97. Непривычно

Тем временем в лаборатории «Сад». Ло стоял напротив Верго. Смокер дрался с Верго один на один, желая отомстить за его предательство перед дозором, но в итоге лежал в крови на полу, еле дыша. — Ты пытался, — сказал Ло, приближаясь к Верго. Его шаги были тяжелыми — хищник, наконец выпустивший когти. Столько лет работы, трудов и ожиданий. — Не жалей меня, пират, — выплюнул Смокер. — Он не способен на жалость, — сказал Верго, и его губы изогнулись в холодной усмешке. — Отрадно слышать, что обо мне ещё что-то помнят, — Ло улыбнулся. Возможно даже искренне. — Что ты делал с той ушастой? — поинтересовался Верго, склонив голову. — Малышка Ева, — Ло улыбнулся шире, но теперь в этой улыбке было что-то болезненное. — Она нечто, не правда ли? Сколько её не режь — ей всё нипочём. На ней даже шрамов не остаётся. Он продолжал эту игру. Каждое слово было ударом — не по Верго, а по себе. По тому, кого он отправил туда, где её могут снова разбить. — Она жива? — спросил Верго. — Верго-сан, — выдохнул Ло, и его голос дрогнул — на долю секунды, но достаточно, чтобы Верго это заметил. — У вас со слухом проблемы? Я же ясно выразился, что ей всё нипочём. Пройдёт время — и будет как новенькая. Правда, страдать она будет ещё очень долго. Он невесело усмехнулся. Думая о том, что отправил её к тому, кто причинил ей больше боли, чем кто-либо. — Вспомнил про манеры? Паршивец. — Говори что хочешь… Но не думайте, что вам вечно сидеть на этом троне. Ты ведь слышишь меня, Джокер? Из кармана Верго послышался смех Дофламинго. Он нарастал, становился громче, заполнял собой всё пространство лаборатории — маниакальный, торжествующий. — Верго уже можно считать покойником. Сегодня ты лишился своих рук. Тем более что Мугивара, скорее всего, уже разобрался с Цезарем. Другими словами, «Сад» для себя потерян. Ты можешь и дальше заливаться своим маниакальным смехом, но эта партия за нами. Ещё немного — и мы сотрём эту самодовольную улыбку с твоего лица. Потому что мы думаем действовать так, как ты этого не ожидаешь. — Фу-фу-фу, фу-фу-фу, — Дофламинго разошёлся в смехе. — Ты уверен, что не бредишь, парень? Верго ведь стоит перед тобой, да? Помнишь, что было с тобой в прошлый раз? Когда ты его разозлил и чуть не отправился в тот мир! Твои режущие атаки абсолютно бесполезны против его Воли! Он превосходит тебя во всём: сила, опыт… Дофла не успел договорить. Ло разрезал Верго пополам. Не только его. Всю лабораторию. Металл застонал, стены разошлись ровным срезом, словно бумага. Свет на мгновение погас, а потом хлынул красный сигнал тревоги оповещающий об аварии на территории лаборатории. — С момента войны прошло два года. По-твоему, ничего не изменилось? — ло убрал меч в ножны. Медленно. Смакуя вид разрезанного Верго. — Смерть Белоуса положила конец старой эпохе. Дозор копит силы и зализывает раны. Ты сам говорил, что новую эру не остановить. Она накатит неостанавливаемой волной и принесёт с собой новых великих людей. Я сломаю все шестерёнки, что ты так долго и упорно соединял. И никто не сможет повернуть их вспять. Ло стоял посреди разрушенного зала, перед ним лежало две половины бывшего товарища. Баде эта мысль накатывала чувство отвращения. Ло снова достал меч...

