Глава 38. Локон Медузы.

Кэй и Синдзи предстали перед руководством Амазонок. Двое пилотов Девадаси стояли у парадного входа в главный минеральный дворец — мужчин туда не пускали. Спинами к его арке встали Айла и четверо её близких соратниц, а с ними — несколько десятков рядовых амазонок. Они, кроме верховной жрицы, носили одинаковую одежду, различались только цветом драгоценностей. Из воспоминаний Кэя, Синдзи уже знал, кто это такие, так что пилота Евы-01 не требовалось вводить в курс дела. Верховная жрица Айла начала свой рассказ: — После того как Мазингер Зеро вылупился из космического яйца, произошли изменения в высших сферах бытия. В результате моя сестра Химико смогла задействовать гораздо более могущественные тёмные силы. Теперь она сбросила человеческий облик и стала демоном, проявлением могущества Тёмных Богов в нашей зримой реальности. В ответ я медитировала сама на божественные эоны, чтобы моя воля смогла призвать в этот мир силы, которые могли бы остановить Химико. — То есть вы… призвали нас, Айла-сан? — Кэй подумал, что Айла или те высшие силы, которые стоят за ней, управляют их судьбой в той же деспотичной степени, в какой это позволяет себе Мазингер Зеро. — Не совсем, Анно. Мультивселенная работает так — если бы в любой её точке появился тот, кто мог бы нам помочь, то воля Богини рано или поздно предоставила бы ему возможность появиться именно в наш момент, в котором происходят события в нашем мире. В рамках мультивселенной не существует абсолютного времени. Мы можем выбирать точки и моменты пересечения линий времени. Теоретически это могли бы быть не вы. Но не суть — я знаю, что вы враги Тёмных Богов, чью волю выполняет моя сестра. Так что мы на одной стороне. Айла звучала очень уверенно и искренне поверила в то, что эти двое их спасут. — Да, мы готовы победить вашу Химико и её Королевство Яматай, Ханива фантомов, — оптимистично столь же приветливо пообещал Синдзи. — Но вы отблагодарите нас, Айла-сама… — Чем сможем, пилот Евы-01. — Айла совершенно спокойно рассуждала на такие темы. — Я чувствую, ваши души чрезвычайно сластолюбивы. Вы получите жаркие совместные ночи. Но давайте так: ни одна из нас не ляжет с вами, пока Химико жива… — Проклятье! Я вижу столько женщин, но не могу с ними сношаться! — Кэй не стал скрывать свои эмоции при виде такого количества амазонок. Многие из этих женщин встревожились, кто-то смотрел на мужчин с отвращением, но были и те амазонки, кто взирал с интересом. Некоторые даже ухмылялись и перешёптывались на тему того, насколько эти двое парней хороши в постели. — Кэй-кун, — Синдзи хлопнул его по плечу. — Я могу помочь тебе снять напряжение… В следующий момент Кэй и Синдзи уединились в одной из палат малого дворца — здесь как раз размещались мужчины. Японцы обнажились, осмотрели своё одинаковое телосложение, стройное и поджарое. Лицо Синдзи было более женственным и нежным, лицо Кэя — более простое, без женственности. В чертах лица Синдзи отдавали черты европейской крови, Кэй выглядел больше похожим на классического японца, но с рядом странноватых черт, возможно, обусловленных тем, что его родители работали с излучением аркано-технологий. Синдзи, по его словам, был похож на мать. Кэй сравнил нежные его черты с симпатичным мужественным лицом Коджи, подумал, что эти двое — действительно единоутробные братья. Волосы Синдзи длинные и каштановые, придающие немного диковатый вид, когда они не собраны в хвост. У Коджи, по воспоминаниям Кэя, волосы были более тёмные и жёсткие, доставшиеся от отца. Также более классически крепкое телосложение, полученное, опять же, от Великого отшельника, знающего прошлое и будущее. Сам Кэй очень выделялся из толпы благодаря своим иссиня-чёрными отпущенным волосам и тёмно-синим глазам, но, в сравнении с Синдзи, лицо его было располагающим, но мало выделяющимся за толпы, предельно среднестатистическим. В меру насыщенная волосатость головы Кэя предавала ему слегка дикий вид, словно намекая на животный половой темперамент молодого человека, подобный темпераменту хряка или бургундского кролика. У обоих на коже было мало растительности. Синдзи брил её, брил почти везде, на его жопе нельзя было найти ни одного волоска. Кею это понравилось. Парни закончили рассматривать обнажённые тела друг друга и перешли уже к дальнейшему. Синдзи с удовольствием сосал Кэя сзади и спереди. Уделил большое внимание эрегированному пенису, мошонке и анусу. Кэй очень завёлся: — Синдзи, я раньше не пробовал даже с фембоями, потому что у меня было много девушек!.. Но ты смог завести меня сильнее, чем меня заводила большая часть моего гарема! Кэй ужасно распалился — быстро, засосал Синдзи в рот, развернулся к себе спиной и наклонил его. Кэй впился смазанными пальцами ему в задницу; несколько секунд подержал их в очке, скорее вслушиваясь в ощущение тепла, чем стремясь растянуть, после чего заставил Синзди закричать от боли и удовольствия, когда в следующий же момент насадил обнажённую юношескую жопу на свой крепкий член. — О, Синдзи, ты шлюха! — Кэй орудовал бёдрами чрезвычайно энергично. — О, да, я шлюха! — Синдзи лежал животом на кровати, впивался пальцами в покрывало. — Знал бы ты, как мне приятно! Трахай меня ещё, Анно-кун! Я — твоя шлюха! — Держи мою сперму! — оргазм Кая случился всего через две с половиной минуты. Активный любовник отпрянул — член весь в говне, но его владельцу на это наплевать. Внутри Синдзи разливалась заполученная мужская сперма. Ребята отдохнули совсем немного. Кэя не потребовалось возбуждать, он очень быстро захотел Синдзи ещё раз. — Я тоже хочу кончить! — пилот Евы-01 дрочил свой пенис. — Давай я побуду наездником! — Ага! Теперь Кэй Анно откинулся на кровати, а его любовник поспешил оседлать своего жеребца лицом к лицу. Партнёр просто заложил руки за голову и с улыбкой наблюдал за тем, как верхний скачет и энергично надрачивает себе. Постоянная ритмичная насадка простатой на член привела к фонтанированию спермой Синдзи, тем паче пассив не отрывал пальцев от своего детородного органа, дроча его каждую секунду от уздечки. — Ва-а-ах! Спасибо, я тоже кончил! — фембой удовлетворился, его сперма осталась остывать на животе Кэя. — А я — нет. Кэй сразу же поспешил омыть член, вернулся к нему, поспешил схватить Синдзи за голову и закупорить ротовую полость своим детородным органом. Эрекция накануне буквально восстановилась за десять секунд. Кэй развратно ухмылялся, держал Синзди за волосы у своих ног до тех пор, пока не извергся в глотку. — Обязательно глотай, шлюха… — Угу… — Синдзи всего пару секунд подержал сперму у себя во рту, после чего отправил её в желудок одним глотком. — Я проглотил. — Молодец, Синдзи. Голый Кэй уселся на край ложа, остывал и отдыхал. Синдзи лежал на животе. В один момент он протянул руку. Кэй увидел это и поспешил взять Синдзи. — Синдзи, ты — отличная шлюха. Не каждая девка хороша в постели так, как хорош ты. — Анно-кун, если бы ты только знал, как мне приятно это слышать. Когда лежащий Синдзи сейчас улыбался, на его щеках давал о себе знать очень красивый румянец. Их пальцы соединялись во время таких слов. — Синдзи, у тебя много любовников? — Много. И любовниц тоже. У меня есть муж Каору. Нагиса Каору, чью фамилию я взял после свадьбы. Мои любовницы — Аска, Рей, клоны Рей, Мана, Мари, Мисато-сан, Ибуки-сан… Мои любовники — Тодзи и Кенске, Кадзи-сан, его сын… Ещё я знаком с пилотами супер-роботов из других вселенных. Мои друзья Хиро и Симон — с ними я тоже люблю баловаться под хвост. За это они дают мне своих жён, Зеро Ту и Нию. Моя постель — больше полдюжины человек. Я могу учинить оргию с парой десятков человек, если позову всех своих любовников, любовниц, просто знакомых и их близких под одну крышу. — Синдзи, я уже тебе завидую… Мой гарем будет меньше твоего, но ничего, я не настолько крутой пилот супер-робота, как ты, так что у меня ещё всё впереди. Я буду трахать космических принцесс, я буду спать с космическими герцогинями, я выебу всех этих амазонок… Синдзи, давай объединимся? — Объединимся? — пилот Евы-01 взглянул с долей удивления. Кэй пояснил: — Будем вместе работать, чтобы заполучить в нашу постель этих кисочек. — Согласен. — Синдзи улыбнулся. Кэй пожал ему руку как другу, Синдзи ответил. — Теперь давай обсудим наши вкусы. Синдзи, я так понял, тебе больше нравятся мужчины? — начал расспрашивать Кэй. — Да, мужчины мне нравятся однозначно больше женщин, — подтвердил Синдзи, — но я всё равно люблю женщин. Я обожаю трахать их в задницы. Вообще не люблю пользоваться влагалищем. Я больше люблю сосать влагалище, чем кончать во влагалище. — Согласен, влагалище иногда не настолько узкие, как хотелось бы, но вот не каждая девка согласится на анал. Так что для меня анал — как десерт… Синдзи, а ты любишь больше, когда тебя трахают в задницу, или ты больше любишь, когда ты трахаешь? Когда ты или когда тебя — что тебе больше нравится? — продолжал выяснять Кэй. — Я больше люблю, когда трахают меня, но трахать сам тоже люблю, Кэй-кун. Я трахать люблю в попу, девочек стараюсь трахать только в попу. Я уже говорил тебе, Ан… Кэй-кун. — Да, зови меня по имени. Синдзи, я люблю женщин, ты — исключение. Я люблю их трахать. Мне без разницы, с какой, с кем, при каких обстоятельствах