Вот Почему Родольфус Никогда Не Отвечает За Планирование

Северус Снейп — Это самый безумный план, который я когда-либо слышал! Сколько Родольфус выпил, когда его придумал?! — спросил он Люциуса и Нарциссу. Дыши глубже, Северус, дыши глубже. — Послушай, ты был занят, а мне нужно было срочно что-то придумать, и вот что у нас получилось. — Родольфус улыбнулся ему, словно этот план не был настолько нелепым. — И я был совсем немного пьян, когда его придумал. — Может быть, нам стоит всё отменить. Я могу аппарировать к Драко и сказать им, чтобы они забыли об этом плане, — предложила Нарцисса, выглядя обеспокоенной. — На это нет времени, уже почти семь вечера, и нам нужно идти! Перестань волноваться, всё будет хорошо, — настаивал Родольфус. — Это действительно лучшее, что вы могли придумать? Предполагалось, что Драко мёртв, мисс Грейнджер ожидают жестокие пытки, если её поймают, а мистер Поттер… Мы все знаем, как сильно Тёмный Лорд желает заполучить его! И вы решили собрать их всех здесь для проведения спасательной операции? Если бы вы сообщили мне, я мог бы связаться с Орденом! Молли Уизли сожгла бы всё это место дотла, чтобы освободить своего сына! — гневно воскликнул Снейп. Это не могло происходить. — Как я уже сказал, у меня не было времени! Всё должно было произойти сегодня вечером, а ты был занят с Беллой. Дети будут под Оборотным. Хвост наложит в штаны и сделает то, что ему скажут, когда увидит, как магглорождённая, под видом моей жены, входит в дом. Всё это будет… — Родольфус резко оборвал себя, когда Питер Петтигрю вышел из камина. — Обсуждать больше нечего, что сделано, то сделано, — усмехнулся Люциус, направляясь к дверям. — Возможно, мне следует остаться… — начала Нарцисса, но Родольфус взял её за руку и подтолкнул вперёд. Северус, по крайней мере, был согласен с тем, что им всем нужно покинуть это место, пока не завершится спасение. Тёмный Лорд, вероятно, убьёт любого, кого посчитает ответственным за это, и в данном случае это будет Петтигрю. Северус наблюдал за Петтигрю, пока тот медленно шёл к дверям, размышляя о его печальном исходе. Питер Петтигрю был тем, кто сдал Поттеров Тёмному Лорду: хранителем тайны, который не сохранил их самый главный секрет. Северус в основном винил себя в смерти Лили, но он не мог игнорировать то, что Петтигрю тоже сыграл в этом ключевую роль. Нет, решил Северус, он не чувствовал ни малейшей вины за то, что Петтигрю, скорее всего, будет убит в качестве наказания. — Северус, — осторожно поприветствовал его Петтигрю. — Если сегодня вечером возникнут проблемы, зови меня. — Он постучал пальцем по своему предплечью чуть выше Тёмной метки. Скорее всего, Петтигрю первым призовёт Беллатрису, но Северус должен был попытаться. — Конечно, я уверен, что всё будет хорошо, — произнёс он с лёгкой улыбкой, склонив голову. Если что-то пойдёт не так, я лично прослежу, чтобы любой алкоголь, к которому прикоснётся Родольфус, превратился в воду. Хотя у него, вероятно, и не будет такого шанса. Если что-то пойдёт не так, к утру они все, скорее всего, будут мертвы.

