Надежда

      Яркий ослепляющий свет вывесок, в который был окутан город, врывался в комнату, заставлял радоваться, ведь на его улицах тишина и покой, и больше нет никакой тьмы, что покрывала собой город и обволакивала души людей, нещадно пожирая. Теперь бояться было нечего, ведь Охотницы сделали все, чтобы любой ценой защитить людей от злых и коварных демонов, но почему Руми так несчастна?       О, нет, не та Руми на сцене, которая блаженно отжигала на концертах, вживаясь в роль, не давая и шанса подумать, что может быть что-то не так. И точно не та, которая с энтузиазмом прогуливается по улицам, освобождённого от злосчастных демонов, города, раздавая автографы и мило позируя для селфи. Конечно же, мы говорим о другой Руми.       Та, другая Руми, не может найти себе места от этой печали и скорби, что удушающе окутывает её тело, и речь вовсе не про знаки на теле...       — Может хватит?       Тигр-демон на секунду замер, а после поменяв позу, непринужденно уточнил:       — Разве я не прав?       Руми злостно рыкнула, невольно подтверждая его слова, а после поднялась с кресло-мешка и направилась к перилам, причитая:       — Если бы я знала заранее, что ты болтаешь, не затыкаясь, то в жизни бы не стала искать способ, чтобы ты заговорил.       — Но ведь это помогло, значит выгоду ты с этого имеешь.       Расчётливый демон, пусть и не действующий, постоянно попадал в цель своими словами, из-за чего Руми не могла спокойно с ним разговаривать, но уже более-менее адаптировалась к его игре, научившись отвечать подобно.       — Мне все больше кажется, что это вышло мне в ущерб.       Трехглазый ворон приземлился ей на плечо, подбадривающе постукивая клювом по её шее.       — Я по-прежнему демон, не забывай, — он посмотрел на ухмыляющегося ворона, сидящего на плече, который всем своим видом демонстрировал «а вот и нет» и недовольно цокнул. — Пусть и добрый.       Она устремила взгляд на вывеску их трио, которых в городе было множество, но та, что она каждую ночь разглядывала, напоминала ей о Джину. Это было обработанное фото с того самого концерта, когда они запечатали Ги-ма, и когда Джину героически истлел. Руми устало выдохнула, роняя голову на перелла.       — Я устала.       — Ожидания всегда утомляют, — тигр медленно подкрался к ней со спины, поглаживая хвостом. — Но они всегда того стоят.       — Ты слишком мудр для тигра, — ухмыльнулась она.       — Мне уже много лет, а ты сама позволила мне обрести голос, так что не жалуйся.       Руми наклонилась к тигру, аккуратно поглаживая ещё мягкую синюю шерсть. Его большие демонические глаза неотрывно глядели на неё, и в них было отчётливо видно сопереживание и такая же тоска, как бы он не старался казаться плохим.       — Я в любом случае благодарна тебе. Без тебя бы это было сложнее, ты же знаешь.       — Знаю, — мурлыкнул он. — Поэтому и пользуюсь положением.       Ворон слетел с её плеча, устраиваясь на голове тигра, а Руми медленно вернулась к периллам, набирая в лёгкие воздух. Это значило только одно – сейчас будет песня призыва.       Когда Руми подарила тигру голос, он рассказал о своих догадках. Если исходить из того, что Джину был не до конца демонов, скрывая в себе светлую часть души, то после запечатывания Короля демонов душа должна была вернуться, как и все другие невинные души, что он украл. Соответственно, если душа Джину парит на просторах Вселенной, значит она может вернуться в человеческий мир.       Но проблема была в другом. Его тело было сожжено, значит и душе вернуться некуда, и ей остаётся только безмятежно странствовать по миру, без возможности вернуться, как позволено всем остальным. И если душа потеряна, значит нужно её позвать, чтобы у неё появилось хоть какое-то направление, а значит и возможность вернуться. Именно тогда тигр предложил Руми петь, и не абы что, а то, что сможет помочь душе Джину найти правильную дорогу обратно, и она точно знала такую песню.       Это была лишь теория, но вариантов было немного, вернее, их не было вовсе. Именно поэтому, цепляясь за единственную надежду, Руми исполняла их песню на балконе каждую ночь, пытаясь докричаться до души Джину.       И вот, в очередной раз, как только последние слова слетели с её уст, она трепетно закрыла глаза, надеясь на появление души, но минута тишины заставила её обречённо открыть их и увидеть всю ту же улицу. Она не смогла сдержать слез, рухнув на колени. Ни одна попытка не увенчалась успехом, сколько бы она не старалась и это этого становилось только более. Горячие слезы стекали по её обветренному лицу, раздражая кожу. Руми закрыла лицо руками, пытаясь выдавить из себя эту боль, в надежде, что хоть этот крик души сможет помочь Джину найти дорогу к ней.       — Невероятно... — изумлённо прошептал тигр, а ворон активно закаркал, извиваясь вокруг Руми.       Она убрала руки от заплаканного лица и не смогла поверить своим глазам. Далеко в небе виднелось яркое пятно света, которое стремительно приближалось к её балкону. Пятно сияло всеми существующими цветами, переливаясь градиентами. Когда оно оказалось на расстоянии вытянутой руки, Руми и демонам пришлось сощурится, чтобы не ослепнуть от этого света настолько, что пришлось сомкнуть глаза. Лишь на секунду, единственную секунду, за которое случилось чудо.       Когда свет пропал и глаза были открыты, Руми увидела Джину. Настоящего и живого, и, непонятно, как такое возможно, но в своём привычно теле, только теперь его знаки красочно светились белым, как и у самой Руми. Это действительно было невероятно, и, по всей видимости, сам Джину не до конца понимал, что произошло, поэтому просто попятился назад, уперевшись в перилла.       — Получилось... — все ещё не веря происходящему прошептала Руми. — Получилось!       Она звонко запищала, бросаясь к Джину в объятия, но в последний момент одергивая себя, замирая в сантиметре от него. Джину же, все ещё не осознав всю ситуацию оглядывается вокруг, вопросительно уставившись на неё.       — Неужели решил объявиться? Сколько можно тебя ждать? — не выдержал тигр. Джину остолбенел, кидая взгляд то на Руми, то на тигра, который, внезапно, научился говорить.       — Ну не стой ты столбом, целуй её! — продолжал возмущаться тигр. — Она столько сделала для такого балбеса, а ты стоишь как вкопанный.       — Как ты это сделала? — восхитился Джину.       — Ну, — смущённо начала Руми. — Твой тигр нашёл меня и я поняла, что ему есть, что мне рассказать, поэтому я обратилась к доктору Хину...       Внезапно, оборвав её рассказ, Джину последовал совету своего друга и припал к её нежным, солёным от слез губам, заставляя замолчать и насладиться долгожданной встречей, которой он также не переставая искал. Ворон кружил вокруг них, победно каркая, а тигр подошёл ближе, добавляя:       — И за меня поцелуй тоже, — он перешел на шопот, подходя ближе к Джину. — Пока мой горе-хозяин откисал на просторах Вселенной, она сполна выполняла твою работу.       Руми покраснела, а Джину торжественно заявил:       — Боюсь, что двумя поцелуями я не рассчитаюсь, но постараюсь сделать все возможное.