Начало хорошего?

Последнее лето перед началом студенческого этапа, тот самый момент, который ставит точку на детстве и проводит пунктирную линию дальше в жизни каждого. Момент, когда каждый миг стремишься превратить в драгоценное воспоминание, к которому с трепетом в сердце захочется возвращаться вновь и вновь. Окончательно осознав это, я нервно задумываюсь о том, как же провести эти два месяца, чтобы вспоминать о беззаботном времени, когда с чистой совестью можешь мечтать о невозможном и совершать бездумные поступки, не задумываясь о последствиях. В детстве я часто ездила к бабушке на остров Чеджу. Вспоминая моменты оттуда, каждый раз мне хотелось вернуться в ту пору, но с последней поездки на горячо любимый Чеджу-до прошло уже пять лет. В Чеджу я заводила первые знакомства, искренне радовалась каждому событию и именно в те моменты жила настоящей жизнью. Так может, навестить бабушку этим летом? Подумав недолго, я открыла приложение для покупки билетов и оплатила место на рейс Пусан – Чеджу. На следующий день я начала собирать вещи, сложив их в небольшой чемодан, а также взяла с собой миниатюрный черный рюкзак, на левой лямке которого были закреплены смешные значки с жабками. Надев на себя доходившее до середины бедра легкое желтое платье в клетку и собрав волосы в хвост, я подошла к входной двери. – Это лето я не забуду. – подумала об этом, обувая свои любимые балетки с бантиком на белые носки. Открыв дверь и выйдя за порог дома, я ощутила, как время вдруг ускорилось. Мгновения сливались в одно, и, казалось, ещё только что я стояла в своей комнате, а теперь уже растерянно смотрела на аэропорт Кимхэ. Вокруг бегали люди, звуки объявлений смешивались с гулом двигателей, а я, погружённая в свои раздумья, не могла избавиться от чувства неопределённости. Правильно ли я поступаю? Стоит ли это того? Спустя три часа полета и полчаса на автобусе, который следует из аэропорта в жилую часть города, я уже шагала по зеленым улицам Чеджу. Солнце светило ярко, но даже его тепло не могло развеять сомнения в моей голове. Наконец, я оказалась у порога бабушкиного дома. Он остался таким же, как и в детстве: старый, с облупившейся краской и уютным входным ковриком, на котором всегда оставались следы песка. Я вытерла обувь о коврик, и собрав всю волю в кулак, решилась постучать, но неожиданно голос сзади ещё больше сбил меня с толку, а глаза расширились от страха обернуться. – Наён? – позади прозвучал хриплый женский голос, пропитанный нежностью и заботой, такой знакомый и родной. – Наён, это ты? – Я медленно обернулась, и с каждой секундой передо мной всё яснее раскрывался знакомый образ. Наконец, я увидела всё лицо тётушки Джун — лучшей подруги моей бабушки Миёк. Почувствовав тепло от ее вида мне сразу полегчало и, я поняла – я дома. – Моя ты красавица, какая взрослая, до чего ж похорошела! Как же я давно тебя не видала! – хромая на правую ногу старушка подошла ко мне и обняла, словно я была маленьким ребёнком, которого она не могла дождаться. Я ответила ей крепкими объятиями, чувствуя тепло её заботы. После смерти моего дедушки тётушка Джун решила переехать к бабушке Миëн, чтобы поддержать её в трудные времена. Теперь их дом стал настоящей обителью комфорта и любви. Вместе они готовили, делились воспоминаниями и смеялись, создавая атмосферу семейного счастья. Дни на нашей улице всегда были наполнены смехом и вкусными ароматами, благодаря тётушке Джун и бабушке Миён. Они с радостью баловали нам с ребятами домашним печеньем, хрустящим кимчи и ароматным раменом с морепродуктами. Каждое утро мы собирались на нашей кухне, где жарились омлеты, а в воздухе витал приятный запах свежевыпеченного хлеба. – Почему ты приехала и не предупредила? – приобняв меня за плечо спросила тётя. – У тебя что-то случилось? – Всё хорошо, правда. Я решила приехать к вам с бабушкой. – ненадолго задумавшись продолжила. – Захотела перед поступлением отдохнуть, очистить мысли и расставить все по полочкам, да и по вам сильно соскучилась. – Моя ты рыбонька! Ну пошли домой, ты же устала после дороги. – развернув меня лицом к двери, она подтолкнула меня в спину, другой рукой открыв дверь. – Миён, у нас гости! В бабушкином доме всегда витал особый аромат – запах старого дерева, пропитанный воспоминаниями и теплом. Солнечные лучи пробивались сквозь щели в деревянных стенах, и в каждом можно было разглядеть мельчайшие пылинки, танцующие в воздухе, как будто они тоже были частью этого уютного мира. Проходя по знакомым комнатам, я с радостью отметила, что цветы