***

Драко Малфой Было странно смотреть в зеркало и видеть, как Родольфус отвечает ему тем же взглядом. Он надеялся, что эта небольшая миссия закончится как можно скорее. Если бы ему пришлось принимать ещё дозу, ему почти наверняка в какой-то момент понадобилось бы в туалет, а это означало бы столкнуться с реальностью, с которой он действительно не хотел иметь дело. Я не собираюсь держать в руках член старика… Будет ли это член Родольфуса или мой? Технически, он был бы мой, но выглядел бы как его… Как ни посмотри, это было бы странно. И почему у меня болит всё тело?! С возрастом это происходит со всеми или только с Родольфусом? Драко съёжился, когда Грейнджер, переодетая тётушкой Беллой, подошла к зеркалу и внимательно вгляделась в своё лицо. Она несколько раз провела по волосам и раздражённо пригладила копну непослушных чёрных волос. Можно было подумать, что она уже должна была привыкнуть к непослушным волосам. Вьющиеся волосы Грейнджер были мягкими и ухоженными, в то время как в волосах Беллы, казалось, скрывалось какое-то животное. — Готовы? — спросила она, протягивая ладонь, чтобы взять его за руку. — Что ты делаешь? — Он отпрянул. — Они женаты, не так ли? — Не особо счастливо… Они определённо не держатся за руки. — О, ладно. Драко пристально посмотрел на неё, и его взгляд стал ещё более зловещим, когда он исходил от лица Родольфуса; он винил в этом морщины. — Грейнджер, помни, что сегодня вечером тебе нужно сыграть свою роль. Белла всего требует; она не извиняется, она ничего не объясняет, и если она не получает того, чего хочет, она берёт это силой. — Мне нужно лишь убедить Питера Петтигрю. Думаю, я смогу с этим справиться. — Я знаю, что ты сможешь, — сказал он, ободряюще улыбнувшись, но в очередной раз выражение лица Родольфуса показалось ему пугающим. Сейчас, вероятно, было бы самое подходящее время для поцелуя, но то, что она выглядела как его тётя, которая неоднократно причиняла ему боль, было крайне неприятно. — Я бы поцеловал тебя, но ты сейчас выглядишь довольно отталкивающе. — Ты тоже, — сказала она, неловко похлопав его по плечу. — Чёрт возьми, тело Снейпа буквально ощущается так, будто по нему пробежала стая гиппогрифов, — проворчал Поттер, присоединяясь к ним. Что ж, со всеми стариками так. — Нам пора идти, — заметила Грейнджер, взглянув на часы над камином. — Хорошо, мы аппарируем к «Дырявому котлу», входим внутрь, будто это наше заведение, и отправляемся через камин в Поместье. Ни с кем не разговаривайте. Я могу гарантировать, что никто не попытается заговорить с нами, так что это будет быстро и просто, — сказал он им. — Я всё ещё не могу поверить, что ваше поместье связано с «Дырявым котлом», — усмехнулся Поттер. — Родольфус в основном живёт с нами, так что, конечно, оно связано с «Дырявым котлом». Он настоял. Оно также связано с «Тремя метлами» и «Захудалым сфинксом», довольно сомнительным заведением на Косой Аллее… Мама о нём не знает. — Драко был совершенно уверен, что если его мать когда-нибудь узнает об этом, то Долорес Амбридж будет не единственной угрозой для яиц Родольфуса. Как только они покинули безопасность коттеджа, его нервы напряглись, и он поймал себя на том, что пытается найти повод, чтобы убедить их вернуться. Хотя эта спасательная операция должна была быть довольно простой, он всё равно считал, что риск совершенно неоправдан. Почему Уизли должен был пойти и попасться в руки Егерей? Уизли должен был оставаться в укрытии и вступить в бой, когда придёт время. К сожалению, он был одним из самых твердолобых гриффиндорцев, которому не хватало здравого смысла, чтобы тщательно всё обдумать, прежде чем действовать. Это было ещё одним доказательством того, что он выжил в школьные годы только благодаря гениальности Грейнджер. Поттер и Грейнджер взяли за руки Драко, и он перенёс их к точке аппарации, расположенной сразу за «Дырявым котлом». Он глубоко вздохнул и, прежде чем успел передумать, решительно шагнул вперёд, распахнув обе двери, чтобы создать драматический эффект. Возможно, Родольфус поступил бы именно так. Посетители паба прекратили свои занятия и уставились на вошедшую троицу. Драко, не теряя времени, целеустремлённо направился к камину. Он заметил, как Грейнджер выпрямилась и решительно уставилась прямо перед собой, избегая зрительного контакта. Тётушке Белле, вероятно, доставило бы удовольствие напугать несколько человек, но эта надменная версия Грейнджер вполне могла бы подойти. — После тебя, моя дорогая, — с улыбкой произнёс он, жестом приглашая Грейнджер первой войти в камин. Драко не хотел, чтобы она первой оказалась в Поместье, но было бы странно, если бы его тётя не пошла первой. Все знали, что она была правой рукой Тёмного лорда, и, как известно, никто не осмеливался идти перед ней. Грейнджер уверенно взяла каминный порох и шагнула вперёд, высоко подняв подбородок, чтобы свысока взглянуть на