и в каком месте — я всегда заинтересован в женщинах. Я готов трахать некрасивых женщин, если сильно хочется. И знаешь, я абсолютно не заинтересован, чтобы они меня любили. Я больше предпочитаю, когда женщины ко мне равнодушны. У меня есть подруга детства, она в меня влюблена. Она страдает от моего поведения. Мне её жаль, но я прямо сказал, что не намерен меняться. Так что, Синдзи, я больше хочу, чтобы женщины не питали ко мне лишних чувств. — Кэй-кун, я считаю, что любовь и разврат вполне можно сочетать. — Синдзи решил высказать своё мнение. — Просто человек должен понимать, любить-то можно по-разному и любить можно нескольких. Скажем, я навечно связан узами вечной любви со своим мужем — Каору. Но очень сильно и романтично я люблю своего друга — Тодзи. Я влюблён в Аску, свою подругу, она любит меня. Я люблю Хиро и Симона. Любить можно по-разному. — Синдзи, — Кэй чуть нахмурил брови, — я готов полюбить тебя как человека с похожими вкусами. Меня раздражает жить в обществе, где все говорят, что заниматься сексом можно только по романтической любви. Я не хочу никакой романтической любви. Я хочу только секса, чем более бездушного — тем лучше. Но я могу полюбить тебя как друга или как товарища — за схожие вкусы. — Спасибо, Кэй-кун. Синдзи спешил обнять его, поцеловал в щеку, потом — в губы. В дальнейшем Кэй рассказал кратко про свой гарем. Из этого рассказа следовало, что он испытывает ко всем девушкам одинаковые чувства — для него они просто партнёрши по работе и по сексу. Разве что к той самой подруге детства Кэй относится несколько иначе — он ценит её именно как старую знакомую. Родители и другие старшие родственники Кэя погибли во время войны с Бардосом и во время опасных экспериментов испытаний супер-роботов и аркана-технологий. Он их знал и не помнил, так что всегда считал себя детдомовским. Он рос вместе с Наоко — тоже дочерью погибших сотрудников SPIRITS. Так что для него она — как старшая сестра, нежели любовница или наложница. Синдзи рассказал о своём детстве. До четырёх лет он жил с родителями, но потом Евангелион-01 поглотил её мать. Отец передал его на воспитание дяди и больше не появлялся в его жизни до тех пор, пока не потребовался пилот для той самой Евы-01. Синдзи страдал с тех пор дальнейшую жизнь и не мог отцу этого простить. — Да, у тебя куда более напряжённая жизнь по сравнению со мной, — Кэй притянулся на кровати, положил ногу на ногу и закладывал руки за голову. Синдзи просто ровно вытягивался, сказал своему новому знакомому о том, какую большую роль он сыграл в том, чтобы остановить конец света и освободить свою вселенную из временной петли, созданной всё тем же злобным Ньярлатхотепом и его «работодателями» — Внешними или же Иными Богами — кошмарными и одновременно безумными сверхразумами, которые, как говорят, создали всю мультивселенную своими чудо чудовищными мыслями и жаждали снова заполучить её под своё господство. Для этого демонические божества породили разнообразных тиранов-злодеев, таких как Микенский Император Тьмы или Королева Яматай Химико. И Мазингер Зеро мог пополнить число их наместников. — Я никогда не хотел спасать мир и становиться героем. Быть простым человеком мне нравится куда больше. Это гораздо удобней. — Кэй флегматично говорил об этом. — Хотя убивать врагов — это приятно, очень приятно… — Я — пацифист и я ненавижу насилиле, — сравнил свой опыт Синдзи. — Но мне нравится, когда меня хвалят за то, что я пилот Евы… Они ещё поговорили о разном, пока не удовлетворились этим. Теперь Кэй испытал потребность снова сношаться. — Приятно слышать, — Синдзи до боли привычно протянул руку к смазке… В это раз юноши состыковались вот так: Синдзи лежал на спине и задирал ноги, клал их на плечи своего активного любовника. Кэй воткнул член, смотрел в глаза Синдзи, когда его трахал, видел его, поджарой торс и торчащий член. Синдзи в это время дрочил себе рукой с самого начала полового акта и под его конец уже был готов выплеснуться. — Кончаем? — Кэй хотел сделать это в один момент. — Да, Кэй-кун! — Фу-х! — актив выплеснулся. Пассив подождал несколько секунд, чтобы как следует почувствовать, поступающую в свои потроха сперму, и только за тем Синдзи особенно яростно дёрнул свой пенис: — Ы-ых! — Синзди выплеснул себе на руку и на живот струю собственной тёплой, светлой, липкой семенной жидкости. — Фу-х, Синдзи!.. — Кэй извлёк, член и убрал ноги любовника со своих плеч. — Чувствую, мы ещё долго будем развратничать перед тем, как возьмёмся за какое-то толковое дело… Оба рассмеялись. — Кэй-кун, — Синдзи прислушался к своим ощущениям и сказал вот что: — Я думаю, в другой раз мы должны поменяться местами… — Ох… Хорошо, — Кэй решил всё же обговорить этот вопрос, — я обещаю попробовать, но давай, если мне сильно не понравится, то… — Кэй, давай ты по крайней мере один раз потерпишь ради меня? — О’кэй, когда ты снова захочешь, я дам тебе свою задницу. — Кэй решил согласиться на этом. — Я иногда отдавался пару раз своим девкам, которым я выдал имитаторы. Я больше люблю смотреть, когда они друг друга удовлетворяют этими имитаторами, но пару раз я попробовал сам подставь жопу… — И как, Кэй? — Не знаю, Синдзи. Этот опыт полностью стёрся из моей памяти. Мне не было слишком больно, иначе я бы запомнил, но особого кайфа я тоже не получил — иначе бы попробовал куда чаще… — Кэй, я люблю, когда девушки так мне делают, но предпочитаю не злоупотреблять… — Почему? Тебе же нравится, когда тебя трахают в зад? — Когда это делаю парни. Больше всего обожаю, когда парни трахают меня в зад. Когда это делал девушки, я начинаю жалеть, что это не парни. Это мне настолько претит, что я не могу так часто давать девушкам себя трахать. Кэй и Синзди засмеялась. — Правда? — удивился Кэй. — Правда! — и они оба ещё раз засмеялись. — Синдзи, ты фембой моей мечты! Да, рано или поздно я бы точно попробовал с фембоем, с трапом или с трансом. Думаю, я бы точно попробовал, не будь у меня по работе гарема, с которым я должен постоянно работать. Мне нужно было найти подходящего фембоя. Я очень рад, что я нашёл тебя! — Кэй быстро обдумал этот вопрос и испытал одни только позитивные эмоции. — Синдзи-кун, я обещаю трахать тебя в любой момент, когда ты меня об этом просишь! — Спасибо, Кэй, я очень это польщён. — Синдзи сейчас посмотрел на него с немного смущённым, но в целом со счастливым лицом. Потом голос пилота Евы-01 слегка сбился. — Но должен тебе сказать, Кэй-кун, у меня есть ещё одна страсть… — Какая? — Кэй приподнял бровь. Синдзи дальше немного волновался, когда признавался в своих наклонностях — он слегка подрагивал пальчиками правой руки: — Я обожаю трахать задницы других мужчин. Особенно натуралов. Я готов соблазном или сделкой, услугой за услугу добиться права хотя бы раз выебать в жопу парня-натурала! Я чувствую себя всемогущим победителем, когда насаживаю на свой хер парня, которому главным образом нравятся одни девушки! — Синдзи решил уж ничего не скрывать. — Ха-ха! Вот оно как! Значит, кхм, ты теперь прицелился к моей жопе, мне не отвертеться?! Ещё когда ты сосал моё очко в самом начале, я почувствовал, твой язык необыкновенно трепещет. Ни у одной девки он так не трепетал… Хорошо, Синдзи, я уважаю человека, который так похож на меня. Чисто из уважения, я дам тебе меня попробовать как женщину… — Спасибо, Кэй-кун! Мне очень приятно, что ты так хорошо поснимаешь меня. У нас с тобой гигантские либидо и мы оба полиаморны… — Синдзи испытал очень сильное ощущение счастья от налаживания такого контакта. Синдзи сейчас сидел на кровати, Кэй стоял рядом и утыкался кулаками себе в бока. — Нет. Между нами всё-таки есть различия. Мне не понять, например, твою страсть к мужчинам. Парни не вызывают у меня такой страсти. Я бы точно не стал вести себя как сучка — подставляться под чужие хуи из такого сильного желания, как у тебя. Синдзи, возможно, мы не будем такими уж хорошими друзьями. Но я надеюсь, что всё же будем. Главное, знай меру и не будь навязчивым. — Извини. Спасибо, Кэй! — Синдзи всё же испытал значительную долю счастья от таких отношений и такого общения. Сейчас сидел и вслушивался в эти ощущения и наслаждался ими. Синдзи тщательно смазывал Кэя. Сперва он дал ему засунуть в себя секс-игрушку, только потом позволил себе приставиться членом к его дырке и вставить. Они выбрали для этого классическую позу — Кэй лежал в животе, Синдзи позволил ему какое-то время привыкнуть к наличию члена в заднице, только после этого начал двигаться, постепенно набирал обороты. Кэй не испытал ничего особенного — ни боли, ни удовлетворения, так что его содомиту осталось кайфовать в одиночестве. — Ах! Уф! Ох! Сожми меня попкой, Кэй-кун, я сейчас кончу! — несмотря на все пережитые оргазмы, Синдзи смог очень хорошо возбудиться и выплеснуться спермой после пяти-восьми минут. Кэй стиснул его своим очком и за это очко очень быстро наполнились горячей спермой. — Фу-х! Синдзи извлёк член, тоже весь в дерьме, отшатнулся. — Ты как, Кэй-кун? — Ничего… Думаю, у меня не будет проблем ещё дать тебе какое-то количество раз. — Спасибо, Кэй-кун! Я сейчас отдохну, кончу в тебя ещё раз и, думаю хватит. Я больше не хочу заниматься сексом. Я насытился вдоволь где-то на сутки, если не больше. — Пока