ГЛАВА 9

Наутро ей пришло приглашение на вакансию новостника. Работа из дома, оплата за каждую новость отдельно – 50 рублей штука. Оплата раз в месяц переводом на карту. Именно это было написано в предложении.  «Это хороший вариант, чтобы не терять время, пока я ищу другую работу!» - подумала Аня и нажала кнопку согласия на посещение собеседования. Собеседование проходило не больше пяти минут, а что самое удивительное – после него ее сразу же приняли. -Уверена, что мы сработаемся. – сказала ей редактор, девушка едва старше нее самой. - А когда ты сможешь начать? -Завтра. – сказала Аня, взглянув в календарь, в котором не было дел. Ее немного смутило, что едва знакомая ей женщина называла ее на ты с первого момента их общения, но она подавила в себе это чувство.  Если бы Аня знала заранее, что именно эта работа убьет в ней, она бы в жизни не согласилась на нее. Однако на следующий день она была готова к упорному труду и села за компьютер на двадцать минут раньше, чем начался рабочий день. -Аня. – написали ей в общем чате. – по нашим правилам, прежде чем писать рерайт, тебе нужно будет получить одобрение на эту новость. Скидываешь ссылку, я соглашаюсь, а потом ты пишешь. На выполнение, включая мою проверку, есть один час. Объем – до 1400 символов. Уникальность по программе 90 процентов. Водность – 90. Если есть вопросы – пиши.  Следующий день Ане напомнил какую-то бесконечную погоню без финиша. Пока она медленно листала все известные ей сайты новостных агентств, выбранные ей темы уже успевали забрать. В итоге за день она умудрилась написать лишь два коротких текста. -Аня, для первого дня еще ничего, но нужно быть расторопнее. – написала ей редактор в личные сообщения в конце дня.  После рабочего дня Аня начала листать новости, чтобы подготовиться к завтрашнему дню заранее. Она скинула пять ссылок в окошко сообщений их рабочего чата, но не отправила, оставив это на следующий рабочий день. И отправила ровно в 9 утра. -Аня, так дело не пойдет! – написала ей редактор в общем чате. - Каждый одновременно пишет по новости. Можешь взять что-то из твоих пяти новостей, остальное будут писать остальные. Кроме Ани в команде новостников трудилось еще двое. Спустя время после увольнения оттуда, Аня поняла, что туда не стоило даже пытаться устраиваться, но тогда она этого не могла знать. Она никак не смогла бы перелистнуть текущую главу своей жизни через пару страниц. А если бы могла, то перелистнула бы и ужаснулась. Может быть даже раньше сдалась. Но тогда, когда она работала новостником, сил у нее еще было предостаточно. В обеденный перерыв между генерированием новостей подобно станку, она рассылала свое портфолио в издания из своего списка, сочиняя для каждого из них разное письмо.  С каждым днем список отправленных писем становился все длиннее, а число ответов от них не повышалось. Ей не писали ни из одной редакции, но неожиданно в ней заговорило довольно громкое чувство оптимизма: «Не напишут тут, значит напишут в другом месте, в конце концов». Однажды ей пришел лишь формальный отказ из женского журнала, куда она отправила свое портфолио в их рубрику культуры.  -Я ненавижу женские журналы. – сказала она сама себе тогда, как только почувствовала, что у нее взмокли глаза. -  и рано или поздно меня бы взбесила эта работа. Так что и хорошо.  И так она повторяла с каждым редким приходящим ей отказом: -Люди любят негатив. Потому политические журналисты получают больше остальных. Но я не люблю политику и не интересуюсь ей. Зачем мне работать в политическом СМИ?  Один раз ей написали даже: -Анна, такие статьи никто не будет читать!  Она расхохоталась иронично, потому что за такие статьи она выигрывала гранты. И удалила письмо из почты.  Вспоминая эти свои попытки через время, ее этот оптимизм, который заставлял её тогда бесполезно биться в двери, которые ей все равно (она это знала) никогда не откроют, Аня пожимала плечами сама с собой. Она ведь даже не ждала, когда эта наивность угаснет в ней, когда, проплакав пару ночей она очнётся, поймёт, что ей ничего не светит, перестанет мечтать и смиренно откажется от своих грёз. Тогда ее наивность была живучей, её подпитывала глупость, не слушая никакие доводы разума. Вытерев слезы, она писала новые тексты даже в каком-то приподнятом настроении. Не понимая откуда в ней берётся это вдохновение на бесполезную борьбу она вновь и вновь строила планы и стучала в запертые двери. А ведь плакать она начала далеко не сразу. Лишь спустя месяц работы новостником после получения очередного отказа, она разрыдалась из-за журналистики впервые в своей жизни.  Возможно, потому что тогда был день самый подходящий для слез. В тот день ни в городе, ни в стране, ни в мире ничего не происходило. Половину дня она сидела, смотря в монитор.  -Капец, какая унылая работа. Какой унылый мир. Неужели ничего не может произойти? – спросила она сама себя, допивая пятую кружку чая. Единственная новость, которую она смогла написать вышла под следующим заголовком: «На набережной реки Фонтанки проросли помидоры» -О господи, за что? – спросила она сама себя, отправляя этот текст. – ради этого я училась на журналистике? Накануне у нее еще произошла ссора с редакторшей. Та сказала, что Аня использует в своих новостях слишком много канцелярских выражений. Она убрала все, но та придралась к чему-то еще. Слово за слово и Аня получила следующее сообщение: -Аня, а ты правда закончила журфак?  -Да, а ты, кажется, специально придираешься? – ругнулась Аня, не подумав.  -В смысле это Я ПРИДИРАЮСЬ? Ты ничего не ПУТАЕШЬ? Ее капс был более угрожающим, чем любой самый агрессивный тон живой речи. Аня не помнила, что она ответила, но как-то умудрилась замять ссору.  В итоге текст про помидорную грядку в граните как-то приняли. И Аня почему-то невольно подумала, что точно из-за того, что произошло вчера. Редакторша просто не хотела с ней связываться лишний раз. Перед сном она увидела в почте очередной отказ от редакции, но в такой форме, в какой она прежде не читала: «Анна, добрый день! Ваши тексты совсем не подходят для оплачиваемых статей нашего издания. Они больно наивные и не слишком уверенные по стилистике. Однако мы можем предложить вам бессрочную стажировку. Вы сможете учиться у нас столько, сколько захотите. С нас публикация и бесценный опыт, с вас – тексты на безвозмездной основе». Сегодня Аня получила пятьдесят рублей за целый рабочий день. И предложение поработать бесплатно окончательно добило ее.  -Зачем я училась на журналиста? – снова спросила она себя, захлопнув крышку ноутбука.  В тот вечер в принципе она могла бы умыться собственными слезами, проведя в ванной час под струей практически кипятка. -Аня, у нас оплата воды по счетчикам, чего ты так долго полощешься. – сказала бабушка, когда Аня наконец вышла.  Аня ничего не ответила и молча прошла мимо, не пожелав ей спокойной ночи. Ужинать в тот день она тоже не стала. Ей и кусок в горло не лез. На следующий день она написала своей редакторше, что новостником работать больше не будет и увольняется. Распрощались с ней без всяких эмоций, даже не прочитав, что та прислала ей в ответ.  Впрочем, прощание то оказалось намного значительнее, чем просто прощание с ненавистной и низкооплачиваемой работой.