Часть 12

Я вновь шагнула за порог ресторанчика. Воздух здесь теперь был густым от ароматов различных блюд и негромких голосов. За то время, пока мы помогали Эману, пустовавший зал наполнился посетителями, и место сразу ожило, стало по-настоящему уютным. Я окинула взглядом ряды столиков, и мой взгляд первым делом выхватил Мику и Каликса, которые устроились в углу, о чем-то тихо переговариваясь. — Привет! — позвала я их, и они, оторвавшись от разговора, синхронно кивнули, расплываясь в улыбке. Я двинулась дальше. За одним из столов уже расположился класс Е. Едва я успела ступить к ним, как Сиен, будто попрыгунчик, взметнулся с диванчика. — Айра! Привет! — его голос был радостным, и он поднял ладонь в приветственном жесте. — Привет! — отозвалась я так же звонко, хлопая его по ладони в ответ. — Кто ещё не приехал? — Кифер и Джей Джей, — донеслось от Юри, стоявшего чуть в стороне. Я повернулась к нему, пытаясь поймать его взгляд, и тоже поприветствовала. Он лишь небрежно кивнул, и это было так отстраненно, что я почувствовала легкое, но ощутимое разочарование. — Что с тобой? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал мягко, без навязчивости. — Настроение не очень, — глухо ответил Юри, тут же отворачиваясь. Я не стала настаивать. Какой смысл давить? Только хуже сделаю, да и себе портить настроение не хотелось. Я вернулась к Сиену, который уже успел снова плюхнуться на диванчик. — Эй, смотри, что у меня есть! — весело прошептала я, поднося свою сумку ближе к другу и осторожно приоткрывая молнию. Из небольшого отверстия выглядывала стопка золотисто-коричневых, похожих на рыбок пирожных, от которых исходил едва уловимый запах. Глаза Сиена моментально расширились. В них затанцевала искорка восторга. — Что это? — выдохнул он, его голос был полон любопытства. — Выглядит вкусно! Я быстро застегнула сумку, не теряя своей загадочной улыбки. — Это тайяки, — пояснила я, чувствуя себя гордой обладательницей сокровища. — Сегодня по пути сюда зашла в пекарню недалеко от дома. Только недавно открылись. — я выдержала небольшую паузу, позволяя информации осесть, прежде чем добавить, — Хочешь? — Конечно! — Сиен практически подпрыгнул, такой внезапный прилив энергии охватил его. — Эй, тише! — зашипела я, прижимая сумку ещё крепче к груди. — Если кто-нибудь ещё увидит, то ничего не останется. Они все как ты, — я кивнула в сторону остальных ребят, намекая на их прожорливость. — Видят еду — и её уже нет. В этот самый момент тень скользнула по полу, и раздался знакомый, ехидный голос. — Что вы там шепчетесь? — Феликс, с его любопытством, возник словно из ниоткуда, склонившись над нами. Его взгляд моментально скользнул по моей сумке, и в его глазах тут же вспыхнул тот же голодный огонёк, что и у Сиена. — Это что, еда? Я внутренне застонала. Вот же! Я же говорила! — Это тайяки, Феликс, — подтвердил Сиен, с трудом сдерживая восторг, который мог выдать нас с потрохами. — Айра только что принесла. Феликс прищурился, его нос чуть дернулся, словно он пытался уловить аромат сквозь ткань сумки. — О! Рыбки с начинкой? Я слышал о них. И давно они у тебя? — Только что купила...— я прижала сумку ещё крепче, делая вид, что она приросла к моему телу. — И не мечтай, Феликс. На всех не хватит. — Ну Айра! Дай хоть попробовать! — Феликс протянул руку, но я ловко увернулась. — А я первый был! – Сиен тихо хихикнул. Я покачала головой, но уголок рта невольно пополз вверх. Пожалуй, придётся поделиться. С этими двумя бесполезно спорить. Да и что мне, жалко, что ли? Входная дверь открылась. На пороге показались Джей Джей и Кифер. Она, как всегда, излучала энергию, а он казался чуть более сдержанным. Джей Джей быстро выскользнула из-за спины одноклассника и, вихрем подлетела к нашему столику. — Привет! Я лишь кивнула, не выпуская её из поля зрения, мой взгляд, словно магнитом, притянуло к Юри, который наконец оживился. — Привет, — откликнулся Юри, и в его голосе проскользнула нотка привычной приветливости, что сразу заставило меня вспомнить недавнее недовольство. — Ты приехала с Кифером? Джей Джей, замешкавшись на мгновение, поправила прядь волос. — Ой, да. Он сказал, что ты занят, поэтому забрал меня. Они стояли чуть позади меня, и я, кажется, даже дышать