я вижу такое количество женщин, я едва ли могу сказать, что сыт, — Кэй отпрянул от кровати и сел перед Синдзи. — Пока отдыхаешь, отсоси у меня… — Угу, Кэй-кун. Хочешь я высосу свою сперму, которую я кончил тебе в жопу? — Синдзи сам предложил. — Да, конечно. — Кэй встал с кровати и повернулся жопой к его лицу. И предупредил: — Там может быть дерьмо… — Если оно мне попадётся, я буду очень рад, — Синдзи обвёл языком губы, опустился на колени, раздвинул ягодицы и поспешил высосать себе в рот всё содержание заднего прохода. Синдзи не только сразу проглотил всю сперму, но ещё и достаточно приятно и трепетно языком полоскал Кею весь задний проход именно внутри. — Ты любишь дерьмо? — прямо спросил его об этом Кэй, когда язык любовника покинул его нутро и он повернулся членом к его лицу. — Нет, не люблю, но люблю, когда в порыве страсти я могу взять его в рот. Мне нравится разрушение подобных барьеров. Не выпрямляясь с колен, Синдзи продолжил ласкает член Кэя. Это заняло приличное время, но в конце ребят постиг успех. Кэй схватил любовника за длинные волосы яростно потянул за них как раз в тот момент, когда сперма хлестала струёй. — Глотай всё… Синдзи всё покорно сглотнул. Выпрямился. Оба взглянули на его член, сейчас весьма сильно стоящий. Синдзи дальше мастурбировал, поставил Кэя перед собой на колени и какое-то время сношал друга в рот. Когда Синдзи почувствовал готовность кончить, он приказал лечь на спину и задрать ноги — снова вход пошла смазка. Синдзи возложил себе на плечи ноги Кэя, трахал в такой позе. Одна пара голубых развратных глаз сверху-вниз смотрела на такую же пару развратных, тёмно-синих глаз. — Ы-ых! — Синдзи выплеснулся и заполнил жопу любовника, словно это была не задница, а вагина. Кэй убрал свои ноги с его плеч и свободно их вытянул. В этот раз оба парня окончательно удовлетворились и потеряли всякий интерес к сексу. Их гигантское либидо было насыщено. Так Синдзи и Кэй отправились в бассейн. Он напоминал собой античный, но на самом деле был вполне технологичен — здесь работал подогрев и функционировала система обеззараживания воды. Друзья омылись, насладились отдыхом. Где-то через час они поднялись из воды и облачились в одежду. Синдзи не стал собирать свои волосы в хвост, как делал обычно, и предпочёл их распустить и расчесать так, как если бы был девушкой. Он скрыл наготу стандартным одеянием амазонки, только не носил никаких драгоценностей, обулся в их закрытые сандалии. Кэй всегда носил свою тёмно-синюю униформу с белыми рукавами и компактным более светлым галстуком — только коричневые туфли разбавляли этот тон, прекрасно подходящий под иссиня-чёрные волосы и тёмно-синие глаза пилота Дэвадаси. Такая одежда резко выделяла Кэя — все видели, что он пришёл из вне общества и ему это очень нравилось. Ему нравилось быть мужчиной в окружении такого количества красивых женщин. Все амазонки получали в дар от Богини красоту, стройность и долголетие — если взять некрасивую толстуху и позвольте ей носить зачарованную драгоценность и жить на этой земле, то через некоторое время она станет выглядеть симпатичной пышкой. Синдзи как раз постарался полностью подстроиться под местных и не бросаться в глаза. Он хотел, чтобы его принимали за девушку. *** Химико и трое её генералов готовились к штурму базы Амазонок. Армии големов и армады летающих магматических замков и монолитов подходили с разных направлений. Мистические идолы, парящие в воздухе, оживлённые изваяния и боевые куклы пересекали природные преграды в виде долин и лесов, монстры вплотную подобрались к аметистовым обелискам, которые защищали территории амазонок. Летающие модули небольших раземров назывались — Окаенгу, большие — Тайкаенгу. Кое-где эту «геотехнику» сопровождали стоящие на её уступах рядовые — зеленокожие солдаты в зловещих масках, в римском прикиде и в серых мантиях. У некоторых видны гребни ящериц на головах и перепонки на руких. Их возглавляет сам Амасу — физически самый сильный из генералов-элементалей Яматай, коричневый каменистый монстр, ростом с полсотню метров, облачённый в подобие серых римских доспехов, покрытый кристаллами, растущими сквозь все его тело. Красные глаза вспыхнули. Он призвал себе Магуру — рой мельчайших пулеподобных глиняных статуй, покрытых письменами, вырвался из облака пыли позади его спины. Рой собрался в одного большого коричневого голема-циклопа. Центром сосредоточения его жизненной силы служило тёмно-красное ядро — оно выполняло функцию глаза и было очень большим по сравнению с остальными пропорциями тела. Гипертрофированные плечи, очень большие руки, которые достигали земли и были толще ног. Лица и головы нет, глаз занимает верхнюю часть туловища. Контур глазницы покрыт по крайней мере двумя рядами цилиндрических выступов. Амасу с удовольствием вспомнил, как Химико одолжила ему это ядро. Похотливая ведьма вытянула свой змееподобный язык, на кончике которого находился этот сверкающий предмет. Её демоническое чрево заполнено субстанцией из высшей реальности. О, в каком диком экстазе прибывал Амасу! Хотя у этих существ нет секса в привычном понимании, можно сказать, что они клёво потрахались и их ребёнок — Магура. Магура первым ринулся на кристаллический обелиск, страж амазонок раскрыл серебристый барьер. Пыльное столкновение — фантом ханива такого уровня смог подбить его, после чего залпом красных молний из ядра-глаза распылил кристаллический обелиск. Антропоморфные воины Яматай ликовали! Магура шагал дальше сквозь лесистую местность, переступал реки, поднимался по возвышенности. Остальные летающие монолиты Яматай, рядовые големы потопали за ним. Генерал Амасу не спешил ломиться вперёд. Девадаси приземлилась на пути вражеской армии. Обнажённый Синдзи прикован за руки и за ноги внутри мехи спереди, нанороботы просачиваются в него сквозь поры кожи. Кэй позади утопает нагишом в полупрозрачном красном желе — так изнутри выглядит Девадаси. — Кэй, я не буду использовать свои собственные онтологические силы, чтобы Злые Боги не обращали на меня особого внимания, — ещё раз напомнил Синдзи. — Будем использовать только ресурс Дэвадаси. Но помни, если возникнет риск жизни, то я просто материализую Еву-01 или использую свои собственные сверхъестественные силы. Они сопоставимы со Злыми Богами! — Ага! Не надо напоминать дважды, я всё запомнил с первого раз. Если мы легко победим этих врагов с помощью твоей всемогущей Евы, я — право же! — буду ужасно расстроен! Кэй очень хищно смотрел на противников. Итак, Дэвадаси сорвалась, тараном разнесла Магуру. Ядро, однако, уцелело — противник распался на вполне себе целые пулеподобные статуэтки. Дэвадаси остановилась, развернулась. Рой статуэток снова собрался вокруг ядра. — Он гораздо живучее обычных големов! — посмотрел на него Кэй. — У него есть большой S2-двигатель. — Синзди легко узнал этот красный предмет сферической формы. — Уничтожить его — он умрёт! Магура концентрировал энергию в этой сфере, выпустил насыщенный красный взрывной луч. Дэвадаси скоростным перемещением очутилась у него сбоку. Магура очень быстро прекратил стрелять, после чего ядро исчезло под поверхностью тела. Дэвадаси превратила руку в лезвие, попыталась рассечь голема именно в том месте, где находится этот предмет. Магура не пострадал от рассекающего удара, после чего вдруг раскрылся в некое подобие арки, внутри него появилось огромное отверстие. Куда делось ядро? Синдзи и Кэй закричали от боли — в следующую секунду на них пролилился насыщенный поток электричества — желтоватые молнии пытали их и заключили меху внутри арки! Магура сверкал током, он изменил форму ядра, уменьшил его, растворил среди всего прочего скопления своих составных элементов. Требовалось уничтожить их все разом, чтобы положить конец противнику. Дэвадаси же могла поглощать энергию, потому такие пытки её электрошокером не могли продолжаться дольше нескольких секунд. Японцы начали впитывать этот ток. Магура принял команду от Химико, прекратил это делать, отступить назад. Он дальше выстрелил насыщенными сгустками полурасплавленной магмы. Слабыми такими снарядами он мог стрелять ежесекундно, как из пулемёта. Дэвадаси остановила их своим барьером, после чего вложила поглощённую энергию в энергетический луч — он протянулся из раскрывшегося третьего глаза. Магура переварился в форму арки, пропустил сквозь себя большое количество энергии. Синдзи и Кэй чертыхнулись. Магура дальше видоизменил свой внешний вид под более быстрый. Голем теперь выглядел как сравнительно стройный гуманоид, у него появился каменистый выступ вместо головы. Большая часть массы обновлённого тела распределилась в некое подобие крыльев, раскидывающихся от плеч. Они представляли по сути очень большие когтистые кисти, визуально напоминающие лапы паука благодаря размашистым пальцам. Самые нижние из них переходили в нормальные человеческие руки. Размер каждой такой кисти был сопоставим с размером остального гуманоидного тела и даже превосходил его немного. Несмотря на это, Магура очень быстро бегал. Но Девадаси была быстрее — когда он с рывка захватил её в свои гигантские кисти, она в ответ распространила электрические разряды, пролила рой стальных дротиков. Ей удалось уничтожить все основные пальцы, но