6454 (Рёхэй/fem!Аоба) - "Соперники" (Друзья?) с привилегиями

— Что ж, Сасагава Рёхэй. Ты победил по-честному. Оба стояли в пустой мужской раздевалке спортзала, после самого окончания учебного дня. Обычно в это время все учащиеся средней Намимори уже уходили домой, и лишь в дальних классах оставались дежурные на уборках. Глава Дисциплинарного комитета — непревзойденный Хибари Кёя тоже должен в скором времени покинуть светлые стены, но только после тщательного обхода всей территории. Деятель порядка и дисциплины никогда особо не жаловал постоянные соперничества между Рёхэем Сасагавой и одной из переведенных в прошлом году учениц — Аобой Коё. Во-первых, оба были чересчур громогласными и не стеснялись в выражениях, если один из пары вдруг был «не прав». Во-вторых, в попытках доказать эту свою «правоту», они рисковали подпортить школьное имущество, а может даже и всё здание разнести к чертям. Он и подумать не мог, что когда-нибудь оба переплюнут сами себя. Во время сегодняшнего урока по физкультуре Аоба не смогла обогнать своего «экстремального» соперника и оказалась позади. По правилам этого дня проигравший должен «удовлетворить» победителя, в каком именно смысле и так понятно… Оба были безнадежными девственниками, что только вчера прочитали только лишь учебник по биологии, а до фильмов до взрослых ещё не доросли. Вернее, таковым пока был только Рёхэй, Коё же буквально вчера (вынужденно) обращалась за вопросами к Джули по этому поводу. Именно поэтому миссия «сексуального воспитания» одного идиота-боксёра лежала на ней. Аоба, встав возле одного из шкафчиков, тут же начала медленно расстёгивать свою привычную темную форму. Брови Сасагавы чуть дернулись, но он пока на удивление молчал. Видимо, не такой уж безнадёжный, и ещё прекрасно понимает сложность этого шага. Вообще, сейчас тот был на редкость тихим, последний раз он «взорвался» всего 10 минут назад, когда ликовал о своей победе, аж непривычно… Девушка к тому моменту уже засветила свой тёмно-синий спортивный топ, плотно натянутый на грудь среднего размера. Она увидела, как парень немного вздрогнул, но ещё держался молодцом. <I> Оно и хорошо, нужное настроение не испортит…</i> — Вот бы ты всегда таким тихим был, Сасагава. В её голосе слышится небольшая насмешка, несмотря на то, что проигравшая тут как раз она. — Почему это? — Рёхэй непонимающе склонил голову в бок. — Потому что это твое «ЭКСТРИМ!» уже окончательно осточертело и никакой ценности обществу не приносит. Разве так сложно понять?.. В обычной ситуации Рёхэй бы ещё громко огрызнулся с ней, но следующие действия Аобы не позволяли этого сделать. Он не понял, в какой момент та успела частично стянуть с него штаны и оказаться подле на коленях. Старшеклассница на миг замялась, закусив губу. Здравый смысл пытался насильно вмешаться и напомнить ей, что она в первую очередь Хранительница Леса из Шимон, верный сподвижник Энмы, но его упорно гнали взашей. Аоба просто не желала показывать себя трусишкой, особенно перед Солнцем Вонголы… Като успел ей вкратце поведать об этом «биологическом процессе», исходя из своего опыта с Адельхейд. Девушка отчасти запомнила некоторую часть, но на середине уже начала думать «А зачем оно надо? Это же на один разочек…». Особенно бесполезной ею считалась информация о «пайзури». Очень уж интересно, какая такая муха подбила нашу боксершу на такое? Поэтому, когда член Сасагавы чуть коснулся её подбородка, про себя она скривилась. Никто девушку за язык не тянул, можно было бы и другой исход для неудачника придумать, но нет… Нужно было повысить ставки. — Эм… Что ты делаешь? — Пытаюсь сделать тебя твёрже, не понял? Она принялась медленно и далее по нарастающей водить по стволу рукой. Достоинство идиота, вечно орущего об экстриме, было вполне нормальной длины и ширины, не большое и не маленькое. Очень даже подходит для человека, подобного ему. Далее, красноглазая освободила свою одёжку ещё на пару пуговиц и приподняла топ. Рёхэй видел женскую грудь вблизи впервые, посему поначалу не поверил в реальность происходящего, особенно после того, как та сделала так, чтобы его «агрегат» скользнул промеж её мягкой и упругой кожи. Аобе доводилось видеть похожую картину только в манге сомнительного содержания, которую однажды читал этот извращённый придурок Като Джули. Чёрно-белый рисунок ни в какую не шел с нынешней ситуацией, ибо, грубо говоря, девушка родилась попросту не с тем размером бюста. В их семье природа очень расщедрилась (прямо