в горшках стали ещё больше и ярче. Я остановилась у окна, чтобы полюбоваться на маленький садик, где бабушка заботливо высаживала каждое растение, придавая ему особое значение. Плечам стало тяжело, и я сняла рюкзак, скинув его рядом с поставленным у кровати бирюзовым чемоданом. – Наён! Маленькая моя, ты приехала! – чуть ли не вприпрыжку подбежала бабушка и накинулась на меня с теплыми объятиями. – Как ты? Мы тебя очень ждали. Куда собралась поступать? Замявшись от такого наплыва вопросов и выдержав небольшую паузу, я ответила: – У меня всё хорошо. Я решила, что приеду к вам и подумаю над тем, чего я вообще хочу и куда хочу поступать. Бабушка усадила меня за стол и, налив чашку чая, улыбнулась мне своей яркой, ободряющей улыбкой. Её глаза светились мудростью и пониманием. Она знала, что этот период неопределенности хоть и непростой, но также и полный возможностей. – Знаешь, дорогая, – начала она, – иногда стоит просто остановиться и послушать себя. Не спеши с решениями. Важно понять, что тебе действительно нравится. Я кивнула, чувствуя, как её слова постепенно проникают в моё сердце. В этом доме, полном воспоминаний и любви, я могла найти ответы на все свои вопросы. – Может быть, мы вместе погуляем по саду? – предложила тётя. – Я всегда говорила, что природа помогает лучше понять себя. Согласившись, я встала и подошла к двери. Солнечные лучи вновь обняли меня своим теплом, а свежий воздух наполнил лёгкие. Выйдя на задний двор, я присела на кресло и прикрыла глаза: перед глазами мелькали рыжие пятна света, иногда сменяющиеся в синий от покачивающихся от ветра ветвей деревьев и летающих птиц. Часы наслаждения природой ощущались как миг, когда послышался стук по раме двери. Я обернулась и увидела тётю, которая с улыбкой на лице произнесла: «Наëн, бабушка приготовила праздничный ужин». Она рукой поманила меня к столу, и я, не удержавшись, бросилась в дом, учуяв очень аппетитные запахи. На столе красовались горячие токпокки, рядом, словно королева стола, лежала курочка в кисло-сладком соусе – её золотистая корочка сверкала, обещая приятный хруст, а после – невероятную сочность во рту. В самом центре находился пибимпап, щедро усыпанный свежими овощами и маринованными закусками. Наслаждаясь едой, мы заговорили о детстве. – Деточка, а ты помнишь Чони? – спросила бабуля, слегка приподнявшись с места. Тëтя Джун, с весёлым блеском в глазах, наливая в бабушкин стакан соджу: – Такой красавчик, накачался! – добавила она, как будто делилась не просто новостью, а маленьким секретом. – Кстати, он частенько приходит в наш магазинчик за цветами. Бабушка, ткнув тётю в бок локтем и немного покосив взгляд, весело рассмеялась и спросила: – Что, на молоденьких потянуло? – Мм, он просто красивый мальчик. – хихикнув, тётя Джун повернула голову и посмотрела мне в глаза. – Ты же его помнишь? Он всегда тебя домой провожал. В моей голове начали всплывать отрывки воспоминаний. Чонин был старше меня на год и всегда был ждя меня как заботливый старший брат. Когда мы ходили на пляж, он учил меня плавать, терпеливо объясняя каждое движение, пока я не начала чувствовать себя уверенно в воде. Помню, как однажды, посреди дороги у меня сломался велосипед. Я начала плакать, отчаяние охватило сердце, но он быстро подбежал ко мне, успокоил и, словно волшебник, починил его, натянув цепь на шестеренку. Чонин не любил какие-либо прикосновения, даже дружеские. Он всегда держал дистанцию, как будто между нами существовала невидимая стена, но она не мешала мне доверять ему. Я была рада тому, что он появился в моей жизни – он стал тем человеком, которому я могла доверить свои переживания и секреты. Мы проводили много времени вместе, делясь мечтами и страхами. Он внимательно слушал меня, и иногда мне казалось, что он понимает меня лучше, чем кто-либо другой. Даже лучше, чем я сама. – Я помню его, да... – ответила я, переводя взгляд на стол. В груди возникло странное ощущение трепета, смешанного с легкой тревогой. На поверхности стола я заметила царапины, оставленные, казалось, давным-давно. В них были вырезаны слова: «секрет», «люблю». Проведя пальцем по словам, я в недоумении пыталась вспомнить, кто мог их оставить. Картинки мелькали в голове, но я не могла уловить ни одного лица, ни одного момента, связанного с этими словами. Словно в ответ на мои мысли, сердце забилось быстрее. Я вспомнила, как мы с ребятами часто собирались здесь, делились мечтами и страхами, но детали ускользали от меня. Кто из нас решился бы оставить такие интимные признания на столе?