***

— Сюда! — рыкнула Ева, пробивая телом стену. Кирпич и бетон разлетелись в стороны, оставляя зияющую дыру. Хвост взметнулся, уши прижались к голове — она вся была напряжена, как тетива. — Я сказала — сюда, а не туда! Зоро повернул и прыгнул в дыру через обломки. На его лице не дрогнул ни один мускул — только глаза скользнули по Еве, проверяя, не ранена ли. Они практически сразу наткнулись на дозорных. Ушастая тут же заприметила что мужчины несут ребёнка. — Капитанчик? — дозорные оживились, увидев Ташиги. — Что с ней? — Ева подошла к дозорным, что несли девочку. На ней не было ни одного живого места — синяки, ссадины, кровь, запёкшаяся коркой. Уши Евы опустились, хвост обвил ногу — жест, который она позволяла себе только когда видела нечто по-настоящему ужасное. — Дети решили, что она съела все конфеты, — пояснил Чоппер, и в его голосе дрожали слёзы. — Кладите на меня, — скомандовала Ева, опускаясь на четвереньки и начиная превращение. Но дозорные лишь отступили. Их лица были белыми — от страха, от усталости, от вида огромной чёрной пантеры. — Быстрее! — крикнул Чоппер, спрыгивая с чьих-то рук. — Она единственная, кто может ей сейчас помочь! Дозорные дёрнулись и стали класть девочку на спину большой пантеры. Ева замерла, позволяя им закончить, хотя каждый мускул её тела дрожал от нетерпения. — Чоппер, ты тоже, — сказала Ева. Её голос из звериной пасти звучал низко и раскатисто. Нами кинула Чоппера на Еву, и та поймала его за шкирку, аккуратно перебросив на холку. Доктор плюхнулся на тёплую шерсть и тут же начал ощупывать девочку, бормоча что-то про пульс и дыхание. — Вы видели Ло? — спросила Ева, ускоряя бег. Уши повернулись назад, ловя каждый звук. — Нет, но лаборатория теперь пропускает газ. Нам стоит поспешить, — сказала Нами. Её голос был ровным, но пальцы сжимали Клима-Такт до белых костяшек. — Это он, — прокомментировал кто-то из дозорных, оглядываясь на разорванные стены. — Это он разрезал лабораторию! — Я не сомневалась, — хмыкнула Ева, и в этом звуке было что-то похожее на гордость. Хвост качнулся — довольно, расслабленно. «Ева, Нами, поверните на лестницу направо — там более короткий путь! Я закрою за вами дверь, чтобы газ не догнал вас», — раздалось из динамика. — Усопп? — удивилась Нами, вскинув бровь. — Хорошо, — Ева завернула в сторону. Но по запаху кое-что поняла. Уши встали торчком, ноздри раздулись. — Боже, Нами, следи за этим придурком! — фыркнула она, имея в виду Зоро, который куда-то свернул. — Зоро, чёрт возьми! — рыкнула Нами, оглядываясь. Он вернулся и догнал их, перепрыгивая через обломки. На плече у него болталась Ташиги — красная, как рак, и пытающаяся вырваться. — Отпусти меня! — возразила Ташиги, видя, как на неё смотрят её подчинённые. — Точно, — вспомнил Зоро и швырнул её в сторону кучки дозорных. — Теперь сами тащите своего капитана. — Капитанчик! — Как ты смеешь обращаться так с леди! — вот и Санджи догнал их с другими дозорными. Его бровь дёргалась от ярости. — Скажи спасибо, что я вообще тащил её и не дал превратиться в камень! — рявкнул мечник в ответ. — Ладно, это лучшее, на что способен твой мох, — согласился Санджи, и в его голосе прозвучало неохотное уважение. — Чоппер-чан! — за Санджи появился Брук, неся статую. — Кинемон-сан превратился в камень! — Что? — Чоппер отвлёкся от латания ран девочки. — Как так произошло? — Мы искали его сына, когда Кинемон-сан узнал, что его чадо превратилось в дракона. А мы как раз от одного избавились — и потом произошло это. — Тот дракон не был его сыном, — фыркнула Ева, и её хвост дёрнулся презрительно. — Ах, правда? — вздохнул скелет. — Но как вы это поняли, Ева-сан? — По запаху, — пояснила она, и уши её развернулись вперёд, улавливая новые звуки. Впереди появилась группа Робин и других детей. — Робин-туан! — первым ускорился Санджи, его ноги сами понесли его вперёд. — Там Луффи, — оповестила Ева, чуть ускоряясь. В её голосе проскользнуло что-то тёплое — почти нежное. Это воодушевило Мугивар бежать быстрее. Но дозорные стали отставать — их силы были на исходе. — И Смокер, — добавила она, и дозорные тоже ускорились, словно заново обретя дыхание. — Вы прекрасно умеете мотивировать, Ева-сан, — посмеялась Робин, бегущая рядом. Ева фыркнула, но улыбнулась. Уши чуть расслабились. Они вбежали в двери, попадая к огромной вагонетке. Ева наконец спустила с себя девочку и Чоппера, помогая детям забраться туда же. Хвост двигался медленно, устало. Ло ругался с Луффи по поводу того, что тот не взял Цезаря, а зашвырнул его куда-то. — Да пофиг, — фыркнул Луффи, скрестив руки на груди. Ева стала подходить ближе. Уши напряжены, хвост замер — она чувствовала напряжение, повисшее в воздухе. — Если хочешь что-то сделать правильно — сделай это сам! Я пошёл за ним! — рыкнул Трафальгар и развернулся, полы пальто взметнулись. — Я могу сбегать, — Ева подошла ближе, коснулась его плеча кончиками пальцев. — Нет! — рявкнул Ло, обернувшись. Его глаза горели — не злостью, раздражением. — Нет, — повторил он тише и исчез. — Вредной какой-то, — фыркнул Луффи. Ева вздохнула. Провела ладонью по лицу, уши опустились. Повернулась к вагонетке, в которую уже заползали все остальные дозорные. Она не знала, что ей делать. Все уже погрузились в вагонетку. — Ева! — крикнул Луффи, который уже свешивался через край. — Давай сюда! Она повернулась и сделала шаг. Хвост дернулся — неуверенно. Затем на краю вагонетки появился Ло с вырубленным Цезарем, и она улыбнулась. Уши поднялись, хвост расслабленно качнулся. Ло переместил её к себе, обнимая. Его руки дрожали — едва заметно, но Ева чувствовала каждую вибрацию. — Прости, не хотел кричать, — прошептал он ей в шею. — Ничего, — она потёрлась щекой о его грудь, как ласковая кошка. Уши опустились, хвост обвил его запястье. — Вперёд! Валим отсюда! — скомандовал Луффи, и в его голосе снова зазвучала привычная весёлость.

***

Монэ сидела и держала ден ден муши в крыле. Она дозвонилась до Джокера, но не могла сказать и слова. Её язык был вырван. Кровь капала на снег, и от каждого звука её тело содрогалось. — О… Э… — выдохнула она. — Э… В… А… П… А… А… Но Джокер понял её иначе. — Простите меня… Я просчитался… Это моя вина… — он вздохнул, и в этом вздохе было что-то тяжёлое, почти усталое. — Чтобы больше этого не произошло, я хочу избавиться от этих молокососов. В лаборатории находится ещё одно оружие… — У… Э… — ответила Монэ, и её глаза наполнились слезами. — Понял… Пожалуйста, умри, — попросил он её. Голос Дофламинго был спокойным — слишком спокойным. — И забери их всех с собой. Монэ потянулась к кнопке уничтожения, её пальцы дрожали, но в последний момент…

