Глава 1

Глава 1.

Аньпин снова посмотрел на адрес, что был написан на бумажке в его ладони, и в очередной раз проверил, действительно ли верно его записал. — Дядя, можно вас кое о чем спросить? Он немного помедлил, прежде чем продолжить, — не подскажете, как пройти к третьему дому на улице Чэнси? [1] — Третий дом? Разве он не позади тебя? Мужчина указал на здание через дорогу, — он довольно заметен, парень. У тебя что, проблемы со зрением? Аньпин ошеломленно выпалил: — Но это же храм Чэнхуан! [2] — Это и есть третий дом — Храм Чэнхуан на улице Чэнси! Дядя странно посмотрел на него, а когда увидел, что мальчишка одет в школьную форму, остолбенел: — Паренёк, ты ведь из Средней школы? Разве в это время тебе не нужно быть на учёбе? — Нет, сейчас в школе выходные, — Аньпин поспешно объяснился. — Учитель попросил отнести однокласснику домашнее задание. Он недавно взял больничный, и пропустил много уроков. Он поднял сумку, которая была перекинута через плечо, полная белоснежных и унылых бумаг печали, точнее — контрольных работ. Аньпин был помощником старосты класса, так что отнести кому-нибудь домашнее задание было обычным делом. Он попросил адрес, договорился о встрече и даже вовремя приехал, но, увидев перед собой ворота, потерял дар речи: "Кто в наше время живет в храме Чэнхуан?" Сейчас была половина седьмого вечера, и обычно в это время уроки еще не заканчивались. Неудивительно, что дядя так удивился школьнику перед собой. Наверное, он повидал много прогульщиков забавы ради, но еще ни разу не встречал прогуливающих, что шли бы жечь благовония. Дядя разглядел контрольные работы в сумке. — Вот оно что. Я уж думал, что у тебя в сумке подношения. — Ну что вы, что вы, — Аньпин слегка усмехнулся. — Если использовать пособие по математике как подношение, то, наверное, даже божества будут плеваться кровью. — Улица Чэнси, дом три, он прямо здесь. Мужчина указал на ворота храма Чэнхуан, — давай, иди, скоро вход закроют. — Он произнес это с долей удивления, — Твой одноклассник живет здесь? Он монах? «Живет он здесь или нет –– я не знал, а монах ли — тем более...» Замечая, что разговор всё затягивается, Аньпин, посмеиваясь, завершил его, — Спасибо вам, дядя, я пойду! С этими словами он поспешно перешел дорогу. Аньпин, разглядывая ворота перед собой, долго думал, стоит ли ему попытать удачу, и все же решил войти. В следующую секунду из будки охранника показалась голова: — Для входа требуется купить билет стоимостью пятьдесят юаней. Аньпин: ... «Постойте, но ведь входной билет в храм Линъинь стоит всего тридцать юаней?» Аньпин с недоверием посмотрел на обветшалые ворота перед собой. Красная краска облупилась, а в самом центре была наклеена куча рекламных листовок с надписями: "Прочистка канализации", "Дешевые услуги по вскрытию замков", "Лечим геморрой народными средствами!". Да и почему он должен тратить деньги на билет, чтобы просто передать домашнее задание? — Заходишь, или нет? Если нет, то мы уже закрываемся, — охранник с красной повязкой на рукаве затараторил. — Билет стоит немногим больше пятидесяти юаней, не прогадаешь, если купишь. Храму уже несколько сотен лет, даже если ты просто отколупаешь оттуда кирпич и унесешь с собой, то уже окупишь стоимость билета… Аньпин и слушать не хотел, как охранник рассуждает о способе нажиться за счет храма, но раз уж он пришел, то пришлось стиснуть зубы и заплатить. — Брат, как вас зовут? С такими талантами работать охранником — это пустая трата времени, вы прирожденный продавец! — Эх, зарабатываю на жизнь, как могу. Оплата по QR-коду, наличными? — Охранник оторвал билет и указал на бейджик, прикрепленный к своей одежде — Зовите меня просто Хуан. Хуан, как бык. Да уж, Аньпин, держа в руке дорогой билет, подумал, что охранник действительно как бык, дерет по три шкуры. Аньпин, сам не заметив как, вошел внутрь. Хоть храм Чэнхуан и имел долгую историю, но о нем не было ни исторических