1

— Эй, дверь придержите! — Костенко успел в последнюю секунду заскочить в узкий лифт, нажав кнопку первого этажа. Какое счастье, что рабочий день закончился и можно ехать домой, — Кого я вижу?  — Жаль, что двери лифта закрываются так долго. Тридцать секунд в твоем обществе не всем по силам!  Таисия уткнулась в телефон, не желая общаться с Сергеем, которого жутко ненавидела всем сердцем.  — Ну, и что же во мне такого ужасного по твоему мнению?  — У тебя слишком высокая самоуверенность и самооценка, — Тая подняла недовольный взгляд на коллегу, — А еще небрежный вид.  Сергей поправил темно-синий пиджак, застегнув пуговицу.  — Я ФСБэшник, не тебе решать, как мне выглядеть. Я буду весь в крови и с автоматом наперевес после очередной операции и что? Будешь осуждать меня?  — Заткнись, Костенко, — Волкова закатила глаза, — Ты прекрасно знаешь, что я тоже ФСБэшница и я тоже могу прийти после операции вся в крови!  — И я смогу тебя осуждать? Тая бросила на него убийственный взгляд.  — Только попробуй!  Раздался противный писк и лифт застрял на полпути между этажами, и тишина сразу наполнила пространство. Сергей стоял у панели управления, пальцами нервно щелкая кнопками, но лифт не двигался. Таисия, стоявшая в углу, скрещивала руки на груди, ее взгляд был холодным и отстраненным. — Отлично, просто отлично, — сказал Костенко с сарказмом, не скрывая раздражения, — Как раз то, чего мне не хватало в этот день — застрять с тобой в одном лифте. Волкова подняла взгляд, но не ответила сразу. Она отступила от стены, подошла к панели и, не обращая внимания на его слова, раздраженно сказала: — Я тебя не просила быть здесь. Но ты же просто обожаешь задерживаться после работы!  — О, ты так точно меня знаешь, — ответил он, насмешливо улыбаясь, глядя на девушку, — Твоя благодарность меня просто восхищает. Тая, закатив глаза, кивнула, ее голос стал тише, но тверже: — Я не нуждаюсь в твоей помощи. Мы с тобой не друзья, и, честно говоря, ты мне не интересен. Костенко сжал кулаки, его глаза сузились, но вместо того чтобы ответить агрессией, он сказал сдержанно: — Мы оба знаем, что между нами что-то большее. Даже если ты этого не признаешь.  Таисия почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. В этот момент что-то изменилось. Молчание, которое наступило, было тяжелым, но откровенным.  Они стояли в лифте, который застыл между этажами, и напряжение витало в воздухе, словно молния. Такое у Таи было впервые.   — Ну вот, — сказал Сергей, взглядом изучая панель управления, — что это за ситуация? Ты всегда так затрудняешь мне жизнь? — Это ты затрудняешь свою жизнь, — резко ответила Таисия, не скрывая презрения в голосе, — Ну что, раз ты такой умный, теперь сам и выбирайся отсюда. Сергей повернулся к ней с ледяным выражением лица. — Вот тебе и спасибо, — буркнул он, нажимая на кнопку снова, будто надеясь, что она каким-то чудом заработает, — Все тебе не так, все тебе не эдак… Но вряд ли ты могла бы догадаться, что нужно делать, будь ты здесь одна. — Конечно, — усмехнулась Волкова, — мне ведь не нужно думать о том, как выбраться из лифта, когда рядом такой «эксперт», как ты. — Да уж, ты, похоже, не нуждаешься в помощи, — сказал Костенко с сарказмом, посмеиваясь над ней, — Прям чудо-женщина, не так ли? Сильно в этом сомневаюсь. Таисия фыркнула, не обратив внимания на его насмешку. — Слушай, не нравится — молчи, — рявкнула она, — Просто сделай, что надо, и все! Сергей открыл маленький служебный люк и указал на шахту лифта. — Так, если хочешь выбраться отсюда, тебе уж придется полезть туда. Таисия презрительно закатила глаза, пожав плечами. — Конечно, ты бы так не сказал, если бы мог сделать это один, — парировала она, — Слабак. — Ну да, конечно, мисс-все-знаю-все-умею. Лишь бы тебя поддеть, — ответил Сергей, помогая ей подняться в шахту, — Ты лучше бы так на спецоперациях соображала, а то опять как в прошлый раз мне придется тебя из горящего здания вытаскивать. А что глаза такие? Забыла, что ли?  