Часть 1

Джим кутался в пальто, стоя на крыше десятиэтажки в которой Фелиция обычно собирала своих людей. Ночь. На плече белая ворона с ошейником. Зима. Он периодически смахивает белый снег со своих черных волос. «Подожди меня наверху», – бросила ему Фелиция буквально только что, когда Джим пришёл к ней «отчитаться» о проделанной работе. Глупая девчонка. Думает, что может им командовать. Главная она, видите ли. Элитарная особа. У неё собрание, а Джим подождет на присыпанной снежком крыше. Блеск! Джим рыкнул и несильно пнул парапет. Если бы не этот тупой долг... Он терпеть не мог приказов. Особенно от не особо умной, зазнавшейся девчонки. Хотя стоило признаться хотя бы самому себе: Фелиция вовсе не была «не особо умной». Скорее наоборот. Умна до одури. Или даже не так. Хитра! Вот это про неё. Глупышка не смогла бы надурить целого гениального учёного, вроде него. Да, определенно достойная соперница. Джим усмехнулся, вспоминая её повадки. Перепады настроения. Постоянные попытки красоваться, играть на публику. Не то, чтоб он так не умел... Да, он не умел! Его асоциальность нередко играла против него в больших, групповых заданиях, а она... Она могла всюду. Джиму вспомнилось, как легко Фелиция располагала к себе людей, не замечая, как он наблюдал за ней. Это не тоже самое, что при их условно второй встрече на байкерском стадионе. Никакого показушничества. Когда ей надо — она отлично вписывалась в окружающую среду. Н-да... Ещё и идеальная актриса. Хах! Вис стоило бы у неё поучиться такому мастерству. Да и способности этой девушки к мгновенно перевоплощениям из милой девочки с большими анимешными глазами в ту, кто прижмет к стенке и станет недвусмысленно угрожать, поражали. И будоражили. Мммм... Да. Джиму это определённо нравилось. «Стоп. Что это тебе нравится?! —мысленно возмутился Джим. — Фелиция? Фелиция Доан тебе нравится?! Ты с ума сошёл... Не-не-не. Нет. Никакой мило-агрессивной девчонки в твоей жизни. Не-а. Ты просто. Выполняешь. Работу! — он стукнул себя по голове. — Мысли в ЭТУ сторону для тебя заблокированы, ясно? Всё! Замочек зарылся, а ключ тю-тю!» Сознание противилось такому лютому бунту против его «ненавязчивого предложения». Оно взбунтовалось. Вечно так. Чуть обозначить чёткую позицию против своих же мыслей, как они нападают с тройной силой. «Почему? – проносились против воли в голове у парня. – Она красива, умна, обаятельна и до жути харизматична». — Она преступница! — сказал он вслух сам себе. Белый ворон вопросительно каркнул. «Ты тоже, – услужливо подсказывало сознание». — Нет. Брось это. Жесть, я и не думал о таком до этого момента! Почему мой мозг объявил войну мне же?! «Ты думал. Просто отмечал её плюсики и отпадный вайб. Даже, когда она прижала тебя к стенке. В буквальном и переносном смысле. И это не война. Просто предположение. Вы бы подошли друг другу, если б сошлись. Что мешает?» — Я завязал с прошлым. Почти. Мы классно смотрелись бы РАНЬШЕ. Сейчас я другой. И у меня всё ещё есть Эми. «Та самая, которая девушка ТВОЕГО ЛУЧШЕГО ДРУГА? Завязал он со злодейством. Как же». — Я её и не трогаю! Но эта девчонка по серьезке засела в моей голове и это неправильно выбирать одну девушку, когда влюблён в другую. «Резонно. Ну держись». — И буду держаться! «Замечательно!» — Шик! «Ты споришь с самим собой». — Что? «Что?» Бр-р-р. Джим потряс головой, сбрасывая напряжение. Он торопливо достал воду и салфетки из сумки, висевшей у него через плечо, и, открутив крышку бутылки, вылил немного холодной воды на салфетку, протирая лицо. Да... То, что нужно. Джим