Вниз по кроличьей норе: Запись четвертая.

Но на исходе дня иссяк

Фантазии ручей.

«Я после доскажу конец

Истории моей».

«Но «после» началось уже!» —

Раздался крик детей.

•••

      Сны... Нет. Кошмары. За два дня сказки в лагере Айрис почти успела забыть причину, почему она засиживалась до рассветных звёзд по ночам.       Сон её был беспокойным. Кошмарные образы. Боль. Голоса. Всё смешивалось, не давая сделать и вздоха. Во сне она в ловушке. Не сбежать и не спрятаться.       Прошлое её не отпускает, но и не удостаивает Айрис чести узнать то самое прошлое. Лишь ощущения. Лишь тоска и ностальгия по тому, что она даже не помнит.       Ари сама не знает, бежит ли она навстречу прошлому или убегает от него.       Не хочеться вспоминать боль, ужас и тиски. Хочется узнать, что за руки её обнимали. Какими были её глаза. Как выглядела её сестра. Жив ли её братик. Чем пахла Арабелла. Что за кошмар её преследует во снах? Почему она не может вспомнить сон после пробуждения...       Вопросов много. Они истязают.       Чьи-то руки в перчатках, но не медицинские, как у её сестры. Другие. Запах лекарств. Страх. Непослушные светлые волосы. Дневная дремота под колыбельную, что поёт девичий голосок. Чья-та вечно теплая и шершавая ладошка.       Образы расплываются, мешаются, а после их смывает пробуждение.       Айрис просыпается резко. Также встаёт. Девушка оглядывается, она вновь в лазарете... Через пару мгновений возвращаются воспоминания о ссоре с приёмным отцом. Истерика прошла, оставив вину, что прокалывала сердце насквозь.

《Вела себя как истеричный ребёнок..》

      Ари хватается за голову, почти вырывая волосы. Нельзя. Это единсвенное, что точно было общим с её сестрой.       Айрис садится на край кровати, тянется за телефоном. Волосы прилипли к лицу от холодного пота, всё тело липкое. Ари тянется за теплым полотенцем, которое, похоже, Мандалай или Пиксибоб подготовили заранее. Всё как всегда. Надоело.

《 Пахнет мятой...》

      Девушка вытирает тело, а затем лицо, быстро, даже лихорадочно надевает наушники и включает их, наспех застегивает рубашку. Лишь бы не думать. Думать об ужасных словах, которые она наговорила самому дорогому для неё человеку.       — Я ужасная дочь...

《Почему вы мне лгали! За столько лет я не заслужила доверия? 》

      Обрывки собственной глупости всплывают в голове. Айрис трясёт голой, бессмысленно пытаясь сбросить их себя.

《Я до сих пор не достойна быть вашей дочерью?!》

      Вдруг кто-то стучит в дверь.       — Входите... — измученно проговорила девушка, поправляя волосы.

《Всё. Прекрасно. Кошечки и сенсей снова начнут разговор об отъезде... 》

      Повернув голову в сторону входящего, Айрис удивилась. Перед ней стоял Тодороки Шото.       Выражение лица его было серьёзным, но и очень грустным. Сначала он смотрел в пол, а затем их взгляды пересеклись.       — Айрис, ты внебрачная дочка Всемогушего?

《 Где-то я уже это слышала...》

•••

      Пару раз похлопав удивленно глазами, Айрис горько расмеялась.

《Без привет, без как себя чувствуешь... Хм... А мне даже нравится..》

      — И тебе привет. Маленькая поправочка, я приёмная и ужасная дочка Всемогущего, — саркастично проговорила Ари, театрально жестикулируя. — Стоило ожидать, что Мидория проболтается...Но я думала, что это будет...       — Я ТОДОРОКИ-КУНУ НИЧЕГО НЕ ГОВОРИЛ! ЧЕСТНО! — в дверном проёме показался Изуку, в панике размахивающий руками.       Айрис взяла чёрный платок с тумбы, кашляя в него. У неё не было достаточно сил, чтобы ругаться, но масштаб проблемы всё же нужно было узнать.       — Я требую обьяснений, — голос Тошинори был хриплым. Она стёрла остатки крови с уголка губ. Они были совсем бледными, из-за чего кровь от постоянных покусований и недавнего кашля была особенно видна.       — Я тоже. Айрис, что связывает тебя и моего брата? — Иида немного растолкал своих друзей, выходя вперёд. А затем юноша подошёл к койке девушки.