Она посмотрела на него, сверкнув голубыми глазами. — Мне не нравится, когда мною командуют, — прошипела она сквозь зубы, — В тот раз был совсем другой случай и я в этом не виновата! Ты сам полез в горящий дом… — Конечно, я же просто ходячая инструкция, — с усмешкой ответил Сергей, помогая ей забраться через люк, — Все знаю, все могу, все делаю. Когда они начали подниматься по поручню, Таисия не могла не замечать, как близко они оказываются друг к другу. Она не собиралась отступать, но в ее груди вспыхнуло странное чувство, от которого хотелось немедленно избавиться. — Я вообще-то не собираюсь вытаскивать тебя, если ты снова застрянешь, — сказал Костенко с едва сдерживаемым раздражением, — В особенности в горящем доме.  Тая хмыкнула. — И не собиралась просить. Но если ты все-таки хочешь помочь, я не буду против, — ответил она с таким выражением, что Сергей почувствовал, как от ее слов кольнуло где-то в груди. Когда они добрались до верха лифта, Костенко, подавая ей руку, улыбнулся, хотя его улыбка была больше ироничной. — Ну вот, — произнес он, — ты же не верила, что мы выберемся. А теперь что скажешь? Таисия повернулась к нему, посмотрев прямо в глаза. — Что скажу? Что ты в очередной раз ты удивил меня, — ответила Волкова с легкой ухмылкой, — Но если я скажу тебе спасибо, то ты точно заберешь это себе как заслугу. Тебе же звездочек мало.  — Если бы я был таким наглым, как ты думаешь, я бы не ждал от тебя благодарности, — ухмыльнулся Костенко, и их взгляды снова встретились в странной смеси раздражения и чего-то еще. Тая отвернулась, но внутри нее все же было что-то странное. Противоречие. Желание по-другому взглянуть на все. По-другому взглянуть на него.  — Ну, что ж, — Сергей потер руки, — теперь дело за малым. Поднимаемся по лестнице на другой этаж, а оттуда уже и выберемся отсюда. Только придется спустится по лестнице на первый этаж. Справишься?  Волкова хотела ответить ему что-то колкое и язвительное, но тут лифт начал двигаться вниз, со свистом и тряской. Таисия, не ожидавшая этого, потеряла равновесие и пошатнулась. В тот момент Костенко мгновенно схватил ее за талию, удерживая от падения. Его сильные руки плотно обвили ее, и она почувствовала его тепло, его близость. Сердце забилось быстрее, странное тепло разлилось по коже. На мгновение, как бы вопреки ее воле, она ощутила благодарность и… нечто большее. Но тут же, заставив себя быстро собраться, она резко оттолкнула его. — Отпусти! — прошипела она, гневно оглядывая его с ног до головы, хотя ее лицо все еще было раскрасневшимся, — Ты что, с ума сошел? Костенко не сразу отпустил ее, но, увидев пылкий взгляд, моментально отстранился. Он сам чувствовал странную пульсацию внутри, но быстро скрывал это под маской раздражения. — Просто не хотел, чтобы ты расквасила нос именно передо мной. Ненавижу твою мордашку, когда она вся в крови, — хмыкнул он, стараясь скрыть свою реакцию, — Хотя… тебе не привыкать.  Волкова молча отвернулась в другую сторону, не смотря на тряску, не зная, как отреагировать на это прикосновение. Лифт наконец остановился на техническом этаже, а для Сергея с Таисией на первом. Костенко первым вышел, слегка повернувшись, чтобы убедиться, что Таисия не упала, но не протянул ей руку для помощи. Тая последовала за ним, и между ними повисла напряженная тишина. Они стояли одни в большом холле, потому что это был поздний вечер и все работники уже ушли. Прощание было неизбежно. — Ну, удачи, — сказал Сергей, на мгновение взглянув на нее с насмешливым выражением лица. Он протянул руку, но, как и ожидалось, его жест был встречен с осторожностью и привычной уже для него колкостью. Таисия пожала его руку с явным отвращением, но сделала это, будто пыталась выполнить обязательный жест.  — Надеюсь, ты не забудешь в следующий раз, как выкручиваться из застрявшего лифта, — сказал он с усмешкой, ловко подбирая слова, чтобы хоть как-то скрыть легкое стеснение в голосе. Тая хмыкнула, кивнув. — И тебе удачи. Может, однажды ты перестанешь ходить с этим угрюмым выражением лица, — ответила Волкова, снова бросая на него свой характерный взгляд, полный иронии. Они разошлись в разные стороны, но оба чувствовали, как тяжело становится после этих коротких, язвительных прощаний. Квартира в центре Москвы, оформленная в стиле модерн, отражает утонченную элегантность и вкус Таисии, ведь только на работе она пылкая женщина, а дома — она обычная домохозяйка с кучей дел и проблем.  