облокотился на перила на краю крыши, подставляя лицо морозному ветру. Приятное ощущение прохлады уже потихоньку отступающей зимы. Не мороз и вьюга. Как раз то, что надо. Мысли отступают... «А шансы заболеть с мокрым лицом на холоде повышаются». — Зависни. Парень открыл глаза, вглядываясь в ночной город. Ох... Когда-то он так же стоял на крыше лаборатории просто отдыхая от тяжёлых умственных трудов. А когда-то и злодейничал на ней же. Джим усмехнулся. Бедняжка Мартик. Поди перепугался в тот раз, когда он чуть не сбросил его с крыши. Точнее в те разы. Парень поднял руку и пальчиком легонько погладил по голове ворона Карыча, всё ещё сидевшего у него на плече (и почему-то пропустившего все моральные страдания хозяина). Тот только мирно перебирал свои пёрышки, но когда Джим до него дотронулся, то ворон сразу же захлопал белоснежными крыльями и протяжно заголосил: — Кар-кар-кааааааааааарыч! Джим скривился и потер ухо. — Ц! Ты хоть и хороший птиц, но очень громкий. Белый ворон издал крайне недовольное «кар-р-р». — Брось, ты у меня всё равно умница. Братоспаситель. Голодный? — Кр-рааааааааа! Цок-цок! — Сейчас. Парень достал из кармана пальто белую металлическую коробочку и, со скрежетом открыв её, протянул ворону эту «мисочку». Тот довольно зацокал и начал ворошить содержимое клювом, в основном выбирая кусочки миндаля или сушёной черники. — А ты у меня, оказывается, гурман? Карыч выудил из коробочки крупный грецкий орех в скорлупе, взмахнул крыльями, поднимаясь с орешком в воздух, и с приличной высоты бросил его о землю. Орех с треском разбился, чему ворон оказался несказанно рад, тут же спускаясь на землю и подбирая лакомые кусочки. Доев и довлетворённо свистнув, Карыч снова взлетел, приземляясь на этот раз к Джиму на голову. Он взъерошил прилизанные лаком волосы Джима, стремясь сделать из них гнездо и пачкая причёску кусочками ореха, всё ещё падающими из его клюва. — Так. Не наглей. Джим грубо столкнул птицу с головы, но та, взлетев и сделав круг, опять приземлилась обратно, нахально каркая. — До чего же ты упёртый! — Кааааар-ра-ра-ра! — ПРЕКРАЩАЙ РЖАТЬ! Птичка ничем не смутилась, а лишь начала «чистить хозяину пёрышки» выуживая оттуда лишние орехи. — Кыш! — Джим махнул рукой. — Глупая птица. — Почему же? — раздался голос у него за спиной. — Наоборот. Очень умная птичка, Джимми. Хаюшки. — Привет, — сухо ответил парень, разворачиваясь к своей работодательнице-одногодке. Серьёзно, ну как можно стать к девятнадцати такой влиятельной? Фелиция раскачивающейся походкой подошла к Джиму и встала рядом, запахивая плотнее своё экстравагантное, пятнистое, полурозовое-полуголубое пальто с мехом по краям. Оно было кротким, практически в стиле топа, но её это не слишком смущало. Снегурочка злодейского пошива. Ещё и эти голубые кончики коротких, белых волос придавали нужный шарм. Джим поймал себя на том, что слишком долго рассматривает своего условного врага-работодателя-долгопрощателя и поспешил перевести взгляд на город, пытаясь придать себе максимально невозмутимый, стандартный, грубоватый вид. Он нервно отряхнул плечи от припорошившего его снежка и застегнул все пуговицы на пальто, по самую шею, паралельно всё же сгоняя птица с головы. Фелиция, видя, как ворон неохотно улетает и опускается на вентиляцирннте отверстие поодаль от них, наигранно вздохнула: — Птичку жалко, Джимми. Белое на чёрном смотрится отлично. — Сам разберусь. Не лезь. — Фу, как грубовастенько. Мне всё ещё нравится. Джим незаметно прикусил губу. Ей нравится?.. Девушка повернулась спиной к перилам, расслабленно облокачиваясь на них. — Какие новости? Принёс? — Да. Держи. Джим, не глядя на девушку, протянул ей бумаги. Фелиция взяла их и осмотрела на предмет подлинности. Затем внезапно печально глянула на парня и расстроенно протянула: — А в электроооонном виде? — Бери че есть и не выделывайся. Компромат есть компромат. В бумажном или в электронном виде — не важно. — Ты своенравная зануда, Джим. И лентяйчик. Редкостный. — Могу забрать обратно, если не по вкусу, — он потянулся к бумагам, но Филя ловко одернула ручку с документами подальше от джимовских лап. — Не, меня почти всё устроило. Убери свои ручонки, — она начала непринуждённо листать бумаги. — Но знаешь... Меня же устроило именно ПОЧТИ всё. Что ты там устроил? — В смысле? — Я простила по тихому забрать документы у этого паршивого гостя «Мимозы». Разрешила даже в бильярд параллельно поиграться. А ты? — А что не так-то?! — Ничего в сути, Фелиция внезапно бросила бумаги на бетон, развернула Джима спиной к перилам и схватила его за ворот пальто, отчего пуговицы жалостливо затрещали. — НИЧЕГО, КРОМЕ ТОГО, ЧТО МОЮ МАМУ В СЛЕДСТВИИ ЭТОГО ПОСАДИЛИ, ИДИОТИНА! Парень постарался быстро схватитися руками за железные перила, чтоб не грохнуться на землю. А до земли там далеко. — Эй! Я не виноват!!! Ворон, увидев это, тут же слетел и попытался клюнуть Фелицию, но та лишь на секунду оторвавшись от Джима, поймала ворона, быстро проводя пальцем по ошейнику, уменьшая Карыча до размера мышки и тут же, не давая обоим опомниться, вернулась к Джиму. Джим на мгновенье потерялся, глядя на маленького вороненка, летающего у его шеи. — Ты откуда об этом знаешь?.. — Я знаю о тебе столько, сколько нужно, чтоб держать тебя в узде. Если вкратце, у меня есть нужные друзья и ещё, — она прищурилась, — не стоит так неаккуратно улетать на огромных птицах из мафиозного дома, зная, что тебя могут увидеть. Вернёмся к нашему дельцу. Что. Ты там. Вытворил? — Да ничего! Я же сказал тебе: не я там виноват! — А кто виноват? — сказано это тихо, зловещим шепотом, пробирающимся в самое сознание. — Да там всё случайно вышло! Кто-то сдал вашу лавочку полиции! — Даааа? Ты появился там и появилась полиция. Какое совпаденице. — Я скоро начну испытывать дежавю, — сердито буркнул под нос Джим. — Что, знакомая ситуация, м? — она усмехается, прижимая его сильнее к железным перилам. — Не первый раз уличают в предательстве? Джим сдул со своих, упавших на глаза волос, снег. — Да каждый день такое. — Не удивительно. Людишки привыкли, что ты предатель. Верно? — Может отпустишь меня и я докажу, что не верблюд? — Чего ради? — Того ради. Это же кафешка твоей мамаши? Значит там много камер. Доступных тебе. — Даааа. Ты прав. Я уже посмотрела записи. Она отпустила его так же внезапно, как и схватила. — Я увидела там кое-что подозрительное. Тебя. И Марти. И ещё Касси. Вы всегда толпой ходите? — Стооооп-стоп-стоп. Первое: ты ЗНАЛА ОБО ВСЁМ И ВСЁ РАВНО НА МЕНЯ НАБРОСИЛАСЬ?! Второе: ты же не задумаешь месть вселенского масштаба лучшему другу и его девушке за то, что те по сути просто ловят преступность, занимаясь адекватной работой? — Первое: камерки есть не везде и я должна была убедиться, что ты реально ни при делах. Когда тебя резко хватают за шиворот, то признаница, если таковые имеют место быть, слетают с губ быстрее. Это мой личный метод отбора людей для работы. Второе: нет, я не собираюсь мстить. Это тупо. Эти двое понятия не имеют даже о том, что Мазен — моя мать. Даже в принципе Мартин не знает о самом НАЛИЧИИ у меня семьи, как таковой. Он же всё ещё воспринимает меня, как