《 DAMN IT...》

      — Прелестно... Просто замечательно... — проговорила Айрис, закрывая лицо руками. Жизнь не хотела давать ей и одного спокойного дня, а если такой и появлялся, то за него заставляют платить вдвойне. Девушка словно всё время падала, но не видела конца этой кроличьей норе.       Она молча достала из тумбочки рядом с койкой свой любимый блокнот. Открыв его на последней страничке, девушка показала маленький кармашек. Из него Айрис достала фотографию и протянула её Ииде. Тот принял фото, но руку девушки не отпустил.       На фото был изоброжен Тенсей Иида в больничной рубашке. Руки его были полностью обмотаны бинтами, но он ярко улыбался, держа в руках маленькую девочку в нежно-голубом платишке с черными бантиками. Темно-синие локоны. Бледная кожа. И глаза. Глаза, переливающеся пятью цветами. Не такие яркие какими их прывыкли видеть юные герои, но это точно были они.       — В детстве меня и мою старшую сестру похитили злодеи. Нам нанесли множество ран. Мои ноги сломали, начались осложнения. Времени было в обрез, — Айрис сглотнула ком в горле. Как бы больно не было, она точно договорит. — Господин Тенсей серьёзно поранил свои руки, но спас меня. Опоздай он на две минуты и... — Ари тяжело вздохнула. — Мои ноги пришлось бы ампутировать...

《Я могу танцевать благодаря ему.》

      Иида был в шоке, он смотрел на Айрис, нет, словно через неё, но её руку продолжал держать.       — Ты же именно её поранил? — Ари осторожно погладила Ииду по руке.

《Если бы на моём месте была сестрёнка, то она бы смогла его вылечить...》

      — Простите, что в тот день меня не было рядом. Я так перед вами виновата...

《Выжить должна была не я... Я бесполезна.》

      Теперь Айрис пожирала вина, если бы она больше старалась и убеждала лучше... То она бы поступила в Юей вместе со всеми в апреле. Ари была бы рядом вовремя... Когда на них напали злодеи, она бы помогла от них отбиться, не дала бы во время спортивного фестиваля так сильно себя поранить Мидории и уж точно предотвратила то, как мерзко заковали на глазах у всего мира Бакуго. Наверняка бы она проходила стажировку у Гранд Торино и не сводила бы глаз с Мидории, так что ему бы не пришлось приходить на подмогу Ииде совершенно одному, нет, она бы Тенью не оставила одного тоже.       Айрис бы покончила с Убийцей героев сама. Изрешетила бы пулями, отрезала бы ноги...За то, что он так поступил с господином Тенсеем...       Она не герой, никогда и не хотела им быть...Но...Тошинори хочет быть способна защитить дорогих ей людей.       — Айрис, пожалуйста, не вини себя, ты здесь не причем, — Мидория присел рядом, обнимая девушку за плечи.       — Тодороки-кун рассказал, что Убийца Героев говорил, что лишь Всемогущему позволит себя убить... — девушка замолчала. — Пусть я и не заслужила называться его дочерью, но может быть я смогла бы отвлечь на себя убийцу.. — Айрис закрыла лицо руками.       В этот момент Иида наконец-то отмер.       — Когда операция брата прошла и его состояние стабилизировалось... Он проснулся и попросил привести ему его личные вещи... Из сейфа в его главном офисе. Кроме документов мама нашла там коробку. Коробка была подписана как 《То, что делает меня героем》 — Тенья замолчал. Он снял свои очки и продолжил. — В ней лежала касета, несколько фото и множество писем и рисунков. На одной из фотографий... Была... Девочка, сидящая на шее моего брата, на которую он надел свои солнечные очки.. У неё были темно-синие волосы, которые вились также, как и твои...— Его голос дрогнул. Двое слушавших поняли, насколько ему тяжело. – Теперь я понимаю, что это была ты. Мой брат часто перечитывает письма фанатов...Но чаще всего те, к которым приклеплены фотографии той девочки...Особенно сейчас...— Айрис обняла Тенью. Крепко-крепко. И погладила по голове мягко и совсем легонько, как когда-то её саму успокаиваел её братик.

