Часть 42

Глава 42 Зеленый балдахин с серебристой оторочкой и кистями походил на тот, что огораживал мою кровать. Но я могла поклясться, что нигде в нашем общежитии такого не видела. Но не в этом главная проблема. Где я? Что здесь делаю? Почему голая? А самый главный. Почему вместе с Томом? - Да уж, Фанни. Чего от тебя не ожидал, так этого. - Чего этого? – стоило повернуться к Тому, как поняла, что он имел в виду. Голова отозвалась сильнейшей болью. Висок резко прострелило, отдаваясь ломотой во всем теле. Ойкнула. Болело все, что могло болеть. От кончиков пальцев на ногах до волос. - Того, что ты приставать начнешь. Не мог же я тебе отказать? Весьма настойчиво для пьяной особы, - Том повернулся ко мне и подпер голову ладонью. - Что? Я к тебе приставала? – облизала пересохшие губы. Во рту пустыня. - Грязно и бессовестно. Хотя я всего лишь хотел уложить тебя проспаться, - ответил Том. Я смотрела на него, надеясь заметить малейший отблеск веселья, но напрасно. Том и не думал шутить. Сообразила, о чем он говорит, и резко подпрыгнула. Одеяло упало, голая кожа покрылась мурашками. Подхватила край и прижала к себе. Комната заплясала перед глазами, но я удержалась вертикально. Риддл глянул время. - Ложись. Еще и четырех нет. - Ты шутишь? Я … Мы… - Да. И мы… И я… И вместе… И не я это начал, если что. Хотя не ожидал от тебя таких познаний, - он едва ощутимо погладил бедро. Затем надавил на живот, уложив обратно в кровать. Я не сопротивлялась. Комната кренилась от любого резкого движения. В голове не укладывается, что у нас что-то было. Чертова память. Ничего не помню. Но от чего все так болит? - Где ты такого набралась? С виду пристойная девушка, – Том и не думал убирать руку. Вместо этого пальцем начал выводить узоры, временами опускаясь слишком низко и заставляя бросаться наперерез. Но как только я тянулась к нему, уходил из опасной зоны. - Перестань! - не особо надеялась на результат, но молчать не могла. - Что я делала? - Совсем ничего не помнишь? – Том и не думал останавливаться. - Нет. - Рассказывать долго. Давай покажу, – Риддл прихватил меня за талию и потянул к себе под бок. - Подожди. Постой, - прижала одеяло к себе со всей силы, как будто это могло меня спасти. Том и не думал отступать. - Меня одно интересует. Что вы праздновали? - руки Тома перескочили на бедра, рождая приятную волну, разбегающуюся во все стороны. - Что мы праздновали? – ответ на этот вопрос знала. Память услужливо подкинула воспоминания. *** С чего все началось? А с того, что мне срочно потребовалась Лидия Гамп. Все еще пользовалась услугами ее дяди, и у меня закончились ингредиенты, требовательные к доставке. Поэтому я поспешила за ней, рассчитывая догнать после ужина. Но, как назло, Гамп набрала приличную скорость, и это никак не удавалось. Ее фигура мелькала впереди, ускользая все дальше. В итоге в тупике второго этажа я ее потеряла. Остановилась и задумалась. А что она здесь забыла? Любопытство кошку сгубило. И меня следом. Аккуратно стала проверять двери. Куда-то же она вошла. Ни одна не поддавалась. Но я уже знала, что ломиться в них бесполезно. Есть обходной путь. В таком же тупике находилась моя первая лаборатория. Побродила по коридорам до очередного малюсенького закутка. То, что надо. Дверь оказалась заперта, но поддалась заклинанию. Не колопортусу. Нет! Кое-чему из арсенала Риддла. Путь дальше прост и знаком. Из закутка в лаборантскую, а потом в основную аудиторию. Тихонько приоткрыла дверь и обомлела. Даже попытки вызвать демона удивили меньше, чем открывшаяся картина. Девчонки танцевали. И вроде бы ничего необычного. - На счет 1, 2, 3, - Одетт, не отставай. - Протягиваем носок. Еще. Плавней. Не дрова рубите! Не отстаем! - Отлично! – руководила всем палкообразная шестикурсница Бернис Аоки. Если не ошибаюсь, староста. И все бы ничего, но танцевали они далеко не вальс. На ум пришла сцена, увиденная задолго до школы в родных