***

— Ты сказал — Кинемон? — захныкал розовый дракон. Его глаза блестели от слёз, а маленькие лапки тянулись к каменной статуе. Ева смотрела, как он тянет свои лапки, и в её груди что-то сжалось. Уши опустились, хвост замер. Вагонетка уже двигалась по рельсам, набирая скорость. Ветер свистел в ушах, обломки стучали по крыше. — В чём дело, Момо? — Ки… Ки… Оте… — продолжал хныкать дракоша. Ева подошла ближе, улавливая запахи. Ноздри раздулись, уши дёрнулись. — Он не твой отец, — объявила она без прелюдий. — Что? Но он сказал, что это Кинемон! — Всё верно, это Кинемон-сан, — кивнул Брук. — Я и не говорила, что это не тот стремный мужик. Я лишь сказала, что он тебе не отец, — проговорила Ева, и её хвост дёрнулся — раздражённо, но сдержанно. — Ты врёшь! — ощетинился дракоша. — Скорее уж врала твоя м… Ло закрыл ей рот рукой и усадил на колени. Его ладонь была тёплой и пахла кофе. Это успокаивало. — Не срывайся на ребёнке, — прошептал Ло. Его губы коснулись её уха. — Я не… — она осеклась. Цыкнула и отвернулась, кладя голову ему на грудь. Уши прижались к макушке, хвост обвил его ногу — ища опору. — Хорошая девочка, — он усмехнулся и погладил её по голове. — Ты хорошо постаралась. Но мы всё обсудим с тобой те документы. Она съёжилась. Ей было стыдно, что она сомневалась в Ло. Сама ведь назвала его братом. Сама решилась на всё это — и теперь… Она вздохнула, и этот вздох был похож на всхлип. — У меня определённо есть вопросы, — проговорила Нами, удивляясь, как Ева ластится к Трафальгару. Также она заметила, как Зоро пялится на это всё — его взгляд был тяжёлым, ревнивым. — Нами-сан, не подумайте, он названый брат Евы-сан, — пояснила Робин, смотря, как мечник расслабился. Его плечи опустились, и он отвернулся. Робин улыбнулась. — Чего? — удивился Луффи. — У нас новый брат? Он счастливо улыбнулся, и его улыбка осветила весь вагон. — Классный выбор, Ева! — он поднял палец вверх. Ева засмеялась — первый раз за последние недели. — Так просто? — у Нами дёрнулся глаз. — За что мне всё это, — пробурчал Ло, прикрывая глаза, но в уголках его губ пряталась улыбка. Произошёл взрыв. Потолок туннеля стал рушиться. Крупные обломки падали вниз, поднимая клубы пыли. — Я его рот… — Ева осеклась, поймав детские взгляды. Уши прижались — она чуть не сказала лишнего. — Накрой нас, — скомандовал Ло. Его голос был спокойным. — Хорошо, — Ева вновь превратилась в пантеру и вцепилась в края вагонетки лапами. Её тело накрыло всех от обломков. Когти скрежетали по металлу, хвост напряжённо замер. — Мягенько, — Робин гладила её пузико, и её пальцы утопали в чёрной шерсти. — Да! Мягко и тепло! — воодушевились дети, прижимаясь к Еве. — Харэ меня тискать! — возразила Ева, но в её голосе не было злости. Только усталая нежность. Зоро сам провёл рукой по шерсти — хоть так прикасаясь к ней. Его пальцы замерли на мгновение, а потом он отдёрнул руку, словно обжёгся. — Напомни тебя вычесать, — Ло сплюнул шерсть, выбираясь к её лицу. — О! Ты сам её вычёсываешь? — Луффи уже был тут как тут и откидывал особо крупные осколки в сторону. — Можем позже обсудить линьку Евы, — Ло смотрел вперёд, и его глаза сузились. — Этот туннель проходит сквозь гору. Если он обрушится — мы будем похоронены заживо. — Так хер ли ты такой спокойный? — воскликнул Усопп, переводя взгляд вперёд. — Чёрт! Один из осколков перекрыл рельсы! Мы разобьёмся! Зоро выбрался на край вагонетки. Один удар — и камень был рассечён. Вагонетка дёрнулась и поехала дальше, подпрыгивая на стыках. — Давай быстрее, треклятая железяка! — закричали дети. — Не выражайтесь! — рыкнула на них Нами и кинула злобный взгляд на Еву. — Не смотри на меня, они с дозорными таскались, — фыркнула она, и хвост её дёрнулся. — Почему Цезарь думал, что моё сердце у него? — Смокер наблюдал, как Цезарь проколол чьё-то сердце. Тот лежал прижатым лицом в пол вагонетки. Белый охотник снова вырубил его. — Я просто по доброте душевной решил вернуть ему сердце его секретаря. То, что он сам сделал такие выводы — не мои проблемы, — Ло усмехнулся. — У сестры научился «причинять добро». Ева хмыкнула. Уши чуть приподнялись. — Кто кого ещё научил, — возразила она. — Да вы оба друг друга стоите! — рявкнул Усопп, отходя от этих мрачных личностей подальше. Вот только если от хирурга смерти он мог отойти, то его голова всё ещё щекотала пузо Евы. — Кстати, кто-нибудь тут способен манипулировать ветром? Ведь снаружи сейчас всё заполнено ядовитым