детдомовку, — она улыбнулась чуть пугающей улыбкой. —А ты же не сказал им, кто такая Мазен? Джим поёжился. — Нет. Фелиция задорно хлопнула в ладоши. — Славно! И не говори. Я с мамочкой как-нибудь сама разберусь. У меня и в тюряжке свои связи, — девушка ненадолго замолкла, глядя на Джима, который увеличивал ворона обратно, уорча под нос о несносных бандитках. — Итак... Не считая погонь, твоего братца Марти и... Непредвиденных обстоятельств... В остальном в твоей жизни всё нормалек? Джим скривил нос. Что за вопросы? Его личные дела ее не касаются и пусть не думает, что это может измениться. — Я должен тебе «отчитываться» и о том, как прошёл мой день? — Ну что ты. Мне просто интересно. Тебе... Понравилось? Понравилось?.. Что она имеет в виду? — В смысле? — грубовато, сдвинув брови спросил он. Она его начинала напрягать сильнее прежнего. — Ну... Частичка прошлой жизни как-никак снова проникла в твою реальность. Как ощущеница? — Отвратно. Фелиция рассмеялась и наклонилась вниз, набирая в руки снег, красиво припорошивший бетон крыши. Слепила снежок. — Брооось. Тебе по кайфу было, — она с размаху бросила снежок в Джима, который тут же пригнулся, не позволяя грязному снегу запачкать его идеально чистое пальто. — Ненормальная, — снова буркнул под нос парень, поглядывая на Фел. —Только что же готова была меня убить. А теперь снежки. — А я всё слы-ы-ышу. Тебе не нравятся снежки? — Да, мне не нравится идея брать грязный снег и кидать его в лицо. Мне в лицо. — М-м-м! Нудишь, как Март. Вкусно-о-о. — Вы как с ним вообще познакомиться умудрились? Еще и подружились. Это же как... Как сложить вместе два магнита с одинаковым зарядом! — Как я уже упомянула, он говорит обо мне, как о детдомовской. И он там пробыл какое-то время. Сложи две двойки. — О-о-о-о, погоди. Ты из Околоверья? Вот на этом моменте даже Джиму стало интересно. Марти не любил упоминать о людях с которыми познакомился в детском доме и теперь понятно почему. Тут сплошное непотребство! — Не, я местная до мозга костей. Просто... Меня спрятали там, — она замолчала на несколько секунд и продолжила чуть тише. — В этом паршивом детдоме... — Фелиция потёрла предплечье ладонью. — В смысле? — Ох! Ну... — она подняла глаза к небу, стараясь улыбнуться. — Там всё сложно. — Тем более. Мне нравится разбираться в сложных вещах. — Зато ты ненавидишь случать о сопливых чувствах, я уверенна. Джим отошёл чуть дальше и сел на стоящие рядом деревянные ящики. И кто только их тут оставил? — Честно? Да, терпеть этого не могу. Но мне хочется знать, как и почему мой брат подружился с лакрицей в обёртке от баунти. — Хах, оригинальное сравнение. Девушка подошла к Джиму своей стандартной походочкой «модель плюс пьющий бомж», стараясь запрятать подальше грусть в глазах, и опустилась на ящики, сидя в опасной близости от Джима, отчего у парня сразу пробежали мурашки. Даже после её вспышки гнева, парень почему-то не потерял это странное, непонятное чувство. Марти и Эми называли это «бабочки в животе». Такое определение великому гению не нравилось. Слишком сахарно-приторно. Но своего он не придумал, так что... — Мне тогда было... Ну лет восемь. Всё было относительно хорошо. Друзяшки, игряшки, ну и всё такое. И ещё... У меня была крайне богатая и обеспеченная семья. Это оказалось проблемкой. Джим, честно говоря, находился слегка в шоке от того, что ЭТА ДЕВУШКА вдруг РЕАЛЬНО решила ПООТКРОВЕНИЧАТЬ с НИМ. Че только авторы не придумают... — Богатая семья не может быть проблемой. Фелиция бросила на него строгий взгляд и ответила внезапно твёрдо: — Может. У богатых