Входя в просторную гостиную, сразу ощущаешь гармонию — стены в нежных пастельных тонах плавно переходят в большие окна, через которые проникает мягкий солнечный свет. В углу комнаты стоит диван с плавными, женственными линиями, обитый тканью нейтрального оттенка, а рядом — журнальный столик из стекла и металла, добавляющий легкости интерьеру. Кухня, с полупрозрачной перегородкой, выглядит по-настоящему современно: встроенные глянцевые фасады скрывают лучшие бытовые приборы, а на барной стойке стоят металлические стулья.  Волкова кинула ключи от квартиры на приступку, закружившись в легком танце, упав на кровать в своей спальне. Спальня — оазис ее покоя и удовлетворенного комфорта. Легкие текстуры на кровати, подушки в мягких оттенках, минималистичные элементы декора и мягкое, приглушенное белое освещение наполняет пространство расслабленностью.  Таисия перевернулась на спину, уставившись в натяжной потолок на тускло горящую лампу. Спать не хотелось, не взирая на то, что стрелки часов переползли за полночь из-за происшествия в лифте и долгой дороги до дома. Девушка начала пытаться как-то утихомирить свое воображение, но у нее это не получилось, а только сильнее усилило ее эротические фантазии, будто все ее нутро кричало об избавлении от стресса. Таисия начала немного приспускать свои джинсы, ослабляя мужской жесткий ремень, добираясь до кружевных женских трусов. Никогда прежде девушка не носила комплекта женского нижнего белья, но в этот день она словно хотела почувствовать свою женственность, которой ей так не хватало. Вместе того, чтобы заниматься женскими делами, работать в офисе или делать реснички, да бровки с маникюром, попивая чаек, она носится за особо опасными преступниками, возвращаясь домой вся в крови и в поту. Нет, лишь такое снятие стресса помогало ей почувствовать свою женскую натуру. Двумя пальцами Тая начала еле трогать и водить свой клитор вверх и вниз, вправо и влево. Было немного трудно делать себе приятно, заставить себя стонать от собственных движений, потому что ее пальцы были слишком короткие, а ее промежность уж очень узкая. Все таки она еще девственница в свои 24 года. Никого у нее не было и наврядли будет кто-то.  Волкова погружалась в мысли, полностью уходя в свой маленький мир, в котором были ее идеальные 2D мужчины. Она смотрела в потолок, представляла себя и кого-то еще, думала, что кто-то делает ей приятно, и только это заставляло ее тихонько стонать в свое удовольствие. Добавился вскоре и второй палец, растягивая складочки, иногда дергав клитор. Хотелось дотронутся до ее нежной девственной плевы и порвать ее самой. Тая уже хотела было это сделать, подключив третий палец в это дело, но побоялась и вернулась к ласкам снаружи.  Конечно, три пальца было мало, поэтому Волкова добавила четвертый и теперь это чуть больше напоминало удовольствие, когда она скользила пальцами, грубо гладя свой же клитор, и совсем тихонько погружая пальцы еще чуть глубже, чем до этого, почти сразу же вытаскивая их и возвращаясь к простым поглаживаниям. Собственные движения потихоньку становились более отчаянными. Таисия наконец-то получала то удовольствие, что почти можно было сравнить с удовольствием при наличии чужих пальцев в ней.  Решив доделать дело до конца, она вновь вернулась к клитору, трогая его и грубо потирая. Кого только она себе не представляла… Джеймс Бонд — только молодой. Тимоти Шаламе — разумеется. Том Круз — возможно.  Ощутив судороги в ногах, Таисия наконец почувствовала свой долгожданный оргазм, глубоко задышав. Она повернула голову в поисках салфеток и потянулась к пачке, лежавшей на прикроватной тумбочке. Воспользовавшись ими, Тая грустно вздохнула, стягивая с себя уже всю одежду, встала с кровати на ватных ногах и переоделась в пижаму. Не в силах идти в душ, девушка выключила свет и улеглась, укутавшись в плед, проваливаясь в объятья Морфея.