Часть 1

Гостиница была крохотной, скромной и очень старой. Выцветшая вывеска над входом, еще сохранившая следы былой яркости, гласила: “Молодость”. Тина хмыкнула, поднялась на крыльцо по стертым ступеням из мраморной крошки и вошла в прохладный, полутемный холл. Казалось, все здесь несло на себе отпечаток времени: деревянные панели на стенах, масштабное мозаичное панно рядом с лифтом, огромные тропические растения замершие по углам в своих циклопических горшках, словно диковинные терпеливые хищники. Глянцево блестящий кафель на полу кое-где потрескался, а кресла и диванчики предназначенные для гостей заставляли сомневаться в своей надежности. В общем, в гостинице “Молодость” старым было решительно всё, кроме эффектной блондинки сидящей за стойкой регистрации. Тине даже захотелось потереть глаза настолько инородно и неуместно в подобном старомодном интерьере смотрелась эта юная красавица. Взгляд девушки-администратора был направлен куда-то вниз, всё её внимание занимало что-то скрытое от Тины под стойкой. Чувственные, красиво очерченные губы девушки беспрестанно шевелились, словно бы она бормотала про себя какую-то мантру. Входная дверь за спиной Тины закрылась, звякнув колокольчиком. Золотистая челка взметнулась вверх и тут же легла на место мягкой волной: администратор вскинула голову и приветственно улыбнулась. В улыбке мелькнули ровные белые зубки. Подойдя ближе Тина с удивлением заметила, что девушка торопливо отложила в сторону вязание. Видимо, до этого она сосредоточенно считала петли: — Ох, простите, задумалась, — на высоких скулах проступил легкий румянец, сделавший это сказочное создание еще более очаровательным и еще менее уместным в мрачновато-неуютном холле. Девушка встала, оправив фирменный жакет. В дрожащем свете люминесцентных ламп блеснул металлический бейдж с набранными изящным курсивом буквами. “Анжелика” — прочитала Тина и с улыбкой подумала, что это имя подходит девушке, как нельзя лучше. — Добро пожаловать в “Молодость”! — Радостно отчеканила Анжелика. Тон, которым это было сказано позабавил Тину, казалось девушка долго готовилась и неоднократно репетировала перед зеркалом, как будет приветствовать гостей. Так дети впервые гордо декламируют заученный стих. Трогательно наигранно. Тина улыбнулась, протянула администратору свой паспорт и назвала номер брони. У нее уже сложилось мнение, что гостиница стоит полупустая,  постояльцы тут явление редкое, а небесной красоты девушка за стойкой — несчастный стажер отбывающий в этом забытом богом месте летнюю практику. Однако, зарегистрировала гостью Анжелика быстро, практически мгновенно, и во всех ее действиях сквозила отработанная до автоматизма уверенность, совсем не свойственная стажерам, впервые имеющим дело с чужими документами. А ячейки для ключей (не карт, а обычных металлических ключей, с массивными деревянными брелоками) к удивлению Тины по большей части пустовали. — Завтрак подается с девяти, обед — в час, ужин — в шесть, — деловито сообщила Анжелика, отдавая Тине ключ от ее номера, — но бар работает круглосуточно. Вход справа от лифта, — Анжелика изящно взмахнула рукой и посмотревшей в указанном направлении Тине показалось, что двустворчатая дверь со вставками из полупрозрачного стекла материализовалась в стене прямо сейчас, повинуясь исключительно жесту девушки, а не пряталась от Тининого взгляда стволом раскидистого фикуса. — Угу, спасибо, — пробормотала Тина, решив, что лучше будет все-таки перекусить где-нибудь в городе. — Вы заходите, — словно, прочитав ее мысли, сказала Анжелика. На этот раз взгляд и тон ее были томными, почти соблазнительными, — особенных изысков у нас в меню нет. Но, уверяю, вы будете приятно удивлены. Тем более, у вас все равно оплачен полный пансион, — в улыбке администратора снова блеснули белые зубки. Тина только кивнула и направилась к лифту, одной рукой прижимая к груди паспорт и ключ, а в другой — неся дорожную сумку. За ее спиной, соприкасаясь  с едва слышным звуком, снова заработали спицы и юная девушка с ангельской внешностью в холле старенькой провинциальной гостиницы продолжила считать петли. ____ Номер, как и следовало ожидать, оказался небольшим и весьма скромным. Тина со вздохом кинула сумку на узкую кровать и огляделась. Светлые обои, высокие потолки, простая мебель разменявшая не первый десяток лет. Старомодные покрывала на кровати и креслах из одинаковой гобеленовой ткани. Тонкие бежевые шторы бессильные против солнца. Тина задумчиво провела ладонью по щербатой поверхности столика втиснутого между двумя креслами, дотронулась до дверцы шкафа, словно приветствуя, или примериваясь к этому чуждому для себя пространству. Номер не был уютным, но он был чистым, аккуратным. И — главное! — недорогим. Постельное белье под дешевым покрывалом оказалось новым и вполне приличного качества (хотя Тина уже морально приготовилась обнаружить застиранные и заштопанные простыни), а санузел выглядел современно и прямо-таки сверкал. “Что ж, возможно, это место не так безнадежно, как кажется”, — подумала Тина и распахнула окно. “Молодость” насчитывала всего пять этажей, но она стояла на холме, отчего возвышалась над соседними зданиями. Прямо перед гостиницей находился автовокзал. Тоже крохотный и старый, как и все тут, а за ним, словно очерчивая границу города пролегали железнодорожные пути. За путями насколько хватало глаз была только зелень: пологие травянистые холмы и низины, в которых по вечерам наверняка собирается туман, поля и, конечно, лес. Разумеется,  это просто удачный ракурс: ландшафт скрыл от глаз оживленную трассу, а дачные домики затерялись между деревьев. Тина это понимала, но в какой-то момент ей почудилось, что привычный, обитаемый мир, и правда, заканчивается узкой полоской рельсов, а за ней — до самого горизонта и дальше — только безграничный, первозданный зеленый простор. Непознанный и потому притягательно опасный. А над холмами и лесом, в залитой солнцем синеве, низко висело огромное живописно взбитое облако. Оно плавно меняло свои изгибы, непохожее ни на что и похожее на всё одновременно. И казалось, что окно номера Тины и это облако находятся на одном уровне, и если бы женщина могла ходить по воздуху, ей ничего не стоило бы, преодолеть несколько шагов по прямой и шагнуть на этот плавучий остров из сахарной ваты… Стремительная черная тень пронеслась за окном. Так близко, что едва не задела отлив. Тина наклонилась и посмотрела вниз. Ласточка. Вернее, ласточки. Их было много. Черные острые силуэты пикировали откуда-то сверху к самой земле, но не достигнув газона или асфальта, округляли траекторию и по широкой дуге снова поднимались к стенам соседний зданий. Быстрые крылья взрезали безветренный воздух с каким-то деловитым фыркающим звуком, словно птицы были недовольны неповоротливостью окружающего мира. Огромное облако медленно дрейфовало в сторону города и ему не было никакого дела до суетливых ласточек. Облако несло с собой тревожный и сладкий запах свежескошенной травы, дикой земляники и нагревшегося на солнце металла. Облако источало предчувствие дождя и перемен. Тина закрыла глаза и приготовилась к столкновению.