ПОДГОТОВКА К ПОБЕГУ 4.1.

Ни-Ки проснулся уже не в стерильных стенах больничной палаты, а в своей комнате, которую ему определили вчера вечером. И это было явно лучшее утро за последние дни. Он открыл глаза и огляделся. Ночь унесла его в лабиринт странных тревожных сновидений. Он помнил себя бегущим по бесконечным дорогам и лабиринтам, преследуемый эхом зовущего голоса. Поднявшись с кровати, Ни-Ки сладко потянулся, разгоняя остатки ночного кошмара. Подойдя к зеркалу, он внимательно изучил свое отражение. В его взгляде читалось удивление и едва уловимая гордость. Он выдохнул тихо, с трепетным обожанием изучая контуры своего тела. Сбросив футболку, он не смог сдержать широкой сияющей улыбки. В этом моменте было столько восторга: – Круто! Это круто, - по слогам, шёпотом он сказал себе. Изменения были видны во всём. Слова Михаила и Владимира, сказанные вчера о его возросшей силе и росте, теперь оживали в его собственном восприятии. Но видеть это своими глазами было куда приятнее. С тихой, но явственной мелодией, напевая, он направился в душ. После освежающего душа, Ни-Ки словно искал доспехи, призванные явить миру преображенное тело. И выбор пал на простую майку и дерзкие джинсы, сидящие на бедрах, - они казались идеальными союзниками в этом немом признании самому себе и окружающим. Каждый предмет одежды словно шептал о победе, о той внутренней силе, что позволила ему стать лучше, сильнее, увереннее. Выйдя из своей комнаты, он направился в столовую, где уже ощущалось предвкушение общего сбора. Последним, с неспешной грацией, появился Джейк. Его взгляд, задержался на Ни-Ки, и губы тронула мягкая улыбка. Они стояли плечом к плечу, и контраст в их росте был настолько очевиден, что не требовал никаких слов.  - Люблю сам себя не могу? - с ехидством сказал Джейк. - Я одел первое что попалось. - с таким же выражением лица произнес Ни-Ки. Парни рассмеялись друг другу и пошли к столу. - Я голодный как волк. Здесь всегда так вкусно кормят? – Вдыхая аромат еды и разглядывая оценивающе стол сказал Ни-Ки. Потерев руки, он оглядел весь стол с предвкушением о трапезе. - Смотри не переешь, а то плохо будет. - буркнул ему Джей. - Нет такого понятия «переел». Есть такое понятие «надо подождать, пока не уляжется». Ни-Ки сел за стол и стал пробовать разные блюда. Сердце замирало от вида стола, ломящегося от угощений. Нежная сёмга, словно тающая во рту, соседствовала с молодой картошечкой, присыпанной изумрудным укропом и тронутой лаской сливочного масла. Ароматное мясо, запечённое в хрустящем слоёном панцире, манило своим аппетитным видом. Свиные рёбрышки, обжаренные до золотистой корочки и посыпанные крупной солью, источали пьянящий аромат розмарина, смешиваясь с запахом овощей-гриль: сочных баклажанов, спелых помидоров и сладкого перца, словно впитавших в себя летнее солнце. И, конечно же, завершение этого кулинарного торжества – десерт! Блинчики, свернутые в изящные конусы, прятали внутри нежную малину и воздушные сливки. Миниатюрные шоколадные пирожные и капкейки, увенчанные спелой клубникой, казались воплощением сладких грез. Каждый кусочек обещал неземное наслаждение и вызывал трепетное предвкушение. Чайник, словно живое существо, тихонько пыхтел, приглашая всех разделить эту радость вкуса. Его блестящая поверхность, как зеркало души, отражала мимолетные образы, слегка искажая, словно от волнения и предвкушения. Все дружно приступили к трапезе обсуждая предстоящий новый день. Каори с неуверенностью подошла к Ни-Ки: – Здравствуй. Я Каори. – произнесла она, робко протягивая ему ладонь. – Это из-за нее мы здесь. – с теплой улыбкой объяснил Сону, указывая на причину их внезапного появления. – Очень приятно, – ответил Ни-Ки, пожимая ее руку. – Все хорошо. – Я ужасно извиняюсь. Ты пострадал из-за меня. Я никогда не хотела, чтобы вы оказались втянуты во всё это… – ее плечи поникли, а взгляд потупился. Ни-Ки мягко коснулся ее волос, слегка взъерошивая пряди: – Все хорошо, правда, все в полном порядке. – заверил он ее с ободряющей улыбкой. – Я так сильно за тебя переживала. – прошептала она, сложив ладони вместе, и ее огромные небесно-голубые глаза смотрели на него с тревогой и облегчением. Ни-Ки не смог сдержать своей очаровательной улыбки и снова легонько взъерошил ее забавные кудряшки. В его сердце расцветало тепло от ее искренней заботы. Хисын, проходя мимо, не смог устоять перед очарованием смешных завитушек Каори и ласково взъерошил их: - Просто невозможно сдержаться! – воскликнул он с теплом в голосе. - Эй! – возмущенно воскликнула Каори, отстраняя его руку от своих драгоценных локонов. В мгновение ока Джей, Сону и Чонвон, поддавшись общему порыву, с заразительным «УУУУУ» в голосе, потянулись к её кудряшкам, вызывая у Каори приступ смущенного визга. В поисках защиты от этой неудержимой волны нежности она юркнула за спину Ни-Ки, надеясь найти там убежище от игривых нападок. Ни-Ки что-то хотел ответить Каори, но его перебила Мира. Она зашла в столовую и садясь за стол произнесла: - С сегодняшнего дня начнутся тренировки. Каждый из вас должен быть готов. У меня есть план. Это наша единственная надежда на спасение, на избавление от этого проклятого места. В её голосе звучала сталь, непоколебимая решимость. Её взгляд, полный надежды и тревоги, коснулся каждого сидящего за столом.