2.

Гельмут Земо с агентами Щ.И.Т.а не полетел, предпочел отправится к себе домой в Германию личным рейсом. А Стив и Джеймс уехали с отрядом ШАМС прямо после прибытия в Вашингтон. Мэдлин Риверс вошла в свою маленькую квартиру на окраине города и задержалась на пороге, обводя взглядом помещение. Тишина здесь была абсолютной, и каждый ее шаг раздавался глухо, словно эхо. В отличие от тщательно обустроенной квартиры в Мадрипуре, эта выглядела словно музей, давно закрытый для посетителей. Вся мебель была укрыта белыми тканями, которые со временем приобрели сероватый оттенок. Пыль покрывала полки и подоконники, а в воздухе стоял запах застоявшегося времени. Это место ясно говорило о том, что его хозяйка проводила здесь минимум времени. — Позвони в клининговую службу, — бросила она через плечо Джеку, не оборачиваясь. — Уже делаю, — кивнул тот, начиная быстро набирать номер на смартфоне. Мэдди сбросила рюкзак в угол и пошла по коридору, где, располагалась ванная комната. Пол под ногами слегка поскрипывал, словно приветствуя хозяйку после долгого отсутствия. Закрыв за собой дверь ванной, она скинула ботинки и начала расстегивать ремень, снимая повседневную одежду. Мэдди бросала вещи на пол без особого порядка — все равно вскоре здесь будут убирать. Подойдя к душевой кабине, она открыла воду. Холодные потоки дождя ударили по плитке, затем, постепенно прогреваясь, начали выпускать пар, заволакивая зеркало и все вокруг в плотное облако. Мэдди провела рукой по стеклу кабины, любуясь, как капли воды начинают плавно стекать вниз, словно гонки между каплями были единственным соревнованием в этом спокойном мире. Она шагнула под струю горячей воды. Сначала холодные остатки воды пробежали по ее коже, заставляя слегка вздрогнуть, но через секунду теплый поток полностью окутал ее, словно мягкое одеяло. Каждое напряженное мышечное волокно, натянутое как струна после их последней операции, стало постепенно расслабляться. Она закрыла глаза, позволяя воде струиться по лицу, смывая усталость, пот и пыль, накопившиеся за дни, проведенные в командировках и на заданиях. Мысли начали плыть свободно, одна за другой, пока горячая вода словно стерла границы между реальностью и воспоминаниями. Каждый шаг в их работе был сродни танцу на острие ножа. Порой Мэдди казалось, что она живет ради этих опасных моментов. Но сейчас, стоя под горячей водой, ей вдруг стало приятно просто находиться здесь, в тишине и покое, без звуков выстрелов и приказов по рации. Она протянула руку за шампунем, вспенила его и нанесла на волосы, длинные пряди которых обвились вокруг плеч. Запах приторной ванили с нотками свежести наполнил ванную комнату, создавая иллюзию настоящего спокойствия. Когда волосы были тщательно промыты, Мэдди ополоснулась и снова позволила воде стекать по телу, наполняя каждую клетку ее усталого тела новыми силами. Когда она закончила, Мэдди выключила воду и вышла из душа. На зеркало уже легла толстая пелена пара. Она провела ладонью по его поверхности, и на нее взглянули ее собственные глаза. Очищенные, светлые, но все же хранящие тень. Мэдди завернулась в полотенце, высушила волосы феном, а затем собрала их в низкий пучок у основания шеи. Передние пряди она уложила таким образом, чтобы челка мягко прикрывала глаза. Уложив все аккуратно, она вернулась в спальню, где лежал ее старый гардероб. Она достала свою черную форму Щ.И.Т.: стандартную, сшитую по фигуре, с удобными карманами и эмблемой агентства на левом плече. Надев форму, она затянула ремень, застегнула плотные черные тканевые перчатки и надела высокие берцы, затянув шнуровку до самого верха. Затем Мэдди крепко зафиксировала кобуру на торсе и ножны на бедре. Ее движения были быстрыми, отточенными годами тренировок и операций. Но этого было недостаточно. Мэдди подошла к углу комнаты, где под старым ковриком находился деревянный люк. Она подняла его и извлекла оттуда маленькую шкатулку, запертую на замок. Код она помнила до мельчайших деталей, и пальцы автоматически набрали комбинацию. Внутри лежал ее личный арсенал: два гладких, черных пистолета и несколько ножей с лазерной заточкой. Она аккуратно вложила оружие в кобуры и ножны, проверяя каждую деталь. Завершив, она захлопнула крышку и вернула шкатулку на место. Мэдди вышла из спальни и направилась на кухню, где ее уже ждал Джек Роллинс. Он поднялся с места, услышав ее шаги, и бросил взгляд на нее с легким уважением в глазах. — Клининговая служба будет здесь через час. Готова ехать? — спросил он. — Готова, — коротко кивнула Мэдди. Они спустились на парковку. Ночная прохлада Вашингтона обволакивала воздух, принося легкий аромат влажного асфальта после недавно прошедшего дождя. Мэдди подошла к своей машине — темному внедорожнику Щ.И.Т., оснащенному по последнему слову техники. Они заняли места в салоне. Мэдди завела двигатель, и автомобиль мягко рванул вперед, выезжая на пустую дорогу. Дорога до базы прошла в молчании. