Глава 26. Дневник

Глава 26. Дневник Когда они выбрались на поверхность, они оказались на небольшом участке поля рядом с какой-то фермой, где всё ещё сохранялась тихая ночь, с лёгким морозным воздухом. Леви, не теряя времени, огляделся вокруг, и через несколько минут обнаружил конюшню с лошадьми, которая была около этой фермы. Леви, когда убедился что никого нет, подошёл к конюшне, вывел какую-то лошадь за поводья и посмотрел на Эмму. Она всё ещё казалась немного отстранённой. Она подошла к лошади, чувствуя, как её тело было будто привязано к земле. Леви помог ей устроиться на животное, а сам вскочил следом. Лошадь, с осторожностью отнесшаяся к ним, двинулась вперёд, и они поскакали в сторону штаба. Когда они вошли в штаб, и на них сразу же обратили внимание, и как только Петра заметила Леви и Эмму, она подошла быстро, с тревогой в глазах, словно уже что-то предчувствовала. — Что случилось? — её голос был полон волнения, она не могла скрыть шока от увиденного. Они оба были в крови, в грязи, их одежда была порвана и измята. Леви, не тратя времени на объяснения, сжал зубы и ответил спокойно, но с решимостью в голосе: — Найди Ханджи. Скажи, что бы она зашла ко мне срочно. Петра мгновенно кивнула, её лицо всё ещё было наполнено тревогой, но она понимала, что это не время задавать вопросы. Она побежала, почти не оглядываясь, чтобы найти Ханджи. Леви повел Эмму в свою комнату, не глядя на неё, но ощущая её присутствие рядом. Всё, что было с ними, было невыносимо тяжёлым. Ханджи вошла в комнату, быстро осмотрев ситуацию. Она замерла на мгновение, увидев Эмму в таком состоянии, и моментально перевела взгляд на Леви. Видно было, что его лицо отражало всю тяжесть происходящего, и напряжение в его глазах говорило о том, что не всё было в порядке. — Что случилось? — спросила Ханджи, её голос был мягким, но настороженным. Она понимала, что от Леви не следует ожидать много слов, но его выражение лица не оставляло сомнений в том, что произошёл какой-то ужасный момент. Леви не стал тянуть, не пряча своего беспокойства. — Фрэд. — Леви тяжело вздохнул, не зная, с чего начать. Он вновь посмотрел на Эмму, её глаза всё ещё были опущены, а её тело казалось будто отрешённым от всего, что происходило вокруг. — Она убила его. Да, сама. Я не успел вовремя. Фрэд... Он пытал её. Она не хотела, но... всё это пережила, и в какой-то момент... я не знаю, Ханджи. Осмотри её. Она... как будто не здесь. Я не знаю, что с ней. Ханджи, не теряя времени, приступила к осмотру. Она подошла к Эмме, её движения были быстрыми и точными. Она осторожно коснулась её лба, затем начала проверять её пульс. Эмма, несмотря на всё, особо не проявляла реакции, лишь продолжала молча сидеть. Ханджи по очереди осмотрела её раны, проверила её дыхание и состояние. — Она в состоянии шока, — произнесла Ханджи спустя пару минут, её лицо стало серьёзным. — Не только физического, но и эмоционального. У неё сильный стресс, и её психика не успела восстановиться. Она пережила что-то ужасное, и её организм пытается блокировать всё, что произошло. Я могу дать ей успокоительные средства, но нужно будет следить за её состоянием. Сейчас самое главное это восстановить её нервную систему и обеспечить спокойствие. — Что мне делать? — спросил он тихо, его голос был полон беспокойства, которое он уже не пытался скрыть. Ханджи внимательно посмотрела на Леви, её взгляд стал мягче. Она понимала, что для него Эмма была не просто союзником, она стала чем-то гораздо большим. Это было видно по его поведению. — Она должна почувствовать, что в безопасности. Это единственное, что поможет ей. Ты должен быть рядом с ней, но не давить. Постепенно она начнёт приходить в себя. Но ты должен помнить: если