мой город манит

Жизнь у Полины шла своим чередом. Обычные будни, пропахшие кофе, чернилами ручек и нервным ожиданием. Скоро всё закончится. Школа. Экзамены. Старые привычные коридоры, по которым она ходила десять лет. Она смотрела на этот город и чувствовала, как всё меняется. Как будто вот-вот срежут тонкую нить, которая её держит. И она улетит. В Москву. Туда, где всё будет по-другому. Где другие люди, другие ритмы, другие улицы, по которым ей ещё только предстоит пройти.

***

— Полин, ты вообще спишь? — Аня сидела рядом в школьной библиотеке, устало потирая виски. — Нет, — честно призналась девушка, уставившись в конспекты. Её голова была забита формулами, датами, билетами и мыслями, что скоро всё. Они сдаст последний экзамен — и школа станет прошлым. — Я вообще не понимаю, зачем мне эта математика, — простонала подруга, закрывая глаза. — Если я провалю, ты меня похоронишь? — В нарядном платье. — Ты даже не утешаешь! Полина хмыкнула, не отрываясь от учебника. У неё не было страха перед экзаменами, только ощущение, что скоро её жизнь развернётся на 180 градусов, и что этот разворот уже не остановить. Ночами она не спала. Лежала в темноте, слушала, как тикают часы, и смотрела в потолок. И иногда — брала телефон. Не чтобы кому-то писать. Просто листала. Иногда задерживалась в Телеграме. Иногда видела зелёный кружочек. "Ваня Дипинс в сети." И иногда... Пальцы зависали над клавиатурой. Было какое-то странное, непонятное желание — написать. Просто узнать, как он. Но она не писала, потому что если бы начала — знала бы, что не сможет остановиться. Ваня. Он вспоминался редко, но когда вспоминался — сжимало где-то внутри. Не потому, что она скучала. Не потому, что ей его не хватало. Просто... Он был ярким моментом в её жизни. Тем, кого нельзя было выкинуть из памяти. Как песня, которую ты случайно услышал, а потом не можешь выкинуть из головы. Как запах, который ассоциируется с чем-то сильным, но неуловимым. Как чувство, что между вами что-то было, но оно так и не случилось. А теперь, возможно, уже никогда не случится. Она закрыла глаза и снова увидела его. Расслабленно сидящего в кресле во время стрима. Прикусывающего губу, когда читает донаты. Как он смущённо отвёл взгляд, когда увидел её сообщение. Как проводил рукой по волосам, хмуря брови. Полина шумно выдохнула. Нет. Они — случайность. Пара пересечений во времени и когда она уедет в Москву... Всё станет другим.

***

Вешнякова устало откинулась на спинку кресла, уставившись в потолок. Сегодня был экзамен по химии. Голова гудела, мысли путались, но где-то внутри уже расплывалось облегчение. Ещё немного — и всё. Прощай, школа. Прощай, этот маленький город, который скоро останется только воспоминанием. В углу экрана мигнуло уведомление: "deepins02 начал трансляцию." Полина лениво скользнула взглядом по телефону. Не хотела заходить. Честно. Но рука всё равно как-то автоматически нажала на уведомление, и вот уже его лицо заполнило экран. Он сидел в своём кресле, чуть расслабленно откинувшись назад, в растянутой чёрной футболке. Голос низкий, чуть ленивый: — Здарова всем кого не видел. Комментарии сразу заполнили экран, чат взорвался кучей сообщений, донаты полетели один за другим. Девушка смотрела, скользила взглядом по его рукам, по его лицу, по тому, как он слегка прикусывал губу, когда сосредоточенно читал сообщения. Такой привычный. Такой...далёкий. Как будто это всё не с ней было. Как будто не он выносил её из машины, не он оставлял тот дурацкий букет у дверей, не он набирал её ночью, когда она уже спала. Полина вздохнула. Они не общались уже несколько недель. Словно никогда и не знали друг друга. Словно этот момент в их жизни был просто...случайностью. Но тогда почему она здесь? Почему всё равно смотрит? Почему не может просто закрыть стрим? Она уже хотела выйти, когда увидела донат. От Ани. 1000 ₽ от anjarito: "Полина, я знаю, что ты смотришь стрим! Скинь мне, пожалуйста, математику, а то я тупая и завтра сдохну на экзамене :(" “Что?!” Шатенка резко подалась вперёд, в ужасе уставившись в экран. БЛЯДЬ. Аня, сука. На стриме. Прямо перед Ваней. Бессмертных прочитал донат вслух, чуть наклонив голову. Глаза на секунду сузились. Он перечитал ещё раз. А потом... Застыл. Полина видела, как его пальцы замерли на клавиатуре. Как взгляд изменился. Как он медленно провёл рукой по подбородку, будто переваривая информацию. — Полина... — он повторил её имя, медленно, растягивая гласные и вдруг усмехнулся.— Так ты здесь? Он смотрел прямо в камеру. Прямо на неё. Как будто реально видел. Как будто чувствовал. Девушка сжала телефон, сердце в груди сделало какой-то странный, неровный скачок. Сука. Он продолжил: — Ну что, Полина... Математика — это, конечно, важно... —Он чуть наклонился вперёд, подперев подбородок рукой. Глаза пристальные. — Но ты могла бы и сама написать. Девушка почувствовала, как внутри что-то подскочило. Как будто он только что раскусил её. Как будто знал, что она всё равно смотрит, даже если молчит. В чате тут же посыпались сообщения: «КТО ТАКАЯ ПОЛИНА???» «Новая девушка Вани?» «АХАХАХ ВАНЯ, РАССКАЗЫВАЙ» Он смотрел в камеру и она знала, что эта фраза была только для неё. "Ты могла бы и сама написать." Полина шумно выдохнула и выключила телефон. Сердце бешено колотилось. БЛЯДЬ. Она сжала губы, уставившись в экран. Чёртов Ваня. Чёртов этот его голос. Чёртов этот его взгляд.Почему он так смотрел? Почему так сказал? Она вдруг поняла, что её пальцы сами собой дрожат. Брюнетка глубоко вдохнула, заставляя себя успокоиться. Ну и что? Ерунда. Просто слова. Она его не трогает и он её тоже не тронет. Больше. *** Все экзамены остались позади. Один за другим, как карточный домик, рушились последние дни в школе. Письменные. Устные. Нервы, которые уже не сжимали в груди, а просто глухо фоном звенели где-то внутри. Полина выходила из здания школы и каждый раз ловила себя на мысли, что всё. Это было в последний раз. Последний урок. Последний звонок. Последний экзамен. Последний день здесь. И от этого было как-то... странно. Не страшно. Не грустно. Просто пусто. Как будто жизнь уже потихоньку собирала чемоданы вместе с ней. — Ну что, Полин, — Аня шла рядом, закуривая на школьном дворе, — пора становиться москвичкой? — Пора, — тихо ответила она, глядя на серое небо. Через неделю — Москва. Квартира в съёмной студии с видом на какие-то новые дома. Новая жизнь, которая её ждала уже за поворотом. И где-то там... он. Ваня. Он тоже был в Москве. Этот факт давил на затылок, но Полина старалась не думать об этом. Они больше не общались. Тот донат на стриме стал их последним пересечением. После этого она больше не заходила к нему. Даже если хотела. Даже если заходила посмотреть, в сети ли он...Она всё равно не писала. — Ты вообще его забыла уже, надеюсь? — подруга выдохнула дым, лениво скользнув взглядом по подруге. Девушка фыркнула. — Конечно. — Не пизди. — Я забыла. — Полина. Она промолчала. Как можно забыть человека, с которым у тебя ничего не было, но который всё равно как будто остался под кожей? — Ладно, — Аня ухмыльнулась. — Всё правильно. Он для тебя никто. Стример какой-то. Вешнякова молчала. Никто. Стример. Случайность. Тогда почему каждую ночь, когда она не могла уснуть, в голове крутился его голос? Почему каждый раз, открывая Телеграм, она искала зелёный кружочек? Почему он был самым ненавистным и самым желанным воспоминанием за последние месяцы? — Полина, ты вообще понимаешь, как тебе повезло? — Аня толкнула её локтем. — Ты начинаешь новую жизнь. Одна. В Москве. Без этого ебаного городка. Без этих людей. Просто лист с нуля. Как в фильмах, блядь. — Я понимаю. — Ну вот. Значит, не смей больше думать про него. Она уже тысячу раз обещала себе, что всё. Что она его не тронет. Но он всё равно почему-то жил у неё под кожей. Как запах дождя перед грозой. Как комок в горле перед чем-то важным. Как ощущение, что ты встретила человека, который должен был тебя изменить... Но вы так и не успели этого сделать. — Всё будет по-другому, — прошептала она ночью в подушку. — В Москве всё будет по-другому. Она сама в это почти верила.