самые нижние из них — те, что заканчивались миниатюрными кистями, всё же смогли захватить Дэвадаси и не дать выскочить. Магура попрал её ногой, сконцентрировал энергию, чтобы распылить противницу. Но тут эту самую энергию поглотили наночастицы, уже внедрённые в голема. Они нарушили её циркуляцию в результате чего каждая его составная деталь взорвалась! Магура превратился в салют, от него поднялось облако песка. — Ничего страшного, — расслабилась Химико. — У них нет большой силы, я с ними справлюсь. Она проецировала свою силу через своих генералов — могла сотворить только одного такого сверхсильного голема. Дэвадаси столкнулась с остальной армией Королевства Яматай. Армада летающих идолов-окаенгу начала атаковать энергетическими болтами — весьма слабыми в отдельности, но роем способными причинить проблемы. — Спасибо, теперь эти силы станут нашими! — Кэй выдохнул на них роем нанороботов. Микроскопические машины разложили солдат Яматай в кровавую слизь, из которой воссоздались существа, похожие на одноглазых звездоподобных амёб. Эти слуги теперь взяли под контроль идолы-окаенгу. Торжествовал Кэй недолго — летающие модули повзрывались — в них была заложена программа самоуничтожения на случае захвата противником. Химико собрала из роя статуэток каменную лошадь светло-керамического и каменистого-коричневого цвета. Ханива фантом Мезура сформировалась для ведения боя на большой скорости и при сохранении дистанции. Синдзи и Кэй, впрочем, этой кобыле в скорости не уступали — их индуистская танцовщица уклонилась от магмапуль, разом подрезала при сближении пару задних копыт. Мезура врезалась в землю, перевернулась, после чего быстро превратилась в гуманоида с головой коня, перешла в ближний бой. Руки-мечи Дэвадаси пронзили Мезуру, срезали кисти. Голем-кобыла отступил на несколько шагов назад, выплюнул магма-зарядом, повреждения очень быстро восстанавливались. Дэвадаси отразила руками-кинжалами его же магмазаряд, врагу снесло голову; после чего нанороботы покрыли лошадку, она окончательно расщепилась в прах. — Ясно, физической силой тут не победить, — Химико решила использовать свой главный козырь. — Ментальные силы!.. Дэвадаси ринулась к Амасу — генерал-маг готовит очередного супер-ханиву из роя мелких идолов. — Я прикрою! — генерал-мечник Мимаси закрыл самого товарища, фехтовал с Дэвадаси несколько секунд. Клинки звенели, брызгали искры и не могли разбить друг друга. Кэй тогда дыхнул роем наночастиц — микроскопические роботы покрыли врага коркой. Мимаси на это раскалился, превратился в фигуру, созданную из раскалённой магмы, после чего выпустил во врагов рой молнии. Он одновременно избавился от металлического налёта и действовал против Дэвадаси. Синдзи и Кэй в эти секунды прекратили бой, сосредоточившись на поглощении этой энергии. Мимаси принял прежний облик высокого рогатого гуманоида, закованного в зеленоватые землянистые доспехи. Бордовая грива и землянисто-зеленоватая кожа на одной стороне лица, другая сторона выглядит как состоящая из чёрной породы и кроваво-розовой минеральной материи. Лазуритовые самоцветы на плечах пролили вновь струи электричества. Синдзи и Кэй впитали в себя это. — «Отлично! Я могу вас держать, пока Амасу готовит Бакуру!» Дэвадаси в следующий момент накопила достаточно энергии, чтобы совершить очень резкий бросок. Она выбила меч и разрезала Мимаси на две части. В миг соприкосновения с клинком, весь генерал превратился в магму, лезвие прошло сквозь неё. Изваяние из раскалённой материи сразу же восстановило прежний вид. Мимаси вновь перешёл в форму, на первый взгляд, органического гуманоида в доспехах. Он нагло и злобно усмехнулся, впитался в землю, исчез. Его место занял Бакуру — новый фантом ханива, чью протоформу Химико выносила в своём чреве. Он выглядел как большой, раздутый и уродливый зверь из красной глины, его спина — как холм, громоздкая и, казалось бы, едва способная держаться на своих боковых конечностях. У него из головы торчали два длинных, слегка изогнутых рога, которые раздваивались ближе к вершине. Красный цвет разбавлял белые зубы, пара клыков спереди. Большие и острые уши, выше головы холм покрыт скалистыми красными выростами, наводящими трипофобию частотой и насыщенностью своего расположения. Нос у Бакуру уродливый, но человеческий, такие же уродливые глаза человеческие по форме — чёрные, с жёлтыми точками внутри. Взгляд очень гипнотический и совершенно отвратительный, наводящий мурашки по коже. Синдзи и Кэй решили броситься на Бакуру и прикончить тараном. Хинива-фантом раскрыл рот и пролил ярко-белое свечение… Девадиси застыла в стазисе, когла он угас. Синдзи и Кэй закатились глаза, утратили связь с реальностью. — У нас получилось? — Мимаси снова появился из земли. — Да, они же стоят без движения… — Амасу подошёл вплотную. — Химико… — самый главный из троицы, косматый серолицый Икима, просочился сквозь землю в форме магмы, принял облик органического гуманоида. — Ваше Величество, мы победили… — Да! — обрадовалась Химико, находясь в своём скрытом замке внутри кратера вулкана. — Моё заклинание заставило их сознание дрейфовать внутри лабиринта бесконечных реальностей. Доставить ко мне! — Как прикажете, — отозвался Мимаси… — Ночной парад ста духов! — Икима материализовал рой адской нечисти, летающие астральные ёкаи окружили Дэвадаси, покрыли её собой и так полетели вместе с ней живым комом… Магматический дворец Химико выглядел как каменная громада, состоящая из змей — гигантских змей, сформировавших собой клубок и застывших окаменелостями посреди раскалённый породы. Она никогда тут не застывала, а небо никогда не просветлялось от пепла. Химико планировалась превратить всю планету в огненный ад серы, лавы и курящих в небо вулканов. А что бы ждало метафизически развитое население? Химико прошла мимо грязно-зеленоватой стены, в чьих сотах шевелились органические матки — животы взятых в плен амазонок превращены в утробы для выращивания солдат-демонов. — «Похоть Бога Вулканов не знает границ, я принесу Медузе народ Амазонок — армия новорождённых демонов будет служить под моим началом для завоевания вселенной! Я стану самой великой из слуг Тёмных Богов!» О, Великий Гхатанотоа! — она обратилась к своему демоническому повелителю. — Первенец Ктулху, губитель Юггота, услышь меня, твоя жрица взывает к тебе!.. Я дам тебе силу появиться в этом мире, получив семя пилота Дэвадаси… Химико — десятиметровое чудовище, похожее на медузу Горгону, на женщину-змею, уменьшилась до человеческого роста, проникла в грязно-зелёную каменную камеру, освещённую зловещими болотными огнями и оплетённую изнутри корнями некого демонического растения. Вокруг копошились все прихвостсти — зеленокожие порождения Гхатанотоа и смертных женщин, уродливая раса слуг Тёмного Бога с гребнями на головах и перепонками на руках. Химико велела им убраться прочь. Перед ней на каменном полу покоилось два обнажённых тела — Синдзи и Кэй. Руки связаны за спинами с помощью чёрных ремней, есть ошейники, веки приоткрыты, но взгляд реагирует на картины из совершенно нездешней реальности. Губы что-то шепчут. — «Пока их умы замерты в твоих иллюзиях, Великий Гхатанотоа, я могу делать с их телами всё, что захочу!» Эта зеленокожая женщина-полузмея со щупальцами на голове, поспешила оседлать Синдзи. Одновременно она схватила щупальцами Кэя, его тело задвигалось на манер марионетки — кажется, эти конечности посылали электрические разряды ему в мозг, благодаря этому могли стимулировать нервную систему в нужном ключе. Теперь загипнотизированный юноша поднялся и стал тереться вскочившим членом о ягодицы этой дьявольской ведьмы. Одновременно Кею казалось, что он сидит в компании Наоки. Вокруг — их дом. У них ростут дети, мальчик и девочка, скоро будет ещё один ребёнок — его жене очень нравится рожать детей. Милое семейное счастье. Только Кэй недоволен. Наоки все уши ему прожужжала и все мозги прополоскала, как она хочет, чтобы этих детей было больше. Кэй всё чаще стал замечать, что ему отвратительно видеть жену беременной. Он не хочет детей. Он не хочет семьи. Он хочет только секса без обязательств. Его вообще бесит, что от секса бывают дети. — Хватит! — Кэй сидел в кресле и наблюдал за тем, как играют его сын и дочь. Они замерли и синхронно посмотрели на него. Кэй вскочил с места, оставил жену с большим животом. Наоки удивилась: — Куда ты, Кэй? — Твою мать! Мне осточертело видеть тебя беременной. Мне осточертело довольствоваться только одной женщиной! — Кэй собирал вещи. Маленькие сын и дочь кинулись к нему. — Папа! Папа, не уходи! Мы любим тебя, папа! Опрыски захватили его ноги. — Наоки, убери этих спиногрызов! — гневно прикрикнул Кэй, остановившись только для того, чтобы не причинить им какой-либо травмы. — Немедленно! Я не собирался их заводить. Я вообще не помню, как я согласился встать с тобой под венец… — Кэй! — беременная жена вскочила и начала плакать. Она умоляла его не оставлять семью. Бросилась в объятия, на что он просто оттолкнул её достаточно легонько — именно чтобы оттолкнуть, но не слишком сильно, не желая, конечно, опрокинуть беременную. — Ты использовала гипноз или что-то такое, чтобы набросить на меня брачный хомут! Мне просто скучно жить такой жизнью. Я