перестала, стараясь не пропустить ни слова из их разговора. Уши мои работали на полную, ловя каждый обрывок фразы. С недавних пор всё, что происходило между ними, вызывало во мне странное, неприятное чувство, похожее на осколок, засевший где-то под рёбрами. Я старалась тщательно скрывать это, но иногда, как сейчас, не могла удержаться от того, чтобы не наблюдать за ними с особенной внимательностью. Внезапно из кухни вышел Эман. — Похоже, теперь мы в сборе! Давайте начнем! — он сделал многозначительную паузу, и на его лице расцвела широкая улыбка. — У меня отличные новости! После двух недель вашей помощи мой отец поправился! Это значит, я могу вернуться в школу! Повисла короткая тишина, а затем все словно по команде, разразились радостными криками, аплодисментами. Кто-то громко свистнул, кто-то начал выкрикивать шутки про то, как Эман теперь будет готовить для всего класса в школе, а не корпеть над заказами. Воздух наполнился дружескими подначками, смехом и хлопками по спине. Было видно, как искренне все рады за него. Эта волна радости была такой сильной, такой искренней, что даже сдержанные ребята вроде Юри и Кифера позволили себе улыбнуться шире обычного. Я тоже почувствовала, как тепло разливается по груди. Я лишь позволила искренней улыбке появиться на моих губах, радуясь за Эмана без лишней суеты. — Это наш последний день! — громко объявил Эман. — Мы открываемся через сорок минут! Всем по местам! Ребята вскочили со своих мест, разбегаясь по всему ресторанчику. Воздух наполнился топотом ног и легким шумом передвижения мебели, когда каждый занимал свою позицию. Я встала за стойку, ощущая прохладу полированной поверхности под ладонями. — Мика! Можно меню? — донесся голос Кифера. Мика, такая проворная, тут же принесла ему меню. — Мы поедим с Джей Джей, — продолжил Кифер. — Она платит! Вот, держи. — он взял меню и, наклонившись, передал его Джей Джей, их пальцы на мгновение соприкоснулись. – Они похожи на пару, — прошептала Мика, возвращаясь на место. И, признаться, она права: его спокойствие, её веселость. Они словно были созданы дополнять друг друга, как две части одного целого. Только вот… эта гармония между ними, почему-то никак не вязалась. Да ещё и Юри под боком. Словно по зову моих мыслей, Юри вышел из кухни. Его взгляд, стоило ему появиться из-за дверного проёма, тут же застыл на этой паре, которые уже склонились над меню, что-то весело обсуждая. Я наблюдала за Юри. Его спина казалась вдруг слишком сутулой, а взгляд, застывший на смеющейся Джей Джей, был наполнен такой откровенной грустью, что моё сердце дрогнуло. Он всегда был таким...сдержанным, но сейчас в нём читалась какая-то болезненная пониклость. Ему явно не по себе. Надо что-то сделать. Что-то простое, чтобы не спугнуть. Может, отвлечь его? Мысли метались в голове, и я решилась. Я подошла к нему, стараясь выглядеть максимально естественно, будто просто проходила мимо. — Всё в порядке? Он дернулся, будто я вырвала его из раздумий, и повернулся ко мне. Его глаза сейчас были слегка затуманены, а брови сведены в легком недоумении. — Да, всё нормально, — ответил он, стараясь отвести взгляд. — Просто… «Просто что? Просто смотришь на них и грустишь?» Внутри меня зашевелилось легкое раздражение от его упрямства, но желание помочь пересилило. Надо сменить тему, переключить его внимание. — Знаешь что, — я постаралась придать голосу энтузиазм, — Я тут заметила, у нас ведь сегодня последний день работы. А стойка, — я кивнула на идеально чистую поверхность, — Блестит просто идеально. Ты, кстати, отлично справился со всеми поручениями. Мы вообще молодцы! Может, отметим это потом? Юри бросил короткий взгляд в сторону Кифера и Джей Джей, которые все еще что-то обсуждали у столика, и его губы скривились в горькой усмешке. — Отметим? — Да! Так ты согласен отметить наш "успех" после работы? Просто посидим, поболтаем? Без всяких. Плечи мои невольно напряглись, сжавшись в ожидании. Каждая секунда, пока он молчал, казалась вечностью. — Хорошо, — наконец произнес Юри, его голос был тихим, почти нерешительным. — Я согласен. И этот единственный слог мгновенно снял напряжение. На моих губах сама собой появилась облегченная улыбка, а плечи расслабились, словно с них свалился невидимый груз.