газом, — спросил Ло. — Ты рехнулся? С чего бы тут оказаться человеку с такой редкой способностью? — О! Это я могу! — ответила Нами, забираясь на край вагонетки. В её голосе звучала гордость. — Ты серьёзно? — удивились дозорные. Нами запустила поток воздуха вперёд, разгоняя небольшую дымку газа. — Нам повезло, — заключила она. — Даже такое количество обратило бы всех нас, — заключил Ло, и его голос был серьёзным — без тени шутки. Они наконец оказались снаружи. Свет ударил в глаза — яркий, почти болезненный после туннеля. Их встретил Френки в своём костюме генерала. Все дети мужского пола тут же заверещали, глядя на него. Но Ло смотрел в другое место. Ева тоже заметила и спряталась в вагонетке, чтобы её не было видно. Уши прижались к голове, хвост поджат — она вся сжалась, пытаясь стать меньше. — Буйвол! Детка Пять! Ло вышел чуть ближе. Позади него из вагонетки выползали все остальные. Мугивары и смокер встали рядом с ним пока другие дозорные помогали выбраться детям. — Ло? Значит, ты действительно пошёл против Джокера? — крикнула Детка Пять. — Предатель! А ведь он хранил место «Сердца»! — крикнул Буйвол. — Это твои друзья? — спросил Луффи у Ло. — Нет… Это враги, — спокойно ответил Трафальгар. Детка Пять выругалась и ввстрелила в них. Пока облако пыли висело над ними, она спёрла вырубленного Цезаря и прыгнула на Буйвола. Они стали сбегать. — Я разберусь! — заявил Усопп. Ева вышла из вагонетки в форме кошки и прыгнула Ло на шею. Тот уже собрался использовать способность. — Эй-эй, — Луффи остановил его. — Усопп сказал, что сам разберётся. — Нет времени на игры! Если они уйдут с Цезарем… — То есть я… — напомнила Ева. — Картина сохранена, насколько мне известно. — Не недооценивай нашего снайпера, — добавил Зоро, скрестив руки на груди. — Вот не тебе про недооценку говорить, — буркнул Ло себе под нос. Его глаза сузились. Нами присоединилась к Усоппу в атаке и, толкнув крутую речь, они размазали этих двоих. Буквально. — Ло… Разрежь меня и свяжи, — сказала Ева. — Думаешь, поверят? — нахмурился Ло. — Тебе жалко, что ли? — ушастая усмехнулась. Хвост качнулся — игриво, опасно. — О чём вы? — заинтересовался Луффи. — Для них я своя, — пояснила Ева, закуривая. Уши расслабленно опустились. — Джокер уверен, что Ло для меня страшный кошмар, — она театрально взялась за сердце. — Так что посижу чуть расчленённой с этими двумя, а потом через них отправим сообщение. — Расчленённой? — крикнули Чоппер, Усопп и Нами одновременно. — Интересно будет посмотреть, — сказала Робин, и в её голосе прозвучало искреннее любопытство. — Хорошая идея, — согласился Ло. — С какой стороны это хорошая идея? — рявкнула троица снова. — Я тоже против, — добавил Зоро. Его голос был твёрдым, как сталь. — А тебя не спрашивали, — ответила Ева, даже не оборачиваясь в его сторону. Хвост дёрнулся — отрезая, ставя точку. Она посмотрела на задумчивое лицо Ло. — Могу покусать тебя для достоверности, — она улыбнулась ему. — Ты и просто так это делаешь, — напомнил Трафальгар, доставая меч из ножен. — Злорадствуешь? — она выгнула бровь. — А нельзя? — он усмехнулся. — Они чокнутые, — заявил Усопп, глядя, как один режет с улыбкой, а вторая с такой же улыбкой даёт это делать. Причём Ло хоть и использовал свою способность, чтобы потом связать Еву, всё равно порезал её немного — чтобы была видимость крови. Тело с головой отдельно, и к нему примотали ноги и руки. Теперь она походила на связку дров. В таком виде её и швырнули к связанным Буйволу и Детке Пять. Когда те пришли в сознание, то заорали от этого вида. — Не орите, мать вашу, — Ева прижала уши. Хвост дёрнулся — раздражённо. — Ева-сан, вы живы, но как? — голос Детки Пять дрогнул. — Парафиновой лампой об косяк. Как обычно, Детка Пять, — ядовито прошипела Ева. Уши встали торчком. Тут и Цезарь стал приходить в себя. — Олололо, смотрите-ка кто тут! — Рот свой прикрой, или я твои рога пущу тебе через мозг, — прошипела Ева. — Попробуй, ты в положении ещё хуже нас всех, — засмеялся тот. — Аааай! Ева куснула его зубами. — Какого чёрта ты творишь, бешеная? — Ева-сан, нам надо как-то выбираться, — прошептал Буйвол. — Не получится. Нас с рогатым заберут, — она цокнула. — Вас двоих оставят как сообщение для Доффи. — Что? Откуда вы знаете? — удивилась Детка Пять. — Детка… А уши мне на что? — она выгнула бровь и дёрнула ухом. — Точно… Вечно забываю… — Зато я запоминаю… В общем, когда Доффи придёт за вами — передайте ему…