•••

      После ухода Тодороки и Ииды, Изуку не остался с Айрис, хотя ей не хотелось быть одной. Как раз Регдол пришла, чтобы дать Ари лекараства. Вместе с ними она принесла девушке немного поесть. Мидория же принёс свой обед и сел рядом с Айрис, которая свернулась в камочек на кровати, кутаясь в бирюзовую вязанную накидку.       Ари смотрела в тарелку соверешенно без интереса, жуя, она перекладовала часть картофельного пюре из одной части тарелки в другую, что-то обдумывая. Другой рукой черкая что-то на бумаге рядом.       — Поедим вместе?       При виде Мидории в дверном проёме уголки её губ устало приподнились.       — С радостью! — девушка поправила белую ленту, которой были завязаны её волосы.       Сейчас на девушке не было косметики. Больше ничего не скрывало её болезненности. Губы бледные, искусанные. Синяки под глазами совсем темные, сразу понятно, старые. Шея замотана бинтом. Мидория знает, что за ним спрятано. От осознания лишь больнее. Кожа белая, подобно стенам медпункта. Даже волосы словно потукснели. Закрытая одежда больше не скрывала худобы девушки, граничащей с пугающей болезненностью.       Мидория сел рядом с Айрис, из-за спины вынув маленький пакетик мармеладок в виде звездочек, перевязанный бирюзовой ленточкой.       — Тебя дядя Тоши попросил прийти? — Айрис указала ложкой на пакетик мармелада, который на кануне отьезда из Мустафу в её чемодан заботливо положил Всемогущий. — Передай ему, что я сама виновата и я очень сожалею.       — Я сам захотел. Скажешь Всемогущему всё сама, — открыл маленький пакетик Мидория. — Хотя про мармелад я узнал от него, — Изуку протянул сладости Айрис. Та нерешительно их взяла.       — Дядя часто их покупал мне раньше после осмотров. Рядом с больницей, во француской кондитерской, — звездочка золотого цвета оказалась во рту, наполняя его приятным, слегка кисловатым вкусом. Ари улыбнулась воспоминаниям, которое вызвал маленький кусочек мармелада.       — Айрис, знаешь ты очень похожа на него, — нарушая приятную тишину, вдруг сказал Мидория.       — Правда!? — удивленно вокликнула девушка.       — Ага. Мимика, привычки...Даже Аура...А ещё ...— глаза Изуку заискрились, он воодушевленно начал рассказывать о сходстве приёмного отца и дочери, заканчивая самым неожиданным заключением. — Само твоё появление заставляет людей улыбаться.       — Спасибо, мне очень приятно слышать подобное, особенно от тебя, — безвкусная больничная еда, прописанная ей просле микроприступов становилась вкуснее рядом с этим маленьким зелёным солнышком. — Ты тоже очень на него похож! Можно задать вопрос?       — Спасибо. Конечно, задавай любые вопросы! — веснусчатое личико украсила улабка — А можно потом тебя распросить про причуду...Т-то есть твои причуды?       — Конечно, в общем...Мой японский весьма сносный, но я не могу понять одну вещь...Почему ты зовешь Бакуго...Каччаном? — поинтересовалась Тошинори, отсыпав немного мармелада Изуку. — Я думала суффикс "чан" используется только в обращении к женскому полу...       — А..Это..Мы дружили в детстве...С того времени и пошло...— взял одну мармеладку оранжевого цвета Мидория.       — Ага...ласковое прозвище..Как мило! Значит он тебя звал Изучан? — сьела одну сладость красного цвета Айрис. — Когда-то...Один человек звал меня Рири-чан...       — Нет..Он звал меня Деку...— голова юноши опустилась, Мидория взял ещё одну мармеладку того же цвета, что и в прошлый раз. — А кто звал тебя так?       Ари поняла, что затронула уже слишком болезненные воспоминания, так что не стала дальше спрашивать.       — Ох, я не помню его особо...— Айрис крутила в руках ещё одну красную звездочку. — Но, кажется, я звала его Тен...Может это был один из пациентов сестрёнки?       — Котёнок Деку, тебя ждёт Тигр! Перерыв закончен, пора возвращаться к тренировкам! — в дверном проёме показалась Пиксибоб.       Айрис вдохнула, увидев, как Мидория дрогнул, когда услышал слова про-героини, а затем виновато посмотрел на Ари.       — Иди, я всё понимаю...— кивнула девушка, наблюдая за тем, как юноша уходит. А к ней подошла Пиксибоб.       — Котенок, как ты себя чувствуешь? — женщина осторожно поправила бирюзовый кардиган Айрис и померила ей температуру пистолетиком с кошачьими ушками.

