Часть 7

       Джин растянулась на кровати, вперив взгляд в потолок, будто там, в лабиринте трещин, прятался шифр к мирозданию. Кухонная возня Джин Ву доносилась приглушенным бурчанием, пока её не осенило, словно ударом тока: прогулка! Да что там прогулка – ЗАБЕГ! — Джин Ву! — воззвала она, триумфально возникнув в дверном проеме. — А что, если мы устроим спринтерский забег, а? Слабо, чемпион?!       Джин Ву, с грацией кота, объевшегося сметаны, водрузил чашку на сушилку и лениво окинул её взглядом. — Ты уверена, что хочешь быть повержена моей атлетической мощью? — промурлыкал он с лукавой ухмылкой, чуть склонив голову. — Абсолютно!— воодушевлённо ответила Джин. — Абсолютно? Прям вот, совсем-совсем? — Существуют разные градации "абсолютности", — хитро подмигнула Джин, упорхнув в комнату переодеваться. В глазах заплясали озорные искорки предвкушения.       Она моментально скинула домашний халат и втиснулась в спортивный костюм, вылетев к нему вихрем. Джин Ву ждал у двери, зашнуровывая кроссовки с видом человека, готовящегося к штурму… ну, хотя бы небольшого холма. — Я готова! — заявила Джин, кокетливо взъерошивая волосы и, совершенно случайно, поймав его взгляд.       Он окинул её оценивающим взглядом. Короткие шорты дерзко демонстрировали ноги, а футболка обтягивала талию. Джин Ву откашлялся, будто прочищая забитый комплиментами голосовой канал. — Тебе кое-чего не хватает, — пробормотал он, явно сбитый с толку.       С этими словами он схватил бейсболку с полки и водрузил её на голову Джин, едва коснувшись её волос кончиками пальцев. По щекам девушки предательски разлился румянец. Спрятав смущение под козырьком, она пулей вылетела из квартиры.       В последнее время его взгляды, случайные прикосновения и эта мягкая, дьявольски притягательная улыбка начали её беспокоить. Она отчаянно пыталась выкинуть всё это из головы, но мысли, как назойливые комары, жужжали всё громче. Джин жаждала чего-то большего, чем просто касания, но боялась даже заикнуться об этом Сон Джин Ву.       На улице Сон Джин Ву зачем-то купил пару бутылок воды. "— Зачем так много? Неужели он задумал обливаться как победитель гонок?" – металось в её голове.       Парк встретил их прохладой и умиротворяющей тишиной. Они побежали рядом, их шаги слились в единый ритм. — Может, поддадим жару? — предложил Джин Ву, искорки азарта вспыхнули в его глазах. — Давай! — ответила Джин, срываясь с места. — Попробуй догони!       Она летела вперёд, выкладываясь на полную катушку. В ногах ныла боль, но она игнорировала её, упорно карабкаясь в гору, надеясь, что мысли, преследовавшие её в последнее время, просто улетят вместе с ветром.       Сон Джин Ву наблюдал, как её силуэт удаляется всё дальше. Он сознательно дал ей фору, желая разжечь в ней огонь соперничества. Он видел, как ей было нелегко в последнее время. Она ходила напряжённая, словно натянутая струна, избегала его взгляда. Он не решался давить на неё расспросами, но и молчать тоже не мог. Его сердце ёкало каждый раз, когда он пытался до неё дотронуться, но она тут же отступала, возводя между ними неприступную стену недосказанности.       Джин резко остановилась. Грудь сдавило, словно тисками, глаза затуманились.

[Основной сценарий #2. Контроль над персонажем восстановлен].