ты хочешь помочь ей, нужно быть терпеливым. Сейчас она в хаосе, но со временем, если ты покажешь ей, что ты рядом, она восстановится. Леви вздохнул, взгляд его стал тяжёлым, но он кивнул, будто принял слова Ханджи. — Ты сможешь привезти ее в порядок? — Да, я сейчас же займусь ею. Как только Ханджи с осторожностью вывела Эмму из комнаты, держа её за плечо, Леви стоял в центре, как будто весь мир вдруг сжался до размера этой маленькой комнаты. Он слышал, как дверь закрылась за ними, и внезапно всё напряжение, которое скапливалось внутри, вырвалось наружу. Злость начала бурлить в нем, и прежде чем он успел подумать, нога сама по себе вылетела вперед, ударив по тумбе, стоящей рядом. Тумба с глухим звуком перевернулась, её содержимое разлетелось по комнате. Леви остался стоять и не шевелился. Он смотрел на перевернутую мебель, чувствуя, как гнев постепенно уходит, оставляя после себя лишь пустоту. Ханджи привела Эмма в банню, чтобы умыть. Она аккуратно втирала в кожу Эммы теплое полотенце, стараясь быть как можно более деликатной. Каждое её движение было плавным, а взгляды пристальными. Она не могла не замечать, как сильно Эмма изменилась. Она осторожно осматривала раны, делая заметки в голове. Она знала, что восстанавливаться после этого Эмма будет долго. Каждый след на её теле был как память о боли, которую она пережила, и Ханджи, несмотря на свою храбрость, не могла не почувствовать тяжесть, которая исходила от этих ран. Тело Эммы было словно книжка, по страницам которой можно было прочитать историю боли и предательства. Линия от ножа, которая начиналась от ключицы и доходила до локтя, напоминала о предательстве, о том, что она испытала. Раны на ноге, глубокие и резкие. Ожоги… это было слишком много для одного человека. Ханджи не могла перестать думать о том, как Эмма выдержала все это. Как она смогла продолжать двигаться вперед, несмотря на все, что с ней происходило. Ханджи понимала, что восстанавливаться после такого опыта это не только физическое исцеление, но и психологическое. — Ты сильная, — сказала она тихо, будто для самой себя. Слова не приносили облегчения, но по крайней мере они звучали как нечто, что она могла предложить в этот момент. Ханджи молча вела Эмму в свою лабораторию, свет тускло мерцал, и воздух был насыщен запахами лекарств и различных настоев. Они вошли, и Ханджи сразу направилась к своему столу, на котором были расставлены различные флаконы, баночки с мазями и средства для лечения. Она взяла пару бутылях с настойками и перевязочные материалы. Эмма села на стул, явно усталая, её взгляд был отрешенным, и Ханджи заметила, как она едва ли могла сосредоточиться на происходящем. С каждым её шагом, каждый взгляд на Эмму был полон осторожности и заботы. — Давай начнем с самых серьёзных, — мягко сказала Ханджи, открывая флакон со спиртом. Она осторожно обработала все раны на её теле, стараясь не причинить лишней боли. С каждым движением Ханджи Эмма едва ли шевелилась, её глаза были закрыты, а губы слегка сжаты от усталости и боли. Ханджи наложила бинты, аккуратно запечатав каждую рану, защищая их от дальнейшего заражения. Работа шла плавно и уверенно, несмотря на тяжесть происходящего. Эмма не говорила ни слова, но Ханджи чувствовала, что её тело постепенно расслабляется от внимательной заботы, и хотя боль все равно была с ней, эта забота немного облегчала её состояние. Когда последние бинты были наложены, Ханджи приготовила лекарство, чтобы помочь Эмме заснуть. Она взяла чашку с настоем, в котором были вещества, снимающие напряжение и обеспечивающие отдых. Эмма приняла его молча, и Ханджи следила за каждым её движением, чувствуя, как каждое её слово и поступок наполняются ещё большим уважением и