Часть 8

Теперь ты точно не знала, что тебе делать. Плакать, свернувшись клубочком, не хотелось. Твои глаза оставались пугающе сухими. Ты спала, ела, посещала школу и общалась с людьми на автопилоте, запрятав щелчки ножниц и мягкий шорох опадающих локонов так глубоко, что теперь сама не могла до них добраться, даже если бы захотела. Юзуха поверила твоей лжи об импульсивной стрижке у подруги, но, пока она пыталась подровнять косые пряди, её ястребиные глаза, так пугающе похожие на глаза Тайджу, то и дело косились на тебя в зеркало с молчаливым подозрением. У тебя тоже были причины начать подозревать. Потому как странности в доме продолжались. Твои розовые домашние шорты так и не нашлись, а ещё ты провела эксперимент, специально оставив одну резинку для волос за кашпо с искусственным суккулентом в ванной и на утро обнаружив там пустоту. Ты скрипела зубами, неодобрительно поглядывая в сторону комнаты Юзухи. А ещё не стоило списывать со счетов Хаккая и его мутную банду, чьё существование он так упорно отрицал. Мальчишки-босодзоку, насколько ты знала, были любителями мелких краж. Собираясь в школу, ты с раздражением переворошила все ящики стола поисках своего клубничного мист-спрея, которым пользовалась вместо духов из-за своего чуткого обоняния. Хотелось взреветь. В этом доме что, завёлся злой дух, который ворует вещи? Ты сверилась с наручными часами, прикинув, сколько ещё у тебя есть свободного времени перед школой, и побежала в душ. Ты не могла позволить себе выйти из дома, не перебив запах тела гелем или спреем, такова была цена отказа от парфюмерии. Суматошно стянув рубашку и разложив её на стиральной машинке так, чтобы ткань не помялась, ты ловко расстегнула бюстгальтер и потянула за молнию на плиссированной юбке. Боковым зрением ты успела заметить, как распахивается дверь. — Твою мать! Низкий голос заставил тебя испуганно подпрыгнуть и скрестить руки на груди. Дверь с громким хлопком захлопнулась, когда Тайджу торопливо отступил назад. — Тебя не учили запираться, а? — прокричал он. — Ты не одна живёшь. Почему ещё не в школе? Ты задрожала всем телом, продолжая прикрываться руками, словно он мог видеть сквозь дверь. Горячий румянец залил твои щёки и шею. Ты несмело потянулась и нервным движением крутанула замок. — Я... Я скоро!.. Прости, пожалуйста... На трясущихся ногах ты прыгнула под душ, стараясь держать коротко стриженные волосы подальше от воды. В школе пришлось несколько дней подряд выслушивать причитания и опечаленные вздохи подруг, которым нравились твои длинные волосы и даже неестественная покраска. Это давило на тебя, потому что подрывалась твоя уверенность в себе, а ещё нужно было старательно делать вид, что это был твой выбор. Только одна девочка, с которой ты толком не общалась, сказала, что теперь ты похожа на Ами Мизуно из «Сейлор Мун». На душе стало тепло, но ты не смогла выдавить ничего, кроме сухого «спасибо». Была твоя очередь заниматься стиркой, и ты облазила всю ванную в поисках по меньшей мере десятка своих потерянных резинок для волос, но всё безуспешно. Да и... зачем они тебе теперь? «Как же тяжело жить в большой семье, — думала ты, только к ночи заканчивая развешивать бельё на сушилке. — Только приготовишь — уже всё съели. Купишь себе йогурт — его кто-нибудь возьмёт. Стирки много. И беспорядок накапливается каждый день. Хорошо было жить с мамой. Вдвоём». Ты крепко спала, укрывшись бирюзовым пледом и отвернувшись к стене. Шнур от погаснувшей гирлянды сиротливо свисал с края стола после того, как ты сонно выдернула его из розетки и, едва голова коснулась подушки, провалилась в долгожданный сон. Усталость и переживания копились в тебе подобно прогрессирующей болезни. Ежедневная дорога до школы, необходимость держать лицо, избегание навязчивых сообщений Кио (и вдвовесок — чувство вины), параноидальное ощущение слежки и напряжённая, небезопасная атмосфера в доме медленно стачивали твой организм, как ржавчина — железо. Тебе снился сон, пугающий и мрачный. Лунный свет заливал комнату жуткой синевой. Комната наполнилась потусторонними шепотками, как будто маленькие озлобленные божества прятались по углам девичьей спальни в современном пентхаусе. Коротко скрипнули петли двери, и, будто подхватив мелодию, заскрипели ходящие ходуном половицы. Шуршал ворс ковра. Ты хмурилась, но не могла вырваться из лап ночного кошмара. Большая когтистая лапа, принадлежащая рептилии, возникла из темноты и легла на твоё бедро. Черно-алая тень хищно склонилась над тобой, и твой спящий мозг понял, что это конец, но ты ничего не могла сделать. Ты не увидела его, а почувствовала — чудовище, похожее на дракона. Его чешуя алела, будто была выкована из застывшей крови. Сквозь мрак на тебя смотрели глаза — два бездонных золотистых омута, в которых стояла хищная решимость. Пасть, усеянная рядами острых зубов, беззвучно раскрылась, и длинный змеиный язык скользнул по твоей шее, словно пробуя на вкус изысканное подношение. А затем челюсти резко сомкнулись, впиваясь в твою плоть мёртвой хваткой так, что были способны вырвать кусок гортани. Сновидение оборвалось твоим всполошенным хныканьем. Ты неуклюже запуталась в пледе, резко вскакивая. Плёнка холодного пота покрывала твою спину, заставляя пижаму липнуть к коже. Ты потянулась к окну, приоткрывая небольшую створку, чтобы впустить в комнату свежий воздух. Вокруг всё было тихо и спокойно, без посторонних звуков и сверхъестественных существ. Прохлада ночного воздуха обдула твоё лицо, и ты почувствовала неприятную влагу на шее. Сглотнув, ты заторможенно провела ладонью по горлу... собирая что-то липкое и мокрое. Брезгливо скривившись, ты вытерла руку о плед и перевернулась на другой бок. Странный сон.