《Прямо как пять лет назад..》

      — Думаю, я готова вернуться к тренировкам, — Тошинори осторожно встала и направилась к выходу.       — Ты уверена? Может ещё полежишь? Прошло всего пару часов...       — За эти пару часов я нарисовала много скетчей твоего будущего свадебного платья! — схватилась за дверною ручку Тошинори. — Выбери, какое тебе больше понравится! Я после ужина поскетчу ещё!

•••

      Айрис вышла из медпукта, потягиваясь и греясь в лучах солнца, по-кошачьи зажмурившись.       Ей не давал покоя её последний сон и её ошибки. Девушка быстро приняла душ и переоделась в форму Юэй.       Она вышла из раздевалки. Её сжирала вина. Айрис была ужасно зла, всю эту кашу она заварила из-за Тодороки, но так с ним и не поговорила. Вдруг её толкнули, и девушка упала.       — С ДОРОГИ, ДОХЛЯЧКА! — Бакуго опять на неё накричал. Как же она уже устала. Она отвечала, молчала, улыбалась в ответ на гадости. Теперь она имеет полное право в своих глазах, чтобы немного испротить ему настроение.— Если уж ты такая хилая, стала бы певичкой! Зачем лесть в геройство!?

《ВСЁ.ДОСТАЛИ.Finita la commedia!》

      Схватить за локоть. Встать в стойку...и познакомить оппонента с землей. Ари сделала всё, как её учили.       — Если бы ты был на моём месте, я бы посмотрела, как бы ты справился! — Айрис склонилась над ним.       Бакуго в шоке лежал на земле, что-то говоря и хватаясь за голову.

《Что я наделала? Я точно схожу с ума...Мне срочно нужно выпустить пар, а лучше огонь...》

      Айрис поспешила на тренировочную площадку.       Ученики 1-А класса переполошились, как только увидели Айрис. Многие подбежали к ней.       — Айрис, ты уверена, что тебе можно уже вставать? Я, как староста, не могу допустить ещё одного обморока... — конечно же, Иида был первым.       — Мы так волновались! — Мина обняла Ари.       — Ты нас так напугала! — Тору повисла на её шее. Айрис осторожно гладила её по голове.

《У неё такие пушистые и мягкие волосы...Интересно, какого они цвета?》

      — Простите, что заставила переживать, мне намного лучше, — улыбнулась всем Тошинори.       — Айрис, ты собираешься вернуться к тренировкам? — спросил Тодороки. Девушка кивнула ему.       — Мы рады, что ты вернулась к нам, — Джиро присоединилась к одноклассникам.       — Я тоже. Успела соскучиться!       — Твоё рвение похвально, но не переутомись! — Потрепал её за плечо Киришима.

《Его причуда..Укрепление? Хм, а он мне подходит...》

      — Слушай, Киришима, а ты не проти— Айрис перебили.       — Прекратите бездельничать! Особенно должники! — к ним подошёл Айзава.       — Не переживайте, мы наоборот собираемся усердно поработать! — девушка обняла за шею Киришиму. — Вы не будите против маленького спаринга?

•••

      Солнце садилось. На смену удушающей жаре пришла приятная прохлада. Цикад сменили сверчки.       Пустые животы уставших подростков объединились в окрестр и устроили концерт.       Айрис направилась разжигать огонь. Поправляя свои красные перчатки и алую ленточку на шее и такого же цвета сумочку, она заметила Урараку, которая несла дрова.       — Привет, дай-ка разделю твою ношу...— Ари хотела было взять немного древесины, но та чуть ли не улетела в космос. — Урарака, ты просто гений!       — Спасибо. Айрис, как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно проговорила Урарака, она всё же поделилась с Ари частью сухих веток.