***

Выпускной прошёл как в тумане. Платья, музыка, вино из пластиковых стаканчиков. Все кричали, смеялись, фотографировались — как будто эти фотографии останутся с ними навсегда. Как будто им правда будет друг друга не хватать. Полина смотрела на всё это с лёгким чувством, что это уже не её жизнь. Как будто она уже одной ногой стояла в другом городе. В другом времени. В час ночи они с Аней сидели на лавочке у школы, пили просекко из горлышка и молчали. — И что теперь? — вдруг спросила брюнетка. — Теперь ты собираешь чемоданы и уезжаешь, — пожала плечами та. — Ваня нахуй, прошлое нахуй, всё нахуй. Начинается новая глава. Новая глава. Полина задумчиво посмотрела на телефон. Уведомлений не было. От него не было. Он её больше не искал. Значит, так и должно быть. — Нахуй, — повторила она тихо и закурила первую за вечер сигарету. — Вот и умничка.

***

В последний день перед отъездом она долго лежала в своей комнате, уставившись в потолок. Чемоданы стояли у стены. Всё готово. Завтра самолет. Жизнь на паузе — закончилась. Осталось только нажать кнопку "play". Полина снова взяла телефон. Пальцы сами собой открыли Телеграм. Зелёный кружочек. "Ваня Дипинс в сети." Она смотрела. Секунду. Две. Три. Ей так хотелось написать. Привет. Просто посмотреть, ответит ли он. Просто узнать, что будет, но она знала, что если напишет — больше уже не выберется. Он её слабость и она его слабость. А слабости... Лучше оставлять в прошлом. Вечер был обычным. Ну, почти. Полина лежала на кровати, ноутбук стоял перед ней, подсвечивая лицо мягким голубоватым светом. Она не хотела заходить на стрим. Честно. Но рука сама собой нажала на уведомление, и вот уже перед ней разворачивалась знакомая картина: Ваня в кресле, наушники на голове, он что-то увлечённо говорил, щурясь в монитор. — Саш, ты криворукий, я сейчас просто выйду из этой игры, — ржал он, держа руку на лице. — Сам ты долбаеб, Ваня! — Саша возмущённо сопел в микрофон. Девушка усмехнулась. Она давно не слушала их разговоров. Не слышала этого голосового хаоса, этих подколов, этих детских разборок и ей, чёрт возьми, было весело. Она сидела, поджав под себя ноги, и сдерживала смех, когда Саша с Ваней поливали друг друга грязью, пытаясь выиграть матч. — СЮДА, БЛЯДЬ! ВЫКУСИ! — орал Бессмертных, добив кого-то в игре. — ДА ПОШЁЛ ТЫ!— вопил Петров. Полина подавила смешок, когда вдруг... Дверь в комнату распахнулась. — Доча, ты уроки хоть сделала? Она вздрогнула и резко дёрнула наушники из ушей. — Мам... какие уроки, у меня выпускной уже был. — А, точно, — мама подошла ближе. — Что смотришь? — Да так... Полина попыталась прикрыть ноутбук, но мама уже заглянула в экран. — Это что, мальчишки какие-то? Она почувствовала, как внутри всё сжалось. — Мам, это просто... — Так ты опять смотришь этого... как его там...Дипинса? — Я вообще не знаю, кто это, — быстро выпалила та. — Ага, конечно. Полина снова сделала вид, что не слышит, но тут на стриме раздался голос Вани: — Так, я сейчас кое-кому позвоню, и этот человек должен назвать Сашу долбоёбом. — АХАХА, ВАНЯ, ТЫ СЕЙЧАС КОМУ?! — завопил Саша. — Щас увидишь. Девушка почувствовала, как у неё застыло дыхание. Нет. Блядь. Только не это. Вибрация телефона разорвала тишину. Она посмотрела на экран. Ваня Дипинс. Звонок. Прямо при маме. Полина в ужасе посмотрела то на экран, то на мать. — Кто это тебе звонит? — Никто!— чуть не заорала она, но телефон всё звонил и звонил. — Доча. Она хотела сбросить, но если сбросит, Ваня поймёт, что она тупо слилась, а если ответит... — Ну так ответь, — спокойно сказала мама, скрестив руки на груди. — Чего молчишь? Полина судорожно выдохнула. Да пошло оно всё. Она нажала "ответить" и поднесла телефон к уху. — Алло... — Полина, — голос Вани был чуть насмешливый. — Назови Сашу долбоёбом. Она застыла. Мама смотрела на неё в ожидании. Парень ждал, а Петров кричал на заднем фоне: — КТО ТАМ? КОГО ТЫ ЗАСТАВЛЯЕШЬ? — Полина, — повторил Ваня, и голос у него был слишком мягкий, слишком... уверенный. — Назови Сашу долбоёбом. Девушка почувствовала, как жар заливает шею. Она посмотрела на маму. — Мам, выйди, пожалуйста. — Нет уж, — фыркнула та. — Я хочу знать, кто у тебя тут "никто". Бессмертных хмыкнул на том конце провода: — Ты с кем там? — С мамой, — прошипела Полина, сжимая переносицу. Ваня замолчал, а потом тихо засмеялся. — А, ну тогда ладно. Привет тёте. — НЕТ , — выпалила Полина, зажав микрофон рукой, но было поздно, Ваня уже заговорил громче: — Полинина мама, здравствуйте! Ваша дочь не хочет говорить, что мой друг долбоеб! Она почувствовала, как её сердце провалилось куда-то вниз. Мама удивлённо приподняла брови. — То есть не знаешь, кто это? Полина закрыла глаза. БЛЯДЬ. — Я... — Полина, ты мне потом всё расскажешь, — заявила мама и вышла из комнаты. Как только дверь закрылась, Полина буквально зашипела в трубку: — Ты ОХРЕНЕЛ?! Ваня ржал. Просто ржал. — Ой, да ладно тебе. Ну, тебя же просили математику скинуть, вот я и помогаю. —Ты конченный. — Спасибо, солнышко. Брюнетка открыла рот, но сказать ничего не смогла, потому что он назвал её солнышком. Даже если в шутку. Даже если просто так, но сердце долбануло по рёбрам. — Ладно, — парень усмехнулся. — Я просто хотел удостовериться, что ты всё ещё смотришь. — Что? — Ничего, — лениво ответил он. — Давай. Спокойной ночи. И сбросил звонок. Полина осталась сидеть с телефоном в руках. ОХУЕТЬ. Ей хотелось сказать что-то в ответ. Позвонить ему первой. Добить его так же, как он добил её, но она просто смотрела на экран, а в груди было это странное чувство, как будто он только что показал ей, что эта история ещё не кончена.