хочу каждый день трахать новую девушку! Я хочу сражаться и убивать врагов! Секс и насилие, насилие и секс — вот вся моя жизнь, Наоки, и я не хочу променить её на что-то другое!.. Кэй вышел за порог — несмотря на плач детей позади. Он шёл по спокойной улице, освещаемой солнцем. — Ты так легко бросил своих детей? — Синдзи появился здесь, одетый в летие футболку и шорты, обутый в кеды и с картузом на голове. В ушах — провода, он слушает музыку, на футболке — арт какой-то рок-группы. — Я совсем их не хотел, — Кэй остановился рядом. — Возможно, если бы у тебя была к ним эмпатическая привязанность, ты не оставил бы их так просто, — подумал Синдзи. — Этой привязанности нет откуда взяться, потому что это всё не на самом деле… Но в любом случае, Кэй-кун, ты бы бросил своих детей. Прямо как мой отец бросил меня. — Синдзи, будь ты одним из моих детей, ты бы меня возненавидел? — Как ребёнок — да. Но если бы вырос, я бы перестал тебя ненавидеть. Я бы стал относиться к тебе равнодушно… Но в любом случае — это всё сон. Химико и её хозяин Гхатанотоа погрузили нас в гипноз, пора нам вернуться в реальность… Синдзи с самого начала допустил это. Он мог бы отринуть чары Гхатанотоа, но решил поддаться на них. Накануне Айла предсказала такой вариант будущего. Так Синдзи мог бы легко добраться до самой Химико. Попытайся он сделать это грубой силой, она успела бы призвать ещё больше силы Тёмных Богов или постаралась бы сбежать с планеты. Сейчас — она в ловушке. Химико стонала, насилуя Синдзи. Он лежал под ней, она поднималась и опускалась. Кэй за спиной трахал её в задницу. Таким образом два пилота супер-робота одновременно познавали одну женщину. Синдзи посмотрел на неё с сознательным взглядом и вдруг нагло ухмыльнулся. — Хорошо кончил, — в эти секунды у него дрогнули пальцы рук и ног, — спасибо, сучка!.. Сперма вырвалась ей во влагалище. — Что?! Ты не под гипнозом?! — Химико ужаснулась. В этот момент прямо вместе со спермой, в неё проникло нечто ей враждебное. — Ага, сучка! Хорошо тебя трахнули! — Кэй, пришедший в себя, также кончал ей в задницу. — Гр-р-р! — Химико в следующий момент замахнулась щупальцами, захотела пронзить ими лицо Синдзи, нагло ухмыляющегося. Она ещё не поняла, что случилось, но до неё дошло, что она сама попалась в ловушку. Щупальце вонзилось в каменный пол, оставило на нём глубокий след. Синдзи уже там не было. Он очень быстро, гораздо быстрее, чем она вообще могла видеть и реагировать, выскочил из-под неё. Стоял теперь перед ней с освобождёнными руками и с серебряным мечом в них. Сияющее лезвие материализовалось из его воли, оно покрыто арабеской. — Серебряный Ключ Йог-Сотота?! Ты — Икари Синдзи, пилот Евангелиона-01! — поняла Химико. В этот же момент Кэй выскочил членом из её жопы, отскочил одними ногами. Он не мог так просто освободить руки, это заставило его оскалить зубы, немного панически напрягаться и биться из стороны в сторону. Химико материализовал в руках массивный топор, промахнулась — лезвие рассекло воздух на пустом месте. Синдзи двигался гораздо быстрее неё. Он появился за спиной Кэя, просто рукой сорвал с него путы. — Гхатанотоа! Кха-кха!.. — Химико поняла, что её магическая сила убывает. Всюду послышались вопли её приспешников — тепло от магмы теперь свободно пронизывало собой окружающие предметы, оно буквально поджаривало собой ближайших монстров, чьи тела состояли из органической материи. — Я с помощью Йог-Сотота и Шуб-Ниггурат запечатал твой канал связи с Ньярлатхотепом и Чёрными богами Р’льеха, — объяснил Синдзи. — Я обратил твой акт сексуальной магии против тебя, теперь твоя сила истекает, Химико. Извини, но сегодня отчаяние ждёт тебя! Химико закричала в ярости, превратилась в магму, стекала сквозь пол. После этого вся её база начала сотрясаться. — Дэвадаси! — Кэй призвал свою меху. Она порвалась к ним, разрушив стену. Превратилась в истребитель, пробила собой каменный свод. Змеиный замок разваливался и взрывался. В эти же секунды вся армия големов остановилась, они превратились в обычных истуканов. Большая часть приспешников лишилась своих магических сил. Летающие объекты попадали. — Это ещё не всё, да? — Кэй с высоты птичьего полёта осматривал крушение вражеского царства. Летающие замки-тайкаенгу вокруг и монолиты-окаенгу падали на землю и разрушались. Зеленокожие исчадия Тёмного Бога гибли тысчами. — Если всё, то я буду очень разочарован! — Нет, у неё ещё есть резерв. — Синзди сейчас вслушивался в органы чувств Дэвадаси, способные видеть больше, чем может представить себе неподготовленный человек. Раньше Анфи-Амала ориентировалась в этом, сам же Кэй плохо созерцал скрытый мир. — Сами Тёмные Боги присутствуют здесь. — Синдзи видел, как извиваются и клубятся дьявольские миазмы. — Они будут вынуждены проявить себя. Я хочу их победить. Так мы сможем освободить от них эту планету. Пусть выйдут на финальный бой. Именно поэтому я решил оставить в живых Химико. Икима, Амасу и Мимаси не утратили свои силы — так как сами могли поддерживать должный уровень своей энергии. Без Химико они не могли контролировать и поддерживать жизнь огромных армий ханива. Сейчас троица всполошилась. Химико ментальным криком потребовала немедленно атаковать Дэвадаси. — Они гораздо сильнее, чем мы думали! — испугался Амасу. — Должно быть это прорицание Айлы! — сообразил Мимаси. — Она предвидела этот вариант будущего — мы заглотили наживку! — Интересно, а она предвидела то, как мы уничтожим Дэвадаси прямо сейчас! — Икима дал залп энерголучами из глаз и ладоней. Амасу скопил энергию в своих кристаллах, после чего раскрыл рот и выпустил испепеляющий и разрывающий поток из пасти. Мимаси указал в небо мечом, провёл ток сквозь него. Все атаки лучей и молний угодили в Дэвадаси… Она резко всё в себя это впитала, гораздо быстрее и проще, чем раньше! — Ха-ха-ха! Мы скрыли свою истинную силу, чтобы обмануть вас! — с восторгом прозвучал Синдзи. — Умрите! — Кэй использовал третий глаз для запуска луча. Взрыв! Троицу генералов сразу не убило. Мимаси и Амасу раскидало, Икима закрылся сильным барьером. Потом материализовал из камней и магмы несколько сильных големов, вблизи от себя он мог поддерживать сразу несколько таких — включая уже знакомых Магуму, Мезуру и Бакуру. — Гебура! — Амасу, под их прикрытием, ринулся в сторону гигантской черепахи. Столицу Яматай защищал голем в виде каменистой восьминогой черепахи, размером больше сотни метров. У неё острый нос, мутно-розовые глаза без зрачков, длинный хвост с чёрной клешней. Её панцирь представляет собой подобие демонической головы с большими нижними клыками, человекоподобным носом, её глаза — магмовые колодцы. Гебура отключилась после того, как сила Химико начала истекать. Амасу её коснулся и смог снова оживить. В колодцах магмы начали происходить взрывы, они выбрасывали в небо обломки породы. Горящие снаряды пронзали облака. Дэвадаси легко от них уклонялась. Синдзи и Кэй заржали, в один момент они отбили силовым полем магматический снаряд Гебуры. Он полетел аккурат в генералов и их в свиту. Бакуру попытался снова использовать свою световую ловушку с гипнозом. За это ему прямо в рот прилетел кусок каменного снаряда, он взорвался, уничтожил самого голема и распылил вокруг отравляющие газы. Икима завернулся в плащ, пропал, появился из воздуха в паре сотен метров — телепортацией на короткое расстояние избежал поражения. Синдзи и Кэй начали в форме бомбардировщика кружить над полем боя, сбрасывать боеголовки на своих противников. Очень небольшие капельки металла отделялись от основного корпуса, падали с разгона и разрывались очень ощутимо. Ударная волна разрушала остатки инфраструктуры и переворачивала противников. Только Икима уходил серией телепортаций. Мезуру скакала — ударная волна всё равно оторвала ей ноги, даже когда кобыла попыталась их восстановить, следующая бомба полностью е уничтожила. Магума также просто взорван. Три генерала, однако, не погибли — элементали просто вставали с земли. Дэвадаси опустилась к Гебуре, просочилась прямо в один из магматических колодцев, визуально пропала. Синдзи и Кэй взяли Гебуру под свой контроль — следующий выстрел этой установки залпового огня накрыл самих генералов. Их теперь раскидало обломками породы, запущенными на большой скорости. Икима оглушён, но смог закрыть собой Амасу. Не зря: — Ну всё, я разозлился!.. — Амасу увеличился в размерах и запустил себя прыжком к Гебуре. Прикосновением к ней, он заставил эту черепаху разрушиться. Амасу захотел впиться пальцами в Дэвадаси, появившуюся изнутри. — На те! — Кэй задействовал руки — схватил здоровые руки Амасу руками Дэвадаси. На пару секунд, противники замерли. Потом Амасу открыл рот. Дэвадаси — глаз. Два луча столкнулись и породили колоссальный взрыв. Какую-то часть его Дэвадаси впитала. Амасу отлетал прочь, земной элементаль врезался в склон вулкана, разломал под собой каменную постройку. Яростно вскочил. — Какой прочный! — усмехнулся Синдзи. — Кэй, ты разделаешь его?! — Ага! — Кэй, могу сделать тебя настолько сильным, что ты легко сыграешь ими в футбол… — Нет-нет, Синдзи! Я хочу видеть их постепенно нарастающее отчаяние! Я чувствую, ты тоже этого хочешь… — Да, хочу… Дэвадаси тараном сбила с ног Амасу. Начала покрывать его