      Лес, прежде дружелюбный и таинственный, вдруг наполнился зловонием гниющих плодов и жутким воплем, похожим на стон умирающей звезды. Злобное место.       Из глубин её сознания вырвались монстры, порожденные её же страхами.       Несколько тварей, похожих на перевернутые, скрюченные деревья, с глазами-угольками, замерли в ожидании. Их когти, покрытые мерзкой слизью, блестели в тусклом солнечном свете, обещая мучительную смерть. Джин чувствовала, как в её венах закипает кровь, и это не было теплом жизни. Это было пламя. Ненависть.       Монстры тянули к ней свои когтистые конечности, оставляя на коже нестерпимо горячие отпечатки. — Нет! — закричала Джин, пытаясь отбиться.       Но монстры наступали, неумолимо приближаясь, как мотыльки к гибельному свету.       В Джин проснулось что-то первобытное, дикое. Неукротимый поток магии забурлил в её венах, окрашивая руки в кроваво-алый цвет. Глаза вспыхнули алым пламенем, отражая безумный огонь в её душе. Клинки меча в её руках заискрились, словно обрели собственную жизнь. Она резала, рубила, наносила удары, не чувствуя боли, не зная усталости. Это был не бой, а безумное танго смерти, где Джин танцевала со своими страхами. Её рука, словно повинуясь невидимым очертаниям, сокрушала врагов, размазывая их по стволам деревьев.       Она не владела этим порывом, но он стал её оружием.       Лезвие её клинка, холодное и смертоносное, плясало в её руках. Звук металла, рассекающего плоть, хруст костей и тошнотворный стон тварей слились в какофонию ужаса. Джин не думала, не анализировала. Она действовала. Её движения были инстинктивными, наполненными животной ненавистью. Каждая секунда – отчаянная борьба за выживание. Её глаза, горящие алым пламенем, видели только врагов, только цель. Это был не бой, это была охота.       Твари падали, разорванные в клочья, их крики стихали, превращаясь в хрипы. Кровь, смешанная с гнилью и магией, забрызгала её одежду, а дыхание перешло в рваный, хриплый стон. Но она продолжала рубить, продолжала уничтожать, словно пытаясь стереть эти отвратительные создания в пыль.       Сон Джин Ву отбивался от атак. Меч в её руках сверкал, оставляя за собой кровавый след. Он кричал её имя, но она не слышала. — Джин, это не ты! — его голос дрожал, но её взгляд оставался пустым, полным тьмы. Её глаза пылали, руны на лице светились зловеще. Он едва успевал парировать удары.       Её клинок рассек воздух, оставив на щеке Сон Джин Ву тонкую алую полоску. Он отшатнулся, не понимая, что происходит. Любимая, нежная Джин, превратилась в воплощение ярости, движимое неведомой силой. Он не хотел сражаться с ней, он хотел её вернуть.       Сон Джин Ву отбросил свой меч, подняв руки в знак капитуляции. — Джин, пожалуйста, остановись! Посмотри на меня! Это я, Джин Ву!       Внезапная боль, отрезвляющий удар, выбил её из этого безумного танца. Она упала на колени, дрожа и хватая воздух. Перед ней, скрючившись от боли, лежал Сон Джин Ву, его лицо было искажено муками.       Она увидела его раны. Глубокие, ужасные раны, которые буквально пожирали плоть. Истекая кровью, он пытался сдержать крик, его лицо было искажено невыносимой болью. В тот момент, когда здравый смысл вернулся, эмоции захлестнули Джин.       В ней вспыхнула волна ярости. Неконтролируемая, жгучая ненависть к игре. Ненависть, которая трансформировалась в ужасающую печаль.       Она увидела в них отражение той боли, которую она причинила Сон Джин Ву. Алая магическая кровь, что ещё струилась по её телу, сменила окрас на глубокий фиолетовый.       Она опустилась рядом с ним, прижала его к себе, как могла, дрожа всем телом. Слезы потекли по её лицу, но теперь они были не от страха, а от боли, которую она чувствовала за него.       Сон Джин Ву, задыхаясь, пытался что-то сказать. Но только слабый стон вырвался из его губ. Джин, приложив ладони к его ранам, начала перебирать в голове все знания об исцелении. Она закрыла глаза и сконцентрировалась на той энергии, что могла спасти его. Не обращая внимания на боль, она вложила в исцеление всю свою силу.       