Предчувствие борьбы

***

Серые стены, мрачные лица студентов и преподавателей — всё это сразу же бросилось в глаза, как только Казанцев переступил порог университета. — Вадим Юрьевич, — окликнула его девушка. — Да, а вы простите, — оглянувшись, парировал Вадим и тут же скользнул взглядом по собеседнице. — Здравствуйте, меня зовут Марина. Марина Александровна, —смущенно представилась она, чувствуя его взгляд на себе. — Меня Евгений Валентинович попросил вас встретить. У него сейчас заседание ректората, поэтому, как вы понимаете, лично присутствовать он не смог. Поэтому прошу вас, — она указала рукой в нужном направлении, — я провожу вас на заседание, а после покажу вам ваш кабинет. - Да, конечно, кстати, очень приятно с вами познакомиться, - Казанцев протянул руку и широко улыбнулся. - Не скрою, и мне очень приятно с вами познакомиться, - Марина кокетливо улыбнулась в ответ. – Знаете, Вадим… То есть Вадим Юрьевич, - быстро поправила она себя, - ни каждый день в нашу дыру, ой, простите, университет заходит такие мужчины.  — Можно просто Вадим, — сказал он, оглядывая унылое помещение. — На самом деле, тут не так уж и плохо. – Ну Вадим, посмотрим, как вы заговорите через пару месяцев, - хмыкнула она. - У нас, как правило, новые люди долго не задерживаются, - не выдерживают, знаете ли, этой скуки, бесконечной рутины и ни шиша в кармане. – Акцент был сделан на последней фразе. – Ну Мариночка, как говорится, скуку разбавим, рутина, думаю, меня не коснётся, а вот пустой карман меня тревожит, - иронично ответил Казанцев. – Вадим, не скрою, вы очень приятный собеседник, но, к сожалению, мы уже пришли, – указывая на дверь, сказала девушка. – Но я была бы не против пообщаться с вами вне стен этого заведения, например, в каком-нибудь уютном ресторанчике. А ещё я могла бы показать вам город, мне Евгений Валентинович сказал, что вы не местный. Поэтому я с удовольствием составила бы вам компанию, – закусывая нижнюю губу, добавила девушка. – Я учту, спасибо, Марина, – слегка касаясь её плеча, ответил Вадим. – А сейчас извини, но мне пора, – указывая на дверь, констатировал мужчина. – Увидимся, не прощаюсь. - и подмигнув девушке глазом, открыл дверь. – Договорились, – на её лице появилась лучезарная улыбка, которую она не пыталась никак скрыть ни от Вадима, ни от окружающих. - Господи, спасибо, что хоть одного нормального мужика занесло в наш университет. Да что там в университет, в город. Статный, интеллигентный, красивый, явно не бедный – это то, что мне нужно. Теперь ты от меня не отвертишься, Вадим Юрьевич! — подумала Марина, провожая его взглядом.

***

– Добрый день, – Вадим прервал речь ректора. – Коллеги, знакомьтесь, это Казанцев Вадим Юрьевич, новый проректор по молодёжной политике, – ректор подошёл к мужчине и пожал ему руку. – Вы как раз вовремя, мы вот с коллегами обсуждаем тему спорта в нашем университете. – А вы, как понимаете, теперь являетесь неотъемлемой частью этого вопроса. – Вадим Юрьевич, предлагаю сегодня вам поприсутствовать, послушать и обрисовать себе в голове, как говорится, общую картину происходящего.   Казанцев сел на свободное место, и взгляд его упал на женщину, которая сидела практически напротив него. Он поймал на себе несколько брошенных с её стороны взглядов, она явно была недовольна происходящим, и это вызвало на лице мужчины улыбку. – Так, коллеги, и на чём же мы остановились? – спросил ректор, задумчиво глядя на присутствующих. – А мы остановились на том, Евгений Валентинович, что моим девочкам, то есть секции по акробатическому рок-н-роллу, урежут финансирование из-за какой-то там хоккейной команды, – непроизвольно указывая рукой на Казанцева, выпалила Москвина. – Я бы попросил, – тут же вмешался Вадим. – Как вы все понимаете, коллеги, я тут для того, чтобы вытащить вашу, ой, простите, нашу хоккейную команду из ямы, в которой она сейчас находится, куда-то далеко вверх. – И на мой взгляд, как и на взгляд большинства присутствующих, хоккей имеет потенциал стать значимым фактором в формировании репутации нашего университета, чем какие-то там танцы. – Смотря строго в глаза Москвиной, проговорил Вадим. – Я считаю, что развитие этого вида спорта принесёт больше пользы и славы нашему учебному заведению, чем поддержка танцевальных секций. – Разве я не прав, коллеги? – Казанцев внимательно посмотрел на Москвину, ожидая её реакции. Он заметил робкие кивки со стороны некоторых преподавателей, что подтвердило его позицию. – Ну вот пожалуйста, прямое доказательство моих слов, указывая на сидящих с довольной улыбкой, сказал Вадим. – Позвольте заметить, Вадим Юрьевич, что ваше мнение представляется несколько радикальным, – ответила Москвина. Улыбка на лице Казанцева стала ещё более заметной, когда он осознал, что уже вызвал определённое недовольство у этой женщины. Он продолжал наблюдать за происходящим, слушая дискуссию между Ольгой и ректором. В его голове всплыла фраза, сказанная Фёдором при их последней встрече: – «В этом институте есть одна ректорша, так вот, дочь у неё занимается этими самыми танцами, понимаешь? – Так вот, она готова перекрыть всем глотки, чтобы всё финансирование шло на эти самые танцы.» – Как же ты был прав, друг, - подумал про себя Вадим. – Ну что ж, посмотрим, у кого укус окажется шире.  

***

Заседание ректората было завершено, и преподаватели не спеша покидали кабинет. – Ольга Сергеевна, подождите! – окликнул Вадим женщину, которая торопилась уйти. – Что ещё, Вадим Юрьевич? – спросила она с раздражением. – Я тут подумал, может, мы с вами начали не с того? – на его лице появилась широкая улыбка. – Да что вы говорите? – удивилась она. – В кабинете мне показалось, что вы настроены совсем по-другому. – Вам показалось! Знаете, если со мной дружить, я очень мирный человек и первый никогда ни на кого не нападаю. – Прошу заметить, я и там, – он указал на кабинет, – первым не нападал. – Мне сразу показалось, что вы как-то пессимистично настроены в мою сторону. – Вадим Юрьевич, во-первых, я не собираюсь с вами дружить, и во-вторых, давайте сделаем вид, что вы вот там на меня не нападали, а я не была к вам, как вы выразились, пессимистично настроена, – указывая сначала на кабинет, а затем пальцем на Вадима, проговорила Ольга с явным раздражением в голосе. – Простите, у меня очень много дел. – Всего доброго! Казанцев не успел ничего сказать, как Москвина скрылась за углом. – Эх, Вадик, что-то явно намечается, – подумал он. – Знать бы что. – Поживем – увидим.