чересчур) на Адельхейд, обделив других Хранительниц женского пола. Не то чтобы Коё завидовала своему товарищу с кольцом Ледника, наоборот, та очень кичилась своей едва ли не «пацанской» фигурой, но капля обиды все же сохранялась… Ей не удалось обхватить грудью ствол полностью, но та компенсировала действиями языка, скользящего по головке и ниже. Получалось также неловко, однако девственникам простительно, да и Рёхэй вроде претензий не предъявлял. Если судить по тяжелым вздохам выше, ему вполне нравились неумелые попытки в ублажение ртом и лёгкое трение вспотевшей кожи. Вкус предэякулята неприятно горчил во рту и приходилось терпеть. Коё зажмурилась и, раскрыв губы пошире, впустила в себя ещё больше чужой длины. С лёгкостью преодолев рвотный рефлекс, она продолжила старательно «удовлетворять» победителя. Так продолжалось до тех пор, пока головка не коснулась задней стенки горла. Прошло всего ничего, а ей уже кажется, что у неё попросту отобрали воздух. — К-Коё… По-моему, уже достаточно… Но Аоба лишь слегка помотала головой, не освобождая рта и не прекратив «фрикции». Она не очень любила поражения, и это был её способ «отыграться» — помучать Сасагаву, даже если это может быть чревато последствиями для неё самой. — Сасагава, ты чертов придурок и очень надеюсь, что ты это понимаешь всегда… — бормочет она временами, пока Рёхэй шипит от совершенно «новых» для него ощущений. — Кто бы говорила, идиотка… — но даже так, он находит силы отвечать ей. — Я по крайней мере знаю и признаю свое звание «идиотка»… — усмехается она и дразняще облизывает ствол ещё разок. И это становится последней каплей для выдержки спортсмена… Зеленоволосая не получает никакой передышки, как её лицо и язык с губами обдает чем-то липким и вязким. Коё не могла даже скривиться, иначе бы выпачкала идеально вылизанный дежурными пол. Белесая клякса угодила ей даже на очки, что тоже было не самым приятным, мягко говоря. — Я ж предупреждал. Своей вины я не вижу — заявил Рёхэй отдышавшись и прокашлявшись. Девушка медленно проглотила все то, что успел поймать её язык, но поначалу не принимая горьковатого привкуса. Ошметки других капель она соскребла и вылизала досуха с пальцев, заставив парня смутиться от этого зрелища. Тем не менее, часть спермы все ещё немного текла по её груди… — Может снимешь очки? — неловко спросил Рёхэй, указывая на перепачканные стекла, но тут же получил по руке от соперницы. Аоба вполне ожидала того, что она тоже возбудится в пылу момента, особенно постоянно встречаясь взглядами с человеком, которому с радостью бы набила ещё разок рожу. Но сейчас сделать этого не было сил, ибо ноги дрожали, а внизу живота предательски заныло… — Вот ещё, не хочу твои маленькие мозги рассматривать… — пробурчала Коё. Ни для кого уже не было секретом, что очки Хранительницы Леса были нужны вовсе не для показушной интеллектуальности, а чтобы блокировать её исключительное зрение. Однако, Сасагаве все равно очень бы хотелось взглянуть в её глаза, оттенком напоминающие маки из книжки по ботанике, которую однажды он увидел у Гокудеры. Они бы наверняка были бы глубокими, пронзающими в саму суть, сквозящими уверенностью и гордостью… — Не думай, что это все — она привстала с колен — Готовь всю свою выносливость, Сасагава. К расстёгнутой рубахе и пиджаку добавилась юбка, упавшая ненужной тряпкой на пол. Едва возникли оголённые бедра, Рёхэй уже увидел, насколько та взмокла от возбуждения. Этого хватило, чтобы у него снова плотно встало. — Извращенец… — срывается с её губ. Сама же она нагибается, тянет руку назад и сдвигает тонкими пальцами в сторону влажную ткань нижнего белья. Перед Сасагавой открывается крайне развратный вид на сомкнутые половые губы, покрытые небольшими прозрачными каплями от природной смазки. Про себя парень также отмечает милый мелкий румянец, проступивший на её щечках. Хах, и это та, с кем он всегда собачится… — Долго ты будешь там стоять? Просто вставь уже, иначе я сама тебя до утра затрахаю и продыху не дам. <I>Смущена. Точно.