***

Наконец, последний лязг посуды стих, последний стол был протёрт до блеска, и ресторан погрузился в блаженную тишину завершенного дня. Юри и я выбрались на задний двор, где свежий вечерний воздух обнимал нас, смывая усталость. Я опустилась на скамейку, что стояла под раскидистым деревом. Юри присел рядом, его плечо почти касалось моего. В руке у меня были высокие бокал, наполненный чем-то янтарным и игристым, украшенный тонким ломтиком лимона. Я протянула его Юри. — Что это? — он поднес бокал ближе к глазам, рассматривая мерцающее содержимое. В его взгляде читалось легкое любопытство и что-то ещё – едва уловимое облегчение после напряженного дня. — Коктейль, — ответила я, устраиваясь поудобнее и беря свой собственный бокал. — Намешала, пока убиралась за стойкой. Отличная возможность применить свои барные навыки, не так ли? — Я улыбнулась, делая глоток из трубочки. Сладость и легкая цитрусовая кислинка приятно растеклись по языку. — Там есть алкоголь? — спросил Юри, его голос был неожиданно серьезным, с ноткой осторожности. — Ага, — промычала я, отпивая еще глоток. Я видела его легкое колебание, почти нерешительность. — Я за рулем, — прозвучал его ответ, с легкой долей вины. — Да ладно тебе! — я махнула рукой, закатывая глаза. — Пей! У тебя точно есть личный водитель. Он может приехать и забрать тебя. Разве я не права? Юри лишь хмыкнул, но ничего не ответил, лишь слегка изогнул губы. — Эй! Ну давай, всего один бокальчик, — я чуть толкнула его плечом. — Когда ещё мы будем что-то отмечать? Это наш последний день здесь. Не будь занудой. Тем более, я знаю, что ты пьешь. Он повернул голову, его брови приподнялись. — – Почему ты в этом так уверена? — Потому что услышала недавно в классе, как вы прекрасно проводили время у тебя дома, — я усмехнулась, вспоминая обрывки разговоров, доносившихся из-за закрытых дверей. Наконец, его уголки губ дрогнули, и он сдался. — Ладно. Убедила. — Юри поднес бокал к губам и сделал маленький, осторожный глоток, словно дегустируя нечто невиданное. Его глаза прищурились, сосредоточенные на вкусе. — Неплохо, — произнес он. — Конечно неплохо, — я горделиво выпрямилась. — Две недели за барной стойкой дали о себе знать. Мы замолчали. На смену оживленной болтовне пришла тишина, нарушаемая лишь редким стрекотанием сверчков и легким шелестом листвы над головой. Вечернее небо над нами медленно темнело, превращаясь из остаточных оранжево-розовых оттенков заката в глубокий индиго, усыпанный первыми звездами. Воздух был мягким, прохладным. Я откинулась на спинку скамейки, чувствуя, как алкоголь медленно, но верно растекается по телу, снимая напряжение дня. Голова стала немного затуманенной, мысли плыли легко и беззаботно, а мир вокруг казался чуть более приятным, словно я смотрела на него сквозь дымку. Наконец-то. Я бросила взгляд на Юри. Он тоже откинулся, его голова была слегка запрокинута, и он смотрел в небо. Лицо его было расслабленным, черты лица смягчились, а на губах играла легкая, непринужденная улыбка. Не та горькая усмешка, что была раньше, а настоящая, искренняя, без всякой маскировки. Я наблюдала за ним, и чувство глубокого удовлетворения разлилось по моей груди, теплое и успокаивающее. Он выглядел таким умиротворенным. Ни тени печали, ни той тоски, что я видела сегодня днем. Он просто был здесь, рядом, расслабленный и довольный, не думая о Джей Джей, не сравнивая себя с Кифером. Он просто наслаждался моментом, этим мимолетным покоем. Моя голова, уже слегка одурманенная, невольно склонилась, и я почувствовала себя так легко, так хорошо. Мы просто сидели, и иногда обменивались тихими, бессвязными фразами о звездах, о завтрашнем дне, который еще не наступил, или просто о тишине. Это было просто и идеально. — Айра… — начал он и его голос, тихий и немного задумчивый, нарушил эту идиллию. Я заметила, как его голова повернулся ко мне. — Мы можем поговорить? Почему я тогда вместе с остальными кидал в вас мяч. Я чуть не поперхнулась коктейлем. Спортзал? Ого. Он это вспомнил? Воспоминание, которое я предпочитала не ворошить. Однако, раз он сам заговорил об этом… — Ого, — выдохнула я, искренне удивленная. — Я и подзабыла об этом, если честно. Ну и почему же? — Я повернула голову к нему, любопытство пересилило легкое недоумение. Юри отвел взгляд, его пальцы медленно скользили по мокрому от конденсата бокалу. — Просто… — Он запнулся, словно подбирая слова. — Просто после твоих слов...