сочувствием. — Постарайся немного поспать, — сказала Ханджи, — завтра всё будет немного легче, обещаю. Эмма кивнула, и Ханджи увидела, как её глаза начали тускнеть от усталости. Она аккуратно подвела её к своей кровати, помогла лечь, накрыла одеялом, и тихо села рядом, пока Эмма не погрузилась в сон. Ханджи оставила на столе чашку с пустой лекарственной настойкой, тихо вздохнула и позволила себе на мгновение закрыть глаза, всё ещё пытаясь осознать, как много боли пережила Эмма. Всё было далеко не просто, но в этом мире иногда оставалась только вера в то, что она справится. И Ханджи верила. Следующее утро начиналось тихо, воздух в штабе был ещё прохладным, а первый свет пробивался через окна, создавая мягкие тени на полу. Леви, ощущая напряжение в теле от бессонной ночи, наконец встал и направился к комнате Ханджи. Он постучал в дверь и вошёл, не дождавшись ответа, как всегда, уверенно и быстро. — Как она? — сразу спросил, даже не скрывая волнения, хоть и пытался сохранить свою хладнокровную маску. Ханджи сидела за столом, где были расставлены разные препараты и медицинские инструменты. Она подняла взгляд от того, что делала, и кивнула. Видно было, что она немного устала, но её глаза всё равно были спокойными, как будто на мгновение расслабилась. — Спит, — ответила она спокойно, — её раны обработаны, и лекарство сделало своё дело. Её тело ещё ослаблено, но шок миновал. Всё, что нужно это время и отдых. — Хорошо, — его голос был ровным, но в нём скрывалось больше, чем он хотел бы показать. — Я пойду к Эрвину. Нужно отчитаться. Ханджи кивнула, понимая, что Леви не мог долго оставаться на месте, особенно после того, что случилось. Когда дверь закрылась за Леви, в комнате наступила тишина. Эмма, лежавшая на кровати, начала медленно приходить в себя. Она открыла глаза, но ещё не до конца осознавая, что произошло, чувствовала слабость во всём теле. Ханджи сидела рядом за столом, держась на почтительном расстоянии, чтобы не тревожить Эмму слишком резко. Она наблюдала за ней, следя за её реакцией, стараясь быть максимально деликатной. — Привет, Эмма, — её голос был мягким и спокойным. — Как ты себя чувствуешь? Есть что-то, что тебя беспокоит? — Всё… нормально. Просто… голова болит. Ханджи кивнула, стараясь не затрагивать болезненную тему. — Понимаю, — она встала и поставила стакан с водой рядом с Эммой. — Попей немного воды, это должно помочь. Эмма послушно взяла стакан, но её взгляд был рассеянным. Она не встречала глаз Ханджи, будто в её голове всё было перепутано, и она ещё не могла осознать происходящее. Ханджи, чувствуя, что сейчас не время для разговоров о миссии или о том, что случилось, пыталась отвлечь её. Эмма, словно немного очнувшись, наконец посмотрела на Ханджи, её голос был всё таким же тихим, но в нём скользило беспокойство: — Где Леви? Ханджи, заметив, как изменилось её выражение, мягко ответила: — Он ушел к Эрвину. Нужно было отчитаться. Она сделала паузу, давая Эмме время переварить информацию, и добавила: — Он сказал, что вернется скоро. Не переживай, всё в порядке. Эмма снова опустила взгляд, словно пытаясь успокоиться. Ханджи заметила её состояние, но понимала, что сейчас не время для больших разговоров. Она оставила Эмму немного наедине с собой, чтобы она могла подумать и прийти в себя. — Не переживай, — сказала Ханджи, аккуратно подходя к двери. — Леви скоро будет. Спустя какое-то время Эмма сидела на кровати, прислонившись спиной к стене, её взгляд всё так же был направлен в пустоту. Она слышала шаги в коридоре, сначала не обращая на них внимания, но когда дверь сдержанно открылась и в комнату вошёл Леви, всё внутри неё сжалось. Он выглядел усталым, но по его глазам было видно, что он что-то пронёс в