людей всегда есть конкуренты. Слышал о таком? Конкуренция. Естественно он слышал. Даже принимал участие. Много раз. И когда помогал своему наставнику Кариусу в лаборатории. И когда думал, что либо Март будет в дамках, либо он. И когда учавствовал в разборках с другими молодыми мафиозниками. И когда пытался убрать Гарри. Дележка всего и вся с врагом-другом Лиамом. Ещё и вся эта история со Стивом и Эми... В общем с конкуренцией он был на «ты». — Плавали. Знаем. — То-то же. Ну вот и у нас была похожая штука. Один хитросделанный мой дружок решил, что будет крайне прикольно вынести из моего дома документы. Вот такие же документы, кстати. Она подняла с заснеженного бетона бумаги и отстранено глянула на них. — Компромат?.. — Ага... — Вас типа поймали на такой же крючок, на который ты сейчас ловишь людей? Вообще не оригинально. Фелиция бросила на него убийственный взгляд. — А я просто поняла, что эта схема выживания и прибыли работает лучше всех остальных. Человек заплатит сколько угодно, лишь бы спать спокойно. Компроматик для меня — это ошейник, который надевается на бешеных собак. Тогда они не рыпаются, не достают тебя и, — она продолжила чуть более дерзко и расслабленно, — исправно платят, — Фел помахала себе на лицо бумагами, как веером.— Даже ты, Джимми, попался на это. Вот не полез бы ко мне — я бы и не вспомнила о тебе, бандто-гангстерито. Сидел бы, писал свои скучные формулки и не вылезал из этого сугубо лайтового детского общества с подгузниками в обнимку. Отличная карьера, кстати. Ты суперская нянька. — А мне может с «формулками» спокойнее жилось, — хмуро ответил Джим. — И вообще. Ты не закончила. — Да? А, да там ниче интересного. Там был серьёзный компроматец. Такой, который если попадёт в руки кое-каких влиятельных людей, то с нас всех шкурку спустят. Такие вот ставочки. Ну родители меня и запихнули в отдалённый детдом в деревеньке. Чтоб не искал никто. Сами за границу. Хотели быстро наладить всё и вернуться, но чет не заладилось. Имущество здесь описали. Ничего не осталось. И к тринадцати годам я начала брать ситуэйшн в свои руки. Выбралась из детдома, благо в деревне это ваще не сложно. Тем более у Мартика были свои тайные проходики. — Я передам Марти, что он помог выбраться на волю главному злу на этой планете. Фелиция улыбнулась, закрыв глаза и подставив нос под снег. Сейчас она планировала кое-что проверить и начала для этого дела настраивать в себе девечье обаяние. Но прежде лёгкая угроза-флирт. — Сделаешь это и я навсегда возьму тебя в рабство, гений. Тебе не понравится. Джим закатил глаза. — Какая же ты стерва. Девушка не открывая глаз, но наклонила голову к Джиму, коснувшись веском его плеча. — И тебя этот факт... привлекает, — выдала она на выдохе. Брови Джима взлетели вверх, когда она сказала это. Он тут же собрался со всей доступной ему моральной силой и надел самую лучшую маску безразличия и насмешки, какая была у него в арсенале. Эта девчонка не выведет его на признание навязчивых мыслей. Тем более, что они откровенно бредовые. — Не надо проецировать свои желания на меня, Доан. Я понимаю, что безумно хорош собой, но не стоит заставлять меня верить в то, что это ты мне привлекательна, а не наоборот. Фелиция открыла один глаза и игриво захлопала накрашенными глазками. — О-о, ты думаешь в ЭТУ сторону? Я вообще-то имела в виду, что я интересна тебе, как человек, а тут м-м-м-м-м! Страсти кипят. Я тебе нравлюсь? Джим чуть не подавился воздухом от такого прямого вопроса в лоб. Да как она... Да как это?!.. Агрх! Бестактная девчонка. — Нет. Девушка