Когда она открыла глаза, то увидела не столько раны, сколько… лишь следы от них. Сон Джин Ву медленно открыл глаза, его взгляд был полон благодарности.       Красный свет вокруг неё начал меркнуть, руны на лице потускнели. В её глазах мелькнул проблеск узнавания, за которым последовала боль и отчаяние. Она отшатнулась, роняя меч на землю. — Держись от меня подальше, — прошептала она, её голос дрожал от ужаса. — Я… я могу причинить тебе боль.       Она развернулась и побежала прочь, вглубь парка, растворяясь в тенях деревьев.       Сон Джин Ву остался стоять, не в силах поверить в случившееся, его сердце разрывалось от боли и страха за неё.       Джин Ву почувствовал, как её тепло ускользает, оставляя его в холоде. Он хотел крикнуть, остановить её, но слова застряли в горле. Её отчаяние, её страх – всё это било по нему, как волны о скалы. Он шагнул вперёд, но она уже исчезла, словно тень, поглощённая ночью.       Его пальцы сжались в кулаки. — Ты не убежишь, — прошептал он, чувствуя, как ярость и нежность смешиваются в его крови.       Она не просто исцелила его раны. Она затронула что-то внутри, что долго было спрятано. Он наконец-то понял, что чувствовал все это время. Боялся признаться себе, не замечая её боли.       Джин Ву бросился в погоню, его шаги быстры, дыхание прерывисто. Он чувствовал её присутствие, словно нить, связывающую их. Каждый шаг приближал его к разгадке, к ней. — Ты не убежишь от меня, — прошептал он, и его голос прозвучал, как клятва.       Где-то впереди, в гуще теней, он увидел её фигуру, застывшую, будто ожидающую его. — Почему ты боишься? — спросил он, его голос мягкий, но полный решимости.       Она обернулась, её глаза блестели в темноте. — Потому что я… — её губы дрожали.

[Внимание! Разглашение информации для игроков карается: смертью].

      Он подошёл ближе, его дыхание смешалось с её. — Я не боюсь тебя, — сказал он, его голос был твёрд, как сталь.       Она смотрела на него, её сердце билось в унисон с его. Он протянул руку, и она, колеблясь, взяла её.       В этот момент, где-то между страхом и желанием, они нашли друг друга. — Я здесь, — прошептал он, его губы коснулись её уха. — И я не отпущу тебя.       Её дыхание участилось, её тело дрожало, но она не отступила. — Ты уверен? — её голос был едва слышен.       Он улыбнулся, и в его глазах вспыхнул огонь. — Я не боюсь,— повторил он, его губы коснулись её шеи, а руки обняли её, притягивая ближе.       Она вздрогнула, её тело ответило на его прикосновение. – Джин Ву, — прошептала она.       Джин Ву почувствовал, как его имя слетает с её губ, словно молитва, словно признание. Он зарылся лицом в её волосы, вдыхая аромат её кожи, такой знакомый и такой желанный. В этот момент он понял, что она значила для него больше. Она была его отражением, недостающей частью его души.       Его руки скользнули ниже, очерчивая изгибы её тела. Он чувствовал, как её сердце бьётся в унисон с его, как страх медленно уступает место желанию. Он хотел показать ей, что ей нечего бояться, что он будет её защитой, её опорой.       Он отстранился, заглядывая в её глаза. В них он увидел отражение собственной души – смятение, страх, но и надежду. Он коснулся её губ своими, нежно, словно боясь разбить хрупкое равновесие, установившееся между ними.       Джин медлила чувствуя его дыхание на своей шее. Его запах обвил её с головой. Она хотела растворится в нем прямо сейчас. Но был страх. Отчаяние и страх за то, что он возненавидит её как узнает. Отстранится, станет для неё чужим. Но её губы ответили, раскрываясь в ответ на его ласку. В этом поцелуе было всё: и страх, и надежда, и желание, и обещание. Обещание быть рядом, несмотря ни на что.       Поцелуй углублялся, язык Джин Ву нежно проник в её рот, исследуя каждый уголок, вызывая волну мурашек по её телу. Джин обвила руками его шею, притягивая ближе, желая слиться с ним в одно целое.       