себе. Эмма почувствовала, как её грудь сдавливает тяжёлое, невыносимое молчание. Он был рядом, но всё, что было между ними, казалось таким далеким, как нечто, что когда-то существовало, а теперь исчезло. Леви подошёл к Эмме и, не говоря ни слова, сел рядом с ней и тихо сказал: — Эмма, ты что-то должна мне сказать. Эмма молчит, но не от того, что не хочет отвечать, а потому что слова просто не находились. — Почему ты молчишь? - тихо спросил Леви. Эмма на мгновение закрыла глаза, в голове врезались последние моменты. Крики, кровь, смерть. Всё это было слишком громким, слишком болезненным, чтобы с этим справиться сразу. Она попыталась взять себя в руки, но слова продолжали застревать в горле. — Я не могу… Я не могу быть такой, как прежде, — шепотом произнесла она. — Я просто не могу забыть... Она подняла глаза на него, и в её взгляде читалась боль, с которой она не знала, как справиться. Леви медленно протянул руку и коснулся её руки, словно пытаясь передать ей хоть немного силы. — Ты не должна забывать, — сказал он. — Но ты должна научиться жить с этим, Эмма. Её сердце колотилось в груди. Она чувствовала, как его слова, несмотря на всю тяжесть, начинают пробуждать что-то в ней, но всё это было слишком больно, чтобы быть реальным. Как будто каждый шаг, который она сделала, был ошибкой. — Я не заслуживаю того, чтобы ты был рядом, — тихо ответила она, её голос почти не был слышен. — Мы все делаем ошибки, но не стоит оставаться в этих ошибках навсегда. Ты сильнее, чем ты думаешь. Эмма сжала пальцы в кулак, её взгляд снова упал вниз, на простыни. Ей было тяжело говорить, но молчать дальше она не могла. Леви не отводил от неё взгляда, терпеливо ждал, но она чувствовала, как в его глазах скрывалось напряжение. — Он… — её голос был слабым, словно она только училась говорить заново. — Фрэд сказал, что ты мёртв. Он заставил меня поверить в это. Он… — Эмма стиснула зубы, пытаясь справиться с нахлынувшей дрожью. — Он хотел сломать меня и доказать, что я ничто. Что я всего лишь сломанная вещь. Она медленно прижала руку к своей шее, как будто всё ещё чувствовала пальцы Фрэда там, где он когда-то сжимал её. — Он пытался сделать это… — продолжала она. — Он хотел, чтобы я чувствовала себя беспомощной. Чтобы я верила, что у меня нет выбора. Я не помню, сколько это длилось. Он не сразу меня бил. Сначала говорил. Говорил, что никто не придёт. Что ты… — она резко замолчала, но всё же заставила себя продолжить. — Что ты меня предал. Что я для тебя ничего не значила. А потом… потом он понял, что слова не работают. Она провела пальцами по руке, по той самой ране, что тянулась от ключицы до локтя. — Он вонзил нож сюда и сделал эту рану еще глубже. Он хотел, чтобы я почувствовала боль. Настоящую. Чтобы я перестала сопротивляться. Леви опустил голову, его губы сжались в тонкую линию. — Эмма… — Я убила его, Леви, — она заговорила резко, её голос дрогнул. — Я убила его не потому, что хотела выжить. Я убила его, потому что он забрал у меня всё. Потому что в тот момент я уже не была собой. Когда я убивала его… я чувствовала только пустоту. Ни ненависти, ни злости. Просто… ничего. Леви смотрел на неё, и его сердце сжалось. Он понимал, о чём она говорит. Он знал эту пустоту. Знал, каково это... дойти до края и смотреть в бездну, не чувствуя ничего. — Но ты не осталась там, — тихо сказал он. — Ты вернулась. — А если я всё ещё там? — её голос был сломленным, но в нём звучала настоящая боль. — Если я уже не могу вернуться? Леви покачал головой, его рука сжала её ладонь, крепко, но бережно. — Я не позволю тебе остаться там. Эмма смотрела, как Леви достал из-под рубашки потёртый дневник. Его пальцы на мгновение задержались на обложке, словно он