***

Девушка лежала на спине, уставившись в тёмный потолок. В комнате было душно. Часы на телефоне показывали 02:17. Через пять часов ей вставать, собирать чемодан, вызывать такси и ехать в аэропорт. Она перевернулась на бок, закусив губу. Сон не шёл. Её мозг не выключался. «Думаешь, всё закончится, как только ты переедешь? Как только самолёт сядет в Шереметьево? Как только ты окажешься в городе, где он тоже живёт? Не смеши.» Она резко взяла телефон. На экране всё ещё висела последняя переписка с Ваней — старая, сухая, чужая. "Жива, всё ок." Она тогда думала, что этого будет достаточно.Что он перестанет её трогать. Что он забудет. Но он не забыл. Он позвонил первым. Да, ради тупого прикола. Да, просто чтобы потроллить. Но он позвонил. А сейчас Полина смотрела на его контакт и понимала, что у неё внутри какой-то хаос. Ей хотелось сказать. Просто сказать. Просто... Ударить правдой. Ей нужно было услышать его голос, иначе она сойдёт с ума. Девушка глубоко вдохнула и нажала "позвонить". Гудки. Один. Второй. Третий. Она уже собиралась сбросить, но вдруг... — Полина? Его голос был сонный, хриплый. Чёрт. — Ты спал? — Ну типа того. Она нервно сглотнула. —Я... Завтра лечу в Москву. Гробовая тишина. Она почувствовала, как сердце тяжело ударило в рёбра. — Чего?— Ваня будто заново проснулся. — Лечу. Завтра. В семь утра в аэропорт. — Ты серьёзно? — Нет, блядь, шучу. Он коротко усмехнулся. — И что, ты решила сказать мне это в три ночи? — Да, — Полина прикрыла глаза. — Потому что я не могу уснуть. Он молчал. Дышал в трубку. А потом... — Я заберу тебя. Полина резко открыла глаза. — Что? — В Шереметьево. Завтра. Я тебя заберу. — Ваня, я... я не прошу тебя... — Я сам сказал, — спокойно перебил он. — Отправь номер рейса, и я приеду. Она замерла. Пальцы крепко сжали телефон. — Ты точно этого хочешь? Он тихо засмеялся. — Полина, если бы я не хотел, я бы спал. Она закрыла глаза. В груди разлилось тепло.Глупое. Тёплое. Опасное. Чувство, что всё только начинается. — Ладно, — прошептала она. — Тогда до завтра. — До завтра. Он сбросил звонок. Полина осталась лежать в темноте, чувствуя, как внутри всё медленно плавится. Он её заберёт. Он хочет её видеть.Девушка выдохнула и впервые за долгое время уснула с улыбкой.

***

Утро выдалось серым. За окном мелкий дождь разбивал асфальт, оставляя на стекле тонкие ручейки. Вешнякова сидела на кухне, отстранённо помешивая ложкой чай, который давно остыл. Она почти ничего не ела. В комнате стоял чемодан — закрытый, перевязанный ремнём, готовый к новому этапу жизни. А внутри неё...Пустота. —Полин, ты там готова?— мама заглянула в кухню, голос натянутый, тихий. Она всегда казалась такой сильной — никогда не плакала, не показывала слабости. Но сейчас в её взгляде было что-то разбитое. Дочь кивнула, делая вид, что всё нормально. — Да... Сейчас выйду. Мама ушла, а она осталась сидеть одна, сжимая чашку в руках. Сколько лет она мечтала о Москве? Сколько раз представляла, как переедет, как начнётся новая жизнь? Но почему теперь, когда этот день наконец пришёл, было так тяжело дышать?Она сглотнула ком в горле и медленно встала, с трудом оторвавшись от стула. В коридоре мама застёгивала её куртку дрожащими пальцами, пытаясь держаться. — Не замёрзнешь? — Не замёрзну, мам... Женщина опустила глаза. — Ты же там справишься? Полина закусила губу, чувствуя, как слёзы подкатывают к горлу. — Справлюсь... Мама кивнула, а потом неожиданно крепко её обняла. — Полин... Ты моя девочка. Дочь сжала глаза, пытаясь не разрыдаться прямо в дверях. Она уткнулась носом в мамину куртку, вдыхая знакомый запах дома. — Мам, ну не надо... — Просто... будь там счастливой, ладно? Она сжала руки в кулаки, чтобы хоть как-то удержаться. — Я постараюсь... Слёзы подступили слишком резко — обожгли горло, разлились по щекам горячими каплями. Она никогда не думала, что будет так сложно уезжать. Так сложно оставлять всё позади, но она уже сделала выбор.

***

В машине было тихо. Они ехали по пустым утренним улицам. За окном проплывали дома, дороги, знакомые перекрёстки, по которым она ходила каждый день, а Вешнякова смотрела на них, как будто видела в последний раз. Мама молчала, сжимая руль. Полина чувствовала, как с каждым километром сердце сжимается всё сильнее. Она уезжает. Окончательно. Не на неделю, не на месяц. Она уезжает навсегда! А что будет дальше? Она не знала. Только одна мысль застряла в голове с самого утра. Он заберёт её. Он будет ждать в аэропорту. Она увидит его уже сегодня. Это давало какую-то странную надежду. Как будто он — её первый якорь в новом городе. *** Когда машина подъехала к аэропорту, девушка почувствовала, как внутри всё сжалось в комок. — Ну всё, — выдохнула мама, притормаживая. — Приехали. Шатенка смотрела на стеклянные двери терминала и не могла сдвинуться с места. — Зайка... Она повернулась к маме и всё — слёзы просто хлынули, хотя она до последнего держалась. — Мам... Мама схватила её за руки и притянула к себе. — Тихо, тихо, малыш... Всё будет хорошо... Полина сжала её так сильно, как только могла. — Я буду скучать... — Я тоже, — шептала женщина. — Но ты ведь там не одна. Полина уткнулась носом в её плечо, дыша прерывисто. Я не одна.Он там. *** Когда она прошла регистрацию и села у гейта, сердце уже стучало быстрее. Телефон в руках дрожал. Сообщение от Вани пришло внезапно. "Прости... Не смогу приехать. Встретит Саша." Она перечитывала его уже в пятый раз, словно пытаясь найти между строк что-то ещё. Прости... Не смогу... Почему? Почему у неё так сильно сжалось внутри, будто это имело какое-то значение? Она сама не знала, ждала ли она его так сильно, но теперь — когда он написал, что не приедет — стало вдруг как-то пусто. — Посадка на рейс SU1295 в Москву начинается. Пассажиры, просьба пройти к выходу номер семь. Девушка вздрогнула от объявления и сжала телефон ещё крепче. На экране телефона снова загорелся мессенджер. "Ты не переживай. Саша нормальный тип, не сожрёт тебя." Она закатила глаза, чтобы хоть как-то скрыть странный ком в горле. Пальцы сами застучали по экрану: "Похуй, кто меня встретит." Ответ пришёл почти мгновенно. "Знаю." Почему он так на неё действует? Почему у неё всё внутри скручивается узлом от одного короткого сообщения? Она шумно выдохнула, заставляя себя встать. В голове стучало: Москва... Москва... Москва... *** В салоне пахло кофе и влажным воздухом. Вешнякова села у иллюминатора, закинула рюкзак под ноги и прикрыла глаза. Через пару часов она будет там. В городе, о котором мечтала всю жизнь. В городе, где жил он. Она не знала, что её ждёт дальше. Но что-то внутри подсказывало — это только начало. И назад дороги нет.

