[ Глава 111 "Выбор Кирюин" ]

Тацуя ​несколько ​раз ​ударил ​бедрами ​по ​ее ​заду. ​От ​сильных ​толчков ​ее ​пухлая ​попка ​восхитительно ​покачивалась. ​ ​Тацуя ​почувствовал, ​как ​по ​его ​венам ​разливается ​удовольствие, ​когда ​услышал ​приглушенные ​стоны ​Кирюин. ​Его ​рука ​резко ​сжалась ​на ​ее ​затылке, ​отчего ​ее ​лицо ​оказалось ​закрыто ​кроватью. ​ ​Ноги ​Кирюин ​снова ​подтянулись ​и ​поднялись ​в ​воздух ​за ​его ​спиной. ​Ее ​маленькие ​ножки ​выгнулись ​в ​восторге, ​а ​прелестные ​пальчики ​загибались. ​ ​Она ​только ​что ​испытала ​оргазм, ​но ​Тацуя ​не ​давал ​ей ​покоя. ​Несмотря ​на ​то ​что ​она ​должна ​была ​чувствовать ​боль, ​она ​испытывала ​странное ​чувство ​удовольствия. ​ ​Она ​была ​рада, ​что ​ее ​лицо ​уткнулось ​в ​кровать. ​В ​комнате ​стоял ​какой-то ​запах, ​нет, ​аромат, ​от ​которого ​тело ​неприятно ​покалывало. ​ ​Как ​будто ​она ​вдыхала ​какой-то ​наркотик. ​ ​Каждый ​вдох ​заставлял ​ее ​тело ​дрожать, ​и ​это ​только ​усиливалось ​от ​огромного ​тепла, ​которое ​передавалось ​ее ​телу ​от ​его ​члена, ​хлопавшего ​ее ​по ​ягодицам. ​ ​Казалось, ​что ​ее ​киска ​пылает, ​несмотря ​на ​то ​что ​такого ​не ​бывает. ​ ​Она ​стиснула ​зубы ​и ​сжала ​в ​ладонях ​простыню. ​Тацуя ​неустанно ​долбил ​ее, ​и ​он ​не ​останавливался ​на ​этом. ​Наоборот, ​с ​каждой ​секундой ​сила ​и ​скорость ​его ​толчков ​становились ​все ​сильнее ​и ​быстрее. ​Поначалу ​это ​было ​незаметно, ​но ​с ​каждым ​толчком ​Кирюина ​ощущала, ​как ​болит ​ее ​попка. ​Словно ​кто-то ​со ​всей ​силы ​шлепал ​ее. ​ ​Она ​чувствовала ​толчки ​как ​снаружи, ​так ​и ​внутри. ​ ​Его ​член ​грубо ​терся ​о ​стенки ​ее ​киски, ​и ​Кирюин ​чувствовала, ​что ​если ​он ​будет ​двигаться ​еще ​быстрее, ​то ​ее ​влажная ​попка ​ни ​за ​что ​на ​свете ​не ​выдержит ​такого ​трения. ​ ​Логика ​подсказывала, ​что ​она ​должна ​испытывать ​сильную ​боль, ​но ​ее ​тело ​онемело ​от ​удовольствия. ​ ​Она ​не ​знала, ​сколько ​раз ​уже ​кончила. ​ ​Тацуя ​грубо ​откинул ​ее ​голову ​назад, ​создав ​дугу ​в ​ее ​теле, ​и ​стал ​долбить ​ее ​сзади. ​Тацуя ​заметил ​выражение ​ее ​глаз ​и ​улыбнулся, ​как ​насильник, ​посягнувший ​на ​невинную ​даму. ​ ​Кирюин ​пришлось ​сделать ​один ​глубокий ​вдох ​из-за ​внезапно ​открывшегося ​доступа ​кислорода, ​но ​это ​заставило ​стенки ​ее ​киски ​плотно ​обхватить ​его ​член. ​ ​Тацуя ​отпустил ​ее ​голову ​и ​обнял ​сзади, ​ощупывая ​ее ​груди ​и ​бормоча ​ей ​в ​ухо: ​"Определенно ​самая ​мягкая ​из ​всех, ​что ​у ​меня ​были..." ​ ​Кирюин ​почувствовала, ​как ​на ​ее ​лице ​появилась ​неконтролируемая ​гримаса. ​Она ​смотрела ​на ​него ​горячим ​взглядом ​с ​оттенками ​безумия ​от ​повторного ​наслаждения. ​ ​Даже ​сейчас ​ее ​губы ​дрожали, ​потому ​что ​бедра ​Тацуи ​не ​останавливались. ​ ​— ​Опыт ​может ​затмить ​совершенство ​лишь ​на ​время, ​— ​она ​прошептала ​в ​ответ. ​— ​Ты ​должен ​остановиться. ​То, ​что ​я... ​не ​против ​умереть, ​не ​означает, ​что ​я ​хочу ​умереть... ​таким ​образом. ​ ​— ​Тс-с-с... ​ ​Тацуя ​засунул ​палец ​ей ​в ​рот, ​и ​Кирюин ​подсознательно ​хотела ​укусить, ​но ​Тацуя ​передвинул ​палец ​и ​ткнул ​в ​верхнюю ​стенку ​рта, ​приводя ​Кирюин ​в ​чувство. ​ ​Она ​оглянулась ​на ​него, ​как ​бы ​говоря, ​что ​он ​слишком ​извращенец. ​Она ​не ​двигала ​языком, ​но ​это ​не ​остановило ​Тацую. ​Он ​колотил ​ее ​по ​заднице, ​царапая ​ногтем ​язык. ​ ​Кирюин ​почувствовала ​щекотку ​и ​неосознанно ​провела ​языком ​по ​пальцу ​Тацуи. ​Кирюин ​почувствовала ​себя ​немного ​неловко: ​облизывать ​чей-то ​палец ​- ​это ​низко, ​даже ​для ​нее. ​Она ​поднесла ​обе ​руки ​и ​вытащила ​его ​палец. ​ ​В ​этот ​момент ​Тацуя ​снова ​приблизился ​к ​ее ​входу ​и ​одним ​глубоким ​толчком ​вогнал ​его ​в ​себя ​до ​упора. ​Тело ​Кирюин ​забилось ​в ​конвульсиях, ​и ​она ​уткнулась ​лицом ​в ​его ​протянутую ​ладонь. ​ ​Ее ​киска ​снова ​была ​заполнена ​до ​краев. ​ ​... ​ ​Тацуя ​и ​Кирюин ​лежали ​бок ​о ​бок ​на ​кровати, ​обнаженные. ​Кирюин ​обхватила ​руками ​его ​грудь ​и ​зарылась ​лицом ​в ​его ​мускулистую ​грудь. ​Одна ​из ​ее ​ног ​была ​обхвачена ​его ​ногами, ​и ​ее ​колено ​едва ​касалось ​его ​уже ​мягкого ​члена. ​ ​От ​него ​так ​пахло ​чистотой, ​что ​Кирюин ​не ​могла ​устоять ​на ​месте. ​ ​Тацуя ​нежно ​расчесывал ​ее ​волосы, ​пока ​они ​оба ​лежали ​в ​тишине. ​ ​— ​Мы ​будем ​делать ​это ​каждый ​день? ​— ​спросила ​Кирюин ​с ​некоторой ​опаской, ​но ​волнение ​в ​ее ​глазах ​было ​несомненным. ​ ​Тацуя ​усмехнулся, ​молча ​давая ​Кирюин ​ответ. ​ ​— ​Хе-хе~ ​— ​Кирюин ​хихикнула ​и ​провела ​пальцем ​по ​его ​телу. ​ ​Она ​небрежно ​провела ​рукой ​по ​его ​лицу: ​"Почему ​у ​тебя ​такая ​светлая ​и ​чистая ​кожа? ​Я ​не ​вижу ​ни ​намека ​на ​масло ​или ​грязь. ​Только ​не ​говори ​мне, ​что ​ты ​злоупотребляешь ​магией ​или ​что-то ​в ​этом ​роде." ​ ​— ​Нет... ​— ​Тацуя ​солгал, ​а ​Кирюин ​закатила ​глаза, ​прижавшись ​грудью ​к ​его ​телу. ​ ​— ​Я ​не ​знаю, ​плохой ​ли ​ты ​лжец ​или ​хороший ​актер, ​— ​Кирюин ​почувствовала ​усталость, ​веки ​опустились. ​Прошедший ​сеанс ​сильно ​подействовал ​на ​нее. ​ ​— ​Эй... ​— ​вдруг ​воскликнула ​Кирюин, ​и ​Тацуя ​перевел ​взгляд ​на ​нее.