ударами в рукопашную. Они по крайней мере отбили кристаллическую бороду. Амасу на это смог яростно заключить противницу в объятия, после чего просочиться с ней сквозь землю… Взрыв! Колоссальные тонны породы пришли в движение, землетрясение потрясло окрестности на десятки километров. Дэвадаси выпрыгнула на силе взрыва. Встала на ноги перед Икимой и Мимасу. И протянула им руку, в которой находилась голова Амасу. Раз — пальцы схлопнулись и с хрустом раздавили её! — Вы следующие! Ха-ха-ха! — Кэй наслаждался ужасом в глазах своих врагов. Мимасу бросился бежать. — Я не боюсь! — Икима раскалился жаром так, что вокруг выгорели все нанороботы. Термическая атака даже заставила Дэвадаси закрыться барьером. Икима бросился с мечом в руках. Бился с Дэвадаси, оставлял её клинки оплавленными, вынуждал постоянно отступать. Икима выпустил изо рта и ладоней взрывные лучи. Дэвадаси утратила конечности. Икима приготовился попасть мечом ей в глаз. Синдзи и Кэй превратили ноги меха в лезвия, в момент прыжка, они ими как ножницами захватили меч, вырвали из рук. Поглотили, он втянулся в их металл, после чего руки выросли снова. Икима ошарашен. Глаз Дэвадаси выстрелил лучом. Икима завернулся в плащ, телепортировался так за спину, ушёл от луча, переставшего бить из глаза, как только цель пропала. Круговой барьер заблокировал его атаку жаром в тыл. Тогда генерал воззвал к силе демонов: — Ночной парад ста духов! Синдзи хорошо знал это заклинание чёрной магии. Вокруг Дэвадаси воздух заполнился астральной нечистью. Говорят, ёкаи родились из остатков сырой хаотической энергии, которую Султан демонов Азатот оставил после порождения вселенной. Колесо с головой старика, женщина с разорванным ртом, всевозможные уроды с большими головами, деформированные и эфемерные образы, скелеты в балахонах, гигантские чёрные призрачные монахи — вся это рать давила на психику, кричала, смеялась, плакала и вопила — несколько секунд швыряла Дэвадаси и закручивала в своём штормовом мельтешении!.. — Бансёурагу! Вдруг все эти ёкаи, рыча и хохоча, разом стянулись к своему повелителю. Вокруг него порода сформировала гиганта в две сотни метров. Слиение всех ёкаев и самого сильного генерала. Бансёурагу весь с ног до головы покрыт бронёй — землянисто-зелёного и тёмно-серо-синего минерального оттенка, в разных частях его тела торчат красные шипы из иного рода минералов, кажется, из засохшей крови. Чёрный лик демона, он постоянно держит пасть открытой и из чрева вырывается огонь, голову защищает шлем на манер самурайского. Когда Дэвадаси сбросила прямо на него несколько бомб, круговой зеленоватый барьер смог отразить их обратно в небо, они там разорвались. Тогда Синдзи и Кэй приземлились, напали в ближнем бою, покрыли щит ударами в рукопашную — каждый удар, однако, отдавал такой же силой. И так Бансёурагу смог отразить всё без вреда для себя. Дэвадаси отброшена, после чего голем вытянул руки, не касаясь её, враг сжал ужасные пальцы. Не коснулся физически. Это и не требовалось. Синдзи и Кэй почувствовали как вражеский телекинез сжимает их, не позволяет так просто пошевелиться. Бансёурагу поднял руки. Удушаемая Дэвадаси воспарила над землёй. — Бансёурагу — сильнейший голем нашей армии! — прорычал генерал изнутри своего чудища. — Я вложил в него всю доступную мне силу! Посмотрим, кто в чьих глазах увидит отчаяние! — В твоих! — вдруг расхохотался Синдзи. — Кэй, просто сделаю тебя сильнее… — Да, Синдзи!.. — Кэй принял в себя энергию, разошедшуюся от партнёра. Как только это случилось, Дэвадаси вытянула руки. На манер стереотипной чёрной дыры, в точку перед её ладонями, начала стягиваться вся материя и энергии из окружающего пространства. Сюда подул с колоссальной скоростью ветер, затянулись облака пыли и гари, мелких крошек горной породы. Бансёурагу дрогнул — он испускал из себя электрические разряды, бился, пытался вырывать. В один момент ему удалось это сделать, он отброшен назад, повалился. Дэвадаси перестала втягивать окружающие объекты в точку у своих рук. Кэй повалил роем мельчайших частиц на огромной скорости. Они пробили остатки барьера, внедрились в Бансёурагу, после чего заставили его раскрошиться. — А-а-а! Меня пожирают! — в этот же момент Икима уподобился рисунку на листе бумаги, на которую попали искры пламени. Нанороботы съели его. От Бансёурагу и сильнейшего из трёх генералов остался просто дымок. Мимасу — последний оставшийся в живых — к тому моменту бежал. — Я его пометил, пусть он приведёт нас к резерву наших врагов, — Кэй проводил его побег взглядом. — Умно, — похвалил Синдзи. — Возвращаемся. Дэвадаси превратилась в самолёт и очень быстро добралась до земель Амазонок, пролетев над армиями застывших големов. Айла как раз работала над тем, чтобы оживить их и взять под свой контроль… *** Синдзи и Кэй прибыли во дворец. Айла тайком провела их в свои покои, где запрещено было появляться мужчинам. Трое сели за стол. Вокруг очень уютное помещение — тут много минералов, пробирок, банок, склянок и свитков с неизвестными письменными. Все помещения внутри храма очень богато украшены. — Химико ещё жива, но перед тем, как мы добьём её, я расскажу вам свою историю. Синдзи и Кэй с охотой решили её выслушать. Жрица Шуб-Ниггурат разлила им всем травяной чай. Айла начала свой рассказ вот с чего. Великий Ктулху — отвратительный инопланетный тиран, Верховный жрец Внешних Богов, породил себе многочисленных приспешников, чтобы захватить мультивселенную. Для этого тиран в таймлайне, родном для Синдзи, атаковал Землю, где представители расы Страцев хранили усыпальницы Адама и Лилит — Первых Ангелов, Гигантов Света, Семя Жизни. В этой войне правой рукой Ктулху служил его самый первый и самый могущественный отпрыск Гхатанотоа — «Бог вулканов», монстр, настолько отвратительный, что всякое существо, которое взирало на его облик, замирало в состоянии сверхъестественного ужаса, навсегда превращаясь в статую. Внутри неё запиралось живое сознание, обречённое вечность проводить внутри оков собственного окаменевшего тела. Гхатанотоа сотворил себе расу слуг — земных элементалей, которые могли смотреть на него без опаски, потому что их тела уже представляли собой, в некотором смысле, живой камень. Эти воины множились, но со временем брат и сестра из их народа поняли, что их хотят просто использовать как пушечное мясо. Тут Айла обусловилась, что для японцев она будет называть этих прародителей так: Такеру — мужчина, Миязу — женщина. Она сказала, что выбрала такие имена просто для удобства — на самом деле имена этих существ нельзя изречь на человеческом языке — голосовые связки не те. Так вот — Такеру и Миязу решили сбежать, забрав с собой ещё одного неразумного представителя своего вида — его Айла кратко упомянула под именем Баруба. Гхатанотоа разгневался (впрочем, Айла допустила, что это всего лишь её человеческое восприятие этой истории — вполне возможно, Гхатанотоа лишён такой слабости смертных, как гнев, и действовал из холодного расчёта — из необходимости покарать дезертиров). Гхатанотоа приказал своей правой руке — Химико — разобраться с дезертирами. Химико и трое её соратников (получивших от людей имена Икима, Амасу и Мимаси) преследовали Такеру и Миязу. Будучи прижаты к стенке, Миязу из отчаяния воззвала к силу любого божества, превосходящего Ктулху и Гхатанотоа. Её услышала Шуб-Ниггурат из тёмной туманности Шумат-Гун. Помогла Чёрная коза лесов своеобразно: Богиня развоплотила всех элементалей земли, попавших под её благодать — то есть всех, кого Айла упоминала в истории. Шуб-Ниггурат дала им возможность переродиться где-нибудь на другом повороте Колеса Сансары, со временем вернуть силы и воспоминания. — Миязу — это вы, Айла-сан, — догадался Синдзи. — Ты верно угадал, — Айла обычно выражала мало эмоций, только сейчас верховная жрица Шуб-Ниггурат слабо улыбнулась одними уголками рта. Она переродилась на континенте Му, где теократия Гхатанотоа преследовала все остальные религии, особенно культ Шуб-Ниггурат, так как в своё время её первосвященник по имени Т’юог осмелился бросить вызов аж самому Гхатанотоа (на том моменте лишённому почти всех своих сил в материальном мире). Айла не знала, как прекратить беснования отвратительной расы зеленокожих — мерзких существ, которых Гхатанотоа порождал, насилуя своими щупальцами мёртвые тела молодых девушек и молодых воинов, коих ежегодно приносил ему в жертву его нечестивый епископат. Эти монстры могли насиловать трупы убитых ими людей и ещё больше размножаться (скорее, уточнила Айла, они откладывали в мертвечину личинки, но не суть…). Армии зеленокожих и других монстров готовились окончательно опустошить города, где скрывались адепты Шуб-Ниггурат. Айла обратилась к её супругу — Богу времени и пространства Йог-Сототу — он открыл ей, что в будущем появится на свет великий герой — единоутробный брат Синдзи — Коджи Кабуто. Айла смогла призвать его в век Му. Не без её помощи, Коджи смог оживить гигантский каменный идол хранителя — для простоты Айла называла его Мазингером, так как этот голем по сути тоже был реинкарнацией его супер-робота. Управляя им, Коджи разгромил армию Гхатанотоа, перебил всех его воителей и епископов. Уничтожить самого Гхатанотоа было невозможно — заклятия