***

Ваня валялся на кровати, уставившись в потолок. Телефон с её последним сообщением жёг ладонь. "Похуй, кто меня встретит." Чёрт. Чёрт. ЧЁРТ. Он сжал телефон крепче, прокручивая в голове всё снова и снова. Она летит. Уже сидит в этом долбаном самолёте. А он? Он сказал, что не приедет. Соврал. Потому что у него был план. Он резко сел, потянувшись за футболкой, и тут же нашарил в контактах номер Саши. Гудки шли долго. — Чего? — наконец ответил парень, явно сонный. — Братан, быстро одевайся, я за тобой через двадцать минут заеду. — Ты долбанулся? — Нет. — А можно контекст?! Ваня тяжело выдохнул, запустив руку в волосы. — Ты встречаешь Полину. Как и планировали. — Ну да. — Но как только она сядет в машину... Там буду я. На том конце провода зависла тишина. — Ты... серьёзно? — А я похож на клоуна? — Ну... местами. — Саня. — Ладно-ладно, бля! — Петров вздохнул. — Значит, играем в “сюрприз для Полины”? — Ага. — Чувак, ты больной. Бессмертных усмехнулся. — Зато интересно. — Она тебя убьёт. — Зато с эмоциями. — Ну и дебил, — пробурчал Саша. — Ладно, жду. Только быстро, а то я опять засну. Ваня сбросил звонок и встал, уже натягивая кроссовки. Внутри было напряжение, адреналин, азарт. Она не ждёт его там. Но он будет и он увидит её первым. Вот это настоящая игра.

***

Через двадцать минут Бессмертных уже стоял у подъезда друга, нервно барабаня пальцами по рулю. Саша вышел, натягивая худи прямо на ходу, с вечной ленью в глазах. Он даже не спрашивал, зачем едет — просто привычно плюхнулся на пассажирское сиденье, зевнул и бросил взгляд на Ваню. — Ты хоть понимаешь, что она тебя прибьёт? Ваня сжал руль сильнее, не сводя взгляда с дороги. — Понимаю. — И ты всё равно это делаешь? — Ага. — Ты еб... — Саша! — парень резко повернул к нему голову, и друг тут же замолчал, криво усмехнувшись. — Ладно-ладно, чего злой такой? Любовь, брат? Ваня только сильнее сжал челюсть, но ничего не ответил. Любовь? Да какая нахрен любовь? Он сам не знал, что это. Просто в голове последние дни звучало одно и то же: Полина. Полина. Полина. Он просыпался с её голосом в голове, засыпал с её сухими, отрывистыми сообщениями в мессенджере. Она могла написать одно короткое "Ок", и у него уже стучало в висках. Нахрен она так с ним делает? *** Через полчаса он свернул к цветочному магазину. — И что ты тут забыл? — зевнул Петров, откинувшись на сиденье. — Сиди в машине, — буркнул тот, открывая дверь. — Щас буду. — Букетик для принцессы? — Саша усмехнулся, но Ваня просто хлопнул дверью, не ответив. *** В магазине пахло свежими цветами и чем-то сладким. Полки ломились от ярких букетов, но взгляд сразу упал на них — огромные, бело-розовые пионы, ещё закрытые, с бархатными лепестками. Чистые, как само лето. Как будто бы... Как будто бы она. Он наклонился ближе, провёл пальцами по холодным лепесткам и уже слышал её голос в голове: — Нахрена ты это притащил? А потом этот взгляд из-под длинных ресниц — оценивающий, с лёгкой полуулыбкой. Ему стало жарко от одной мысли. — Вам собрать? Он вздрогнул и повернулся. За прилавком стояла девушка лет тридцати, с усталым, но добрым лицом. — Эм... Да. Самый большой букет. — Для девушки? Парень замешкался. — Ага. Продавщица хитро улыбнулась, начала ловко заворачивать стебли в крафтовую бумагу. — Особенная? Ваня сжал челюсть, отводя глаза. — Нет. Просто... так. — Ну конечно, — протянула она с усмешкой. — Знаю я этих "просто так". Он невольно усмехнулся, опуская взгляд. Блять, видно на нём всё, как на ладони. Продавщица аккуратно перевязала букет бархатной лентой и протянула его через прилавок. — Не каждый день такие букеты покупают "просто так". Держите... И скажите ей, что она счастливица. Он сжал пальцами упаковку, почувствовал под пальцами хрупкие, холодные стебли. — Она этого не знает. — Значит, пора ей рассказать. Он молча сунул деньги на кассу и развернулся к выходу. *** — Ты серьёзно?!— Саша чуть не подавился воздухом, когда Ваня залез в машину с букетом, который был больше его головы. — Заткнись. — Ты что, свадьбу решил сыграть в аэропорту? Может, ещё кольцо купим по пути? — Саша, если ты не закроешь рот, я тебя высажу нахрен где-нибудь на МКАДе. Бессмертных аккуратно положил букет на заднее сиденье и завёл двигатель. Сердце колотилось так, будто он собирался на спецоперацию. Они тронулись с места, и весь путь до Шереметьево он молчал, сжимая руль так, что побелели костяшки пальцев. *** В голове крутилась только одна мысль: Как она на это посмотрит? Как она отреагирует? Выставит его идиотом? Засмеётся прямо в лицо? Или... Может, в её глазах снова мелькнёт эта искра, которая сжигала его к чёртовой матери ещё с той самой баскетбольной игры? Он не знал. Но ему было уже похуй. Он хотел её увидеть. Он хотел её сбить с толку. Хотел посмотреть, как она пытается прятать улыбку, как закусывает губу и делает вид, что ей вообще всё равно. Хотел услышать её это тихое, ехидное: — И что ты творишь, Дипинс? Его пальцы сильнее сжали руль. Часы на приборке медленно отсчитывали минуты. Он был всё ближе к ней. К этому моменту. К чёртовому "Привет, Полина", после которого уже ничего не будет как прежде. — Ваня? — Чё? — Ты нервный как собака. — Заткнись. Саша усмехнулся и снова откинулся на сиденье. — Всё, понял. Любовь. Другой молчал. Самолёт должен был приземлиться через полтора часа. Он никогда в жизни не ждал ничего так сильно, как этого момента. А где-то в небе летела Полина и даже не догадывалась, что через час её жизнь начнёт крутиться так, как она даже представить себе не могла.

