Глава 4: Первая брачная ночь

После окончания всех празднеств слуги помогают ей переодеться и искупаться, тщательно очищая ее тело. Зелья, которые они добавляют в ванну, подобны духам, которые никогда не выветриваются. Она тонет в собственных мыслях, думая о своем разговоре с Евой, о том, что она сказала о своей новой надежде, и обо всем, что она может спланировать с этого момента. — Моя госпожа, все сделано. Теперь Вы можете следовать за ней, — слуга указывает на другого слугу. — Куда мы идем? — спрашивает она, но ответа нет. Это большой зал, определенно не спальня. Там темно, повсюду дым от благовоний. По их морщинистым рукам она видит, что это старые люди, десять из них сидят молча. Их лиц едва видно под белыми халатами, накинутыми на головы. Она продолжает идти, и в середине зала есть квадратная перегородка, которая разделяет этих людей. — Вы можете войти, моя госпожа, — слуга указывает на квадрат. Она не входит в квадрат, а обходит его, проверяя с каждой стороны. Что это? Перед квадратом нарисован круг с зелеными и золотыми рисунками, полный непонятных ей слов, в середине круга плавает кровь. Когда она заглядывает внутрь квадрата, там сидит Драко и пьет перед столом, заставленным едой и напитками. Круг соединяется с квадратом, где Драко наслаждается своей едой. Это ритуал, но вопрос в том, для чего? Затем она входит, слуга все еще следует за ней сзади, указывая ей, чтобы она села рядом с Драко. Драко не беспокоится, он продолжает есть фрукты, пока слуга наливает ей напиток в каждый стакан, и она уходит. — Начинайте, — внезапно говорит Драко. Один из стариков движется вперед к кругу, а остальные рассредоточиваются по площади, скандируя. — Det nobis dominus novus heres fortis, qui Stemma domus nostrae regalis in viis obscuritatis domini nostri perseveret sub duce domini nostri, potestas eorum in sanguine suo in futurum pro nobis permanebit. Они режут ладони и выдавливают кровь, кровь падает на землю за квадратной перегородкой, а затем они садятся обратно в свои кресла, исцеляя себя. Еще одна магия крови. — Что они сказали? Это заклинание? — спрашивает Гермиона у Драко. Но они не используют свои палочки. — Они молятся, — отвечает он. — Молясь о чем? — Его лицо обеспокоено вопросом. Он внезапно выглядит великолепно красивым в ее глазах. Что происходит? В зале становится жарче, поэтому она пьет воду, которую пьет и Драко, но это не вода, это вино. Драко внезапно наклоняется к ее телу и резко щипает ее. — Ой! — восклицает она, продолжая наклоняться. — Что ты делаешь? — спрашивает она. — Нет! — Она сопротивляется, когда Драко снова щипает ее. — Ой! Перестань! Больно! — Вы все можете идти, — приказывает он им изнутри площади, которая их разделяет. — Но кровь все еще течет, мой принц, мы не можем идти, пока... — Иди! Сейчас же! Уходи! Я дам тебе ее девственной крови позже, если ты действительно этого хочешь! — Они торопливо уходят. — Что это было? — Она тяжело дышит. — Они что, пришли сюда, чтобы стать свидетелями... — задыхаясь, говорит она. — Вы больные люди! Драко закрывает ей рот. — Они тебя услышат. — Он возвращается в прежнее положение, садится прямо и снова ест фрукты. Она уходит, но не может сбежать с площади, там есть палата. Она поворачивается к нему. — Они делают это, чтобы мы... — Поешь, а потом иди спать, — строго говорит он, не глядя на нее. — Ты просто собираешься спокойно и нормально ко всему этому относиться?! Ты... Ты их принц, как они могут так с тобой поступать?! — Она стоит перед ним и смотрит ему за спину. Там внезапно появилась большая кровать. — Ты знаешь, что это произойдет? — Я где-то это прочитал. Что-то происходит в ее теле, она чувствует, как кровь бежит по венам. Ей жарко, а Драко выглядит таким съедобным. — Малфой, я... — Она тяжело дышит, чувствует, как ее магнитом тянет к Драко, как будто она хочет, чтобы ее касался только он. Она приближается. — Стой! — Драко выставляет перед ней ладонь. — Держи дистанцию! — Она видит, как его грудь поднимается и опускается. — Я... я не могу... мне нужно... мне