Часть 1

      День в кузнях начался как обычно. Впрочем, для него не закончился ещё и день прошлый: он, не тратя время на отдых, продолжал без устали размышлять над собственным проектом, параллельно пытаясь завершить те дела, что ему поручил Лорд Ауле. Майа потёр усталые глаза, кажется, он никогда не привыкнет к слабостям фаны, но выбора не было:  скоро в этот мир придут дети Эру, а потому разгуливать в форме бестелесной уже не получится, да и непросто это в Арде. А ведь ещё язык, который им, способным общаться одной мыслью, был ни к чему, но который необходимо было придумать, чтобы общаться между собой более естественным для детей Эру способом.        Присутствие майа Йаванны он почувствовал раньше, чем узрел его самого: тот своей спокойной, даже несколько приземлённой аурой выделялся на фоне где-то излишне энергичных и пребывающих в постоянном неуёмном движении учеников Ауле так же, как сам он выделялся среди многих своих братьев и сестёр своей излишней любознательностью и ничем негасимой тягой к совершенству.        Дух огня положил на место молот и быстрым шагом вышел наружу. Майа Йаванны уже был у входа, и он чуть не столкнулся с ним: спасла лишь выработанная за годы работы реакция (в кузницах Ауле случалось всякое).  – Ты чего здесь?       Вопроса поумнее придумать ему не удалось. – Ежа сбежавшего искал. Ты его не видел?        Он судорожно пытался вспомнить, какое из многочисленных творений Валие Йаванны именовалось ежом. Кажется, то, что с колючками: вспомнить бы, с большими или с малыми. Впрочем, значения это не имело: он определённо не видел ни того, ни другого. О чём он мысленно дал знать. Никаких ежей близь кузен не видел, что давало не так много, на самом-то деле: он за работой имел привычку забываться, а оттого многие вещи оставались им незамеченными, пока кто-нибудь не спохватывался и не спрашивал о них сам.  – Жаль, - вслух произнёс другой майа, и внезапно глаза его озарились идеей! - А не хочешь со мной на Энтомолвище заглянуть? – Я? Боюсь не получится, дел невпроворот.  – В делах ты уже с головою погряз, друг мой. Но от дел надобно и отдыхать когда-то.  – Как доделаю, так и отдохну.  – Я же тебя знаю, с одними закончишь - и сразу за новые возьмёшься, ничего более вокруг не замечая, а мир за пределами ваших кузниц полон красоты и собственных тайн, постичь которые ты не сможешь, коль продолжишь пребывать в вечной суете среди огня и металла.  – Поразительно, правда? - чуть отстранённо заметил он.  – Что именно?   – Мы помогли создать создать этот мир, но в нём всё ещё есть что-то, что остаётся загадкой для нашего разума.        Взгляд зелёно-карих глаз искрился тёплыми лучами, но при этом было в нём что-то такое странное, почти загадочное.  – Пойдём! Уверен, что твоя работа от тебя никуда не денется, а выглядишь ты так, словно над ней корпел уже по меньшей мере несколько дней, ни на что другое не отвлекаясь.  – Так оно и было, - легко признался  ученик Ауле, и уголки тонких губ его слегка приподнялись (многим позже этому движению мимики дадут название “улыбка”). – Справедливости ради, в этой работе – смысл моего существования. К тому же, я слишком увлёкся своим собственным проектом, и никак не могу перестать о нём думать, даже пока кую что-то для самого  Лорда Ауле, мысленно продолжаю обдумывать, как претворить в жизнь собственную задумку.        А между тем, они потихоньку двинулись в сторону леса. Один - вынашивая коварный план отвлечь друга от работы, другой - слишком увлечённый беседой.  – Что за задумка? – как бы между прочим спросил Майа Йаванны, поглядывая на своего спутника.  – Всё хочу сделать в подарок Валие Йаванне венец, такой, чтобы  элементы его напоминали бы листья, золотом отражающие свет, и стебли растений, что растут в её саду и с чьей зеленью не сравнится никогда ни одно другое растение, что будет существовать в Арде. Возможно, не самая лучшая моя затея, – несмотря на то, что начал он вдохновленно, как обычно и рассказывал о своих идеях, к концу голос его обрёл столь несвойственную ему (по мнению многих) неуверенность.  – Быть может, Леди Йаванна не оценит моих попыток запечатлеть в металле, пусть и драгоценном, оттиск жизни. Боюсь, не сочтёт ли она то за насмешку.  – Не думаю, что Леди Йаванны не оценит твоих стараний. Правда задумка твоя явно не проста в исполнении.  – Быть может, именно поэтому я в неё так и вцепился, – задумчиво произнёс Дух Огня. Он всегда брался за задачки посложнее, словно хотел доказать что-то кому-то: Лорду Ауле, другим его ученикам или самому себе?  – Это очень на тебя похоже, – кивнул его собеседник, и вдруг торжественно объявил: Мы на месте!        Кузнец огляделся по сторонам, и вдруг обнаружил, что они оказались в самом сердце высаженного Валие Йаванной леса.  Вокруг них высились деревья, а среди них выделялись те, кого в будущем назовут “стражами” леса - энты. Ученик Ауле смотрел на них не без интереса: он, конечно же, знал о них, видел их в том числе и в видении будущей Арды, но ещё не имел удовольствия вступить с ними в контакт.        Поэтому пока его представляли, он внимательно разглядывал поразительное творение супруги его Валы. Те, в свою очередь, разглядывали его. Представление заняло непростительно много времени, но странным образом его это не раздражало. Правда, когда энты переключились на обсуждение своих дел насущных, нить событий ему удавалось проследить лишь с большим трудом. Мысли ускользали. Пока вдруг не улетели куда-то за пределы мысли и времени. Его посетило странное видение, в котором мелькнуло кольцо, тонущее в лаве в недрах вулкана, а он сам по какой-то неясной до конца причине, предлагал кому-то, чьего лица увидеть не мог, создать дракона, боясь при этом привнести в претворённое в жизнь совместными усилиями создание частичку искажения (с чего бы это вдруг?), где-то рядом мелькала светловолосая макушка какой-то явно эльфийской девушки, с которой он определённо и точно был как-то связан, но как – понять было невозможно.       Когда он открыл глаза, то обнаружил, что голова его покоится на плече другого майа.  – О, ты снова здесь? – беззлобно поинтересовался тот.  – Здесь, – согласился он, садясь прямо. Энты, кажется, говорить ещё не закончили. – Нехорошо получилось.  – Это ничего, мало кому удаётся продолжать бодрствовать в полном смысле этого слова, когда они слушают речи энтов.  – Просто энты слишком умиротворяюще “шелестят”, – сказал он, а сам подумал, что умиротворения-то он сейчас и не ощущал: несмотря на кажущуюся безобидность его видения, было в нём что-то тревожное, что-то неестественное, что-то, чего он пока не понимал, но что, возможно, однажды принесёт им всем горе.  – Не без этого.        Майа Огня мотнул головой, прогоняя мрачные мысли. Он ожидал, что они будут преследовать его ещё долго, но ошибся: о сём видении он не вспомнит ещё долгие годы, а когда вспомнит…  – Я, пожалуй, пойду. Меня, наверное, уже обыскались, а ученики уже наверняка разнесли половину кузни.  – Как скажешь. Я рад, что ты заглянул. Приходи ещё! – Боюсь, если я буду слушать столь невнимательно каждый раз, как буду здесь появляться, о мне сложат не самое лучшее впечатление.  – Ты зря волнуешься. Они довольно понимающие.  – Что ж, учту на будущее. Как захочу отдохнуть - напрошусь на Энтомолвище.  – Буду ждать.        И Майа Огня скрылся за плотным подлеском. Его действительно уже потеряли: он провёл на Энтомолвище больше времени, чем ожидал. Кто-то из учеников действительно чуть не сжёг половину кузьни, и Лорд Ауле одарил его таким взглядом, что стало очевидно, что устранять последствия ему придётся вместе с незадачливым собратом по ремеслу (он ведь должен был помочь тому с его работой).        Иногда ему казалось, что даже здесь, среди себе подобных, среди других майар Ауле, он пребывал не на своём месте. Но где оно тогда, его место, он не понимал. Глупости, наверное.        Зыркнув на незадачливого собрата по несчастью, Дух Огня принялся за работу, параллельно объясняя, почему нельзя смешивать те или иные элементы в абсолютно не предназначенном для этого помещении.