***

Аэропорт шумел, переливался голосами, чемоданами, стуком колёс по кафельному полу. Сквозь огромное стеклянное окно начинало медленно вставать солнце — мягкое, бледное, почти утреннее.Ваня стоял, облокотившись на капот машины, закутанный в тёмный худи, натянув капюшон почти на глаза. Он держал в руке сигарету, но даже не курил — просто сжимал пальцами, смотря на выход из терминала. Полина должна была выйти с минуты на минуту. Внутри всё горело. Парень пытался дышать ровно, но сердце стучало так, что казалось, его слышно даже через ткань толстовки. — Ты весь день так молчать будешь? — Петров зевнул, развалившись на пассажирском сиденье с телефоном в руках. — А ты можешь просто заткнуться? Хотя бы раз в жизни? — Не могу. Бессмертных медленно выдохнул и опустил голову. Букет пионов лежал на заднем сиденье, завёрнутый в бумагу, пропитанный прохладным цветочным ароматом. Ему казалось, что этот запах уже въелся в его кожу. — О, пошёл!— вдруг встрепенулся Саша, захлопывая дверь машины. Ваня резко поднял голову, напрягшись всем телом. В стеклянных дверях показались первые пассажиры рейса. Она вышла почти в конце. Волосы чуть растрёпаны после перелёта, капюшон серого худи спущен на плечи, в руке телефон, а за спиной лёгкий белый рюкзак. Она была уставшая, с чуть припухшими после сна глазами. Но даже такая... Блядь, даже такая — она была самая красивая девочка, которую он когда-либо видел в своей жизни. Она шла медленно, осматриваясь по сторонам. Парень резко отвернулся, натянув капюшон ещё сильнее, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Всё, пошёл. Держи меня в курсе, брат, — пробормотал Саша, вытаскивая руки из карманов. — Если что — молись, чтоб не зарезала. — Пошёл нахуй. Саша тихо рассмеялся и пошёл навстречу Полине. *** Вешнякова заметила его почти сразу. — О, здарова, — выдохнула она, убирая телефон в карман. — А…Ваня все таки не приехал?… Петров сделал невинное лицо. — Он? Не смог. — Я так и думала. Полина фыркнула, нервно закусив губу, но в голосе мелькнула едва уловимая обида. Она ждала. Она правда ждала его здесь. — Ну пошли, чё, — парень махнул ей рукой. — Добро пожаловать в Москву, принцесса. — Не называй меня так, Саша, ради бога. — Ладно, прости, Полиночка. Она покатила чемодан за ним, еле сдерживая улыбку. Машина стояла чуть поодаль. Шатенка даже не обратила внимания, кто сидел за рулём — просто открыла заднюю дверь и плюхнулась на сиденье, скидывая рюкзак на колени. — Бляяя, как же я заебалась... — выдохнула она, прикрывая глаза. Саша хлопнул дверью и сел рядом с Ваней. Тот молчал, не поворачивая головы, только медленно выжал сцепление. Сердце колотилось так, будто его заперли с бомбой в одном салоне. Полина на заднем сиденье хлопнула глазами, заметив огромный букет пионов. — Ого, а это для кого? Саша едва заметно усмехнулся. — Не знаю... Может, для какой-то особенной девочки? — Ну, не для меня же. В этот момент Ваня резко потянулся к капюшону и медленно скинул его назад, открывая своё лицо. — Почему не для тебя? Тишина накрыла салон, как будто внутри выключили весь воздух. Девушка замерла, уставившись на него в зеркало заднего вида. Он повернул голову, встречаясь с её взглядом. Она смотрела прямо на него — широко распахнутыми глазами, чуть приоткрыв губы. Как будто не верила. Как будто не понимала, что это вообще реально. — Ты... Бессмертных чуть усмехнулся. — Привет, Полина. — Ты…—Она резко замолчала, прикусив язык.Её дыхание сбилось. — Ты же сказал, что не приедешь. — Я соврал. Ваня склонил голову чуть набок, изучая её реакцию. Полина метнула быстрый взгляд на Петрова, который уже еле сдерживал ржач на переднем сиденье. — Ты всегда так, да? — прошептала она, медленно сводя брови. — Как? — Неожиданно. Парень чуть ухмыльнулся, положив руку на руль. — А ты всегда так смотришь на меня? Она нервно сглотнула, отворачиваясь к окну. — Я вообще на тебя не смотрю. — Ммм... Ну да. Конечно. В салоне снова зависло напряжение. Она старалась не смотреть на него, но он видел, как у неё чуть трясутся пальцы на рюкзаке. Она могла сколько угодно строить из себя холодную, но... *** Минуту они ехали молча. Ваня чувствовал, как бешено колотится сердце, как пересыхает во рту. Он ждал, что она скажет что-то ещё. Что как обычно уколет его своим ехидным тоном, съязвит, но шатенка молчала. Просто смотрела в окно, закусив губу. — Эти пионы... — вдруг тихо сказала она. — Они правда для меня? — А для кого ещё? Она улыбнулась одними уголками губ, так, будто сама того не хотела. — Ты дурак. — Знаю. Саша тихо усмехнулся на переднем сиденье, но быстро замолчал, когда Ваня вжёг его взглядом. —Ну ладно, — Полина опустила голову. — Тогда спасибо, Дипинс. Ваня почувствовал, как что-то внутри сжалось. Как будто её голос прошёл прямо под кожу. Он сжал челюсть и снова посмотрел на неё в зеркало. — Добро пожаловать в Москву, Вешнякова. *** Петрова высадили у его дома, а сами поехали к ЖК, в котором теперь будет жить девушка. В машине было напряжённо. Не в том смысле, что неловко — скорее, слишком ощутимо. Воздух буквально наэлектризовался. Полина сидела, глядя в окно, пальцами постукивая по экрану телефона, делая вид, что ей абсолютно плевать. А Ваня… он краем глаза следил за ней, удерживая одну руку на руле, а другую на коробке передач. — Что, так сильно рад меня видеть, что аж молчишь? — с усмешкой спросила та, скосив взгляд на него. — Если бы я знал, что ты будешь настолько болтливой, я бы реально не приехал. — Конечно, — протянула она, ухмыляясь. — Ты вообще мастер держать слово. Он не ответил, но пальцы на руле чуть сильнее сжались. Она доводила его. Специально. И это сводило его с ума. Девушка снова отвернулась, притворяясь, что ничего особенного не происходит. Но вот незадача — даже её собственное тело её предавало. Сердце билось быстрее, чем должно было. Она слишком остро ощущала его мягкий, чуть хриплый голос. Этот запах — ваниль, смешанная с чем-то терпким, мужским. Чёрт. — Значит, ты навсегда? — вдруг спокойно спросил парень. — Навсегда, — повторила она, чуть склоняя голову вбок, будто оценивая его реакцию. Ваня чуть заметно скривил губы, словно обдумывая её ответ. — Жаль, — произнёс он после небольшой паузы. — В каком смысле? — прищурилась она, вцепившись в ремень безопасности. Он повернул к ней голову. Его глаза блестели каким-то опасным азартом. — В том смысле, что теперь я смогу затянуть тебя в эту игру окончательно. И в этот момент Полина поняла: он не отпустит её просто так. Подъехав к нужному дому, он выключил двигатель и выдохнул, облокотившись на руль. — Ну, приехали, — сказал он, бросив