«Вкус пробуждения»

***

Кровь ещё тёплая стекала по её губам. Мари тяжело дышала, глаза были затуманены. Сердце колотилось, но не от страха — от вкуса жизни, что только что прошёл через неё. Она отпрянула от тела. Человек упал на землю с глухим стуком, как кукла без нитей. — Я… что я сделала… — прошептала Мари, прижимая ладони к губам. Пальцы дрожали. — Я убила его? — Нет, — раздался знакомый, низкий голос за её спиной. — Ты наконец проснулась. Парень с алыми глазами подошёл ближе, и в его лице читалось… довольство. Почти нежность. — Поздравляю, Мари. Теперь ты — нечто большее. — Я... чудовище... — Она смотрела на свои руки, испачканные кровью. Он коснулся её подбородка, заставив поднять взгляд. — Нет. Ты — охотница. А чудовищами были те, кто заставлял тебя сомневаться в себе. Он медленно провёл пальцем по её щеке, оставляя на коже алый след. Затем шепнул: — Скажи, хочешь ли ты узнать, кто ты на самом деле? Мари замерла. Где-то глубоко внутри, в сердце, уже не звучал протест. Там было другое чувство. — Ты — та, кем так давно хотела стать. Разве не так? Он смотрел ей прямо в глаза, без жалости. Но и без осуждения. — Ты хотела стать вампиром… но не можешь убить человека ради жажды. Вот она, суровая реальность. Думаешь, быть вампиром легко? Мари молчала. Она сжимала руки, залитые кровью. Мир будто рассыпался. — Знаешь, я — единственный вампир в этом лесу. А знаешь почему? Потому что я никогда никого не щадил. Как и меня не щадили. Все эти трупы… — он указал назад, в сторону мрака, где лежали тела. — Всё это сделал я. Он замолчал. Лёгкий ветер прошелестел листья, как будто сам лес слушал. — Теперь понимаешь, с чем ты связалась? Мари выдавила сквозь губы: — Тогда… почему ты меня не убил? Как остальных? Почему дал шанс на жить? Он посмотрел на неё с такой болью, что это почти испугало. — Потому что… я увидел в тебе себя. Она лишь смотрела ему в глаза. В эти красно-алые глаза, которые она так давно хотела увидеть… И вот они — прямо перед ней. Живые. Горящие. Настоящие. — Я не могу вернуться домой, — спокойно сказала Мари, но голос её был пуст. — Ты можешь… но только чтобы отомстить, — с лёгкой, почти жестокой улыбкой ответил парень. — Что?.. — она нахмурилась. — Ты думаешь, это был сон? — он шагнул ближе. — Нет, Мари. Это тебе показали правду. О них. О том, какие они на самом деле. — Ты разве не хочешь отомстить за то, как с тобой обращались? — Я… я не могу так. Я не такая… — Мари прошептала, но не отступила. — Сейчас ты — не человек. И пути назад нет. Посмотри на свою шею, Мари. На то, что теперь на ней. Ты приняла проклятие, сама. Он провёл пальцем по её шее — там, где ещё остались следы укуса. — Люди… для тебя теперь лишь еда. Жертвы. Маленькие, жалкие жертвы. — Но… почему мы не можем просто превращать других людей в таких, как мы? Почему нельзя… вместе? Он усмехнулся. Горько,почти с сожалением. — Ха… ты думаешь, я всегда был единственным вампиром? Он поднял глаза к небу, куда-то вглубь воспоминаний. — Я запомнил только одно Среди вампиров есть такие животные, что любой человек покажется тебе святым.