《 В этом году так жарко, лишь бы пожара не случилось...》

      Тошинори и Очако шли к кострам, когда Айрис краем глаза увидела, как Урарака подбежала к Бакуго. Ари предпочла держаться подальше от этого кусочка ТNT.       — Вау, Бакуго! А ты хорош! Не ожидала...— похвалила парня Урарака.       — ВСМЫСЛЕ НЕ ОЖИДАЛА!?С ЧЕГО ЭТО ТЫ РЕШИЛА, ЧТО ДОЛЖНО БЫТЬ ПО - ДРУГОМУ? — снова крик, снова Айрис хочется закрыть уши.       — О, давненько он не показывал нам своих талантов..— поддержал Урараку Каминари.       — Какие все сегодня веселые...— пробурчал Киришима.       Тошинори подошла к нему, осторожно погладив по спине.       — Кирибро, ты как себя чувствуешь? Голова больше не кружится? — Айрис сорвалась на него днём во время спаринга и теперь сильно жалела. Она продолжала осторожно гладить его по спине, тихо напевая, чтобы облегчить возможную боль.       — Арибро, не переживай! Со мной всё хорошо! — он ярко ей улыбнулся.

《Что за милашка!》

      Похлопав его по спине на последок, Айрис пошла к Мидории.       Они сегодня были даже похоже одеты. Красные кросовки. Черная рубашка с руковами.       — Мидория, я могу чем-то тебе помочь? — подошла Айрис к парню. — Эта рубашка тебе очень идёт! — Ари поправила воротник Изуку.       — А...Спасибо...— парень немного смутился, словно это был первый комлимент за долгое время. Его взгляд опустился, благодаря чему он заметил новую обувь Тошинори. — Твои кроссовки тоже классные.. ?       — Благодарю, — уголки губ Ари немного приподнялись. Всё же с Мидорией ей спокойнее всего.       Айрис отнесла бревна, продолжив помогать Мидории, когда к ним прошел Шото.       — Мидория, ты хотел о чем-то спросить Всемогущего?       — О, добрый вечер, Тодороки-кун! — помахала рукой Айрис, ответом ей был кивок.       — Ты спрашивал о нём у Айзавы-сенсея...— продолжил юноша.

《 А почему не меня? 》

      Девушка, поправив очки, взглянула на Изуку, выражение на его лице мгновенно изменилось. Он запаниковал.       — А..Да..Это было, эм..Насчет Коты..       — КОТЫ? — удивилась Айрис. Тем более, он должен был пойти к ней.

《А...Точно...Я же в отключке лежала...Дорогая я, ты снова бесполезна.》

      — Кота? А кто это? — спросил Шото.       — Это племянник Мандалай. Ты ещё говорил, что он на Бакуго похож, — ответила Ари, взглядом выискивая Коту. Безуспешно.       — Да, он еще вот там стоял, — продолжил раставлять дрова Изуку, поворачиваясь, чтобы показазать на то место, где ранее стоял мальчик, но его там не оказалось.— Этот мальчик ненавидит героев...Даже больше...Ненавидит сам мир супер-людей и причуды...И я не знаю, что ему сказать...Может, будь здесь Всемогущий...Он бы нашёл правильные слова..— задумчиво произнёс Мидория. — А что вы думаете? Айрис, ты знаешь Коту лучше всех нас.       — Ох, как же моя душа болит за него...Я столько раз пыталась с ним поговорить, — произнесла Айрис задумчиво, поправив волосы, — Я сама была такой же...Тут нужно увидеть своими глазами тот самый чистый героизм, — Ари потрепала по голове Изуку. — А ты перестань думать, что сделает герой Всемогущий, подумай, чтобы сделал герой Деку.       Айрис взглянула на Шото. Ему явно было что сказать. Но при этом он внимательно слушал.       — А что ты думаешь, Тодороки? Что бы ты сказал? — словно прочитав мысли девушки, спросил Мидория.       — Чёрт его знает...— ответил Шото. Прямо. Четко. Предельно откровенно. Ари оставалось только аплодировать такой честности, она так и сделала, пока Изуку просто был в шоке.       Тодороки продолжил.       — Даже если сказать ему правильные вещи, но не знать, кто он и отчего исходит эта ненависть, ты ещё больше усугубишь положение... — Тодороки продолжал рассуждать. — Если ты сможешь переубедить его одними словами, значит, он не особо придавал этому значение изначально... Ещё важно то, кто будет это говорить, и что он сделал за свою жизнь...И то, чем этот человек занимается сейчас...— взгляд Шото упал на Ари, та, запрокинув свои очки, внимательно слушала его.