взгляд на Полину. — Спасибо, что подвёз, — пожала плечами она, но даже не собиралась двигаться с места. — Ага, — он коротко кивнул, затем открыл дверь и вышел. Полина удивлённо подняла брови. — Ты куда? — Помогу донести чемоданы, — ответил он буднично, открывая багажник. — Ваня, я не беспомощная, справлюсь сама. Он показательно осмотрел её сверху вниз, а потом прищурился. — Ну-ну, — усмехнулся тот. — Учитывая, что ты в самолёте чуть шею себе не свернула, когда засыпала, а потом ещё еле вышла оттуда с этими чемоданами… да, конечно, справишься. — Я отлично держала баланс, вообще-то, — скрестила руки на груди девушка, выходя из машины. — Так держала, что я уже прикидывал, как буду тебя ловить, если что, — отозвался он, вытаскивая её вещи. Она закатила глаза, но спорить не стала. Просто наблюдала, как он спокойно закинул её чемоданы на плечо и направился к подъезду. — Эй, может, хоть один мне оставишь? — догнала его Полина. — Может, и оставлю, но не сейчас, — ответил он, даже не оборачиваясь. Её немного выбесило то, как легко у него всё получается, будто он вообще не напрягается. Пока она сама проклинала этот чемодан, таская его по аэропорту, он сейчас просто шёл, небрежно закинув лямку на плечо, будто там вообще не двадцать килограммов вещей. — Где твоя квартира? — спросил Ваня, заходя в подъезд. Брюнетка потянулась за ключами в кармане куртки и посмотрела на таблички с номерами этажей. — Пятый этаж, — ответила она. — Отлично. Значит, пешком, — спокойно сказал он. — Ты издеваешься? Тут же лифт есть. — Полина, ты видела эти лифты? Они как капсулы смерти. Я туда не полезу. — Господи, какие же вы, мужики, иногда странные. — Ага, а ты попробуй застрять в таком однажды — посмотрим, что запоёшь, — он хмыкнул, поднимаясь по лестнице. Она ехидно фыркнула, но решила не спорить. Пару минут спустя они дошли до её квартиры. Полина вставила ключ в замок и распахнула дверь. — Так, заноси сюда, спасибо, можешь идти, — улыбнулась она. — А вот и нет, — Ваня вкатил её чемоданы внутрь и сам тоже вошёл, осматриваясь. — Я же не знал, что ты в таких хоромах будешь жить. Она закатила глаза. — Нормальная квартира, не бомжатник, как ты, наверное, ожидал. — Я ничего не ожидал, — пожал он плечами. Полина перевела взгляд на свои чемоданы. — Ну, спасибо, что помог, — сказала она, — можешь быть свободен. — Да без проблем, — тот кивнул. Но, прежде чем уйти, он вдруг хитро улыбнулся и добавил: — Только не забывай: Москва — город опасный. Так что если что, обращайся. — Ага, конечно, — съязвила она. — Ты первый в моём списке экстренных номеров. — Вот и правильно, — кивнул он, развернулся и ушёл, закрыв за собой дверь. Полина выдохнула и посмотрела на чемоданы. Девушка устало села на диван, уставившись на чемоданы, которые до сих пор стояли в прихожей. Разбирать их не было никакого желания, поэтому она решила немного передохнуть, а потом отправиться в магазин — нужно было хотя бы закупиться продуктами. Открыв телефон, она быстро нашла ближайший супермаркет и, не теряя времени, переоделась в удобные джинсы и свитер, накинула пальто и вышла на улицу. Столица встретила её прохладным воздухом и суетой — машины сигналили, люди куда-то спешили, а она просто шла, разглядывая новые для себя улицы. В голове всё ещё крутилась утренняя ситуация — цветы, записка, звонок от мамы… и Ваня. «Чёрт, зачем он вообще так себя ведёт?» Она поймала себя на мысли, что уже несколько раз заходила в его профиль в инстаграме за день. Чисто случайно. *** В магазине Полина быстро пробежалась по рядам, набирая самое необходимое*— кофе, молоко, хлеб, сыр, яйца, какие-то снеки… И, конечно же, бутылку вина. Когда она вернулась обратно к своей квартире, поставив пакеты на пол, её внимание сразу привлекла небольшая коробка, стоявшая прямо у порога. Она нахмурилась. «Что за…?» Наклонившись, она заметила записку, аккуратно прикреплённую к коробке. Полина осторожно её развернула и пробежалась глазами по тексту: «Сегодня в 19:00 я тебя украду. Так что будь готова. В.» У неё сердце гулко ударилось о рёбра. Что за идиотские шутки? Она резко развернулась, оглядываясь по сторонам, но в подъезде никого не было. Сердце вдруг заколотилось быстрее. «Неужели это он?» Вешнякова нахмурилась, подняла коробку и быстро зашла в квартиру, закрыв за собой дверь. Пройдя в комнату, она поставила коробку на стол и, даже не раздеваясь, принялась развязывать ленту. Крышка легко поддалась, и внутри она увидела… Платье. Но не просто платье — оно было потрясающее. Тонкое, шёлковое, насыщенного тёмно-синего цвета с открытой спиной и изящными тонкими бретельками, оно смотрелось просто великолепно. Рядом лежала пара чёрных туфель на высокой шпильке — классических, элегантных. Девушка провела пальцами по ткани. Это точно не мог быть кто-то из подруг.Это был он. «Что, чёрт возьми, он задумал?» Её пальцы всё ещё сжимали записку, а внутри уже закипало предвкушение. «Ну что ж, Ваня… посмотрим, как ты собираешься меня "украсть".» Полина встала перед зеркалом, держа в руках тонкую ткань платья. Она не спешила надевать его сразу, давая себе время насладиться процессом. Глубокий тёмно-синий цвет завораживал, а ткань струилась между пальцев, словно вода. Она распустила волосы, проведя пальцами по прядям. Мягкие, шелковистые — идеально. Следующим шагом был макияж. Она подошла к зеркалу и взялась за тональный крем, аккуратно распределяя его по коже. Лёгкий слой, идеальный тон— никаких перегруженных слоёв, только натуральный эффект. Затем пудра, немного скульптора, чтобы подчеркнуть линию скул. Глаза… Тёмные, выразительные. Девушка взяла кисть, набрала немного бронзовых теней, чтобы сделать взгляд глубже. Чуть затемнила уголки глаз, добавила тонкую стрелку и пару слоёв туши. Губы. Она прищурилась, выбирая между нюдовым оттенком и классическим красным, но стоило вспомнить, кто её сегодня "крадёт", и выбор стал очевиден. Красный. Смелый, дерзкий, провокационный. Полина провела помадой по губам, аккуратно распределяя цвет. Теперь — платье. Она взяла его, развернула и медленно надела через голову. Тонкая ткань приятно скользнула по коже, облегая фигуру идеально. Открытая спина —вызывающе красиво. Бретельки тонкие, еле заметные. Полина развернулась перед зеркалом. Вау. Оно будто создано специально для неё. Шатенка взяла туфли — лаковые, чёрные, на высокой шпильке. Аккуратно надела их, чувствуя, как моментально изменилась осанка. Последний штрих. Украшения. Она выбрала тонкую цепочку с подвеской, несколько колец и серьги. Готово. Полина посмотрела на своё отражение и хищно улыбнулась. «Ну что, Ваня… укради меня.»