Он оторвался от её губ, тяжело дыша. Его взгляд скользнул по её лицу, задерживаясь на припухших губах, покрасневших щеках, расширенных зрачках. Он видел её желание, её страсть, её страх. И он знал, что должен быть осторожным, что не должен торопить её. — Если ты сейчас остановишься, я точно не сдержусь прям здесь,— прошептала Джин, притягивая Сон Джин Ву к новому поцелую. — Пойдём домой,— процедил Сон Джин Ву в губы девушки не разрывая поцелуй.       Сон Джин Ву закрыл дверь своей квартиры, повернулся к Джин и почувствовал, как воздух между ними стал гуще от напряжения. Его пальцы дрожали, когда он провёл рукой по её щеке, а она в ответ прикусила нижнюю губу, её глаза горели. — Ты уверена? — его голос звучал низко, почти шёпотом. Джин кивнула, её руки уже тянулись к его футболки, она явно была лишней.       Он прижал её к стене, чувствуя, как её тело выгибается навстречу его прикосновениям. Их губы встретились в поцелуе, который быстро перерос в нечто большее — жажду, которая годами копилась внутри. Джин вскрикнула, когда он подхватил её на руки и понёс в спальню, её ноги обвили его талию.       Она сбросила с себя футболку, её ногти впились в его спину, оставляя следы, которые он почувствовал даже через мрак желания. — Не останавливайся, — прошептала она, когда его пальцы скользнули под её шорты.       Кровать проскрипела под их весом, когда он опустил её на простыни, её глаза смотрели на него с ожиданием, полным доверия и страсти. — Ты моя, — прошептал он, прежде чем их тела слились в едином порыве.       Лунный свет проникал сквозь неплотно задернутые шторы, очерчивая их силуэты на смятых простынях.       Каждое прикосновение, каждый вздох отдавался эхом в тишине комнаты, наполненной лишь звуками их страсти. Джин отвечала на его ласки с такой же интенсивностью, с какой он сам жаждал ее.       Время словно перестало существовать, оставив их наедине друг с другом, в мире, где были только они и их чувства. Поцелуи становились все более требовательными, руки исследовали каждое изгиб тела, словно заново открывая друг друга.       Когда их дыхание, наконец, выровнялось, они лежали в объятиях друг друга, умиротворенные и счастливые. Сон Джин Ву нежно убрал прядь волос с лица Джин, её глаза смотрели на него с любовью и благодарностью. — Я люблю тебя, — прошептал он, и Джин прижалась к нему еще ближе.       Джин вздрогнула всем телом. Тишина, окутавшая комнату после бури страсти, казалась особенно глубокой. Сон Джин Ву чувствовал, как сердце Джин бьется в унисон с его собственным, словно они стали единым целым. Он приподнялся на локте, чтобы лучше видеть ее лицо в тусклом лунном свете.       Джин улыбнулась ему в ответ. «— Я не могу этого желать.»       Но прошептала она совершенно другое, обвивая его шею руками. — Я тоже тебя люблю, Джин Ву.        Её пальцы нежно скользнули по его волосам, вызывая приятную дрожь.       Легкий ветерок ворвался в комнату через неплотно закрытое окно, принося с собой свежий аромат ночи. Джин прижалась к Сон Джин Ву еще сильнее, и он обнял ее в ответ, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.       Эта ночь стала их общей тайной, сокровенным воспоминанием, которое они будут бережно хранить в своих сердцах.       Джин провалилась в сон мгновенно, измотанная бурей собственных переживаний. Сон Джин Ву нежно поглаживал её по спине, любуясь безмятежным выражением её лица.       Спустя время, Сон Джин Ву тихо поднялся с кровати и принялся собирать вещи, разбросанные по комнате. Ему нужно было уйти, но образ Джин, ставшей такой важной частью его жизни, терзал его сомнениями: остаться или уйти?       Выбрав второе, он ощутил, как сердце пронзила острая боль. Сжав ключ в руке до побелевших костяшек, он покинул комнату.       Джин проснулась с ощущением неги и утренней свежести, словно заново родилась. Рядом, увы, не было горячо любимого Сон Джин Ву, что немного омрачило картину. Она приподнялась на локтях, лениво оглядываясь. Солнце уже вовсю хозяйничало в небе, а кровать предательски остыла. — Ушёл рано, романтик, — промурлыкала Джин, кутаясь в одеяло, и её щеки предательски запылали от воспоминаний о вчерашнем вечере.