***

Через время Ло пришёл забрать Еву на корабль Мугивар. Он тащил её на плече, держа за верёвки. Все косились на них, но никто не говорил. На удивление, даже дозорные ничего лишнего не пискнули — только отводили глаза. Цезаря кинули в мастерскую Френки. Поэтому Ева теперь свободно могла перемещаться по камбузу. Санджи вызвался составить ей компанию. Чоппер также сидел с ней и бинтовал её раны, что нанёс Ло для вида, причитая, как так можно с сестрой. Хотя сам доктор еще не отошёл от вида детских разрезанных тел когда хирург смерти выводил наркотик. — Чёрт, я про Оникс забыла, — проговорила Ева. Уши опустились — виновато. — Френки-я забрал как трофей, но я ему сообщил, что это твоё, — Ло потянулся к кружке кофе. — Успел ровно перед тем, как он собирался его разобрать. — Боже… — Ева прикрыла глаза. — Я говорила, что обожаю тебя? — Не припоминаю, — улыбнулся Ло. — Врун, — она засмеялась. Уши чуть приподнялись. — Зато припоминаю про документы, — напомнил он, и Ева дёрнулась. Хвост напрягся. Она запустила руку во внутренний карман куртки и достала несколько листов, сложенных в четверо, и протянула Ло. Он принял их и начал читать. На его лице не дрогнул ни один мускул, но пальцы сжали бумагу крепче. — Потом Чопперу отдай, — сказала она, и Ло кивнул, не отрываясь от текста. — Ева-сан узнала о себе? — любезно поинтересовался Санджи. — Что-то новое узнали? Он поставил перед ней банановое молоко и положил пачку сигарет. — Обожаю тебя, Санджи, — она потянулась к сигаретам. — Привет, мои родненькие, любименькие мои, как я по вам скучала. Ло покосился, как Ева целует пачку сигарет, и вернулся к чтению. Его бровь дёрнулась — но он промолчал. — Ну, если коротко — то Нива мертва, я родная сестра Луффи, хотя был шанс, что я его тётя, но прокатило, — она подкурила сигарету и затянулась. — Ещё я какой-то особый минк, и, походу, меня пытались скрестить с человеком, но вышла дрянь. Повисла тишина в камбузе. Чоппер, который складывал инструменты в кейс, замер. Санджи отложил нож и тоже закурил. — Что значит «пытались скрестить с человеком»? — переспросила Робин. Её голос был спокойным, но в глазах застыла тревога. — Если верить записям, то Ева не является человеком, — сказал Ло. — Но разве это… — Ева поморщилась. — Возможно — между видами? Ло понял, о чём она. — Тут больше вопрос к так называемому «человеку». Возможно, он также не совсем человек, — предположил Ло. — Пустим на опыты? — предложила она. — Проведём тесты, — поправил он. — Пустим на опыты! — заключила она, кивая. Уши озорно дернулись. Тут залетели остальные в камбуз. Луффи тут же повис на Еве. — Чоппер, вы чего такие? — спросила Нами. — Они узнали, что Ева-сан и наш капитан — кровные брат и сестра, — пояснила Робин. — Да ну? — удивился Луффи. — Не удивительно, — махнула Нами. — Ты не понимаешь! Ева — не человек! А Луффи — человек! Это просто невозможно! — заявил Чоппер, наконец собравшись с мыслями. — В смысле — Ева не человек? — не понял Усопп. — Генетически Ева является химерой из нескольких рас, при этом ещё и генетически модифицирована. Её родство с Луффи составляет примерно 23 процента, что полностью подтверждает происхождение от человека. Но при этом им самим она не является, — пояснил Ло. Хотя только запутал. — И что это меняет? — спросил Зоро. Его голос был ровным — слишком ровным. — То, что Вегапанк умеет создавать новые виды живых существ, но при этом клепает роботов-пацифистов, — пояснила Робин. — А ещё батя Ло меня спас, когда мне было три? — она повернулась к Ло. — Два, — поправил он. — О! Так сколько Еве лет? — спросил Луффи. — Кстати да, мы так и не знаем её точного возраста, — задумался Усопп. — Её телу — двадцать, — выдал Ло. — Что значит — «телу»? — скривился Усопп. — Для всех вас прошло два года, — начала Ева. Все посмотрели на неё. Она облокотилась на спинку кресла и пускала дым в потолок. Уши опущены, хвост замер. — Но для меня прошло 37 лет… В камбузе упала тишина. Каждый осмысливал сказанное. Слышно было только, как скрипят доски палубы и где-то далеко кричат чайки. — Пока её тело лежало в коме полгода, — начал пояснять Трафальгар, — её сознание жило… другую жизнь. — А я всё равно старше, — выдал Брук. — Сколько? — спросила Ева переводя на скетела глаза но не голову. — Где-то 93, если точно помню. — А мне получается 57… Она почувствовала, как рука Луффи сильнее сжалась на её талии и ногах. Уши дрогнули. Она погладила его по волосам, но он не улыбался. — Эй, ты чего? — Ева ткнула его в щеку. — Получается… — он посмотрел на неё тяжёлым взглядом. — Я самый младший? — Э… Ну да? — ответила она, криво улыбаясь. Хвост дёрнулся — нервно. — Так не честно! — закончил он. — Я думал, ты помладше! А ты теперь старая! У Евы дёрнулся глаз. Уши встали торчком, хвост распушился. — Я твой рот в узел завяжу, гадёныш! — прошипела она, начиная тянуться за его щеками. Он стал распутывать её из своих конечностей и отступать. — Эй-эй-эй! — Я тебе нос оттяну, как у Усоппа, и сзади вставлю — будешь чайник косплеить! — она побежала за ним. — Я не хочу быть чайником! — Луффи открыл дверь и выбежал на палубу. — Это всё? Или есть ещё что-то, что мы должны знать? — уточнила Нами. — Это только часть, остальное — на её усмотрение, — ответил Ло, перечитывая документы уже по третьему кругу. Его всё не покидала тревога за то, что отец оказался тем, кто хоть и косвенно, но связан с её созданием. Если верить бумагам, он был тем, кто следил за её состоянием. Но было бы логично, если бы он следил за ним постоянно, а не только в какие-то промежутки времени. Информация была неточной. Много пробелов. Часть дат скакала и будто вообще была стёрта. Да, это была крупная подвижка в понимании создания Евы, но в масштабе её самой это была просто пыль в глаза. — Енот-я, подготовь седативное для крупных кошек, — кинул он, не отрываясь от текста. — Я северный олень! — рявкнул доктор. — Седативное? Что ты хочешь сделать? — Я лично — ничего. Но у неё очень шаткая психика. Лучше иметь запас на всякий случай, — пояснил он. — Всякий — это какой? — икнул Усопп. — На тот, в котором рядом с ней не будет её брата, что смог бы её сдержать, — выдохнул Трафальгар, потирая переносицу. Одновременно читать и что-то объяснять выматывало. — У нас есть Зоро на такие случаи, — Нами ткнула пальцем в мечника. Ло усмехнулся. — Они не знают? — Трафальгар посмотрел на мечника. — То, что он придурок, который потерял бибикарту? — знаем, — ответил Санджи. — Она сгорела, мать вашу! — рявкнул Зоро. — Судя по твоему лицу, они не о том говорят, — заметила Робин. — Верно. Совершенно. Даже не близко, — кивнул Ло. — Так может, просветишь? — Нами сложила руки на груди. — Не мне разглашать личную информацию сестры. Она сама решит, когда рассказать об этом. Если, конечно, соберётся. — Так она не обижена на то, что Зоро думал, что она погибла? — уточнила Робин. — Могу лишь сказать, что это меньшее из его грехов, — ответил Ло. Теперь все перевели взгляд на мечника. — Признавайся, тупоголовый маримо! Что ты натворил с нашей прелестной Евой-сан? — Да чтоб я знал вообще? И кто это из нас ещё тупоголовый? Имбицильная ты поварёшка!