собравшихся, прежде чем исчезнуть в пламени. Драко поспешил за ней, выкрикнув «Малфой-Мэнор» и ощутив привычное головокружение, когда его уносило прочь. — Моя спина, — простонал он, врезавшись прямо в Грейнджер, которая, казалось, успела сделать лишь один шаг из камина, прежде чем остановилась. Он заметил, как она с широко раскрытыми глазами осматривает вестибюль; Драко предположил, что Поместье могло казаться довольно величественным, если вы никогда не видели его раньше. Спустя мгновение Поттер, пошатываясь, вышел из камина, также потирая спину. — Кажется, я обо что-то ударился, — простонал он. — Госпожа Лестрейндж! Почему вы вернулись так быстро? Что-то случилось? — Питер Петтигрю подбежал к ним, слегка встревоженный. — Мы пришли за новым заключённым, Петтигрю, — объявил Драко, стараясь как можно лучше изобразить Родольфуса. Он даже произнёс слова немного невнятно, полагая, что к этому времени Родольфус обычно выпивает бутылку или две. — Я подумала, что было бы забавно допросить их за ужином, — произнесла Грейнджер с пронзительным смехом, как какая-нибудь ведьма из Лютного Переулка. Петтигрю нервно рассмеялся. — Я понимаю. — Отойди, или я тебя отодвину, — сказала Грейнджер, оттолкнув Петтигрю в сторону за секунду до, того как он успел среагировать. Она снова подняла подбородок, потому что, очевидно, это был её способ показать, насколько она выше всех остальных. — Позволь мне показать дорогу, дорогая, — сказал Драко, протиснувшись мимо неё, когда она замешкалась у винтовой лестницы. — Ты в порядке, Северус? — испуганно спросил Петтигрю. Драко, обернувшись, заметил, что Поттер с нескрываемой яростью смотрит на Петтигрю. — Не обращайте внимания на Северуса, он съел несвежие закуски. Белла планирует убить всех домашних эльфов, считая, что это пятно на репутации нашего дома, — произнёс он. Грейнджер открыла рот от возмущения, но смогла сдержаться и не прийти на помощь выдуманным домашним эльфам. — Верно, — выдавил Поттер. Драко решил, что на этом всё закончилось, но когда Петтигрю повернулся к нему спиной, Поттер оглушил его, и тот упал лицом на мраморный пол. Ха, не знал, что Поттер на такое способен. — Гарри! — воскликнула Грейнджер. — Он заслуживает гораздо большего, я лишь оглушил его, — проворчал Поттер. — Ну что ж, по крайней мере, на какое-то время нам не нужно о нём беспокоиться. Пойдёмте спасать рыжего идиота, — сказал Драко, спускаясь с ними по лестнице в подземелье. — Не называй его так в лицо, — предупредил Поттер. Драко ухмыльнулся, когда они с Грейнджер начали снимать защиту с двери подземелья. — Не могу поверить, что ты вырос здесь, — пробормотал Поттер. — Весь мой маггловский дом уместился бы в твоём вестибюле. Драко лишь фыркнул в ответ. — Поместье может показаться прекрасным местом, но поверь мне, здесь есть воспоминания, которые я бы предпочёл забыть. — Ты вернёшься сюда, когда всё закончится? — спросила Грейнджер. — Не знаю, я не заглядывал так далеко. Честно говоря, я даже не предполагал, что проживу так долго. Защита на двери оказалась достаточно простой; они распахнули её и оказались лицом к лицу с мечтательным взглядом Луны Лавгуд. — Луна! — воскликнули Грейнджер и Поттер в удивлении. Драко тоже был поражён: никто не упоминал, что Лавгуд держали в подземелье. Олливандер всё ещё был здесь: он лежал, прислонившись спиной к стене в дальнем углу, а рядом с ним сидел гоблин. Откуда здесь взялся гоблин?! Внезапно у Поттера вырвался стон, когда какой-то темноволосый идиот прыгнул ему на спину из-за двери. — Рон, это я! Отстань, это Гарри! Грейнджер подняла руки, чтобы показать надоедливому взрослому ребёнку, что она не собирается причинять ему вред. — Рон, это Гермиона! Отпусти Гарри; разве Родольфус или Нарцисса не предупреждали тебя, что мы будем выглядеть так? — Кто мой патронус? — спросил темноволосый идиот. — Джек-рассел-терьер, — незамедлительно ответила Грейнджер. Неудивительно… Уизли отпустил Поттера и тут же начал умолять его и Грейнджер о прощении. — Мне так жаль, что я ушёл! Я… — На это нет времени! — прервала его Грейнджер, прежде чем перевести взгляд на Драко. — Нам нужно вывести всех отсюда. Драко мысленно простонал; он знал, что так и будет. Грейнджер и Поттер ни за что не оставят людей в опасности, особенно Лавгуд, которую они обожали. Чёртовы, блядь, гриффиндорцы. План заключался в том, чтобы забрать Уизли, накинуть на него мантию-невидимку и уйти тем же путем, которым они пришли. Аппарировать было невозможно — только Малфой или человек, связанный с чарами крови, мог это сделать на территории Поместья. Если бы они аппарировали, это почувствовали бы все, включая тётушку Беллу, и это стало бы явным признаком того, что он, возможно, всё ещё жив. Драко не мог подвергать свою семью такой опасности, но они также не могли укрыть столько людей под мантией-невидимкой. Им пришлось бы несколько раз ходить туда-сюда по пабу, и