</i> Но несмотря на соревновательный дух, Хранитель Солнца Вонголы всегда был человеком честным и крепко держащим свое слово. Он знал, как Аоба не любила проигрывать, не хотела ощущать себя униженной. Посему… Сасагава Рёхэй был бы откровенным тупицей, если бы стал как-то дразнить ту. Блондин просто развернул её к себе лицом, несмотря на невербальные протесты. Раздевалка была не самым удобным местом для занятия сексом, но если Хибари Кёи рядом не наблюдалось, то опасности нет. Аоба представила себе крайне безумную картину — Глава случайно застаёт их за грязными делишками, забивает их в своем стиле до смерти и после читает нотации про использование защиты. Это вызывает у неё кривую улыбку. — Вроде бы ты боксер, Солнце Вонголы и тому подобное, а возишься как мягкотелый — продолжает та подначивать и дразнить юношу — И это тот человек, с кем я чуть ли не насмерть на острове билась. Она знала, что несмотря на все свое «благородство», в Сасагаве таки больше пересиливало желание доказать свое превосходство. Рёхэй, желая показать себя с лучшей стороны, весьма шустро проскользнул внутрь неё, придерживая за бедра. Из-за количества смазки это не вызвало особых проблем с растяжкой или болью при вхождении. Коё издала шумный вздох и тут же подавила дальнейшие звуки ладонью. Собственно, таков и был размер человека, с которым она попала в чистую ничью в битве за гордость… И он им лишил её девственности. Она не знала, радоваться ей такому повороту, или откровенно офигеть… — Чёрт, блин, возьми! Меня обесчестило само Солнце Вонголы… Страннее ситуацию не придумаешь — выдохнула старшеклассница, когда её внутренности чуток попривыкли. — Ты это называешь «экстремальным»? Меня так то тоже обесчестили! Причем, не абы кто, а сам Лес семьи Шимон — парирует блондин. Парень не дал ей ответить, как вошёл чуть дальше в её горячее нутро, выбив из лёгких сдавленный вскрик. Реакция последовала немедленная в виде небольшого хлопка по плечу. — Идиот, ты меня почти протаранил изнутри! — Да прям, я же только половину пока вставил! — Все равно, поаккуратнее был бы на поворотах. — На каких ещё поворотах?! Мы не на дороге вроде находимся. — Ты всерьёз задаешься такими вопросами когда мы тут решили потрахаться в раздевалке? Прямо тогда, когда внутри меня твой член?.. Их разговоры вновь превращались в необъяснимое нечто, каждый раз с того события на острове. Оба воспринимали друг друга всегда в первую очередь как непримиримых соперников, но также не отрицали немного иного взгляда. Минусом было то, что Сасагава был просто туп, чтобы назвать это влюбленностью, а Аоба была слишком горда и «независима». Она ещё раз задрожала на месте, когда по стенкам прошлись ещё раз внутри. В голове по-прежнему не укладывалось, что их «взаимоотношения» скакнули настолько дальше, что уже просто невозможно. Пока Цунаёши Савада до сих пор топчется на месте с признанием в любви сестрёнке Рёхэя, её брат уже познал становление мужчиной. — Ну, и каково ощущать себя проигравшей? А, Коё? — спросили у неё с притворным злорадством. — Не надейся, что я когда-нибудь прогнусь под тебя и признаю твои преимущества — цедит она в ответ сквозь зубы. В отместку в неё толкаются уже немного посильнее, доставая до всех чувствительных уголков. Стенки податливо раскрывались, впуская чужой орган в себя все глубже, стараясь выжать из него до последней частицы семени. Сила толчков заставляла девушку то и дело плотно вжиматься в жёсткую стену позади. Рёхэй не щадил её, и ей это нравилось. Она наслаждалась этим так сильно, что даже позабыла о другой немаловажной детали, которую стоило предусмотреть… — Слушай, если не дай бог ты заделал во мне ребенка… — устало прохрипела Коё через некоторое время — Ответственность возьмёшь не только ты, но и твой босс. Оба теперь сидели на полу раздевалки, едва не сползая все ниже и ниже по стене. Благодаря их «веселью» все помещение превратилось в «небольшой» бардак. Дело было не только в валяющихся остатках одежды, но в подозрительных светлых пятнах на паре поверхностей. — Да? Тогда пусть и ваш Энма берет ответственность за свою подчинённую, за которой не уследил. Двое были слишком выжатыми после своих «дополнительных» физических активностей, чтобы как-то ещё парировать друг другу. Аоба пыталась хотя бы на время забыть о том, что её заполнили белесым «нечто» до отказа, и что теперь оно выливается на пол. Сасагава пытался же лишний раз на неё не смотреть, чтобы не пойти на третий раунд. В итоге они приходят к неутешительному выводу: — Мы оба идиоты. А после оба внезапно целуются, прямо в этой же грязной раздевалке. Девчонка из Шимон даже разрешила снять свои очки, на которых уже почти застыло прошлое пятно. Конечно, потом молодые люди будут плеваться при виде друг друга, но кто сказал, что один поцелуй может испортить их отношения типа «соперники с привилегиями»?.. …Тем временем, бедный Хибари Кёя, едва сдерживаясь, вносил новые правки в свод школьных правил.