищеводу в желудок, даря какое-то странное ощущение прохлады. Я закрыл глаза и попытался расслабиться. Надеюсь Грейнджер меня не обманула. Минуты через три боль начала отступать. - Малфой, – осторожно позвала, сидящая рядом, девушка. - Ммм? - Я помогу тебе. - О чём ты? – Я недоумённо уставился на неё. – Зелье действует, мне и правда уже гораздо лучше. - Помогу с делом отца. - Так, стоп. Откуда ты…? - Ты сам показал мне вчера письмо от матери. Это несправедливо, что Министерство так реагирует на ваши прошения, но я уверена, что всё можно… - Нет! – Оборвал я её на полуслове. – Мне не нужна твоя помощь. Вчера я дал слабину и ты вообще не должна была ничего видеть, и знать. - Но я могу… - Нет! Я справлюсь сам! - Ты хотя бы выслушай меня, нужно… - Нет! Ничего не нужно! Я не стану ещё одним несчастным, спасённым «золотой девочкой». - Ты можешь хоть минуту помолчать? - Разговор окончен, Грейнджер! Я благодарен тебе за заботу, но отныне сделай милость: не лезь в мои дела! – На этих словах я со звоном припечатал склянку к столу и вышел из башни.