Часть 1

Феликс никогда не был тем, кто бросается в чувства с головой. Он ценил логику, хладнокровие, расчёт. Чувства делали людей уязвимыми, и он ненавидел слабость. Но всё изменилось, когда он понял, что не может отвести взгляда от Маринетт Дюпен-Чен. Он не помнил, когда это началось. Может быть, в тот раз, когда увидел её на подиуме, уверенную и решительную, в платье, которое она сшила сама. Или, возможно, когда она спорила с Адрианом, защищая своё мнение с такой яростью, что даже его кузен не смог найти, что ответить. Она была яркой, огненной, живой — полной противоположностью ему. А затем он понял, что Маринетт — это Леди Баг. Осознание пришло внезапно, но всё встало на свои места. Её голос, её осанка, то, как она двигалась. Все мелкие детали, которые он замечал, сложились в единую картину. И тогда он понял, что влюблён. Но ей никогда не суждено было смотреть на него так, как он смотрел на неё. Маринетт любила Адриана. Феликс видел это во всём — в её взглядах, в её улыбке, в том, как она пыталась скрыть разочарование, когда Адриан обращал внимание на Кагами. Он мог бы сказать ей, что её чувства напрасны, что Адриан никогда не увидит её так, как она мечтает. Но он знал, что она не поверит. Он знал, потому что сам испытывал ту же боль. Но Феликс не был бы собой, если бы просто смирился.

***

Он не умел ухаживать за девушками. Он не был, как его кузен, дружелюбным и открытым. Он не мог просто прийти и сказать: "Мне нравится твоя улыбка" или "Ты прекрасна". Это было бы нелепо. Поэтому он действовал так, как умел — наблюдал, анализировал, искал слабые местаФеликс не мог сказать ей, что знает её тайну. Это поставило бы её под угрозу, и он не хотел причинять ей вред. Но он также не мог просто смотреть, как она страдает из-за человека, который даже не замечает её чувств. Он начинал с мелочей. Оставлял ей шоколад на парте без записки. Исправлял её ошибки в тетради, когда она забывала стереть помарки. Взял на себя часть работы в школьном проекте, чтобы она не переутомлялась. Маринетт даже не догадывалась, что за этими поступками стоял он. Но однажды он не выдержал. — Ты так сильно стараешься ради него, — произнёс Феликс, наблюдая, как Маринетт аккуратно заворачивает коробочку с печеньем, которое приготовила для Адриана.. Она замерла, подняв на него изумлённые глаза. — О чём ты? — Ты думаешь, если будешь рядом, он заметит. Если будешь заботиться о нём, он ответит тем же. — Феликс скрестил руки на груди. — Но так не работает. Маринетт нахмурилась. — И что ты предлагаешь? Бросить всё? Перестать бороться? Феликс хотел сказать "да". Хотел сказать: "Посмотри на меня, а не на него". Но вместо этого он лишь пожал плечами. — Просто подумай, стоит ли оно того. Она нахмурилась, но ничего не ответила. Он знал, что Маринетт сильная. Она не сдастся. Не перестанет любить Адриана просто потому, что кто-то сказал ей это сделать. И всё же, он надеялся, что, возможно, однажды она поймёт. Но эта надежда разбилась в тот день, когда он увидел, как Маринетт, вся светясь от счастья, держала в руках письмо. Письмо от Адриана. Письмо, в котором он наконец отвечал на её чувства. Феликс смотрел, как её глаза сияли, как она прижимала письмо к груди, словно самое дорогое сокровище. И в этот момент он понял — он проиграл. Он был просто тенью в её жизни, незаметной, ненужной. Он не был её героем. Он даже не был её другом. Он просто был. И в этот момент Феликс Грэм де Ванили впервые за долгое время почувствовал, что значит быть слабым.Но он дал себе обещание — однажды Маринетт узнает, что не только Адриан способен любить её.