это выглядело бы крайне подозрительно. К тому же, это заняло бы слишком много времени. Кто знает, как долго Петтигрю будет отсутствовать; он мог их застать. Блядь. — Мы не можем забрать их всех, — в отчаянии произнёс Драко. Уизли бросил на него сердитый взгляд, что было иронично, учитывая, что именно по его вине они оказались в такой ситуации. — Потребуется слишком много времени, чтобы перенести их по отдельности через Дырявый Котел, используя мантию, и посетители заподозрят неладное, если мы продолжим ходить взад и вперёд без видимой причины. — Малфой прав… Спасибо, Грейнджер! — …нам нужно придумать другой способ. Нет! К чёрту всё это! — Как далеко простирается антиаппарационный барьер? — спросил Поттер. — Примерно на милю от главных ворот, — ответил он. — Но как только кто-нибудь из нас дотронется до главных ворот, тётя Белла узнает об этом. Она наложила на них чары обнаружения, чтобы знать, когда Егеря приведут новых пленников. — Дерьмо! — воскликнул Поттер. — Вам следует убираться отсюда, — крикнул Олливандер. — Возьмите Луну, но оставьте меня и Крюкохвата; мы только задержим вас. Крюкохват был крайне недоволен этим предложением. Он закричал: — Ты же понимаешь, что когда Беллатриса узнает, что некоторые из заключённых сбежали, оставшиеся будут замучены и убиты! — Мы не оставим никого, — заявил Поттер с той же безрассудной решимостью, которую проявлял всегда. — Мы теряем время; единственный выход — это камин. Есть ли другие места, куда мы можем попасть? — спросила его Грейнджер. — Есть несколько пабов, о которых я упоминал, и кабинет директора Хогвартса, — ответил он. — Кабинет директора может подойти, — сказала Грейнджер. Он мог видеть, как она мысленно просчитывает все возможные варианты, разрабатывая план. — Мы можем спрятаться в Выручай-Комнате, пока Снейп не сможет нас вытащить. — Отлично, меня это устраивает. Пошли, — объявил Поттер. Как только они повернулись к двери в подземелье, она захлопнулась с таким грохотом, что сердце Драко чуть не выскочило из груди. Холодный ужас пронзил его тело, когда он услышал голос Питера Петтигрю, эхом раздающийся с лестницы снаружи. — Знаешь, твоей первой ошибкой было назвать меня Петтигрю! Родольфусу просто нравится называть меня Хвостом. Дерьмо. Блядь, блядь, блядь. — Блядь, насколько слабым было это Оглушающее заклинание?! Оно вырубило его всего на 10 минут! — прошипел Драко, обращаясь к Поттеру. — Оно было сильным! — настаивал Поттер. — Недостаточно сильным. — Драко запустил руку в волосы Родольфуса и тут же в них запутался; они были намного длиннее и менее ухоженными, чем его собственные. — Что нам делать? — испуганно спросила Грейнджер. Это вызвало у него приступ тошноты; он знал, что с ней случится, если её поймают. Драко ни за что не мог допустить, чтобы это произошло, не теперь. — Взорвём дверь, — приказал Поттер, но Драко схватил его за руку. — Не будь идиотом. Укрепи дверь, установи вокруг неё щиты… Сделай всё, что в твоих силах, чтобы удержать её на месте. Беллатриса на подходе, если она уже не здесь. — О Боже, — всхлипнула Грейнджер, поднимая палочку и начиная произносить заклинания. Думай, Драко, тебе нужно подумать… — Все, отойдите как можно дальше от двери, — скомандовал он, отводя их за колонну. Хотя это не давало им надежной защиты, по крайней мере, Лавгуд и Олливандер оказались в безопасности. — Приятель, ты должен аппарировать! Прости, что прошу об этом, я понимаю, что это подвергает твою семью опасности, но их четверо против Беллатрисы и Хвоста. С ними всё будет в порядке, — умолял его Поттер. Уфф… — Блядь, — прорычал Драко, понимая, что другого выхода нет. От этой мысли у него сжалось в груди. Если с его матерью что-нибудь случится, он не простит себе. Уизли присел рядом с ним на корточки. — Ты можешь унести Луну, Олливандера и гоблина в коттедж «Ракушка» в Пембрукшире, там они будут в безопасности. Драко глубоко вздохнул, пытаясь собрать свои мысли воедино. Если он это сделает, то, скорее всего, многие люди, которых он любит, погибнут. Однако, если он не предпримет никаких действий, они, вероятно, погибнут в любом случае. Он взглянул на Грейнджер, которая изучала его со слезами на глазах. Было удивительно видеть столько эмоций на лице Беллатрисы. — Если ты не можешь, ничего страшного, — тихо сказала она ему. Уф, почему она такая идеальная? Над ними раздался громкий взрыв, за которым последовали крики и топот. Это могло означать только одно: прибыла тётя Белла, и она была в ярости. Драко было интересно, что обо всём этом думают Родольфус, Снейп и его родители; его мать, вероятно, была на грани панической атаки. Он застонал. Времени на раздумья не было; он должен был действовать немедленно и надеяться, что остальные справятся. — Держитесь за меня, — сказал он Лавгуд, Олливандеру и Крюкохвату. Они сразу же взялись за руки, и он аппарировал их в коттедж «Ракушка» в Пембрукшире.