памятников, ни легенд. Это было просто старое аварийное здание, которое оживало только во время праздничных ярмарок. Весь двор находился в тишине, а в центре росло большое дерево гинкго. Вокруг не было ни души, и у Аньпина возникло ощущение, что его обманули. Но всё выглядело настолько необычно, что было бы странно, если его изначально не обманули. Он попробовал позвать: — Му... Му? Ты здесь? Как и ожидалось, ответа не было. Аньпин вздохнул с облегчением, его сердце, которое все это время было на взводе, наконец успокоилось. Честно говоря, он действительно не хотел передавать домашнее задание этому человеку. Или, скорее, боялся. Он был помощником старосты, обладал приятным характером и привык помогать своим одноклассникам, поэтому принести кому-нибудь домашнее задание не было для него чем-то трудным. Главным здесь был человек, который взял больничный, тот, кого он назвал одноклассником Му. Об этом человеке Аньпин знал в основном из слухов: три раза оставался на второй год, обладал симпатичной внешностью и ловкостью, но имел невероятно плохие оценки и здоровье, хорошо дрался и почти не появлялся на учёбе из-за вечного нахождения на больничном. Аньпин услышал о Му Гэшэне, когда только поступил в школу. Изначально они учились в разных классах и отличались возрастом, но, к сожалению, этот парень оставался на второй год так упорно, что умудрился оказаться в одном классе с ним. За три месяца учебы Аньпин почти не видел Му Гэшэна - он редко появлялся на уроках подобно лягушке-путешественнице из популярной игры, постоянно находясь на больничном. Первая средняя школа города была главной в провинции, и её правила были чрезвычайно строгими. Их классный руководитель разрешал им взять отгул реже, чем вернуть учебный долг по теме, которую кто-то не мог ответить, и в Му Гэшэне Аньпин впервые увидел человека, который мог непрерывно, и почти безнаказанно просить отгулы под видом больничных в течение трех месяцев. За это время он видел одноклассника только дважды. В первый раз тот сидел на последнем ряду парт и спал глубоким сном, сложив голову на скрещенные руки, а когда проснулся ко второй половине учебного дня, то был похоронен под кучей контрольных, которые на него скинул преподаватель, шумно отчитывая парня. Второй раз был у школьных ворот. Тогда Аньпин увидел, как Му Гэшэн участвует в массовой драке. В тот день шёл сильный дождь, Аньпин остался после уроков обсудить что-то с учителем, и уходил домой достаточно поздно. Издалека он увидел Му Гэшэна, стоящего у школьных ворот с завязанной на талии спортивке, а у его ног лежала куча подростков. Аньпин стоял поодаль, и Му Гэшэн, похоже, не заметил его. Ученик видел, как одноклассник поднимал с земли чужие школьные сумки, открывал, осматривал их внутри и бросал обратно. Аньпин изначально подумал, что тот что-то ищет, но в итоге обнаружил, что Му Гэшэн взял лишь зонт и банку колы, открыл последнюю и издал этим приглушённый звук. Аньпин был примерным учеником, который обычно, услышав слова вроде "школьный хулиган", предпочитал обходить такие неприятности стороной. Но в тот день, стоя под дождем, он на какое-то время задумался и решил, что по сравнению с мучительной любовью к тригонометрии, драться с толпой действительно немного круче. Правда мы опустим, что на чужом зонте был принт с Hello Kitty. Аньпин видел Му Гэшэна всего два раза и совершенно не представлял себе, что из себя представляет этот школьный хулиган. Он не мог оставить того без домашнего задания, но и не горел желанием видеться. Однако не зря же он полдня слонялся у входа в храм Чэнхуан, так и не решившись позвонить и спросить? В итоге он даже купил билет за пятьдесят юаней, почувствовав себя полным идиотом. Отнести домашнее задание школьному хулигану, да ещё и без предупреждения и обратной связи, – это, пожалуй, ощущается ещё более странно, чем отдавать подношения божеству Чэнхуан, учитывая что подношением