наблюдала за его смущением с довольным личиком. Да он реально по ней сохнет! В принципе, как и многие окружающие ее парни. — Да-а-а. — Ты че, глухая?! НЕТ, Я СКАЗАЛ! — рыкнул он и отодвинулся подальше. — Ну-ну. Прекрати нервишки себе мотать. Расслааабься. Что в этом такого? Я крайне обаятельна и знаю об этом. Я многим голову вскружила, — она показала пальцем торнадо. — Там иногда таааакие страдания были. Прямо у-у-ух-у-у! — раздалось самодовольное хихиканье. — Да мне плевать что и с кем у тебя было! Ты мне не интересна. Ты бандитка! — Как и ты. Она что, вздумала повторять за его сознанием?! — Нет, ты — ДЕЙСТВУЮЩАЯ БАНДИТКА. Фактически взрывоопасный вулкан! — Ха! А ты типа потухший. Ты ещё у меня побурлишь. Поделиться лавой? — она подвинулась ближе и флиртующе легла головой на его плечико. Джим тут же вскочил, быстрым шагом отходя обратно к ограждению. Нет, она реально вознамерилась его довести! Фелиция смеется, откладывая бумаги на ящики и встает. — Ну ты куда-а-а-а? Мальчик испугался? — Мне просто до жути не нравится, когда меня трогают, Доан. Отвянь. Джим взялся руками за поручни, устремляя взгляд в тёмный город. Подальше от Доан. И от её маниакального желания пробуждать во всех парнях интерес к себе. «У неё, между прочим, это отлично получается». «Замолчи, — мысленно зашипел Джим, в ответ сознанию. — Ты не вовремя. — Прям совсем-совсем не нравится, когда трогают? А так? Она была прямо за его спиной и сейчас, потянувшись, провела ладонями по его шее, после чего глаза Джима распахнулись и он отскочил от неё, как от кота Марти в Околоверье. Не потому что он испугался, а потому что ему стало неожиданно приятно... — Ты че, рехнулась?! Фел лишь невозмутимо пожала плечами, не чуть не жалея о содеянном. — Просто играюсь. — А можно «играться» с кем-то другим?! Он спешно открыл свою сумку, второй раз за ночь доставая влажные салфетки и вытирая ими шею. Фелиция насмешливо смотрела на эту сцену, подпирая пальцем подбородок. «Ма-а-а-альчик, — мысленно улыбнулась она, — да никак я тебе не просто симпатична, а прямо очень-приочень? Прикольненько. А что? Джим симпатичный. И та ещё тварюка. И на Марти похож. Интересно, он хорошо целуется? М-м-м, давненько мне хотелось поцеловать Мартика, но эта вредина девушкой обзавелась. А этот, вроде как, не особо занят. И не особо твердо стоит на своих позициях. Что ж. Нежно. Мягко. Поехали. Главное не спугнуть». Феливия закусила губу и провела рукой по своей шее. Медленно. Она заметила, как он сглотнул. — Джимми. — Че тебе ещё? — Для следующего заданица нам нужен хорошо катающийся на байке ты. Пошли что ли... Научу? — Я и без тебя плюс-минус умею. — Ой, да хорош заливать! Марти мне уже растрепал, что ты у нас никакой ездок. О-о-о, ну братюня, удружил! — Слушай, смени мне задание. Я не собираюсь мотаться на байках по городу из-за твоих хотелок. Фелицию это ничуть не смутило и не остановило. Она спокойно сказала: — Я тебе компромат не отдам. Джим внутренне закричал. Эта. Девица. Его. Достала. — Отлично. Просто супер, Доан! Ты сначала кидаешься на меня, потом треплешься о своём трагичном прошлом, затем лезешь со своими ручонками, а теперь и вовсе шантажируешь?! — Ну-у-у, — она ныряет половиной личика в свой меховой воротник, — да. И меня пока всё устраивает. — Доан! Фед изобразила крайнее раздражение. — А-а-а-а! Доан-Доан-Доан! Фелиция. Если тебе не сложно, то зови меня по имени. Идём, — она попыталась ухватить его за руку. — А. А. А. Без рук. — Тогда иди сам. Байки в гараже. — Небось грязнющие. — Нет, но я испачкаю их специально для тебя.