сомневался, прежде чем протянуть его ей. — Это… — она посмотрела на него, вспоминая как уже видела этот дневник раньше. — Дневник, — тихо ответил он, не убирая взгляда и осторожно протянул его Эмме. — Зачем ты даёшь мне это? Леви вздохнул и посмотрел в сторону. — Просто открой. Она медлила, но затем аккуратно развернула обложку. Первые страницы были исписаны аккуратным, строгим почерком. Там было описание его будней, но некоторые строчки были обведены кругами, словно именно это она должна была читать. "Первый раз я увидел её в штабе, когда инструктор представил ее нам. Он сказал, что Эмма Кольт привлекла его внимание своими навыками рукопашного боя. Я же думаю, что она заносчивая." Эмма моргнула, подняв взгляд на Леви, но тот молчал. Сердце забилось сильнее и она решила читать не останавливаясь. "Когда я увидел её на тренировках, я был поражён. Она выглядела как обычная девушка из округа, но её умения в рукопашном бою не поддавались объяснению. Эти удары, эти маневры, её ловкость, с которой она могла бы одолеть соперника... это были навыки, которые не мог бы освоить кто-то с таким прошлым. Она не выглядела как обычная жительница округов." "Я не мог понять, почему она такая. Вроде бы из округа Яркс, но она слишком хорошо дралась. И не просто дралась — она была на пару уровней ниже меня. Мало кто из её возраста, тем более из её региона, обладал такими навыками. Я пытался представить, что могло бы её так подготовить, но что-то не сходилось. Тогда я начал подозревать её. Она всегда держалась особняком, не заводила друзей. Слишком много скрытого. Эмма Кольт… слишком мало информации. Я проверил записи — в округе её семья считается погибшими. Решил копнуть глубже и оказалось, что несколько лет назад одна девушка с таким же именем исчезла без следа. Совпадение? Вряд ли. Я рассказал Эрвину, а он сказал, чтобы я наблюдал за ней. Я назначил ей дополнительные тренировки со мной". Эмма подняла голову и посмотрела на Леви. — Ты… всегда знал? Почему ты ничего не говорил? — Потому что ждал, когда ты сама решишь рассказать. Эмма листала страницы дневника, её пальцы дрожали. Каждое слово, каждая запись словно отражение их истории, но увиденное его глазами. "Во время экзамена для элитного отряда она показала, что чертовски умна и сильна. Её манёвры напоминали мои собственные, но с каким-то своим, особенным почерком. Я не хотел признавать, что впечатлён, но был." " Первый день Элитного отряда. Я слышал шаги, но не обратил внимания. Дверь распахнулась, и она зашла в одной рубашке, волосы влажные после бани. Она уверенно шагнула внутрь, потянулась к тумбочке… и вдруг застыла, уставившись на меня. На её лице была смесь ужаса. Я сказал ей, чтоб она выметалась от сюда. Она молча развернулась и ушла, хлопнув дверью. Я слышал, как снаружи она ругается себе под нос. Десять минут стоял на месте, перед глазами стояла её ошарашенная физиономия." "Я не знаю, кто из нас первый начинает, но это происходит постоянно. Мы встречаемся взглядами: за столом, во время тренировок, даже в бою. Я не знаю, почему не могу просто игнорировать её. Это должно быть случайностью. Да, просто совпадение. Но почему тогда каждый раз, когда я её вижу, мне нужно убедиться, что она в порядке?" "Я не сразу понял, почему в ней есть что-то… знакомое. Но потом дошло. Мы оба родом из одного места. Из грязи, из мрака, из мира, где-либо ты убиваешь, либо тебя убивают. Мы оба дрались за жизнь. Я видел в ней себя. Я все еще наблюдаю за ней, возможно она пришла сюда, потому что скрывалась от кого-то" "Мы тренировались перед всеми. Она была зла. Чертовски зла. Я видел её сосредоточенность, её взгляд, и вдруг удар. Прямо мне в челюсть, уверенный и сильный. Отряд ошарашенно смотрел на нас, но