《Он же не на меня намекает? Он вообще умеет намекать?》

      — Поэтому, я соглашусь с Айрис...Помимо слов нужны и действия для большего веса, — Тодороки закончил. Тошинори облегченно вздохнула. Но похоже рано она расслабилась.       — Ты прав. И если подумать..Для него я был лишь незнакомцем, который пытался навязать ему свои мысли. Если кого он и послушает, то только Айрис...— произнёс Изуку, поникнув.       Ари вздрогнула всем телом от такого заявления.

《Как же ты ошибаешься, Мидория.》

      — Не знаю, чего ты хочешь от него добиться...Но лесть в такую деликатную ситуацию...— продолжил рассуждать Шото.       Тут раздался крик Ииды.       — Эй, вы, бездельники! Идите сюда, мы тут готовим лучшую в мире картошку!       — Впрочем, ты любишь лезть в чужие проблемы, даже когда не просят...— также совершенно прямо и беззаботно добавил Шото, словно оглашал прогноз погоды на сегодня.       — Как-то мне неловко стало...— Тошинори заметила, как Изуку совсем расстроился.       — Мой приёмный отец говорит, что это одна из черт настоящего героя, — приобняла Мидорию Айрис. — Но из меня героя не сотворяй, — перед тем как уйти помогать с розжигом девушка заявила. — В моём сердце живёт похожая на боль Коты обида, я слишком хорошо его понимаю, чтобы разубедить...

《Всё же за два года все мои попытки сделать это были безуспешны...》

      — Айрис, на каком языке ты пела вчера? — вдруг окликнул её Шото.       Девушка снова улыбнулась, повернувшись к однокласснику.       — На французском!

•••

      У печек стояли столы двух классов. Углядев прелестные рожки и розовую шевелиру Мины, Ари напрвилась к ней. Вот только краем глаза она увидела чью-то блестящую блондинистую шевелюру.

《Только не Бакуго, лишь бы не Бакуго.》

      — Кто это тут у нас, новая звездочка 1-А класса или их новое слабое звено? Может тебе в певички уйти? Да и твой француский весьма сно..— Айрис заткула его печеньем, которое как раз принесла Регдол, за пару секунд до того, как блондина ударила в затылок красивая девушка с высоким рыжим хвостом.       — Простите за него, Айрис-сан. Ваше выступление вчера было волшебно. Надеюсь, вам уже лучше. Меня зовут Ицука Кендо, я староста 1-Б класса.       — Благодарю, приятно познакомиться, леди Кендо. Зовите меня просто Айрис, — реверанс, милая улыбка, поцеловать тыльную сторону руки. Всё по списку Ари делает машинально.

《Хм, я что-то упустила..НЕТ, ПОЦЕЛУЙ ЛИШНИЙ! ПОЦЕЛУЙ ТОЛЬКО ДЛЯ ВЫСТУПЛЕНИЙ!!》

      Осознала девушка, пока наблюдала, как смущеная ученица 1-Б удерживала очередного проблемного блондина в одной руке и тарелку печенья в другой.       — Печеньки!! — Айрис услышала восторженный крик Урараки, которая вместе с другими девочками утащили по одной из лакомств в виде призраков.

《Если день был тяжелым, это не значит, что и вечер будет таковым!》

      Подумалось Айрис, когда она убежала, чтобы присоединиться к другим.

•••

      После ужина и мытья тарелок наступило время 《пряника》, которого так ждали ученики.       Поправив оборки на подоле чёрного сарафана, Айрис вместе с другими ученицами 1-А класса шла к месту собрания учеников обоих классов для начала игры в испытания на храбрость.       — Ой, не люблю я такое... — немного нервно наматывая один из ушных разьёмов на палец, пожаловалась Джиро.       Ари улыбнулась, смахнув крошки от печенья с уголка губ подруги, сказала:       — Я думаю всё будет даже немного весело. Настанет скоро и наша очередь пугать! — Тошинори потирала в предвкушении ладони.

《После игры я позвоню дяде и извинюсь, так будет правильно...》

      Задумавшись, Айрис остановилась, глядя на новые алые кроссовки. Что ей сказать? Простят ли её? Разочарован ли Всемогущий? Они никогда не ссорились, девушка до сих пор не знала, что делать или говорить.       Вдруг раздался радостный крик Мины, оповещающий о начале долгожданной игры.       Но всё счастье развеял Сотриголова.       — Насчёт этого... Мне жаль сообщать, но... Должники идут на дополнительные занятия по расписанию, — раздался приговор.       На глазах Тошинори лицо Мины исказил ужас и разочарование, она вскрикнула. Айрис же потрепала плечо Ашидо, а затем наблюдала, как её и других должников уводит учитель, точнее тащит, заматав в свой шарф.       — В классе вас будут ждать молоко и печенье! — крикнула Ари на прощание.       Ученики немного воодушевились, но всё равно совсем неохотно следовали за прогероем. Айрис, надев очки себе на голову, посмотрела прямо на Айзаву, тот лишь устало вздохнул.       — Прости, они не особо старались на тренировке сегодня... Поэтому они идут со мной, — присёк все надежды Ари на дарование свободы ребятам мужчина.       Тошинори немного недовольно надела очки обратно.