***

Ева бегала за Луффи уже с улыбкой. Спустя пару минут она снова забежала в камбуз, но на этот раз в виде кошки — и сразу спряталась в плаще Ло. Тот никак не реагировал. Только рука сама потянулась к её загривку, чтобы почесать. — Аоэ? Она же точно сюда забежала! — Луффи не видел сестры. — Траффи, ты не видел Еву? — Ищи сам, — отмахнулся он. Луффи выбежал обратно на палубу. В камбуз вошли Кинемон и мальчишка. — О, мужик вылупился, — Ева вытащила мордочку из-под плаща. Уши торчком, глаза блестят. — Говорящая кошка! — громко удивился Кинемон и пацан. — Вылупился? — удивилась Робин. — Ну да. Газ же не убивает, а просто облепливает костным наростом для сохранения. Это как консервация, — пояснила Ева, и хвост её качнулся — довольно. — Так ты знала, что он жив? — крикнули Усопп и Брук. — А почему им быть мёртвыми, если сердце бьётся? — она наклонила голову. — А сказать? — возразили они снова. — Напомню, что я малясь занята была. Как-то не до разговоров было, — выдохнула Ева, скручиваясь клубком на коленях Ло. Уши расслабленно опустились. Где-то на фоне Луффи звал Еву. — Ева-сан, — начал Санджи. — Поправьте, если я ошибаюсь, но вас я не чувствую Волей Наблюдения. — Кстати да, — кивнул Усопп. — Ага, поэтому могу врать или прятаться в виде кошки на видном месте, — зевнула она, потягиваясь и чуть пуская коготки в плащ Ло. — Ты когда последний раз спала? — спросил её Ло, поглаживая по спинке. — Неделя где-то, — ответила она сонно. — Луффи ждала. Пока нас к тебе не отправили. — Неделю? — удивились Чоппер и Усопп. — Спи, мы пока обсудим план, — проговорил он. — Ло, ты не на том корабле, чтобы мне указывать, — хмыкнула она, но больше формулировать мысли не могла. Сон забрал её. Уши обвисли, хвост расслабился. Луффи влетел в камбуз. — О! Вот ты где! — Луффи улыбнулся. — Санджи, мясо! — Тихо! Ева-сан не спала неделю! — шёпотом рявкнул он на капитана. — Будет тебе мясо. Луффи посмеялся и сел рядом с Траффи, начиная чесать Еву под лапками. От этого она повернулась пузиком кверху во сне, и он начал её гладить. Ло дёрнул бровью, но решил не мешать — только поправил плащ, чтобы Еве было теплее. — Такая милая, — проговорила Робин. Братья не ответили. Но Луффи улыбнулся. А Ло скрыл улыбку в вороте пальто.

***

Дофламинго нашёл Детку Пять и Буйвола, в море, на спасательном плоту. Но лишь головы. Они стояли на ящике, между ними находилась муши с характерной шапкой. — Молодой господин! — Ло и правда предал нас! Мы не смогли ничего сделать. Мы готовы лишиться жизни в наказание. — Успокойтесь, — осадил он их. — Всё нормально, не надо извиняться. Ден ден муши Ло открыла глаза. «Надо же, сам босс собственной персоной. Удивлён, что ты поднял свой зад и явился лично». В голосе Ло была тонна яда. Доффи смотрел на ден ден муши, и его желваки играли от злости. — Ло… Сколько лет, сколько зим. В последнее время нам сложно встречаться лично… — проговорил Доффи сквозь зубы. «Если ты ищешь Цезаря — он у меня». Цезарь вопил на фоне, чтобы Джокер спас его. — Где тела Детки Пять и Буйвола? — спросил Доффи. На плоту были лишь их головы. «Кто знает. Но сейчас не об этом, — Ло перевёл тему. — Я хочу заключить сделку». — Придержи коней, Ло, мал ты ещё для того, чтобы вести такие разговоры, — засмеялся Дофламинго. Джокер услышал тихий смех из ден ден муши. Он резко замолчал. — Ева у тебя? — он стал серьёзнее. - Он разрезал её на кусочки и забрал вместе с Цезарем, — сказал Буйвол. - Но не через свою чёртову способность, — добавила Детка Пять. Вена на лбу Джокера вспыхнула. — Я лишь вернул то, что принадлежит мне по праву, Джокер, — сказал Ло с ухмылкой. — Не зли меня, пацан! Где ты сейчас? — рыкнул Дофламинго. — Не злить? Не напомнишь, кто там твой главный бизнес-партнёр? — Ло хмыкнул. — Ах да, Кайдо, царь зверей. Вот уж точно кого не стоит злить. Интересно, что же будет, когда он узнает, что ты больше не можешь делать дьявольские фрукты… Вряд ли он отнесётся к этому с пониманием. Я полагаю, тебе не нужна война с ним… Хотя… Он ведь просто размажет тебя… — Хватит валять дурака! Каковы твои условия? — рявкнул Дофламинго. — Твоя отставка! Ты должен уйти с поста шичибукая! — выдал Ло. Детка Пять и Буйвол стали возмущаться. — Просто откажись от того, что ты создавал эти десять лет, — усмехнулся Ло. — Станешь вновь пиратом… Хотя адмиралы тогда от тебя не отстанут… Даю тебе срок до завтрашнего дня. Если в утренних газетах сообщат о том, что ты отказался от титула шичибукая, я свяжусь с тобой. Если там ничего не будет — сделка отменяется… До скорого! — Подожди, пацан! Но Ло сбросил трубку.