является пособие по математике. Наверное, Му Гэшэну просто не хочется с ним возиться, но, возможно, он просто решил подшутить над ним. Лучший исход, который мог представить себе Аньпин, – их пути сегодня не пересекутся. Солнце уже клонилось к закату, и в храме Чэнхуан оказалось особо не на что смотреть. «Просто прогулялся», — подумал Аньпин. Он уже взял свою сумку и собирался уходить, как вдруг услышал позади скрип двери одного из коридора вглубь, и сонный голос: — Аньпин? Аньпин вздрогнул и обернулся, не решаясь ответить. Похоже, прогульщик только что проснулся, на ногах у него были серые шлёпанцы, в руке – эмалированная кружка с небольшим принтом – вроде, на нем были изображены персонажи какой-то популярной манги. Заметив взгляд Аньпина, он кивнул в приветствии, зевая. Четыре самые обсуждаемые слухи о Му Гэшэне в Первой средней школе: его привлекательная внешность, отличные навыки в драках, количество прогулов и, конечно, то, как много раз он оставался на второй год. Из всех сплетен, его внешность занимала первое место. Парень оставался на второй год три раза подряд, попутно получая титул самого красивого парня школы. Аньпин, не знавший любви с рождения, не очень понимал вкусы девушек. Он видел перед собой парня с заспанными глазами, и взлохмаченными волосами, похожими на птичье гнездо, одетого, как бродяга. Но если судить только по лицу, тот действительно был очень красивым. — Извини, спал слишком крепко, ничего не слышал… — пробормотал Му Гэшэн пару фраз, но Аньпин не отреагировал. — Староста? — А? Да, я слушаю! — Аньпин очнулся, немного удивленный. — Откуда ты знаешь, что я староста? — Мы же одноклассники, что тут удивительного? — отозвался Му Гэшэн. — Я даже видел, как ты на уроке заваривал острый суп. Аньпин покрылся румянцем до корней волос. Он проиграл спор однокласснику и должен был за компанию с тем поесть на свободном уроке тайком от учителя. И надо же было такому случиться, что этот оболтус притащил саморазогревающийся хого. Весь класс пропах специями, и их обоих выгнал классный руководитель. — Ай, ладно, забудь, — Аньпин поспешно сменил тему, протягивая пакет с бумагами,. — Учитель просил тебе передать. На выходные много задали. — Спасибо, — Му Гэшэн взял пакет и заглянул внутрь. — Ого, домашних заданий на две штуки больше, чем моих справок о болезни за месяц. Аньпин хотел было сказать, что у того в парте лежит ещё больше… Но промолчал. А затем увидел, как Му Гэшэн зашел в молельный зал, и, вытряхнув все тетради, бросил их в короб для пожертвований. — Совершаю добродетель, — Му Гэшэн, словно прочитав мысли Аньпина, с величественным выражением произнес, — У божества Чэнхуана хороший вкус, пусть купленные благовония пахнут ароматом знаний. Аньпин не мог подобрать слов, чтобы прокомментировать этот пафосный тон. Он будто находился на конкурсе чтецов. — Но… Му, это же домашнее задание… — начал было он, но тут же осекся. Ладно, пытаться втолковать что-то хулигану – все равно что объяснять Таносу математику. — Раз уж пришел, не хочешь ли зажечь благовония? — Му Гэшэн, в отличие от своего известного отстранённого и холодного образа, был расслабленным и дружелюбным. С ним оказалось легко найти общий язык. — Всё же древний храм, место довольно сильное. Обычно за вход берут деньги. — Я заплатил за вход пятьдесят с небольшим юаней. — Похоже, тебя только что надули, — Му Гэшэн, глядя на его лицо, прыснул со смеху. — Ладно, подарю тебе благовония бесплатно. Чэнхуан ведает всеми делами смертных, можешь просить что угодно, не прогадаешь. Му Гэшэн принёс благовония. В главном зале стояла глиняная статуя Чэнхуана с бесстрастным лицом, роспись на котором почти полностью облупилась, являла собой жалкое зрелище. Аньпин колебался, думая попросить об успехах в учебе, как вдруг услышал звон монет – Му Гэшэн откуда-то достал горсть мелочи и подбросил её в воздух. — Чем искреннее желание, тем более вероятно, что оно