***

Ваня стоял облокотившись на машину, временно постукивая пальцами по металической крыше, время от времени бросая взгляд на часы. 19:00. Он не знал, почему внутри всё сжалось в тугой узел ожидания. Это же просто Полина. Да, конечно. Просто Полина, которая сводила его с ума. Просто Полина, которую он не мог выкинуть из головы. Просто Полина, которая сейчас выйдет из подъезда, и ему придётся делать вид, что его не трясёт от одного её вида. Он даже не сразу заметил, как замерло дыхание, когда её силуэт появился в дверях. Чёртово платье. Он моргнул, но картинка не изменилась — она выглядела чертовски хорошо. Плавные движения, лёгкий шаг, тонкая ткань, которая идеально подчёркивала изгибы её тела. Тонкие бретельки, глубокий вырез на спине. Голые плечи, которые хотелось тронуть пальцами, почувствовать мягкость её кожи. Она шла уверенно, будто знала, какое впечатление производит. Чёрные туфли, соблазнительно длинные ноги, плавный изгиб бёдер… Его взгляд остановился на её лице. Красные губы. Чёрт.Зачем она выбрала красную помаду? Будто нарочно хотела его добить. Он сглотнул, выдыхая медленно, чтобы хоть как-то взять себя в руки. Девушка подошла ближе, скользнув взглядом по машине, а потом перевела его на него. Парень понял, что слишком откровенно её рассматривает, но ему было плевать. Она ухмыльнулась, чуть склонив голову набок: — Ну что, украдёшь меня? Его губы тоже тронула ухмылка, но в глазах горел совсем другой огонь. Он молча потянулся к ручке двери и открыл её. — Садись. Голос был низким, немного хриплым. Девушка уселась в салон, а он только сейчас поймал запах её духов. Сладкий, густой, манящий. Парень обошел машину и сел на свое место и тронулся с места, выезжая на главную дорогу. Ваня сжал руль так, что костяшки пальцев побелели. Какого хрена он вообще устроил всё это? Почему, чёрт подери, он сам себя загнал в эту ловушку? Он хотел её удивить. Сделать что-то красивое, достойное момента, но он не рассчитал одного. Себя. Он не рассчитал, насколько сильно захочет её в эту самую секунду. Долбаное платье. Он ненавидел себя за то, что купил его. Ненавидел себя за то, что не может перестать думать о том, как оно на ней сидит. Как ткань обтягивает её талию. Как ложится по линиям её тела, подчёркивая бёдра. Как мягко открывает плечи, шею, чёрт возьми — эту чёртову спину. Он чувствовал, как в нём закипает огонь, и ничего не мог с этим сделать. Сука. Он бы сейчас всё отдал, чтобы стянуть с неё это платье. Прямо сейчас. В этой чёртовой машине. Прямо к чёрту всю эту поездку. Прямо к чёрту этот город. Прямо к чёрту весь этот вечер, который он сам же и запланировал. Полина сидела рядом, скрестив ноги. Туфли на шпильке. Тонкие ремешки на щиколотках. Она чуть наклонила голову и убрала прядь волос за ухо, оголяя шею. Бессмертных сглотнул, вцепившись в руль сильнее. «Господи, только не смотри на неё, долбоеб» Но его взгляд сам собой скользнул по её телу. Он был в дерьмовом положении. Он мог дотронуться до неё. Протянуть руку и провести пальцами по её коже. Он мог наклониться и прошептать что-то прямо в её ухо, заставляя кожу покрываться мурашками. Но он не мог. Чёрт возьми, он не мог. Потому что, если он сделает это сейчас — он не остановится. — Ты себя ведёшь странно. Тот даже не сразу понял, что она сказала. Девушка смотрела на него, немного прищурившись, с лёгкой ухмылкой на губах. — С чего ты взяла? — его голос звучал слишком хрипло. — Потому что ты уже десятый раз стискиваешь челюсть. Она хитро улыбнулась. Боже. Она знала. Она знала, что он хочет её до чёрта свести с ума и она наслаждалась этим. Ваня резко переключил передачу и вжал педаль газа в пол. Сука. Ему нужно было доехать до места быстрее, иначе он не отвечал за последствия. Машина плавно остановилась у входа в ресторан. Бессмертных заглушил двигатель и быстро вышел, чтобы открыть для Полины дверь. Она медленно выбралась из салона, изящно став на шпильки, всё равно будучи ростом меньше парня, и огляделась. — Ну ты и намудрил, конечно,— протянула она, вскидывая бровь. — Не мог сводить меня в обычное кафе? — Я просто хотел тебя покормить, а не в мак забежать. Шатенка усмехнулась, но всё же оценивающе посмотрела на фасад здания. Высокие стеклянные окна, приглушённый свет, элегантные пары за столиками. Она не была на таких свиданиях. Да что уж там, она вообще не была на свиданиях. И было ли это свиданием? Чёрт, она сама не знала. Ваня слегка подтолкнул её локтем. — Пойдём уже, а то люди подумают, что ты сомневаешься. — Я и сомневаюсь,— хмыкнула она, но всё равно пошла вперёд. Они вошли внутрь, и их тут же встретил официант. Провёл за заранее забронированный столик у окна. Романтика? Девушка украдкой посмотрела на парня. Серьёзно?Но он выглядел совершенно спокойно. Как будто ужины в таких местах — это вообще его обычное дело. Они сели за стол. Ваня взял меню, мельком взглянул на Полину и тут же улыбнулся. — Ты что, реально не знаешь, что заказать? — А что, ты знаешь? — Ну, допустим, да. Она закатила глаза. — Снова будешь строить из себя умника? — Я просто тебя спасаю от мук выбора, солнышко. — Не называй меня так. — Тогда выбирай сама. Она раздражённо выдохнула и всё-таки уткнулась в меню. Спустя пару минут официант принял заказ и удалился, а между ними повисло лёгкое молчание. Но, странное дело, оно не было неловким. — Ты хоть понимаешь, что после сегодняшнего мне придётся три дня питаться дошираком?— вдруг сказала Вешнякова, скрестив руки на груди. — Вообще-то платишь не ты. — Зато у меня теперь долг. — Долг?— Бессмертных усмехнулся. — Это не тот случай, когда за тебя платит парень. — А ты точно не наёбываешь? Он посмотрел на неё с хитрой улыбкой. — Ну, всё зависит от твоего поведения. Полина покачала головой, но всё же улыбнулась. Она смотрела, как он легко опирается на руку, как чуть прищуривает глаза, рассматривая её. И от этого взгляда у неё почему-то вдруг стало тепло внутри. Она всегда воспринимала Ваню как знакомого. Потом — как раздражающего знакомого, который бесит до невозможности, но сейчас… Сейчас всё чувствовалось иначе. В этот момент официант принёс их заказ. — Приятного аппетита. Девушка взяла вилку, Бессмертных сделал то же самое, но вдруг посмотрел на неё с каким-то странным блеском в глазах. — Ты что, реально волнуешься? — С чего ты взял? — Ты уже минуту крутишь прибор в руках. Она закатила глаза и демонстративно положила кусочек еды в рот. — Доволен? Тот усмехнулся. — Очень. И почему от этого взгляда у неё перехватывало дыхание? Они какое-то время молча ели. Не то чтобы им не о чем было говорить — скорее, между ними повисла странная, но не напрягающая тишина. Парень периодически бросал на неё взгляды, а Полина делала вид, что не замечает. В конце концов она отложила вилку и скрестила руки на груди. — Ладно, давай поговорим. — А мы, по-твоему, не разговаривали? — Нет, мы подкалывали друг друга, — ухмыльнулась она. — А мне интересно узнать о тебе побольше. Тот скептически покосился на неё. — С каких пор? — С тех пор, как ты ворвался в мою жизнь с цветами и платьями. Он усмехнулся, покачал головой, но всё же откинулся на спинку стула. — Ну, раз ты так хочешь..—Он задумался на секунду, барабаня пальцами по столу. — Иван Валентинович Бессмертных, мне 22, живу в Москве, стримлю, снимаю видео, иногда выношу людям мозг. Полина закатила глаза. — Спасибо, Капитан Очевидность. — А что ты хочешь услышать? Она пожала плечами. — Ну не знаю. Почему ты вообще стал стримером? Ты ведь мог работать в офисе, сидеть на скучных совещаниях и ненавидеть свою жизнь. Он усмехнулся. — Ну, звучит, конечно, заманчиво… — Так что тебя остановило? Он на секунду замолчал, а потом, как-то странно усмехнувшись, поднял на неё взгляд. — Знаешь, в школе я был тем самым парнем, которого либо любят, либо ненавидят. —Почему? — Потому что был слишком шумным, постоянно в центре внимания. Учителя меня терпеть не могли, а вот одноклассникам нравилось. Тогда я и понял, что мне нравится эта движуха. —Полина слушала внимательно, даже не перебивая. — Потом начал снимать какие-то дурацкие видосы, стримить по фану, но как-то так получилось, что люди начали смотреть, потом подписываться… и понеслось. Она склонила голову на бок. — И ни разу не пожалел? — Вообще-то нет. — Ну ты и везунчик. — А ты?— вдруг спросил он. — Ты же, кажется, с детства хотела в Москву? Она кивнула. — Хотела. — И как? Она обвела взглядом ресторан, затем посмотрела на него. — Ну, пока неплохо. Они оба усмехнулись, и Ваня чуть качнул головой. — Ладно, хватит обо мне. — Почему? — А то ещё влюбишься. Девушка рассмеялась. — Уверенный ты слишком в себе. Парень посмотрел на неё с хитрой улыбкой. — А тебе это не нравится? Она закатила глаза. — Ты ужасный. — Но ты почему-то сидишь здесь со мной. Брюнетка не ответила, только сделала вид, что внимательно изучает остатки еды на своей тарелке, а Бессмертных смотрел на неё с лёгкой улыбкой и почему-то в этот момент ему вдруг захотелось, чтобы этот вечер не заканчивался.