[Внимание! Перемещение в подземелье через 3…2…1… Желаем Удачи!]

— Какого…кхм…ху?! — возмутилась Джин, но не успела договорить, как мир вокруг нее закружился в бешеном танце и померк, словно кто-то выключил свет.       Земля встретила ее болезненным объятием каменного пола. — Да что тут, мать его, творится?! Я на эту авантюру не подписывалась! Где моя кнопка "отмена"?       Ярость вскипела в ней. Джин с грацией разъяренной кошки вскочила на ноги, отряхивая несуществующую пыль с одежды. На удивление, она была одета! "– Спасибо хоть на этом, "— подумала она с саркастической благодарностью.       Джин огляделась. Подземелье оказалось…странным. Ни одного монстра, зловещая тишина, хоть святых выноси, и факелы, мерцающие вдоль стен пещеры.       Их пляшущие огоньки освещали кажущийся бесконечным путь, намекая на приключения, которые она явно не заказывала. «— Что-то тут нечисто. Похоже, это не просто квест, а целый квестище, — размышляла Джин, хмуря брови. — Интересно, кто это надо мной так изощренно шутит?»       Эффективность освещения, правда, вызывала сомнения. Магия казалась куда надежнее, чем это жалкое пламя, которое может погаснуть в любой момент, оставив ее в кромешной тьме. Хотя, постойте-ка… А вдруг эти факелы сами питаются магией? Гениально! Или нет?       Несмотря на обилие факелов, света всё равно не хватало, чтобы полностью изгнать мрак подземелья. В темных углах притаились тени, готовые напугать до икоты.       Именно они и вызывали тревогу. Статичная атмосфера и причудливые тени, отбрасываемые факелами, создавали жуткую атмосферу. В обычных подземельях, конечно, не царил вселенский позитив, но там хотя бы чувствовалось напряжение, предвкушение битвы, а тут… тишина, как в склепе. «— Всё ещё ни одного монстра. Это уже не подозрительно, это неприлично!» — подумала Джин, чувствуя, как внутри нее закипает смесь любопытства и раздражения.       Решив не ждать у моря погоды, Джин сорвала один из ближайших факелов со стены. Как только её пальцы коснулись дерева, пламя вдруг вспыхнуло с утроенной силой, вырвавшись из своего заточения и извиваясь в темноте, подобно огненной змее.       Решительно подняв факел перед собой. Она медленно двинулась вперед, готовая ко всему… или почти ко всему.       Коридору будто не было конца. Каждый шаг растворялся в его глубинах, отражаясь эхом от каменных стен. Джин шла дальше, пока её глаза не стали различать пустые доспехи рыцарей, стоящие вдоль стен, словно экспонаты в музее кошмаров. — Что за… карнавал? — прошептала Джин, с опаской поднимая один из шлемов.       Рыцарские доспехи. Очень странно. Кто мог их так изувечить? На полу виднелись окровавленные останки растерзанных монстров. Похоже, здесь побывала очень голодная собачка… или кое-кто похуже.       На всякий случай Джин выхватила клинок. "— Береженого бог бережет, а небереженого - монстр сожрет", - подумала она, ухмыляясь своим мыслям.       Завернув за очередной поворот, она оказалась перед массивной каменной дверью. Прислушавшись, она услышала приглушенные звуки битвы. Сердце екнуло. Облокотившись о дверь, она со всей силы надавила на неё плечом, сдвигая с места.       Оказавшись в огромном зале, она почувствовала волну энергии, пропитанной магией, такой плотной, что её можно было резать ножом. В её поле зрения мелькнула тень, скользнувшая мимо сотен закованных в броню рыцарей, которые сражались с… — Сон Джин Ву! — заорала Джин, перекрывая грохот битвы.       