Ктулху защищали его материальное тело, но Му получил отсрочку. Исполнив своё предназначение, Коджи отправился обратно в своё время. Там он обо всём забыл, помня о происходящем только как о чудном сне. Но, перед уходом, Коджи оставил Айлу носить сына под сердцем. Айла боялась рожать и растить ребёнка в этом мире, где Гхатанотоа всё ещё сохранил своё материальное тело. Беременная, она с помощью Йог-Сотота провидела, в каком веке реинкарнировал её брат. Туда она переместилась. Айла очутилась на Земле, в таймлайне, где человечество прекрасно справлялось с организацией конца света само по себе — без участия тёмных богов. Айла теперь жила в мире, который пережил четыре мировые войны, где люди использовали аркана-технологии для создания боевых машин и истребления себе подобных. Айла призналась, что к тому моменту она сотрудничала с реинкарнацией своей сестры — с Химико. Химико заверила Айлу, что желает создать здесь свою империю, призванную служить Шуб-Ниггурат и защищать планету от Чёрных богов Р’льеха и других угроз. Но Айла получила от Йог-Сотота дар видеть будущее — узнала, что Химико до сих пор верна Гхатанотоа. Ревностная служительница этого тирана, она до сих пор планирует призвать отвратительного монстра в этот мир при первой возможности. Такеру века назад переродился как человек по имени Леонард Тестаросса. Как уже было сказано, в этом витке реальности не существовало никаких Древних, однако советские учёные решили осуществить опасный эксперимент — соединить человеческий разум с мировой душой. В результате этого по всей планете начали появляться люди, стремящиеся создавать нечеловеческие технологии. В отличие от Айлы, Тестаросса с самого начала помнил, кем он был. Брат быстро пришёл к выводу, что за распространением аркано-технологий стоят Древние, вероятно всего, сам Ньярлатхотеп. Тестаросса решил использовать их технологии против них самих — создать Систему Грагон, с помощью которой он мог бы переписать пространство и время, откатить таймлайн и сделать так, чтобы того эксперимента не случилось. Это предотвратило бы дальнейшее нарушение законов привычной реальности, Древние и их слуги не смогли бы здесь воплотиться, ровно как и аркана-технологии. К сожалению, Тестаросса был убит глупым смертным, которого высшие силы использовали, чтобы избавиться от того, кто мог бы их остановить. Айла нашла способ восстановить тело и разум брата. Он снова был жив. Айла дальше поинтересовалась у Синдзи и Кэя, не запутались ли они в её истории? — Важно не что было в прошлом, важно, что нас ждёт в будущем, — Кэй решил дослушать её до конца и выявить главный смысл во всём этом. — Я тщательно хотела скрыть своего сын от Химико, так что оставила Кэндзи на воспитание брата. Такеру скрыл Кэндзи — так я назвала моего сына от Коджи — я скрыла Кэндзи у Химико под носом — на территории империи Гаран. Я предвидела возможное будущее, где Кэндзи станет императором, так чтобы вознамерилась исполнить это пророчество. — Это империя в этом таймлайне, да? — уточнил Синдзи. Он обратился к воспоминаниям, которые получил из головы Кэя — на этой планете есть такая империя на территории Японии и Россия, она восстала из пепла Четвёртой мировой войны. — Вы должны отправиться в Гаран, найти моего сына. Если у нас всё получится, он станет пилотом… супер-робота, как это принято у вас называть, стального бога Кондзина. Мой сын как аватар Кондзина усилит вас. Если вы победите на этой планете силы зла, Кэндзи присоединится к вам и сможет помогать вам в ваших приключениях. Можете считать, что это моя благодарность за вашу помощь. Синдзи и Кэй обменялись взглядами. Потом они ещё поговорили друг с другом. Подумали, что их хотят использовать для неких здешних интриг. После чего решили в любом случае найти этого Кэндзи Кабуто (на самом деле, конечно, он носил другую фамилию, но пока ребята решили называть его так между собой). По словам Айлы, сейчас с ним находится Такеру-Тестаросса (под псевдонимом Мисуми Кё), но напрямую связаться с ними через телепатию она не может — Гхатанотоа тщательно вслушивается в ноосферу. Синдзи и Кэй отправились в Гаран. В качестве послов от Айлы с ними выдвинулись четыре самые высокопоставленные Амазонки — Хорокейн, Фэнси, Флэш и Мисти. Они пилотировали модифицированных Психей — Железных дев: эти женоподобные гуманоиды были снабжены декором шлемов, который напоминал крылья летучих мышей, в отличие от рядовых психей у них были лица. У них разнообразное вооружение, встроенное в основное тело. Империя Гаран представляла собой нечто среднее между царской Россией и императорской Японией как по порядкам, так и по культуре. Две мировые войны изменили климат — в Японии (в смысле на территории исторической Японии) по крайней мере постоянно царила пасмурная погода и шли холодные дожди. Судя по фотографиям от Амазонок, Кэндзи Кусанаги внешне очень сильно походил на Коджи Кабуто, разве что черты лица были более ребяческими, а волосы выглядели менее тёмными и куда более мягкими, прямо как у Синдзи. Вероятно, дали знать гены бабушки — Юй Икари, матери Синдзи, которая после растворения в Еве-01 получила возможность временно воплощаться в других таймлайнах и делать детей со священными генами. По характеру Кэндзи был копией отца, как рассказывали Амазонки, ему было где-то столько же лет. Юноша легко попал на удочку военной пропаганды — армейщина и военщина активно зазывала молодых людей в армию, чтобы отправить их умереть на очередном Малабарском фронте за интересы кучки мерзавцев и паразитов. Простому населению империи не было никакого проку от завоеваний их военных вождей, его эксплуатировали в хвост и в гриву ради умножения стальных машин, похожих на тевтонцев и самураев. Такеру-Тестаросса (далее — Мисуми Кё, будем называть его по альтер-эго) внедрился в высший силовой аппарат страны. Он изображал верную службу перед Химико, а когда повисла угроза разоблачения — исчез. Он сбежал через портал в мир космического яйца, где происходила эпопея Мазингера, возглавил организацию Амальгама для тайной помощи Фонду Кабуто. В момент воцарения Мазингера Зеро как демиурга, Тестаросса вернулся обратно в этот мир. Химико тогда эта империя перестала быть интересной — она смогла призвать высшие сверхъестественные силы и начать изготавливать свою армию ханива фантомов. Мисуми Кё вновь появился после гибели императора Гарана в бою за Инфинити («Гаран — это название государства и личное тронное имя её правителя, Гаран I, II, III, etc — на русском языке название страны обычно не склоняется, имя правителя — склоняется). Здесь брат Айлы вступил в жёсткую кровопролитную борьбу внутри силового аппарата. Это был здешний Рейнхард Гейдрих — безо всякой жалости он уничтожил оппонентов, стремясь добиться единоличной власти в Гаран. Разом победить всех Мисуми Кё не смог — началась гражданская война, за звание императора сражались разные группировки. Кэндзи Кусанаги служил ему правой рукой. Японцы прибыли на территорию горячих боёв — механизированные тевтонцы и самураи бились друг с другом посреди холодных заснеженных пейзажей, кроме них здесь постоянно перебрасывали через десятки километров десятки тысяч солдат в серых шинелях, не стихал грохот артиллерии. Пулемёты и миномёты, тучи дронов, установки залпового огня — во время этой гражданской войны активно шли в ход обычные войска, не только супер-роботы. Дэвадаси проносилась высоко в воздухе, фиксируя растянувшуюся линию фронта. — Здесь идёт война!.. — это вид заставил Синдзи сострадать и злиться одновременно. — Ненавижу военных! — Глупые мужики всегда убивают друг друга — такова их натура! — первой прокомментировала всё это дело Флэш. — Нечего удивительного — пока миром правят мужчины, мир будет в состоянии вечной войны всех против всех, — поддержала коллегу Фэнси. — Нужно завоевать их, чтобы заставить жить по справедливым женским законам, — поддержала Хорокейн. — Женщинам от природы чужды агрессия и властолюбие — только женщины, испорченные мужской культурой, ведут себя агрессивно и хотят большей власти! — таково было мнение Мисти, последней из четырёх верховных амазонок. — Вместо того, чтобы сражаться против Химико, эти идиоты растрачивают силы на политику, — прокомментировал уже Кэй. Синдзи нахмурился: — Знаешь, я — хиппи-пацифист и ненавижу насилие и военщину. Ненавижу патриотизм, императоров и токсичную мускулинность. Давай окажем им услугу? Синдзи и Кэй просыпали рой наномашин, он накрыл обширное поле боя. Прямо в руках у вояк всё их оружие начала рассыпаться в прах. Это случилось у обеих сторон конфликта. Взрывоопасное оружие тоже без особых проблем пожиралось метафизической волей Дэвадаси. Все материалы превращались в новых наномашин, летящих по воздуху. Бронежилеты, каски, укрепления, броневики и тому подобное они не трогали. Даже у танков исчезали лишь необходимые для стрельбы компоненты, в остальном они оставались. Синдзи и Кэй поручили своим маленьким роботам миротворческую миссию, а сами решили выяснить, кто тут с кем бодается. Как пояснили Хорокейн, Фэнси, Флэш и Мисти, это идёт война между Мисуми Кё и принцессой Сциллой. Сцилла — внебрачная дочь Химико и последнего императора Гарана, погибшего в битве за Мазингер Инфинити. Синдзи и Кэй решили