Часть 1

      Весна — время больших надежд. В её преддверии нос, словно сам собой, начинает ощущать сладкие запахи пробуждающейся природы, витающие в прохладном воздухе. Весна — шанс на новую, лучшую жизнь и пора вступительных экзаменов в ВУЗы. Маомао кропотливо сидела за книгами по фармакологии и анатомии. И пока влюблённые парочки делали друг другу знаки внимания, а коты готовили голосовые связки к брачным песнопениям, её мучил всего один не решаемый вопрос: «Поступить на врача или на фармацевта?». Оба пути привлекали её и ставили в ситуацию нелёгкого выбора.       Яркие солнечные лучи проникали в комнату сквозь широко распахнутые шторы. Маомао стала ловить себя а мысли, что есть что-то неправильное в происходящем. Разве её комната выглядит так? И вообще, если выглянуть из этого странного окна, на много метров вниз и по сторонам откроется внушительный вид на город. «И сколько же этажей в этом доме?» Всё, окружающее её, виделось ей чужеродным. Хотя, может, это она была чужеродной для этого места? По дорогам ездили странные колесницы без запряжённых в них животных. А одежда? На ней была плиссированная фиолетовая юбка-макси, туфли-лодочки и зелёная блуза. Впрочем, другие люди были одеты по той же моде. Но отчего-то её преследовало странное ощущение, что она не так одета.       «Здорово ли, испытывать такие сильные сомнения даже в бытовых вещах? Это не похоже на побочное действие препаратов. Но тогда почему происходящее вызывает настолько отталкивающее чувство?». Но если она не на своём месте, то где? В голове смутно проступали воспоминания о простых одно- и двухэтажных жилищах, с частым использованием материалов из дерева. Здесь же всё из бетона, стекла, пластика и других материалов, о которых она почему-то знала.              Странные образы жили на подкорке её разума, словно аккуратно сложенные в ларчик вещи, которые нужно просто достать. Но к чему ей эти они? Как могут они являться частью её прошлого, когда они так похожи на вымысел, на её горячечный бред? И тот парень с длинными фиолетовыми волосами, вызывающий у всех дам в округе ярчайшие приступы умиления, тоже был ей знаком. Его образ смутно проступал в её памяти. Возможно, он даже был ей дорог. Но что же с ними обоими произошло? Не разбирая дороги, она шла вперёд по прямой длинной улице, пока на перекрёсте ей не попался странный темноволосый мужчина средних лет. Он схватил её за руку, мешая бесцельным шатаниям.       — Дядь, мне кажется, вы малость перебрали с утреца. Чего клешнями размахались?       — Ты такая же, — совершенно спокойно, без признаков сумасшествия, говорил он. — Бродишь здесь с потерянным видом, не понимая, как оказалась здесь. И, похоже, нас здесь целое трио… если не квартет, — продолжал мужчина, глядя на парня, что с потерянным взглядом слонялся по улице, рассматривая витрины.       — А вот с этого места подробнее!       — Существуют люди, одарённые особенными способностями. В нашем мире их называют эсперами. Мы попали под влияние одного из них, способного вытянуть людей из своих миров на некое промежуточное место, именуемое перекрёстком. Впрочем, может он не один, может оказаться, что в каждом мире есть такие эсперы, просто этот факт хранится в строжайшем секрете.       — И для чего им это делать?       — Откуда мне знать? Может, со скуки играются жизнями людей. В любом случае, без слаженных усилий нам отсюда не найти выхода.       — Как зовут-то вас?       — Мори Огай.       — А меня Маомао. Приятно познакомиться.       — Прекрасно. А теперь разделимся. Я беру на себя того парня у витрин с пионами, а на тебе красноволосая девушка у лавки с амулетами. Встречаемся вчетвером здесь же, у высотного здания со стеклянным фасадом.       Мори шёл сквозь толпу снующих людей. Вряд ли можно с полной уверенностью сказать: настоящие ли они или созданные энергией «перекрёстка» куклы, статисты. Двигались и говорили они на удивление естественно. Стоят у перекрёстка, ждут соответствующего сигнала светофора. Правилами пользоваться умеют. И всё же, что-то с ними было не так.       