Парень на секунду замешкался, услышав её голос, и едва не пропустил удар огромного меча. — Джин! Что ты тут делаешь?!       Джин, не раздумывая, бросилась к нему сквозь толпу рыцарей, надвигающихся на него. — Джин! Стой! Нет! Это ловушка!       Последнее, что она увидела, как Сон Джин Ву растворился в воздухе, словно его и не было. Что?!       Она осталась одна… совершенно одна… против сотен облаченных в броню солдат, которые, сменив цель, теперь надвигались на неё.       Джин, застыв на месте, осознала всю глубину ловушки, в которую она так неосторожно вляпалась. Ярость и страх смешались в ее душе.       "— Он исчез… бросил меня?" – мысль вонзилась в сознание ледяной иглой, но Джин отбросила ее, как назойливую муху. Сон Джин Ву? Предатель? Да ни за что! Этот парень – кремень, его верность – как швейцарские часы, точная и надежная!       Рыцари надвигались, их мечи скалились в свете факелов. Джин сжала эфес клинка. — Раз уж я здесь, то умру, как рок-звезда! – прошептала она, и с криком бросилась в бой.       Первого рыцаря она встретила ударом, от которого у того, наверное, искры из глаз посыпались. Клинок рассек латы, словно масло, оставив за собой кровавый автограф.       Джин кружилась в этом смертельном танце, уклоняясь от ударов. Каждый павший рыцарь рассыпался в прах, будто его жизнь была лишь неудачной шуткой, но их число казалось бесконечным. Усталость подкрадывалась, как назойливый спам.       Дыхание стало прерывистым, раны кровоточили, превращая доспехи в багряный шедевр, но Джин стояла, готовая драться до последнего вздоха. — Ну же, покажите, на что способны, консервные банки!       И тут, словно по заказу, в мир ворвались ее любимые гончие. Дикий рев разорвал тишину, и чудовищные звери, повинуясь воле хозяйки, бросились в самую гущу драки, разнося рыцарей. — Лианы!       Кровавые плети, словно ожившие змеи, вырвались из-под земли, обвиваясь вокруг тел солдат. Они падали, увлекая за собой в небытие новых врагов, но их место тут же занимали другие. Джин чувствовала, как силы покидают ее с каждой каплей потерянной крови. "— Маги! Они впускают их через порталы! – осенило Джин, когда она заметила, что маги не дерутся, а лишь поддерживают эти мерцающие дыры в реальности. —Ах вы, читеры!"       Направив гончих на магов, она ринулась в противоположную сторону, прокладывая себе путь сквозь ряды врагов. — Джин!       Знакомый голос эхом пронесся по подземелью, и сердце Джин забилось так, словно там поселился сумасшедший барабанщик. Он не бросил ее… Он вернулся!       Сон Джин Ву, словно ниндзя, возник рядом, одним ударом отправляя солдат в глубокий нокаут. Он бегло окинул ее взглядом, и в его глазах промелькнула такая буря эмоций, что Джин чуть не растаяла. — Цела? – в голосе звучала неприкрытая тревога. — Да, – выдохнула Джин, чувствуя, как напряжение покидает ее тело.       Она резко толкнула его в грудь, и он поморщился, как будто его укусила пчела. — Это за то, что заставил меня волноваться, – сказала Джин, и, не давая ему опомниться, впилась в его губы. – А это за то, что вернулся, герой ты мой!       Сон Джин Ву ответил на поцелуй, забыв о битве, об опасности, обо всем на свете. — Надо уничтожить магов, они – как Wi-Fi роутер, – прошептала Джин, отстраняясь.       Сон Джин Ву кивнул, и его взгляд стал серьезным и сосредоточенным. Теперь, когда он был рядом, натиск врагов казался не таким уж и страшным. Вместе они быстро расправились с магами, и когда последний из них отправился в мир иной, оставшаяся кучка солдат обратилась в груду металла.       