нужно... — Она тянется к нему, садится к нему на колени, касается его лица и зарывается лицом в его шею. — Блядь! — шипит Драко. — Грейнджер, — он дышит тяжелее. — Я хочу тебя, — она облизывает его уши и целует его шею. — Нет, не надо, — стонет он. — Пожалуйста, — она двигает бедрами к его паху. Драко рычит: — Прекрати! Ты ненавидишь меня, помнишь! — Да, ааа... — Но ты хочешь меня сейчас? — Он зол и расстроен. — Да, пожалуйста... Он пристально смотрит ей в глаза. — Повтори это еще раз. — Пожалуйста, Малфой... Он прижал ее к полу и расстегнул свою одежду. Увидев, как Драко это делает, она тоже расстегнула свою одежду, теперь они оба голые. Когда он видит ее тело, его уже ничто не может остановить. Он тянется к ее клитору, и она мокрая насквозь. Он целует ее сосок ртом, а его рука обвивает ее клитор. — Нет, нет, ты мне нужен сейчас! — Она толкает бедрами его твердую длину. — Ах... — Они оба застонали. — Мне нужно убедиться, что он достаточно влажный, иначе будет больнее. — Мне все равно, пожалуйста, Драко. Он входит в нее с толчком, который заставляет ее задыхаться. Кровь, которая плавала, разбилась о границы круга. Она чувствовала, как что-то тянет и жалит, но все эти ощущения были побеждены желанием, которого она жаждала. — Ах... — простонала она, пока Драко продолжал медленно толкаться. — Еще... Драко. — Он ускоряет темп. — Сильнее, — простонала она. Он толкается сильнее, как она просила. — Ах, — простонал Драко, когда ее плотные стенки сжимают его длину, его темп становится быстрее, когда он толкается, и что-то высвобождается из нее, это было похоже на то, чего она никогда раньше не чувствовала. Она кончила, крича, что ее голос эхом разнесся по залу, и после нее высвободился. Драко кончил, рыча. Он застонал, потому что чувствовал, как ее складка сжимает его. Он смотрит туда, где они соединяются, и видит белое семя и кровь, вытекающие вместе. После перерыва и питья их дыхание возвращается в норму. Драко приносит ее тело на кровать и накрывает ее одеялом. Затем он идет проверить круг за пределами квадрата, где плавала кровь, видя, что вся она разбрызгана по полу. Затем он возвращается в кровать и засыпает. Посреди ночи он беспокойно себя чувствует, пот течет по его телу. Он просыпается и видит Гермиону, медленно скачущую на нем. — Ах, Драко... ты такой хороший. — Грейнджер! — прошипел он. Она прижимается к нему. — Аааахх... — ее глаза закатились назад, чувствуя ощущения, а затем она двинулась вверх и вниз быстрее, закрыв глаза от удовольствия, которое она чувствует, а затем она кончила, вскрикнув и запрокинув голову назад, дрожа. Она давит на него сверху, тяжело дыша. Он оттолкнул ее в сторону и вздохнул: — Что, черт возьми, сделала моя мать? — прижимая ладони к лицу, но он еще не кончил, это было больно. — Блядь, — он подходит к своей стороне, видя ее в фазе после оргазма, ее щеки сияют розовыми, ее соски затвердели, ее набухшие розовые блестящие складки, он рычит и раздвигает ее бедра и входит в неё, его ладони сжимают и гладят ее обе груди, пока он толкается сильно и быстро, пока не кончит. Через час он снова был твердым, его член болел от желания, он ласкал ее бедра, и она стонет, она чувствовала себя чувствительной от его прикосновений, они сделали это еще раз, снова, Гермиона стояла на четвереньках, ее руки держались за изголовье кровати, пока Драко толкался грубо и быстрее. — Ах! Не останавливайся, — сказала она, их кожа хлопала друг о друга эхом по залу, и они кончили. Когда наступило утро, он проснулся и увидел, как Гермиона рыдает в углу. Теперь они оба протрезвели, благовония погасли. — Я ненавижу тебя... — кричит она. — Я ненавижу твою семью и все твое королевство! Он видит засохшую кровь на полу возле стола и на их простынях. Он покрутил палочкой, что-то проверяя, и вздохнул. — Я все проверил, прежде чем прийти: еда, вода, все было чисто. Я что-то упустил; это были благовония. — Он выглядел виноватым. — Я обещаю тебе, что это больше не повторится. — Он смотрит ей в глаза. Она злится на него, но больше на себя.