***

Они вышли из ресторана и неспешно пошли по вечерней Москве. Город сиял огнями, воздух был прохладным, но приятным, а над головой рассыпались тысячи звёзд. Полина слегка поводила плечами, будто вбирая в себя ночную свежесть, а Ваня сунул руки в карманы, периодически бросая на неё взгляды. Их шаги звучали в такт, а руки…иногда соприкасались. Сначала случайно. Потом снова. Вешнякова не убирала руку, но и не приближалась. Будто дразнила. Бессмертных чувствовал это и, черт, ему нравилось. — Холодно? — вдруг спросил он. — Нет, погода просто супер. Он усмехнулся и кивнул. — Согласен. Они продолжили идти, наслаждаясь моментом. Без слов. Без лишних движений. Просто они двое в этом огромном городе и вдруг: — Молодой человек! Они одновременно повернули головы. Рядом с тротуаром стоял небольшой цветочный магазин, а в дверях — пожилая женщина с добрым лицом и озорной улыбкой. — Купите цветы своей прекрасной девушке! Шатенка приподняла брови, но промолчала, а парень сжал губы, явно сдерживая ухмылку. — Она не моя девушка. — Ну, так исправьте это, — хитро подметила женщина. Полина рассмеялась и покачала головой. — Ваня, не смей. — Что? — он невинно вскинул руки. — Я же ещё ничего не сделал. — И не собираешься,— заявила она, прищурившись. Ваня задумчиво посмотрел на цветы, затем на неё, а потом резко шагнул в магазин. — Бессовестный! — Я?— усмехнулся он. — Ты же знаешь, я просто вежливый. Женщина довольно наблюдала за ними, а девушка только закатила глаза. — Какой цвет ты не любишь?— спросил Бессмертных, оглядывая ассортимент. — Я не скажу. Он ухмыльнулся. — Хочешь рискнуть? — Я хочу уйти отсюда. — Поздно. Через минуту Ваня повернулся к ней с огромным букетом. Белые и нежно-розовые розы. — Ты же не будешь кидаться ими в меня, да? Полина закатила глаза, но взяла букет. И, черт возьми, запах был невероятный Она не хотела признаваться, но… ей было приятно. Парень усмехнулся, а женщина хлопнула в ладоши. — Вот, так и надо! — Спасибо, — Ваня протянул деньги, но та вдруг покачала головой. — Подарок от меня. Они оба удивлённо посмотрели на неё. — Серьёзно? — уточнил он. Женщина кивнула и улыбнулась. — А вы не серьёзные. Но весёлые. И красивые вместе. Полина почувствовала, как к щекам прилила кровь. — Спасибо вам, — она улыбнулась и сжала букет в руках. — Радуйте друг друга, дети. Вешнякова уже хотела возразить, но Бессмертных вдруг схватил её за руку и потянул к выходу. — Пойдём, пока она нас не поженила. Полина рассмеялась, прижимая цветы к себе. Они снова пошли по улице. И только теперь она заметила, что он не отпустил её руку.

***

Вешнякова пыталась идти так, будто ничего не произошло. Будто всё нормально, будто её нога не горит от боли. Но Ваня, естественно, заметил. — Ты хромаешь,— сказал он, замедляя шаг. — Ничего я не хромаю, тебе показалось, — буркнула она, выпрямив спину. Но он всё равно продолжал смотреть на неё с подозрением. — Полина. Она закатила глаза. — Ладно, может, чуть-чуть. — Снимай туфли. — Что? — Снимай. Я не собираюсь смотреть, как ты страдаешь. — И что, босиком по городу пойдём? — Ты — да. А я тебя понесу. Она выдохнула, складывая руки на груди. — Ваня, я не ребёнок, я дойду сама. — Ты не ребёнок, ты просто упрямая. И прежде чем она успела возразить, он развернулся и в одно движение подхватил её на руки. — Ты что делаешь?! — она вскрикнула, машинально обхватив его за шею. — Спасаю тебя от мучений, — спокойно ответил он, шагая дальше. Полина сначала хотела возмутиться, но потом почувствовала, как устали её ноги. И как приятно быть в его руках, но признаваться в этом она не собиралась. — Ты ненормальный. — Я знаю. — Отпусти меня. — Нет. — Ваня! — Полина! Она закатила глаза и смирилась. Обняла его чуть крепче, уткнувшись носом в его шею и на секунду закрыла глаза. Чёрт. Слишком хорошо.

***

Бессмертных аккуратно усадил девушку в машину, закрыл за ней дверь и обошёл автомобиль, садясь за руль. Полина смотрела на него исподлобья, но внутри себя всё ещё ощущала тепло его рук на своей коже. Это раздражало. Слишком много близости за один вечер. — Ну и что теперь? — спросила она, скрестив руки на груди. — Теперь я везу тебя домой. — Какой заботливый. — Ты удивлена? Она не ответила, лишь повернула голову к окну, наблюдая, как огни ночной Москвы скользят по стеклу. В машине играла какая-то спокойная музыка, но её сердце билось так громко, что она почти её не слышала. Он был слишком близко. Его запах, его рука, лежащая на руле, его профиль в мягком свете фонарей. Почему он так смотрел на неё в ресторане? Почему не отводил взгляд, когда она ловила его на этом? Почему, чёрт возьми, он вообще делает всё это? — Ты чего замолчала? — раздался его голос, чуть хриплый, будто он только что сломал тишину своими мыслями. — Просто думаю. — О чём? Она закусила губу. — Неважно. Он хмыкнул, но не стал настаивать. Минуты тянулись медленно, пока он плавно вёл машину по ночным улицам. — Ты специально купил мне такое платье? — Какое? — он бросил на неё взгляд, полный невинности. — Ты прекрасно знаешь, какое. Он снова усмехнулся, и ей почему-то захотелось его ударить. — Просто увидел его и подумал, что тебе пойдёт. — И что, не ошибся? —Ты хочешь, чтобы я сказал это вслух? Полина посмотрела на него, прищурившись. — Я просто хочу понять, в какую игру ты играешь. Ваня медленно затормозил у светофора и повернулся к ней, упираясь локтём в подлокотник. — Полина, если бы я играл, ты бы уже проиграла. Она сделала вид, что этот ответ её не задел. Светофор мигнул зелёным, и машина снова поехала. Они больше не разговаривали. Когда они подъехали к её дому, Бессмертны вышел первым, обошёл машину и открыл ей дверь. Девушка закатила глаза. — Ты считаешь, что после сегодняшнего вечера я не смогу даже выйти из машины? — Я считаю, что я лучше тебя знаю, когда тебе нужна помощь. Она хотела возразить, но когда встала, почувствовала, как нога всё ещё ноет. Ваня ухмыльнулся. — Что, иронично? — Ты мне бесишь,— пробормотала она, ухватившись за его руку. Он только усмехнулся и проводил её до подъезда. — Спасибо за вечер, — сказала она, глядя в его глаза. — Ты не будешь против, если я тебя ещё раз украду? — ответил он с лёгкой ухмылкой. — Посмотрим. Она развернулась и ушла, оставив его стоять в темноте и только когда закрыла за собой дверь квартиры, поняла, что всё это время не могла отдышаться.