я задумался. Почему я так сделал. Ты тогда сказала, что Джей Джей сестра Ариса. А мы… мы знали, какой Арис. И как-то это всё вместе наложилось. Я думал, что вы скоро переведетесь, что вам здесь не место. И поэтому я… я не воспринимал вас всерьез. — он сделал глубокий вдох, его плечи чуть поникли. — Это все мое недоверие и страх быть преданныи. Кифер – мой близкий друг, и я всегда стремился поддерживать его. Глупо, конечно. Моё сознание, слегка затуманенное алкоголем, вдруг стало кристально чистым, сосредоточившись на его словах. Не воспринимал всерьез. Думал, что мы уйдем. Вот оно что. Я взглянула на него. Его профиль был освещен лишь тусклым светом от окна ресторана. Он не оправдывался, а объяснял, пытаясь понять и быть понятым. — Прости, — сказал Юри ещё раз, теперь уже тихо, почти шепотом, поворачиваясь ко мне полностью. Наши плечи едва ощутимо касались друг друга. Из-за этого мы оказались так близко, что я могла различить каждую ресничку на его веках, почувствовать легкое дуновение его дыхания. – Только в этот раз. Его глаза, глубокие и задумчивые, опустились к моим губам, задержались там на мгновение, а затем вернулись к моим глазам, ища разрешения, подтверждения. Мое сердце забилось чаще, откликаясь на этот немой призыв. Я видела в его взгляде нечто похожее на то, что чувствовала сама – легкое головокружение. Он подался вперед, медленно, почти нерешительно. Я, словно загипнотизированная, повторила его движение, неосознанно сокращая расстояние между нами. Я почувствовала его теплое дыхание на своих губах, и мой взгляд, уже полуприкрытый, уловил, как медленно опускаются его веки. Я прикрыла свои, отдаваясь предвкушению. Затем их коснулось мягкое, нежное прикосновение. Его губы были мягкими, чуть прохладными, но в тот же миг, как они встретились с моими, по телу пронесся обжигающий жар, не от алкоголя, а от чего-то куда более глубокого, от вспыхнувшей искры, которая мгновенно превратилась в пламя, заполняя каждую клеточку. Время словно остановилось, растворившись в этом единственном мгновении. Но не прошло и нескольких секунд, когда этот хрупкий мир рухнул. Юри резко отстранился, словно очнувшись от наваждения или внезапно испугавшись чего-то. Его рука дернулась, и коктейльный бокал, который он все еще держал, опрокинулся, пролив остатки янтарной жидкости темным пятном на землю. — Юри! Айра! Вы где?! Мы застыли. Мое сердце бешено колотилось, а дыхание сбилось от шока — сначала от его резкого отстранения, а теперь от этого внезапного вторжения. Из-за угла ресторана, словно из ниоткуда, вышла Джей Джей. Она уже заметила нас и теперь быстрым шагом направлялась к нам, совершенно не подозревая, что только что произошло. — Вот вы где! — воскликнула она. — Давайте собираться. Эман уже закрывает ресторанчик. Нам пора. — она даже не дождалась ответа, просто развернулась и направилась обратно к дверям, уверенная, что мы последуем за ней. Мы остались сидеть, как две опешившие статуи, замершие в неловком молчании. Что сказать? Как объяснить эту мгновенную, невидимую связь, что только что вспыхнула и так же стремительно погасла? Неловкость была почти физической, давящей. Юри первым нарушил гнетущую тишину, его голос был глухим и смущенным. — Прости… — произнес он, поднимая свой опрокинутый бокал с земли. — Аа… да, да что ты извиняешься, — заикаясь, пробормотала я, тут же вскочив на ноги. Мое сердце все еще колотилось, а дыхание сбилось. Я чувствовала, как пылают мои собственные щеки. — Всё окей. Д… давай пойдем. Нам и вправду пора. Мы двинулись к дверям, каждый в своих мыслях, отделенные друг от друга внезапно возникшей стеной. И хотя губы еще помнили то короткое прикосновение, а тело – волну жара, сейчас единственное, что имело значение, это как можно скорее вернуться домой.