закоулках. Я поджидала тетю у паба «Речная красавица» когда из него вывалилась разгоряченная компания. С собой они прихватили горячительного и явно настроились веселиться до утра. Особенно старалась полненькая брюнетка. Покинув паб, она не остановилась и все еще пританцовывала под одобрительные выкрики остальных. Ее танец с каждой секундой становился горячей и раскованней. Поддержка вдохновляла на «подвиги». Я, словно завороженная, смотрела, как она скинула сначала пиджак, потом блузку, а следом и юбку. Оставшись в белье и чулках. Остановить ее никто и не пытался. Брюнетка кружила в свете фонарей, следуя ритму, доносившемуся из паба. Разнузданный свист раздался, когда она скинула бюстгальтер. А морячок из подвыпившей компании подскочил к ней и начал неистово целовать, а потом и тянуть в подворотню. Вот что-то подобное я видела перед собой. Хотя весомое отличие все же было. Раздеваться никто и не думал, но танец от этого не становился менее горячим. Скорее поражал грациозностью и соблазнительностью. Тихонько просочилась и присела на стул в углу, оставаясь в тени колонны. Ошеломление и удивление переполнили меня. Я знала, что этим занимаются в районах, подобно моему. Но что бы воспитанные девушки из приличных семей? Уму непостижимо. И зачем им это надо? Как же это называется? Вроде кабаре? Или бурлеск? - Сейчас свое домашнее покажут задание Кэтти и Этелин. Вы готовы? Меня все еще не заметили. Прислонилась к спинке стула и уставилась во все глаза. Шаг, шаг, поворот. Плавное скольжение. Наклон. В каждом движении призыв. В каждом повороте обещание. Завораживающе и красиво. Отзеркалили друг друга. Аплодисменты. Заслуженные аплодисменты. Я невольно присоединилась к ним. - Лидия. Твоя очередь. Потом перейдем к новой связке, – обратилась ко всем Бернис. Гамп вышла, обворожительно улыбнулась и изменилась в лице, столкнувшись со мной взглядом. Через секунду я оказалась под прицелом десятка палочек. - Что ты здесь делаешь? От правильного ответа зависело многое. Моя память, как минимум. Тихонько встала со своего места и неожиданно даже для себя выдала. - Можно мне танцевать вместе с вами? Аоки замешкалась, не зная, как поступить, и обратилась к Лидии. - Вы знакомы? - Мы однокурсницы. Это Фанни Эбрут. Со Слизерина. Бернис оглядела меня оценивающе. - Ты, если не ошибаюсь, занимаешься реставрацией? - Не только. Я и заказы принимаю. Она некоторое время молчала, но все же сказала. - Хорошо. Но клятва о неразглашении потребуется прямо сейчас. И у нас денежный сбор раз в полгода. Я потихоньку выдохнула. - Сколько? Цена оказалась приемлемой. И я поклялась с чистым сердцем. - А как вам разрешили? – вопрос жег язык. - «Общество любителей бальных танцев». Все прилично и красиво. Бальными танцами тоже занимаемся, кстати. Наш клуб молодой, но уже зарекомендовал себя в определенных кругах. Да и вход в него только по приглашению и рекомендациям, – напыщенно произнесла Аоки. Она гордилась тем, что возглавляет его. - Но как ты здесь оказалась? - Хотела переговорить с Лидией и просто зашла через лаборантскую, - я встала и аккуратно открыла потайную дверь под вытянувшиеся лица соучастниц. Странно, что они не проверили все досконально. - А я сразу была против переезда. Старое помещение лучше. Проверенное и надежное, - разнеслось с заднего ряда. - Там темно, особенно зимой. Скоро, как кроты на ощупь танцевать будем, - отбрила ее Бернис. – После занятия всё перепроверим еще раз. Потом обратилась ко мне. - Сегодня смотришь. После тренировки обговорим все условия. - Хорошо. Пересела в первый ряд и до конца тренировки любовалась пластичностью девчонок. После разговора с Бернис меня поджидал еще один сюрприз в лице Лидии, Хильды и Этелин. - Ох, и напугала ты нас, – со смехом начала Лидия. - Я не специально. Так получилось, - ответила, улыбнувшись. - Давайте это отметим! Давненько у нас не было пополнения, - потребовала Хильда, явная заводила