Правда выходит наружу

Что вы почувствуете, когда поймёте, что человек, которого вы искренне любите, с которым вы провели долгие годы, резко к вам охладел? Что ему всё равно на вас, на ваши отношения и чувства? Что бы вы сделали и знали бы вы вообще, что делать? Вера не знала. Она что только не перепробовала, она с ним разговаривала, пыталась устроить романтический вечер, пыталась его хоть как-то соблазнить, но в ответ получала только лишь холодное: «Вера, я работаю» или «Вера, я устал». И вдобавок ко всему, ещё и Костины родители стали невыносимыми, Николай Петрович вечно придирался к своим сыновьям и дома почти всё время были слышны его крики, Галина Ивановна будто специально пыталась найти, к чему бы прицепиться, поджидала когда Вера начнет готовить, стояла над ней и комментировала буквально каждое действие, а на Верины просьбы уйти отвечала лишь «Верочка, ну я же помочь хочу...», а на Верины попытки возразить за Галину Ивановну вступался Костя, защищая её и говоря что «Ты моей маме благодарна должна быть, что она тебе советы даёт», а Лёня вообще не хотел вмешиваться в семейные конфликты. Не найдя ни в ком поддержки и чувствуя что осталась одна со своими проблемами, даже не получая помощи с детьми, единственная помощь что была это лишь помощь от Галины Ивановны, с методами воспитания которой Вера была в корне не согласна и которую старалась избегать, Вера начала чувствовать, что скоро не выдержит, и что ещё хоть одна капля, если хоть что-то ещё случится, она сорвется. Она не знала, что случится когда она сорвется, но она понимала, что произойдёт что-то крайне неприятное и довольно критичное для отношений в их семье. Она до последнего надеялась, что все успокоятся и всё наладится, однако ничего не происходило, а наоборот, та самая «последняя капля» произошла, и это было нечто гораздо большее, чем просто «капля», это было целое море, что-то, что проникло в их с Костей отношения как трещина во льду, которая незаметна поначалу, но благодаря этой же незаметности она начинает разрастаться, и по мере разрастания она становится все виднее, и в конце концов исправить ничего уже нельзя. И имя этой трещине – измена. Начиналось все как у всех, Костя стал часто задерживаться на работе, стал резко куда-то убегать из дома, но Вера до последнего не хотела верить, что Костя способен на такое, что у него хватит наглости совершить такое, и она действительно верит, что его резко вызвали на работу. Однако, со временем появлялось все больше доказательств, Костя начал практически полностью игнорировать Веру и общаться с ней только по делу, от него начало пахнуть женскими духами, явно принадлежавшими не Вере, но на её вопросы он лишь отвечал, что она выдумывает. А финальной точкой, окончательно открывшей Вере глаза, стала довольно типичная ситуация: Вера отправляется по делам, радуясь что наконец нашла работу, придя домой и зайдя в их с Костей спальню, обнаружила его с какой-то женщиной, в их же кровати. От шока она ничего не могла сказать, и лишь прикрыв рот рукой попятилась поскорее из спальни. Выйдя оттуда, её глаза наполнились слезами, сердце – болью, а мысли – тем, какая она была глупая, что не брала во внимание все эти сигналы, которые она списывала на свою излишнюю тревогу. Она не знала, куда деться, она не знала, поймёт ли её кто-нибудь, но её первой мыслью было: «Надо кому-то рассказать..» и ноги сами понесли её к балкону, а затем в соседнюю квартиру, где жили старшие Воронины. На кухне её встретила Галина Ивановна, и удивившись слезам в её глазах и её шоку, сухо и лишь с небольшой ноткой удивления спросила: - Верочка, что случилось? Вера же, присев на ближайший стул и смотря в одну точку, не в силах сразу что-то сказать от шока всё же смогла выговорить: - Там.. Костя, с женщиной какой-то... Он мне изменяет... Галина Ивановна лишь посмотрела на Веру с крошечной долей сочувствия, но гораздо больше насмешливо и абсолютно без удивления: - Я знаю. Он с Дашенькой уже практически полгода. Он мне сразу всё рассказал Вере требовалось время чтобы осмыслить всё это. Костя ей изменяет, а его мамочка его покрывает... Она понимала, что Галина Ивановна готова многое простить своему Костечке, но она не думала что настолько. Выйдя из оцепенения, Вера начала на повышенных тонах говорить: - Да как вы можете его покрывать, как вы можете нормально смотреть, как ваш сын ходит налево, пока я пытаюсь хоть как-то исправить наш брак? А если бы вам изменили?! Галина Ивановна лишь усмехнулась и снисходительно смотрела на Веру: - Во-первых Коля точно не стал бы мне изменять, потому что я хорошая хозяйка и знаю, как удержать мужчину. А во-вторых, Костик мне давно говорил, что находил Дашу привлекательней, чем ты, и если он мне так говорит, значит ты не смогла его удержать и вина тут лишь на тебе. У хороших и правильных женщин мужья не ходят.. налево. Вера, услышав эти слова, посмотрела на Галину Ивановну в упор, шокировано и зло. Она до сих пор не верила, что её свекровь способна на такое и, еле сдерживаясь чтобы не закричать как ненормальная или наброситься на неёб продолжила говорить: -  Интересно, значит по-вашему я плохая хозяйка, плохая и неправильная женщина?! Я тут вам всем угодить пытаюсь, я троих детей ращу, да