Джин опустилась на трон, чувствуя, как дрожат колени. Сон Джин Ву молча принялся осматривать окрестности, изучая таинственные письмена на стенах и механизмы, управляющие этим местом. Гончие преданно окружили свою хозяйку, расположившись по обе стороны трона, готовые в любой момент защитить ее.       Она почувствовала это инстинктивно – сила Сон Джин Ву возросла. Перед ее глазами, словно из ниоткуда, возникла теневая армия его солдат, мрачная и могущественная. Джин удовлетворенно улыбнулась, и в груди разлилось теплое чувство гордости за него. "—Вот это прокачка!"— подумала Джин, улыбаясь. — Теперь и у тебя есть своя армия, – сказала Джин, хлопая в ладоши. — Остался еще один, – он кивнул в сторону поверженного рыцаря, чья тень, казалось, пульсировала темной энергией.       Джин встала позади Сон Джин Ву, завороженно наблюдая, как он подчиняет себе эту необычайно сильную тень. — Дать ему имя? – удивился Сон Джин Ву, чувствуя, какой силой обладает этот новый воин.       Джин подошла ближе, ощущая исходящую от рыцаря мощную ману. — Назови его Игрис, – предложила Джин, прильнув спиной к его спине. — Хорошо, теперь твое имя Игрис, – согласился Сон Джин Ву, улыбаясь.       Игрис склонил голову перед своим новым хозяином, и все его теневые солдаты последовали его примеру.       Джин обняла Сон Джин Ву, надеясь, что он станет достаточно сильным, чтобы справиться с ней, до того момента, как ей придётся сделать выбор в пользу лишь одной жизни. — Ты точно в порядке? — Сон Джин Ву пристально смотрел на Игрис, но рука его уже тянулась к Джин, обвивая её талию. — Я цела, — прошептала Джин, чувствуя, как его дыхание обжигает её шею, словно глоток обжигающего кофе. Её губы снова нашли его, жадно, без спроса, как будто она не ела целую вечность. Она вцепилась в его доспехи, ощущая, как его тело отвечает на её прикосновения, — Мы в подземелье, — пробормотал он, но не отстранился. Его руки скользнули ниже, сжимая её бёдра, и она приглушённо застонала. — И что? — Джин ухмыльнулась, её глаза блестели, словно бриллианты. — Мы уже пережили худшее, верно?       Их губы снова слились в поцелуе, а вокруг царил хаос, словно салют в честь их воссоединения. Тени Игрис наблюдали, но не вмешивались, как зрители в кинотеатре. Сон Джин Ву прижал Джин к стене, его тело придавило её, но она только глубже вцепилась в него. — Ты вернулся, — шепнула Джин, и в этом шепоте было столько боли и любви, что можно было написать целую поэму. — И никуда больше не уйду, — прорычал Сон Джин Ву, впиваясь взглядом в её глаза, словно ища там ответы на все свои вопросы. Он чувствовал, как дрожит каждая клеточка её тела, и понимал, что она пережила не меньше, чем он сам. Желание защитить её, укрыть от всего мира, затмевало разум, как солнце затмевает звезды.       Он оторвался от её губ, чтобы взглянуть в её лицо. Слезы блестели в её глазах, и он нежно вытер их большим пальцем, словно стирая все её печали. — Мне так жаль, — прошептал он, чувствуя вину за то, что ей пришлось пережить, как будто это он виноват в том, что небо голубое.       Джин покачала головой, прижавшись к нему еще ближе. — Главное, что ты здесь. Сейчас.       Он снова поцеловал её, на этот раз более нежно, вкладывая в поцелуй всю свою любовь и благодарность, словно он передавал ей всю свою душу.       А мир мог подождать.