Часть 11

Глава 11: Имена, которые мы носим внутри В индустрии нам дали имена. Короткие. Запоминающиеся. Сексуальные, пронзительные, острые. Псевдонимы, которыми кричали фанаты и которые печатали на обложках. Но теперь… они ничего не значили. — Я не Рэйна, — сказала Зои. — Я… Хан Чжион. — И впервые хочу, чтобы меня называли по-настоящему. Миру долго молчала. Потом тихо: — Меня звали Сон Миру ещё до того, как я согласилась подстричь волосы и выучить идеальный английский акцент. — А теперь? — Теперь… я просто Миру. — Без правильного тона. Без автотюна. Без чужих ожиданий. Мы сидели в комнате без окон. Старой репетиционной, где когда-то учились двигаться как одно тело. Там, где нас учили быть никем, чтобы стать всем. Теперь мы сидели как все, чтобы впервые стать кем-то. Я смотрела в зеркало. Не на лицо. А вглубь. — Моё имя — Хэсун, — сказала я. — И я не хочу больше его прятать за сценой. В этот момент вошла ДжиА. Глаза красные. — Мне позвонила мама. — Она… впервые назвала меня не "идиотом, который потратил жизнь на музыку", а "той, кто осмелилась". Слова остались у нас внутри. Они не были строчками. Не были частью нового альбома. Они были корнями. Теми, что мы срезали, чтобы взлететь. А теперь… позволили им прорасти заново. Появилась Сайрен. Без макияжа. Без защиты. С лёгкой дрожью в руках. — Я была Ли Ёнхо, — сказала она. — Пока всё не сломалось. — Пока они не решили, что я должна умереть ради перезапуска группы. Тишина после её слов не была гробовой. Она была вспоминающей. Каждая из нас в этот момент вспомнила имя, которое не произносила вслух с дебюта. — Эти имена… — Они были похоронены, — сказала Миру. — Но они — и есть мы. И тогда ДжиА предложила: — А если мы напишем не песню, а письмо самим себе? Тем, кем были, до того как стали теми, кем нас сделали? Мы взяли бумагу. Ручки. Не планшеты. Не смартфоны. И начали писать: > "Дорогая я… Я помню, как ты плакала, когда тебе сказали, что ты слишком громкая. Когда ты смеялась — не так. Когда ты двигалась — не пластично. Когда твой голос был “не для радио”. Я помню. И я прошу прощения, что не защитила тебя тогда. Но теперь… я готова. Я — ты. С настоящим именем. С настоящим голосом. И с новой песней, которую больше никто не сможет у меня отнять." Когда мы закончили, в комнате стало светло. Не лампами. Не солнцем. А внутри нас. Nulla не пришла. Потому что… она уже была внутри. Не как враг. А как часть, которую мы вернули. Имя — это не просто звук. Это музыка личности. И теперь каждая из нас знала: настоящая песня начинается с имени, которое ты больше не боишься носить.