《 Могли сделать исключение хоть сегодня. Они же всего лишь дети.》

      Она заметила Мидорию недалеко и подошла к нему, он тоже сочувствовал должникам.       Они слушали правила игры, иногда переглядываясь. Атмосфера после ухода ребят немного испортилась. Тишина стала гнетущей...       И тут у уха Айрис прозвучал зловещий щепот.       — Безумный парад во тьме...       Ари от испуга отскачила назад, почти упав, но её поддержала чья-то рука, нет, руки. Она бернулась и встретилась взглядом с очень добрыми глазами.       — Благодарю, Шоджи, — улыбнулась ему Тошинори, осторожно погладив руки мунтанта, которые её поймали.       Когда Кошечки огласили условие победы, девушка немного посмеялась.

《Кто кого больше напугает? Жаль, я грим не взяла..》

      Снова крик, Айрис закрывает руками уши, мутант рядом с ней насторожился. Пусть лицо его закрыто маской, но глаза говорили о беспокойстве.       — Я ПОНЯЛ! БЛАГОДАРЯ ПРИНУЖДЕНИЮ НАС К СОПЕРНИЧЕСТВУ НА ОСНОВЕ ВООБРАЖЕНИЯ, МЫ СМОЖЕМ НАЙТИ НОВЫЕ СПОСОБЫ ПРИМЕНЕНИЯ НАШИХ ПРИЧУД! — это был голос Ииды. — МЕНЬШЕГО ОТ ЮЭЙ НЕ ОЖИДАЛ!

《Я рада, что он пришёл в норму после нашего разговора, но всё же для меня это громковато.》

      — По парам... То есть, если вычесть пять должников... — Айрис услышала то самое знаменитое бормотание Мидории, ей стало от него даже спокойно. — То есть, кто-то... останется без пары? Это буду... я?       — Ты меня не посчитал, со мной человека без пары не будет! Чур я с тобой, — Тошинори опровергла предположение Изуку, поправив осторожно его рубашку. А затем, взяв паренька под руку, немного прячась ему за спину, она заметила, что извращённый виноград на ножках подходит к парам с девушками и просит поменяться...       С другой стороны Бакуго активно хотел откреситься от Тодороки.

《 И чем он недоволен?》

      Мидория же успокаивающе погладил руку Айрис. Она ему улыбнулась. Ари была рада, что он потихоньку привыкает к её прикосновениям, а не краснеет, как спелый помидор с грядки. В этот момент прозвенели часы на её запястье.       — Я пойду приму лекарства, всё равно мы идём последними, — уходя, помахала рукой Ари.       — Да начнёться испытание на храбрость! — это было последним, что девушка услышала перед тем, как окунуться в лесную чащу.

•••

      Девушка впервые за долгое время осталась одна... Мысли сразу же стали слишком громкие.

《Надо было взять с собой Чешира... Я сбежала налегке... Совсем не подумала о последствиях, сама ещё двум обморокам за день удивляюсь.》

      Девушка снова опустила взгляд на новую пару красных кроссовок... Тут же её взгляд зацепился за чёрные оборки сарафана... Это ведь тоже подарок... Лекарства, косметика... В этом всём столько внимания, любви и заботы.       Айрис любовно поправила оборки.

《Дядюшка Тоши столько всего для меня сделал, даже в самых мелочах... Никогда даже не кричал... А я на него накричала... Откуда во мне этот крик?》

      Девушка опустилась на колени. Сердце ударялось о виски. Айрис пыталась нормализовать дыхание, как её учили. После немного отпила из фляжки. Краем глаза она заметила старую темно-красную камеру, что висела на её запястье, позвякивая брелками, ударяющимися об друг друга, пока руки Ари снова начало потряхивать.