я не злился, наоборот… я был горд, что она научилась. " "Я наказал её за то, что она проспала тренировку, заставив убирать в конюшне. Думал, это её разозлит. Когда вечером пришёл проверить… Она просто спала, уткнувшись в солому. Тогда я мог бы просто разбудить её, но что-то остановило меня. Я взял её на руки и отнёс в комнату. Она даже не проснулась. Я не знаю, почему я это сделал. Наверное, просто не хотел, чтобы она проснулась с болью в спине." "Приказал ей помочь с отчётами, потому что чувствовал, что что-то не так. Каждый её взгляд, каждое слово... они заставляли меня сомневаться в том, что я знал. Я начал задавать вопросы, пытался вывести её на чистую воду, проверяя, как она отреагирует. Откуда она, кто она на самом деле? Она отвечала коротко, будто репетировала ночами. Я знал, что она что-то скрывает. Но потом что-то произошло. Она начала спрашивать меня и я почувствовал, как внутренне напрягся, но подумал, что если расскажу, то она признается. Я сказал ей всё: про Подземный город, про ту жизнь, которую я пытался забыть, даже, чёрт возьми, про Эрвина.... Но что меня по-настоящему разозлило, так это то, что она ничего не сказала в ответ, не открылась. Я хотел верить, что если откроюсь, если покажу ей свою уязвимость и она тоже откроется, но нет. Она всё так же молчала. Я знал, что она что-то скрывает, но я не мог понять, почему она так держится." "Иногда я думаю, что с ней невозможно. Она всегда говорит что-то не в тему, спорит, дерзит. Её голос слишком громкий, её взгляд слишком пристальный. Она раздражает меня. Её будто слишком много" "Я заметил, что когда она нервничает, она прикусывает уголок большого пальца. Это едва заметное движение, но оно всегда выдаёт её. Вчера, когда Эрвин объявил о новой миссии, она делала это снова. Я видел, как её глаза метались, как пальцы сжимались в кулаки. Но она не сказала ни слова." "Когда я очнулся на вылазке, я не сразу понял, где нахожусь. Проснулся среди мёртвых титанов, запах крови стоял в воздухе, земля была пропитана этим чертовым дерьмом. Первое, что я увидел это её. Чёрт… Я даже не сразу осознал, что вся эта резня это её рук дело. Она одна перебила их всех. Она думала, что я не замечаю, как она сбрасывает трупы. Что я не вижу, как она делает эту грязную работу, потому что кто-то должен. Я видел. Видел её взгляд, когда она выкидывала эти тела, словно она держалась из последних сил. Но тогда я не сказал ничего. Просто смотрел, как она ломается." "Я не спал. Шаги привлекли моё внимание, и я увидел её. Она стояла у раковины, повернувшись ко мне спиной, её плечи дрожали. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что ей снятся кошмары. Всё ещё не отошла от той вылазки. Я не знал, что сказать. Просто стоял в дверях, наблюдая, как она пытается успокоиться. Если бы я заговорил, она бы просто отвернулась и притворилась, что всё в порядке. В итоге я так и не сказал ничего. Просто оставил её в покое. Наверное, тогда я впервые понял, как много она скрывает." "Когда она впервые прижалась ко мне и заплакала… Я не знал, что делать. Я умею убивать. Умею командовать. Но справляться с этим? Нет. Я просто позволил ей. Позволил быть слабой рядом со мной." " Я не был уверен, сколько жизней мы потеряли в тот день, но видел, как это давило на неё. Ханджи затащила её выпить. Когда я застал ее пьяной и привел ее в ее комнату, она попросила остаться. Мне хотелось помочь ей, я просто был рядом. Эмма смотрела на меня расфокусированным взглядом, потом подошла и просто поцеловала меня. Я даже не сразу понял, что произошло. Она умудрилась выбить меня из равновесия и я ответил ей. Я думал, что это неважно. Просто случайность. Она была пьяна, это ничего не значит. Но почему тогда её