***

Гермиона Грейнджер Её сердце сжалось от боли, когда она увидела, как Малфой исчезает вместе с Луной, Олливандером и гоблином. Она знала, как нелегко ему далось это решение. Он бы сделал всё, чтобы защитить свою мать, и только что поставил её под угрозу ради них. Очередной громкий удар сотряс дверь подземелья, заставив её вздрогнуть. Она отпрянула от Гарри, выставив перед собой палочку. Гарри и Гермиона встали перед Роном, который без палочки был сейчас бесполезен. — Они прорываются, — объявил Рон, как будто это не было очевидно. Боже, я надеюсь, что Малфой скоро вернётся. — Приготовься, — сказал ей Гарри. От очередного удара в дверь железные петли задребезжали, и из-под них поднялось немного пыли, которая, кружась, опустилась на пол. Новый взрыв отправил в их сторону деревянные щепки, но дверь всё ещё держалась. Ещё один взрыв, и всё разлетелось вдребезги. Гермиона испуганно вскрикнула, заслоняясь от них щитом. Беллатриса Лестрейндж с маниакальным выражением лица карабкалась по обломкам, бросая в них заклинания и выкрикивая что-то, чего Гермиона не могла разобрать. Щиты выдерживали, но с трудом; и её, и Гарри трясло от бомбардировки. Беллатриса была беспощадна в своём нападении. Гермиона видела, как Снейп и Родольфус произносят заклинания рядом с Беллатрисой, хотя их заклинания едва достигали цели или просто отскакивали от щита. Люциус и Нарцисса держали палочки поднятыми, но не пытались произнести ни одного заклинания; вместо этого они продолжали бросать друг на друга отчаянные взгляды, явно не зная, что делать. Давай же, Малфой… — Ты смеешь выдавать себя за меня! — взревела Беллатриса, посылая в Гермиону ещё одно заклинание, которое отскочило от щита. — Беллатриса, подожди, — взмолилась Нарцисса, отчаянно дергая её за руку. — У них щиты, это просто пустая трата твоей энергии. Беллатриса схватила Нарциссу за шею и с силой прижала к стене, не переставая кричать, словно одержимая. В тот момент, когда она отвернулась, из-за колонны осторожно появился Малфой. Он бросил осторожный взгляд на происходящее и одними губами произнёс: — Приготовься. Он аппарирует нас отсюда, и всё будет хорошо. Просто дыши, всё будет в порядке. — У них есть щиты, да, Нарцисса? — услышала она голос Беллатрисы. — Щиты хороши для магии, но не так эффективны против другого оружия. Глаза Гермионы расширились от ужаса, когда Беллатриса повернулась к ней и метнула нож прямо в её грудь. Она застыла, словно в замедленной съёмке, наблюдая, как нож летит по воздуху. Странная мысль промелькнула у неё в голове, когда она осознала, что вот-вот умрёт: она подумала, позаботится ли Малфой о Живоглоте вместо неё. Видение Гермионы внезапно исчезло, и перед ней появилось что-то другое. Прежде чем она успела осознать, что произошло, на её колени с болезненным стоном упало чьё-то тело. Что… — Нет, — выдохнула Гермиона, глядя на нож, торчащий из груди Малфоя.