— ​Я ​действительно ​не ​хочу ​сейчас ​быть ​беременной ​ ​На ​ее ​лице ​отразилась ​серьезность, ​и ​Тацуя ​хмыкнул, ​притянув ​ее ​ближе ​к ​себе. ​Он ​нежно ​поцеловал ​ее, ​глаза ​Кирюины ​расширились, ​но ​она ​ответила, ​и ​их ​языки ​слились ​воедино. ​ ​Они ​разошлись, ​и ​Тацуя ​улыбнулся: ​"Все ​в ​порядке, ​прими ​таблетку." ​ ​Глаза ​Кирюин ​расширились. ​ ​— ​Ты... ​Не ​возражаешь? ​Я ​думал, ​ты ​назовешь ​меня ​эгоисткой. ​ ​Тацуя, ​выросший ​в ​семье ​с ​высокими ​моральными ​принципами, ​почувствовал, ​что ​его ​губы ​подрагивают: ​"Технически ​я ​тебя ​изнасиловал. ​Меньшее, ​что ​я ​могу ​сделать, ​это ​дать ​тебе ​право ​выбора." ​ ​Кирюин ​замолчала, ​а ​затем ​мягкая ​улыбка ​окрасила ​ее ​прекрасные ​черты: ​"Как ​забавно... ​Мне ​кажется, ​ты ​еще ​что-то ​недоговариваешь." ​ ​Тацуя ​не ​ответил ​ей. ​ ​— ​Тебе ​ведь ​все ​равно ​на ​ребенка? ​ ​Тяжелая ​тишина ​заполнила ​комнату. ​ ​— ​Умные ​люди ​действительно ​раздражают, ​- ​ровный ​голос ​Тацуи ​косвенно ​подтвердил ​правоту ​слов ​Кирюина. ​ ​— ​Я ​догадывалась ​об ​этом, ​но ​ты ​действительно ​очень ​безжалостен, ​не ​так ​ли? ​ ​— ​Почему ​ты ​так ​думаешь? ​ ​Кирюин ​отстранилась ​от ​него: ​"Ты ​слишком ​беспечен. ​Я ​не ​сомневалась ​ни ​секунды, ​в ​том, ​что ​ты ​бросишь ​ребенка." ​ ​— ​Еще ​не ​известно, ​беременна ​ты ​или ​нет. ​ ​— ​Ты ​оплодотворил ​меня ​в ​общей ​сложности ​двенадцать ​раз, ​— ​Кирюин ​почувствовала ​покалывание ​в ​ногах. ​— ​Я ​уверена, ​что ​вероятность ​того, ​что ​я ​забеременею, ​очень ​высока. ​ ​Тацуя ​пожал ​плечами: ​"Как ​ты ​и ​сказала. ​Я ​забочусь ​о ​тебе, ​а ​не ​о ​так ​называемом ​несуществующем ​ребенке. ​Хочешь ​ли ​ты ​рожать, ​зависит ​только ​от ​тебя. ​Ты ​можешь ​сказать ​мне ​о ​своем ​решении ​после ​того, ​как ​сама ​все ​обдумаешь. ​Я ​пойду ​и ​куплю ​таблетки ​заранее." ​ ​Кирюин ​замолчала. ​ ​Ее ​обычно ​свирепые ​глаза ​были ​необычайно ​мягкими, ​когда ​она ​ласкала ​его ​острое ​лицо. ​ ​— ​Скажи, ​если ​у ​меня ​действительно ​будет ​ребенок, ​ты ​будешь ​верно ​заботиться ​о ​нем ​вместе ​со ​мной? ​ ​Тацуя ​молча ​повернулся ​к ​ней.