поцелуй не выходит у меня из головы? Почему я всё ещё помню, как её губы касались моих? Я должен отстраниться. Это неправильно." "Я никогда не забуду этот день. Она стояла передо мной слегка улыбаясь, её живот был весь в крови. Я думал, что уже поздно. Что я снова потерял кого-то важного. Но она выжила. Она чертовски сильная. И я больше не позволю, чтобы с ней случилось что-то подобное." "Она не ела, не спала. Упрямая девчонка... мне пришлось чуть ли не силой заставлять её есть. Она сопротивлялась, но в конце концов сдалась. Я не позволю ей уничтожить себя. Что-то гложет ее с каждым днем все сильнее. Скорее всего она знает кто это сделал с ней, хоть она и говорит, что не знает. Эмма, мать твою…" "Когда она рассказала мне правду… Я понял, что с самого начала был идиотом. Я уже начинал догадываться. Догадывался, что она убийца. Но тогда я увидел, что она больше, чем просто наёмница. Черт, она ведь спасла меня тогда, хоть и могла убить." "Я знал, что она в порядке. Ханджи докладывала. Но я всё равно ловил себя на мысли, что иду в сторону лазарета. Раз за разом. Целый месяц я не переступал этот порог, хотя хотел. Хотел увидеть, как она держится. Но я не мог себе этого позволить. Она должна была восстановиться без меня." "Она пыталась заговорить со мной несколько раз. Я видел, как она смотрела, как её губы приоткрывались, чтобы сказать что-то, но каждый раз я обрывал её. Я говорил ей колкие вещи. Грубил. Отталкивал. Потому что это проще, чем признать, что мне тоже больно. Она не должна быть рядом. Это опасно, и для неё и для меня." "Этот поцелуй… Я не думал, что это случится. Тем более в тот момент. Я был зол, она была упряма. Слишком упряма. Она говорила колкие слова, и прежде чем успел себя остановить, я поцеловал её. Она не отстранилась и не ударила, а чёрт возьми, ответила. Я сказал себе, что это не повторится, но солгал. Потому что с тех пор хотел повторить это снова." Эмма до листала до той страницы, где был выделен заголовок, “Для Эммы, если она вернется.“ "Я рассказал Эрвину всё. Про Фрэда, про бой, про то, что Эмма сама убила его. Он выслушал, затем спросил, как она. Я ответил, что не знаю, но сейчас я пойду к ней. Я думал, что это просто записи в дневнике и ничего более. Что они нужны мне, чтобы не забывать важное, но теперь понимаю, что чаще пишу о ней. О том, как я видел её, как замечал всё. Как боялся. Как злился. Как… Я не знаю, поможет ли это. Но если в ней осталось хоть что-то от прежней Эммы, она поймёт. Она увидит, что была не одна и что я видел её… всегда." Эмма закрыла дневник, сжимая его так, будто он мог раствориться. Она глубоко вдохнула, но голос всё равно дрогнул. — Ты… всегда видел меня? Леви молча кивнул. Эмма снова посмотрела на дневник, затем на него. Впервые за всё время её глаза наполнились чем-то живым. — Тогда… помоги мне вернуться. Эмма вновь и вновь переворачивала страницы. Каждое слово в дневнике Леви будто попадало прямо в её душу. Его мысли, его вопросы, его сомнения… Всё это было для неё как отчаянная попытка понять, кто она была для него на самом деле. Леви молча сидел рядом, не отрывая от неё взгляда. Он наконец-то показал ей то, что так долго от неё прятал. Пожалеет он об этом или нет, пока не ясно, но он знал, что показать ей этот его личный дневник, было необходимо. Примечание: наконец-то мы все дождались этого момента с этим дневником… На этой прекрасной ноте, первая часть заканчивается и будет продолжение в виде второй части. Я буду добавлять её в эту же страницу работы. Возможно будут добавляться метки. Надеюсь работа вам очень нравится, поэтому порадуйте меня метками «нравится». Заранее большое спасибо и до встречи до следующей части, глава которой выйдет возможно уже завтра.