《Спокойно, Айрис, состредоточься... Как тебя учили... Найти несколько предметов, попробовать описать их, трогая...》

      Старый темно-алый фотоаппрат привычно лег в руки, браслет, на котором он висел, немного шуршал и поблескивал. Брелок в виде белой розы, на половину покрашенный в красный. Голубая бутылочка с надписью 《Drink me!》. Гора из разных чашек, словно прямо с чаепития безумного Шляпника...       Айрис подставила два пальца к шее, проверяя свой пульс. Тихо-тихо приходя в себя.       — Вот и славно, — руки ослабли, фотоаппарат упал в траву, Ари зашлась кашлем, кашлем с кровью. Перед глазами поплыло. Айрис почувствовала, как что-то стекает по её рукам. Нос начало жечь от тяжело железистого запаха.       Пугающе знакомая боль жгла грудь. Пугающе знакомые симптомы... Всё это она уже чувствовала... Два года назад... За пару часов до последнего приступа...

《Только не это... Я не переживу четвертую остановку сердца...》

      Айрис не смогла понять, сколько времени она провела на земле из-за кружащейся головы, но всё же отпила немного из фляжки.       Поднявшись, Тошинори осторожно отряхнула оборки подола юбки и поправила волосы.

《Обошлось... Вроде бы...》

      Вдруг из ближайщих кустов послышалось шуршание. Из них выскочил белый кролик. Айрис в ужасе подняла очки и протерла глаза.

《Ну всё... Галлюцинации... Совсем с ума схожу... Может мне рано антидепрессанты отменили...?》

      Пока Ари в ужасе представляла очередное обследование и осмотры, беседы с докторами и как её вновь запирают в очередной больнице, её "галлюцинация" схватила с земли фотоаппрарат девушки и убежала в кусты.

《ФОТОАППАРАТ СЕСТРЁНКИ!?》

      Думать было некогда, галлюцинация или нет - нужно было вернуть фотоаппарат.       Айрис бежала, не обращая внимание на жгучую боль в груди и ногах. Теперь она могла думать лишь о старом фотоаппарате, который её сестра не выпускала когда-то из рук.       Под ногами девушки ломались ветки, шуршали листья. Ветви царапали лицо, листва и паутина запутались в волосах, аккуратный ряд рюш на подоле её платья совсем запачкался, рукава были все в дырках от ветвей. Белого кролика было легко отследить, в лунном свете его шерстка блестела.       Но всё же Айрис всегда не доставало выносливости. В итоге грызун прыгнул в очередной куст и исчез.       Тошинори рухнула на землю от усталости прямо в сухую траву. Ей начал мерещиться запах горелой древесины... или он ей не мерещился?       Уж больно трудно стало различать, что есть истина, а что - чертовы галюны. Отпив немного из фляжки, Айрис постаралась прийти в себя. Ноги болели. Она часто и прерывисто дышала. Ари облокотилась на ближайшее дерево и прикрыла глаза.

《Надо перевести дух, может, когда я открою глаза фотоаппарат сестрёнки окажется у меня в руках? Откуда в японских горах в это время года взяться белому кролику с идеально блестящей шесткой?》

      Айрис отстегнула длинные черные рукава с рядами рюш от платья. Всё равно они все были порванны. Теперь рукава платья закрывали лишь её плечи.       В лунном свете заблестел браслет её сестры. Ари любовно поглаживала его, это простое действие успокоило Тошинори.

《Как хорошо, что он не слетел от такой беготни... Совсем о нём забыла... Точно схожу с ума...》

      Айрис подняла голову, но вместо россыпи ярких звёзд девушка увидела дым и голубые искры... Вместе с этим, запах жженой древесины продолжал жечь её нос.

《Пожар!? Так и знала! Нужно срочно сообщить Кошечкам!》

      Тошинори уже хотела подорваться бежать обратно, но тут она услышала звук шагов. Незнакомых шагов.       Если бы это был кто-то из кошечек, которые, например, пошли за дровами или искать её, то она бы уже услышала характерное цоконье от коблуков их нарядов. Если бы это был Сотриголова, то Айрис услышала бы шуршание его шарфа... Это точно были шаги взрослых людей, но они были размеренными. Никто не спешил. Кажется, эти люди говорили о чём-то. Легкие Айрис заполнил удущающий запах жженой плоти... Пострадавший?       — Твайс, скопируй меня.