сбудется, — назидательным тоном произнёс он. – Я только что столько тетрадей пожертвовал, Чэнхуан точно услышит. Чужие слова были настолько странными, что Аньпин лишь молча закрыл глаза, но всё же подумал о своём желании. Однако не успел он их открыть, как Му Гэшэн спросил: — Староста, о чьем здоровье просишь? Аньпин отшатнулся от неожиданности: — Откуда ты знаешь, о чём я думал?! — Вычислил, — Му Гэшэн указал на несколько монет на жертвенном столе. — Сначала ты хотел попросить об успешной учёбе, как вдруг передумал и захотел выздоровления для кого-то. — Вычислил? — В голове у Аньпина мысли понеслись вскачь. Как можно что-то вычислить в такой ситуации? С помощью тригонометрических функций и формул? — Не волнуйся, я не ем детей, — Му Гэшэн указал на три благовония в курильнице. — Средняя палочка переломилась пополам – очень плохой знак. У тебя же достаточно приятная внешность, не должны были выпасть такие благовония. О чьей безопасности ты просил? — Почему сам не догадаешься? — Ну, я же не божество, — Му Гэшэн махнул рукой. — Не хочешь говорить – не надо. Но советую тебе всё же обратиться к кому-нибудь, чтобы разобраться. В этом храме много всяких ошибок, хорошее предсказание может оказаться ложным, а вот плохое – наверняка сбудется. Аньпин впервые столкнулся с подобным, и первой его реакцией было неверие. Он машинально ответил: — К кому обращаться? К гадалкам? Сейчас в городе порядок наводят, их на улицах уже давно не встретишь. Может, кого-нибудь посоветуешь? — Есть один человек, — Му Гэшэн указал пальцем на себя. — Я. Аньпин: «…» Если бы Му Гэшэн не попал в точку своими предыдущими словами, Аньпин точно решил бы, что у хулигана не все дома: настолько серьёзно нести такую чушь! — Я не буду задавать лишних вопросов, речь не идёт о том, чтобы ты дал мне списать домашнее задание, — Му Гэшэн протянул ему металл – семь монет по пять мао. — Давай, подбрось их несколько раз, попробуй. Аньпин смотрел на три с половиной юаня в своей руке: — Что это значит? — То желание, которое ты загадал, очень опасное. Мог привлечь к себе что-то нехорошее. Сейчас у тебя будет плохая удача в броске, — Му Гэшэн кивнул в сторону монет. — Бросай, у тебя каждый раз будет выпадать решка. Аньпин с недоверием попробовал – и действительно, каждый раз выпадала именно она. Он не мог поверить, и бросал монеты снова и снова — семь решек, без исключений. — Может, с этими монетами что-то не так? — Я бы выплачивал штрафы за фальшивые монеты, — Му Гэшэн спокойно пил чай из своей кружки. — Выйди на улицу, и заверни налево – там магазинчик. Купи лапшу, продавец точно ничего не скажет о фальшивости денег. «Да кто будет проверять мелочь на подлинность?!» Они долго ходили вокруг да около, и Му Гэшэн неожиданно оказался красноречив, с улыбкой заговаривая Аньпина, пока тот окончательно не запутался. В конце концов он сдался: — Ладно, Му, помоги мне разобраться. — Хорошо, дорогой клиент, спасибо, что обратились. — Му Гэшэн вытащил из кармана листок бумаги. — Клин клином вышибают: желание загадано в храме Чэнхуана – значит, и откупаться нужно здесь же. Перед тем, как молиться в храме, нужно сделать подношение. Вот список, гляди, — он протянул листок Аньпину. — Не смею придраться, но почему в списке подношений — лапша быстрого приготовления с квашеной капустой и говядиной? — Наш Чэнхуан неприхотлив, ему так нравится, — пояснил Му Гэшэн. — …А таблетки для работы пищеварения зачем? — Ты видел эту статую? — Му Гэшэн указал на худощавую статую Чэнхуан в главном зале. — Наше божество изобразили довольно стройным, поэтому он боится переесть и заработать несварение желудка. Примечание переводчика: 1] — Чэнси 城西, (chéngxī) — буквально переводится как «улица на западе» или «западная часть города». [2] — Чэнхуан 城隍(chénghuáng) — термин относится к храму, посвященному городскому богу в Шанхае. [3] — Линьинь 灵隐寺 (líng yǐn sì) — это название буддийского храма в Ханчжоу.