***

Трафальгар выдохнул и опёрся головой о борт. Ева лежала на его коленях, и он гладил её уже сам того не замечая. Его пальцы зарывались в её шёрстку. — Тебя надо вычесать, — напомнил он. Она лишь дернула ушком. — Давай вставай, маленькая пушистая задница, — он поднял её на руки, но она растеклась наподобие жидкости. Цезаря давно увели обратно в недра корабля. Она уже проспала пару часов на нём и проснулась, когда нужно было сыграть для звонка с Дофламинго. Хотя Ло вновь разрезал её, но на этот раз порезы они перебинтовали кровавыми бинтами для эффектности — чтобы вновь не резать. Ева стала увеличиваться в размерах и теперь заняла всю палубу. — И правда выросла, — удивилась Робин, сидя чуть повыше в лежаке за книгой. — Теперь ещё больше шерсти, — Нами устало выдохнула. Ло развернул сферу вокруг Евы и стал отделять отмершие волоски, складывая их в одну кучу. — Ого! — Луффи крутился вокруг, следя за процессом. — Удобная способность, — прокомментировал Санджи. — Вот только она не для этого, — тихо буркнул Ло. Он быстро закончил и свернул сферу. Луффи сразу же прыгнул на большую пантеру и стал тискать её. — Я тоже хочу! — Усопп залез на Еву и стал валяться. — Так тепло и мягко! За ним полез и Чоппер. — Придурки! А ну слезли с Евы-сан! Она вам не батут! — рявкнул Санджи. — Нормально, — тихо зевнула Ева, поворачиваясь и надувая животик, чтобы Луффи было удобнее прыгать. Уши расслабленно свисали. — Йухууу! У Ло дёрнулся глаз. Ева совсем расслабилась. — Расслабься, Ло, — промурчала она. — Я тоже не сидела сложа руки всё это время, ожидая, что Луффи окажется на Дресс Розе. Там работы… Поэтому нужно отдохнуть перед тем, как вновь окунуться в это дерьмо с головой. — Не выражайся! — рыкнул на неё Кинемон. Она подняла голову и смотрела, как на ней теперь прыгает тот пацан, что раньше был драконом. — И не начинала даже, — лениво ответила она, опуская голову обратно. — А с кем ты разговаривал? — поинтересовался Луффи. — С Джокером. — Шичибукай? Это же очень опасный человек! — рявкнул Усопп. — Это не важно, план уже приведён в действие, — ответил Ло. — Что за план? — спросил Зоро. — Да точно! Траффи, расскажи всем! — крякнул Луффи. Все подошли ближе, так или иначе используя Еву как диван на палубе. Ло рассказал, что их план включает себя объявление войны йонко Кайдо. — Мы заключили альянс против йонко? — заорали самые неподготовленные к этой информации. — Йонко? Ну наконец-то хорошие новости, — улыбнулся Зоро. — Да в каком месте они хорошие-то? — возразил Усопп. — Так стоп! — вклинился Усопп. — Луффи, объясни нормально, чтобы мы могли принять решение. — Конечно! — Луффи обнял Ло за плечи. — Наша команда и команда Траффи образовали альянс! Так что прошу любить и жаловать. — Я против! — возразил Усопп. Ева накрыла его своей лапой. Тяжело так, припечатала к палубе. — Возражений нет, — сказала она. — Ты же знаешь Луффи, — Санджи обратился к Усоппу, торчащему из-под лапы. — Если он что-то решил… — Тем более что Трафальгар-сан — брат Евы-сан, — добавила Робин. — Но хочу тебя предупредить, — теперь Санджи подошёл к Ло. — Ваши предложения об альянсе… Наверняка сильно отличаются… Так что я тебя предупредил… Ева хохотнула и убрала лапу с канонира. Хвост качнулся — довольно. — Это объясняет, почему Луффи вдруг стал использовать слово «похищение», — продолжил Санджи. — Во всяком случае, та паршивая овца действительно так ему нужна? Ло объяснил команде, что у каждого могущественного пирата в Новом мире есть своя территория, бесчисленное количество подчинённых. Тем не менее сделки проводятся в тени, чтобы не привлекать внимание дозорных. Свои сделки они проводят через посредников. Самым надёжным воротилой сейчас является Дофламинго — а точнее, Джокер. Его крупнейшим клиентом является Кайдо, царь зверей. — Что? — Кинемон и пацан уж слишком среагировали. Ева перевела на них взгляд, и они стушевались. Уши напряглись — она запомнила эту реакцию. — Нашей текущей целью является победа над Кайдо, — продолжил Ло. — И для этого нам нужно ослабить его боевую мощь. Кайдо в больших количествах скупал искусственные дьявольские фрукты, что производил Цезарь. — Искусственные? — уточнил Усопп. — Значит, у него целая армия фруктовиков? — Верно. Но поскольку они искусственные, их использование связано с определённым риском. — Сейчас у Кайдо где-то в районе пяти сотен фруктовиков, — добавила Ева. — Я голосую против! — снова начал Усопп. — И я! — согласились Нами и Чоппер. — Замолчите, — выдохнул Зоро. — Теперь мы по крайней мере уверены, что это число не увеличится. — Но на Дресс Розе остался ещё завод, — продолжила Ева. — И нам надо его уничтожить? — спросил Френки. — Верно, — кивнул Ло. — О! Кин, ты пойдёшь с нами? — спросил Луффи. — Конечно! Один из моих товарищей томится там в плену… — ответил он, принимая позу… боевую, но странную. — По поводу этих двоих, — Ева прищурилась в их сторону. Уши встали торчком. — А что с ними? — Луффи наклонил голову. — Они называют себя сын и отец, но при этом таковыми