как вы можете... Тут Верину тираду прерывает вошедший Костя, судя по всему уже проводивший свою любовницу и прибывавший во вполне хорошем расположении духа: - Мамочка, а тефтельки твои ещё остались? Вера, увидев Костю, мигом встала со стула и посмотрела на него испепеляющим взглядом. Её до невозможности бесило то, как он произносил «Мамочка». От этого в её голове что-то щёлкнуло, ей буквально начало срывать крышу, потому что Костя буквально только что ей изменил, явно не в первый раз, а сейчас ведёт себя так, будто ничего страшного не произошло, и она всё-таки сорвалась на крик: - Что, Костечка, удобно под маминой юбкой прятаться?! Игнорируешь меня, бегаешь по шлюхам, а мамочка и рада, видимо всё хочет сделать, чтобы мне насолить и чтобы наш брак разрушить, ну и конечно всё чтобы её маленькому Костечке было хорошо! Галина Ивановна пыталась её перебить: -Верочка, что ж ты такое говоришь, дети же услышат... Вера, уже не в силах себя контролировать, продолжила кричать: -Да мне всё равно, мне до фонаря кто что услышит, пусть слушают, пусть узнают что у вас за семейка! Сыночек с мамочкой, работающие заодно против всех и оба пытающиеся меня в чем-то упрекнуть и перемыть мне косточки, ну или довести до нервного срыва! Я воспитываю трёх детей, я пытаюсь работать, да ещё терплю каждого из вас, 10 чертовых лет! Я понимала, что ваша чокнутая семейка способна на многое, но что она способна на такое – я и не подозревала! И тут Костя, до той поры молчавший и смотревший ошалело на всё происходящее, тоже подал голос, сразу перейдя на крик: -Ах, терпишь?! Да ты хоть знаешь, сколько я пашу, чтобы содержать семью, да я с работы не вылезаю, а ты даже не подумала о том, что мне тоже тяжело, и не сделала ничего чтобы я был тобой доволен! Я прихожу с работы, и что меня ждет дома? Задолбаная жизнью, неухоженная, без огонька женщина! Конечно, я не мог так это оставить, мне нужна была какая-то разрядка! И если я не могу получить этого от женщины рядом, конечно я буду искать это где-нибудь ещё! После этой тирады на кухне повисла гробовая тишина. Костя, уже открыто смотря на жену с презрением, будто она и не человек вовсе, лишь придвинулся ближе к Галине Ивановне, будто ища в ней какой-то поддержки, но она, не смотря на то, что была согласна с сыном во всём, тоже предпочла молчать, понимая, что это вызовет непомерный эмоциональный всплеск у Веры, не желая подливать масла в огонь. И она была права, ведь Вера и без того уже была на взводе, и слова Кости лишь сильнее раззадорили её. Однако, кричать она перестала и, глядя на мужа так, будто видит его впервые, заговорила спокойным тоном: - Я с тобой согласна, Кость. Я недостаточно хорошо и бережно к тебе относилась, надо было быть внимательнее к твоим желаниям. И, схватив тарелку с тефтелями, стоявшую на столе возле неё, швырнула её в Костю, и тон её снова вернулся к прежнему крику: - Ты же голодный наверное, столько сил в спальне потратил! Хочешь тефтельки – получай! Чего ещё хочешь!? И, под Костин вой и и его же причитания: «Все, не надо, я понял, достаточно», и под возгласы Галины Ивановны, тарелка, которая вместе с котлетами полетела в него, разбилась вдребезги, и осколки разлетелись по всей кухне и Вера, не желая больше ни секунды находится  в этой квартире с этими людьми, лишь сказала, перед тем как пойти обратно в их квартиру с Костей: - Эта тарелка сейчас разбилась точно также как наш брак, Воронин! И, собирая вещи и попутно разбив пару рамок с их фотографиями с Костей, вера увидела в коридоре детей - Машу, Кирю и Филю, напугано смотрящих на свою маму и, судя по всему, слышавших то, что происходило на кухне у старших Ворониных. Вера была бы рада их успокоить, сказать что никто не ссорился и всё будет отлично, как было после каждой ссоры с мужем, но сейчас она прекрасно понимала, что это не так, да и дети наверняка если не осознавали, то чувствовали, что в данный момент случилось что-то, что нельзя так просто забыть и простить, и объяснять это детям в данную минуту она не была готова, и что она в данный момент остро нуждалась в том, чтобы побыть одной, поэтому лишь сказала: -Идите спать, быстро! И дети, как ни странно, послушались, не проронив ни звука уйдя к себе в комнату, давая Вере возможность спокойно собраться и покинуть злосчастную квартиру, ведь ни Костя, ни Галина Ивановна не пошли за ней, то ли боясь ещё больше раззадорить, то ли не считая нужным говорить ей ещё что-то, ведь они были заняты разговором между собой. - Ну ты не мог гостиницу снять, сказать что на работе, зачем домой-то её было приглашать, тем более дети рассказали бы рано или поздно!- отчитывала сына Галина Ивановна. Костя, всё ещё под впечатлением от того, что Вера посмела так себя вести, пытался выгородить себя: - Да я знал что ли, что она с работы так рано придет! Она сказала что придет в одиннадцать вечера, а в итоге в девять пришла, сама виновата! Ответить Галина Ивановна не успела, так как их прервал звук поворота ключей в замке, что возвещало о возвращении Лёни и Николая Петровича с футбола, на который Костя не захотел идти. Костя и Галина Ивановна понимали, что не увидев рядом Веру мужчины будут задавать вопросы. И соврать не получится, так как те тоже уже догадывались.