компании. Это просматривалось во всем: от открытых и энергичных движений танца до манеры болтать без умолку. - Мы собираемся отметить день рождение Хильды. Приглашаем тебя с собой. Заодно расскажешь, как смогла это провернуть, – рассмеялась Этелин. - У меня с собой неполная бутылка огневиски. Или попробуем отправить сов за сливочным пивом, если не слишком поздно? - на самом деле этот благородный, но очень крепкий напиток использовался как обезжириватель перед покраской. Но не стоило об этом распространяться. - Я никогда не пробовала огневиски! - воскликнула Хильда. Участь наша оказалась предрешена. Закуску мы натащили с кухни, но это мало помогло. Никто из нас пить не умел. Последнее, что я помнила, как с криком «Тоже хочу!», пыталась повторить шпагат за Лидией. Дальше пустота. *** - Прекрати, - отодвинулась подальше. Том рассмеялся, но не стал препятствовать. Коротко и максимально упрощенно поведала о том, что подписалась на танцы, упуская компрометирующие подробности. - Теперь понятно, что ты у барсуков делала. Тебя с рук на руки передала мне староста. Очень недовольная при этом. Но перейдем к главному, - тон Риддла упал на десяток градусов. - Что происходит, Фанни? Почему ты избегаешь меня? Вдохнула побольше воздуха. Слова рвались из меня. Но вместо изобличительной речи просто выдохнула. Как объяснить словами напряжение, с которым живу каждый день? Как объяснить, что последний обед Лотти Перкисс в стенах Хогвартса всё ещё стоит у меня перед глазами? Что шепотки, бороздящие школу, преследуют меня, то затихая, то появляясь вновь. Что я боюсь коварных слизеринок не меньше приспешников Грин-де-Вальда? А профессор Мюррей в кошмарах раз за разом ведет меня в Больничное крыло, распекая за моральное падение? Собственно, зачем объяснять? Сползла с кровати на холодный пол, аккуратно выровнялась по столбику и нацелилась на вещи, сложенные на стуле. Сверху лежала моя волшебная палочка. - Дверь закрыта. Пока не услышу вразумительного ответа, ты никуда не уйдешь. – Риддл встал следом за мной. - Вразумительно ответа? – резко развернулась. Мир передо мной закачался, а к горлу подкатила тошнота. Прикрыла на секунду глаза, а отдышавшись, выпалила. - Тролля лысого тебе в жопу, Риддл! Это ты виноват во всем! Приближалась к нему вплотную. К счастью, он оказался в брюках. Несмотря ни на что, я не готова увидеть его голым. В свете тусклых свечей заметно выделялся шрам на плече. - И в чем же я виноват? - Во всем! И расколдуй эту чертову дверь! – тыкнула в нужную сторону для наглядности. - Ложись спать, – Риддл развернулся к кровати, ни грамма не впечатлившись моей горячностью. Его спину покрывали побледневшие старые шрамы. Схватила палочку, но Том опередил меня. Мир перевернулся. Я оказалась поперёк кровати. Судя по звуку, палочка отлетела к стене. К горлу подкатила тошнота, заставляя хватать ртом воздух. Переоценила свои силы. Риддл, заметив мое состояние, дал отдышаться. Но его жалости не хватило надолго. Как только я пришла в себя, то оказалась придавлена севшим на бедра Томом. - Я говорил тебе, что махать руками в мою сторону не позволю? - Слезь с меня! – потребовала, пытаясь его спихнуть. - Если захочу, то ещё и лягу, - пригрозил Риддл, игнорируя мои усилия. Несмотря на его грозный вид, обещание отдалось сладкой дрожью в пальцах. - Нет! – поспешно воскликнула. - Вчера ты не возражала. Я бы сказал, очень даже настаивала, - в свете тусклых свечей выражения лица Тома скрывалось в тени, ускользая. Вытянула ладонь и потрогала шрам на плече. Едва заметный на свету, тем не менее, он оставался очень плотным и жестким на ощупь. - Не провоцируй меня, - Том перехватил руку. - Откуда они у тебя? – шрамы манили меня, обещая раскрыть страшные секреты. - Предлагаю обмен. Ты рассказываешь, что за ерунда с тобой твориться. Я рассказываю, откуда шрамы. Но учти, соврешь – будешь наказана, – он накрыл мою грудь ладонью. – Я тебя слушаю.