не являются. Да и тем более, судя по одежде, они из Вано… — Чёрт, — Кинемон сделал шаг назад. — А-рэ? — Луффи удивился. — Объяснитесь? — спросил Зоро. — Раз вы затронули эту тему, мисс Кошка, то пусть Зоро-сан сразится со мной! — заявил Кинемон. — Че? Это ваще как связано? — Ева моргнула. Уши опустились — она была в полном недоумении. — Я серьёзно ошибся в тебе. То событие потрясло нашу страну! Осквернение могилы величайшего рюгероя! И это был ты! — начал Кинемон, атакуя Зоро. Но тот легко уворачивался. — Чёрт, — Зоро увернулся от очередного удара. — Да дай ты объяснить! Ты ошибаешься! — Да? Тогда извольте спросить: почему у вас на поясе клинок величайшего героя Рюмы — Сюусуй? — не унимался Кинемон. Так продолжалось, пока солнце не село. Тени стали длинными, а вода за бортом — чёрной. — Похоже, они ещё полны энергии… — Санджи вышел на палубу, наблюдая за этими двоими. — Ева подпитывает Кинемона! — оповестили Усопп и Чоппер. Ева довольно оскалилась. Зоро молча принимал этот факт и защищался. На его лице не было злости — только усталая обречённость. — Вот как… Кто будет пиццу? — Пиццу? Если это изготовил он, то должно быть вкусно, — Кинемон осмотрелся и не нашёл мелкого. — Могу поинтересоваться, где Момоноске? Он уже отошёл ко сну? — Он в ванной с Робин, — ответила Нами. Санджи, Брук и Кинемон тут же полетели… В ванну. Чтобы проверить или чтобы отчитать мальца… — Озабоченные, — прокомментировал Зоро с выдохом облегчения, возвращая меч в ножны. Ева усмехнулась. Кто бы говорил. Небось там с этой розововолосой два года забавлялся. Она скривилась от своих же мыслей и стала потягиваться. Хвост выгнулся дугой. Усопп и Чоппер отрыли где-то броню и ходили, караулили, боясь, что шичибукай на них нападёт. — Расслабьте очко уже, лучше идите спать, а то потом шанса не будет, — посмеялась Ева. — Ага, чтобы мы уснули — и на нас напали? — возразил Усопп. — И вообще, ты ругаешься не лучше тех дозорных. — Я тебе больше скажу, — она опустилась на заговорщический шёпот. — Это заразно. Усопп икнул. Она посмеялась. — Но я постараюсь не выражаться… При детях… — она ухмыльнулась и посмотрела на Усоппа, как бы говоря, что именно его сейчас назвала ребёнком. — Эй! Она рассмеялась. Уши озорно дернулись. — Ева! — её позвал Ло. Она подняла глаза. — Я чуть вздремну, ты со мной? — Заманчиво, чуть позже приду, — она улыбнулась. Он кивнул и ушёл. Пальто скрылось в дверях камбуза. — Вы точно брат и сестра? — выгнул бровь Усопп. Спать ему совершенно не хотелось. — Ну да, — она повернулась к канониру. — Есть сомнения? — Ну, он ведь только что буквально позвал тебя в свою постель, — шёпотом сказал носатый, косясь на Зоро. — А ты забыл, каково спать с Луффи? — она выгнула бровь, напоминая, как в самом начале их знакомства они спали кучей и все были связаны его конечностями. — Да и тем более мы привыкли уже. — Ты, кстати, так и не рассказала, как так получилось, что Хирург Смерти стал твоим братом, — навёл на рассказ Усопп. Он сел, намекая, что готов слушать. — Ну, он спас мою жизнь, — она стала загибать пальцы. — Жизнь Луффи и Эйса. И если с ними всё было ещё просто, как он сам выражался, то со мной им пришлось повозиться. — Им? — Помнишь белого медведя? Бепо. Усопп кивнул. — Они ухаживали за моим телом. У меня не было сердца, и Ло соорудил механизм, который качал кровь вместо него, — она отвела руками. — Когда я очнулась, то совершенно не могла управлять своим телом. Училась жить заново. Он носил меня, мыл, спал. Подпитывал энергией. Я первое время коснуться даже толком никого не могла… Всех отрубало… Она погрустнела, вспоминая, когда ничего не могла. Как он выхаживал её словно ребёнка. И как она могла подумать, что он делал это из-за личной выгоды… Хотя так было бы проще… — У меня, кстати, тогда волосы порыжели, — хмыкнула она. Зоро позади дёрнулся от этой информации. — Как порыжели? — уточнил Чоппер. Ему было интересно узнать подробности о том, как Ева восстанавливалась. — Проснулась — и уже рыжая. Было очень непривычно, — она улыбалась, когда говорила это. Уши чуть приподнялись — воспоминание было тёплым. — А как ты в итоге восстановилась? — поинтересовался Чоппер. Ева кашлянула. — Не важно. — В смысле — не важно! Это очень важно! Я как врач должен знать, как помочь тебе в трудную минуту! — заявил Чоппер. Ева рассмеялась в голос. — О, наш милый доктор, мне помог… Так скажем, фруктофик. Очень редкий, — уклончиво ответила она. Хвост дёрнулся — нервно. — Дура! Твоя лесть не делает меня счастливым! Ева смотрела на него с умилением. — А что за фрукт? Видимо, хороший человек раз помог, — заинтересовался Усопп. Ева смела улыбку с лица. Уши опустились, хвост замер. Усопп поймал перемену в её настроении. — Пойду к Ло, ему стоит выспаться после всего этого… — она встала и направилась к лестнице. Прошла мимо Зоро, что сидел у мачты, но не обратила на него ни малейшего внимания. Она легла под бок к Ло. Тот приоткрыл глаз, приобнял её. Она стала мурчать — низко, расслабленно, и он заснул обратно с улыбкой.