А пока он сокращал расстояние до предполагаемого товарища по несчастью, в голове его повторялись образы сна. «Вокруг него раздавались лишь звуки шелеста трав. Высокие травы скрывали его по пояс. Он срезал растение за растением, ни разу не повторяясь. А когда собрал, рассказал людям об их свойствах и научил их врачевать раны и болезни. Того героя звали Шэнь-нун, и с глубокой древности он чтится покровителем медицины. Но со временем люди исказили его благие начинания. Они стали делать отраву из растений, некогда нёсших только пользу. Рядом с местом погребения Шэнь-нуна выросло одно растение. Говорят, оно появилось из-за печали Шэнь-нуна на неразумность человечества. А называлось это растение…» — далёкое воспоминание о студенческих годах под утро появилось в голове Мори Огая. И правда, что же это за растение, про которое так увлечённо рассказывал тот профессор? И к чему оно ему приснилось?       «Нужно поскорее выбраться отсюда» — бегущей строкой мелькала мысль в голове. Озаки и Накахара, конечно, на некоторое время подменят его, но если босс будет отсутствовать слишком долго, это будет прекрасная почва для слухов, способных расшатать порядок в Портовой Мафии. А ведь Коё ждёт его с подарком на этот глупый европейский праздник день святого Валентина. Недопустимо разочаровывать ту, что бок о бок с ним строила ту Портовую Мафию, какой она была сейчас. А в случае с Озаки и Золотым демоном — ещё и небезопасно.       — Эй, парень, кажется мы с тобой в одной лодке.       — Тоже ищете пионы?       — Вовсе нет, — сказал он, думая: «плохо дело, этот совершенно не понимает, где оказался».       — Хотите подобрать букет?       Парень лишь печально улыбнулся в ответ.       — Вы сочтёте меня сумасшедшим, когда я расскажу. Мне снится волшебница в чёрно-золотых одеждах. В её прическе закреплены два пиона. Порой, она мне снится не как волшебница, а как душа этого цветка. Я стал одержим пионами. Весь дом обставил вазами с пионами, любуюсь каждый день, но наяву она не появляется.       — Не ты один сходишь здесь с ума. Послушай… — начал Огай, пускаясь в длинные объяснения происходящего.       — Значит, сейчас мы находимся внутри созданной кем-то иллюзии?       — Это не совсем так. Перекрёсток — реальное место между большим количеством миров. Если вовремя отсюда не выбраться — станешь его частью. Если получишь здесь увечье или травму, то по возвращении в свой мир она останется и пройдёт лишь с положенным ей временем. Погибнешь здесь — значит, погибнешь и для своего родного мира.       — Откуда такие познания? Уж не вы ли эспер, заточивший нас здесь? — Нет, такими силами я не обладаю. Читал досье на такого одарённого и очень хотел заполучить его к себе, но ничего не вышло.       Красные волосы и яркие зеленоватые глаза, цвета морской воды. Это сочетание откликалось Маомао чем-то знакомым, но волосы той, другой, были нежно розового цвета.       — Зачем тебе эти безделушки? Они не спасут и не помогут. На моей родине только малограмотные знахарки уповают на магию.       «Я не в тех обстоятельствах, чтобы ставить под сомнения магию. Моё нынешнее состояние ничем, кроме неё не объяснить» — произнёс внутренний голос Маомао, встретившись с удивлённым и открытым взглядом девушки.       — Обычные люди всегда реагируют на нас с опаской. Но наши чары и талисманы и вправду могут помочь. Я пошла выбирать подарок для дорогого мне человека, но по пути словно попала под действие чьих-то чар. Не могу вспомнить ни внешнего образа своего близкого человека, ни его имени. И эти улицы отличаются от тех, где я ходила до сих пор. Что-то в них заставляет меня насторожиться. Меня зовут Тисэ Хатори.       — А я Маомао. Приятно познакомиться. Я тоже ощущаю странность от всего происходящего. Я искала таких же, как я. Мы ищем способ вернуться в привычные миры. Пойдёшь с нами?       — Конечно! Признаться, я не ожидала встретить здесь обычных людей. Все люди кругом, скорее всего иллюзии, либо заложники, не выбравшиеся отсюда в прошлом. От них никакого толка.       — Все в сборе, — констатировал Огай. — Превосходно. Сейчас этот мир начнёт лихорадить, ведь мы для него инородные тела, вредители. А «перекрёсток», как и любое другое существо с работающим иммунитетом сделает всё возможное, лишь бы отторгнуть нас.