отправить сигнал, который бы заставил прибыть на переговоры с ними пилотов супер-роботов с двух сторон. Первой прибыла Сцилла. «Сцилла» — это конечно не настоящее имя принцессы, а название её мехакайдзю. Под этим тронным именем она намерена править империей. Выглядела мехакайдзю Сцилла как существо следующего вида: шесть гигантских механических червяков или личинок-гусениц, очень больших, толстых и длинных. Их головы заканчиваются клыкастыми вампирическими циклопическими мордами. Все хвосты присоединяются друг к другу на самом конце — и там возвышается брутальная, одноглазая и несколько женоподобная фигура — торс с руками и головой. Сцилла держит копьё. Она может заставить вращаться пропеллером все свои «гусеничные» части, чтобы взлететь как летающая тарелка. — Мне эта штука напоминает одну индийскую форму Ньярлатхотепа — возможно, эта Сцилла черпает силы от него, — предположил Синдзи. Амазонки скинули пилотам Дэвадаси запись боя Сциллы — эта мехакайдзю выдыхает огромное насыщенное облако взрывоопасного газа, оно застилает собой большую территорию, после чего воспламеняется и полностью выжигает весь кислород, создавая эффект вакуумной бомбы. Это не очень опасно для мех, но отлично выжигает обычную живую силу противника. Принцесса Сцилла вышла на связь — выглядела она как молодая девушка неопределённого возраста. Черты лица очень суровые и бесстрастные, инопланетные, не совсем человеческие, но по своему симпатичные. У неё длинные чёрные волосы — два очень длинных хвостика позади, до поясницы, и два просто длинных локона по бокам от глаз. Есть бандана, к которой крепится крупный стеклянный монокль, сквозь него она всё время смотрит левым глазом (возможно, монокль позволяет видеть от лица мехакайдзю). В качестве одежды носит какое-то кукольное платье, сдобренное механическими элементами, включая стоячий воротник. — Вы — Амазонки? Я сокрушу вас! Я — сильнейшая! — принцесса Сцилла не стала даже думать о том, чтобы вести переговоры. Она выдохнула взрывным газом, истребила нанороботов в окружающей местности. Синдзи и Кэй хотели поговорить с ней, потому не собирались бросаться в бой. В бой зато бросилась Хорокейн, движимая, очевидно, воинским азартом и желанием покорить противницу: — Я покажу тебе, глиста, кто тут сильнейший! — железная дева Хорокейн спикировала, используя своё массивное кавалерийское копьё — очень похожее на то, каким была вооружена её противница-принцесса. Дочь Химико парировала её атаку своим собственным массивным копьём, она очень виртуозно им двинула. — Рубану! — Флэш напала со спины гуманоидной части Сциллы, вернее хотела налететь со спины, используя клинки в обеих руках. Принцесса легко удержала Хорокейн — и в один и тот же момент взметнула одну из своих монструозных голов-гусениц для обороны тыла. Её массивная голова преградила путь Флэш — самой скоростной из воительниц — отбила боданием. — Пив-пав! — Мисти пустила вход в свою массивную пушку — до активации она была сравнительно компактного размера, но в момент вложения в неё метафизической воли, выросла до колоссальных размеров — стала гораздо больше, чем сама железная дева. Вспышка! Взрыв! Мехакайдзю Сцилла вся пропала из виду за облаком пыли! Трансляция из её кабины пошла помехами. — Эй, осторожно, мы хотим переговорить же! — разозлился Синдзи. — Дочь Химико лучше убить без договорнячков, — пояснила Фэнси. Её меха осталась парить в воздухе перед Дэвадаси, чтобы, если что, перегадить собой путь Кэю и Синдзи. Если им придёт в голову спасти Сциллу. — Вы используете нас как прикрытие для своих политических целей! — возмутился Синдзи. — Вы ведёте себя совсем как мужчины, которых вы обвиняете во всех бедах! — Кэй иронично усмехнулся по этому поводу. Трансляция из кабины Сциллы перестала идти помехами — дочь Химико снова смотрела на них. Её мехакайдзю спокойно прорвался сквозь дымовую завесу, все увидели, что на нём нет никаких повреждений. Амазонки устрашились. — Моя машина — воплощение одного из божеств, прямо как Железный Кайзер, — принцесса Сцилла спокойно приготовилась к собственному нападению. — Ничтожным мошкам, вроде вас, не оставить на ней даже царапины. Амазонки едва не попали под раздачу вампирических клыков. Тогда Дэвадаси опустилась перед Сциллой. — Вижу, вы все друг друга стоите. Вы не признаёте никаких авторитетов, если они не обладают силой! — прокомментировал Синдзи. — Да! Мы победим тебя, принцесса, но не будем убивать, потому что хотим вести переговоры! — добавил Кэй. — Переговоры? Вы не желаете моей смерти? Должно быть у вас какой-то план… Но да неважно — я уничтожу вас! — Сцилла выдохнула взрывной газ прямо в Дэвадаси. Кэй и Синдзи стянули его в одну точку перед собой до того, как он взорвался. — А ну замри! — Синзди и Кэй пролили свой насыщенный рой наночастиц. Они прошли сквозь металлическую оболочку мехакайдзю, заставили всюду засверкать электрические разряды. — А-а-а! — Сциллу оглушил электрошокер. Мехакайдзю отключился и замер в дыму. Дэвадаси приземлилась — её пилоты дали понять, что не позволят амазонкам добить принцессу просто так. Они решили, что раз она не использует в бою големов, то, возможно, принцесса не знает о планах своей дьявольской матери и не участвует в её чёрных замыслах. В таком случае её требуется рассматривать как обычного политического военнопленного, а не как инфернального слугу Тёмных Богов, заклятых врагов всего живого… А тем временем сюда прибыл супер-робот Мисуми Кё и Кэндзи Кусанаги — Скулл Кайзер. Классический представитель серии Мазинкайзеров — очень похож на тот Мазинкайзер, которым управлял Коджи, но отличался по цвету и декору. Большая часть всего тела была тёмно-синего цвета — настолько тёмного, насколько синий вообще может быть тёмным. На ногах и пальцах — крохотные жёлтые детали, рога, выходящие из шей и потом направляемые вверх, тоже жёлтые. Нагрудник красный для извержения теплового луча — напоминает собой по форме рогатый шлем с демоническими красными крыльями. В его лбу находится жёлтый смайлик-череп. Большая часть головы, короткие бёдра и предплечья, массивные шипы из плеч — металлически-серые. Главная деталь — если во лбу грудного лица находится жёлтый череп-смайлик, то головное лицо инкрустировано в лоб бледно-костным черепом, который во всех деталях повторяет череп человека. Это — кабина. Внутри — сразу два пилота, так как один не смог бы заставить Скулл Кайзера двигаться. За спиной Скулл Кайзер выглядывает рукоять массивного меча, стилизованного под вид и цвет акульей кости. Летал Скулл Кайзер на красных массивных демонических крыльях — при приземлении они полностью втягивались в спину. Такеру в амплуа Мисуми Кё выглядел куда более брутально, чем в форме Леонарда. Сын Гхатанотоа напоминал собой молодого мужчину, красивого, но в то же время мужественного — с бледной кожей, похожей на глину, со свето-серым густыми и пышными волосами, похожими на гриву дикого зверя. Очень резкие и жёлтые глаза, подчёркнутые столь же резкими тёмными бровями. Пилоты Скулл Кайзера представились. — Вы — Амазонки — заключили союз с кем-то могущественным?! — Кэндзи Кусанаги вышел с ними на связь. В выражении его дерзкого лица дало о себе знать что-то животное, прямо как в лице Мисуми. У Кэндзи были густые и чёрные брови и бакенбарды, как у своего отца, и более светлые прочие волосы, возможно, как у его бабушки, Юй. — Моя сестра хочет принудить меня подчиняться её первенству. Я не намерен отдавать всё в её руки... — заговорил Мисуми. Он пояснил для Синдзи и Кэя, что не желает разделять феминистическую идеологию Айлы. Он не хочет также отдавать планету под власть Шуб-Ниггурат. Он хочет возглавить Гаран и, если нужно, в одиночку сражаться с Гхатанотоа. — Извините, послушайте нас. Я и Анно-кун не хотим войны с вами. Мы только хотим собрать супер-роботов и их союзников для войны со Злыми Богами и с теми, кто может ими стать, как Мазингер Зеро! — пояснил Синдзи. — Нас не интересует ваша дурацкая политика. Давайте договоримся вместе сражаться против Злых Богов?! Надо сказать, что Синдзи всё же сейчас скрывал свою личность, он представился как Синатро Ишида. — А ты докажи, Синтаро!.. — с вызовом бросил ему Кэндзи. — Ты обезоружил наши войска! Ты пришёл махать тут своим супер-роботом! Так что мы не будем говорить с вами, пока вы не спрятали его себе в штаны! — Да? — Синдзи принял вызов. — Слушай, Кусанаги, если я достану своего настоящего супер-робота, то от этой планеты не останется даже космической пыли! — Вы хотите узнать, достойны ли мы с вами вообще разговаривать? Вас не впечатлила наша победа над Сциллой? — уточнил Кэй. Мисуми ответил: — Сциллу мы бы легко победили сами. Я позволял ей какое-то время функционировать из политических соображений. Хотел создать иллюзию, что мы проигрываем — чтобы все, кто мог пойти против меня, собрались в одном месте. Вы спутали мне карты, пилоты Дэвадаси, но неважно. Кусанаги — мой ученик, его мысли — мои мысли. Вы, Дэвадаси, должны доказать нам, что за вами сила… — Как скажешь, дружище! — сверкнул глазами Кэй. — Я мог бы вас раздавить с помощью своего настоящего супер-робота одним пальцем, но чтобы наш бой бы честным, я использую эту Дэвадаси! — блеснул зубами Синдзи. Супер-роботы приготовились к бою…