Часть 1 - хочу покоя.

--- 6 курс 29 декабря 1992 года «Ну что же, дорогой дневник, пишу сюда, потому что хочу пожаловаться на свою блядскую, никчёмную жизнь. Для этого же ты, вроде, и нужен? Хотя похер, хуже уже не будет. В последнее время я стал задумываться всё больше и больше о том, чтобы изолироваться от общества, лечь в психбольницу или совершить что-то незаконное, сесть в Азкабан и гнить там всю свою жалкую жизнь, как мой отец. Если честно, мне кажется, что после третьего курса жизнь перестала быть прекрасной и беззаботной. Раньше я думал, что, раз я родился в чистокровной аристократической семье волшебников и я сказочно богат, то моя жизнь будет лучше, чем у других, и я должен быть счастлив. Но нет! Нихера подобного. Моя жизнь свалилась к чертям на четвёртом курсе, когда у меня начали проявляться… Хотя нет, почему это я должен сюда писать? Вдруг кто-то найдёт и прочитает? Ай, к чертям собачьим это всё. Пока!» **** Джинни стояла перед зеркалом и любовалась своим новым платьем, в принципе, так же, как и остальные девочки Гриффиндора. Конечно, скоро рождественский балл, и все к нему тщательно готовятся. Гермиона не обращала особого внимания на подругу и просто читала свою любимую книгу под названием «Дорога к смерти». В этой книге рассказывалось, как парень, который ненавидел одну девушку, влюбился и признался ей в чувствах на глазах у всей школы, предложил встречаться, а она ему отказала. Весь оставшийся срок учёбы и, в принципе, всю жизнь он провёл один, так как не видел смысла жить без неё — единственной и желанной, ради которой был готов на всё. Но под конец романа всё изменилось, и Гермиона как раз остановилась на странице 193, где описывался один его важный шаг. — Гермиона! Девушка оторвалась от книги, посмотрев на подругу. — Да, Джинн? — Ты совсем ничего не замечаешь?! Гермиона прищурила глаза. — А что должна? Она не удержалась от выражения лица Джинни и засмеялась. — Тебе, кстати, идёт это платье. Джинни внимательно взглянула на неё и нахмурилась. — Я знаю, что я великолепна в нём. А где твоё платье? Гермиона немного замешкалась, так как не придала сильного значения этому балу. Она не любила вечеринки и больше предпочитала посидеть в тишине и почитать свой любимый том. — Я… Джинни всё поняла без слов и подлетела к подруге. — Ты серьёзно ещё не купила платье?! До балла два дня осталось! Гермиона отложила книгу. — Джинни, ты же знаешь, я не люблю весь этот шопинг. Да и ты сама видела цены на эти платья! Я лучше у мамы по почте попрошу какое-нибудь красивое и пойду в нём. — Гермиона, это балл, а не открытие новой библиотеки! Гермиона засмеялась, а Джинни последовала её примеру. **** 30 декабря 1992 Гермиона шла ночью по тёмным и пустым коридорам Хогвартса. До отбоя оставалось семь минут, и она спешила, не замечая ничего вокруг. Но вдруг остановилась, потому что услышала чей-то хриплый, сдавленный голос. Кто-то плакал, и звук исходил из женского туалета. Ей стало не то чтобы интересно, но нужно было узнать, кто это. Может, поддержать, спросить, что случилось? Хотя она не хотела бы вмешиваться в чужие проблемы… Всё же, недолго обдумывая, она подошла к двери, тихо приоткрыла её и зашла. Но как только она вошла, замерла. Под умывальниками, на холодном и мокром полу, сидел Малфой собственной персоной. И самое странное — он ревел. Он заметил её и посмотрел диким, хищным взглядом, словно на жертву. Она тихонько подошла чуть ближе, но всё ещё держала дистанцию, зная его внезапные выходки. Затем тихо, почти шёпотом, произнесла: — Малфой?.. Он бросил на неё ненавистный взгляд и начал психовать, будто это она виновата в его слезах. А когда посмотрел в небольшое окно на туман и луну, окончательно обезумел, закричал и с болью выплюнул каждое слово: — Убирайся отсюда! Она странно посмотрела на него и осторожно спросила: — Святой Мерлин! С тобой всё оке… Она не успела договорить, как он встал, его зрачки расширились, начали краснеть, а сам он буквально зарычал. — Я сказал, ушла нахер отсюда! На этот раз Гермиона по-настоящему испугалась и убежала, до сих пор не понимая, что произошло и что с ним. Она бежала по коридорам в свою комнату, зная, что уже давно наступил отбой, но ей было всё равно. Слёзы покатились по бледной щеке, сердце бешено билось. Его слова засели в её голове, крутилась куча непонятных мыслей, на которые не было ответов. Она добежала до гостиной, потом до комнаты, где остальные девочки уже видели пятый сон. Но она сегодня точно не сможет уснуть…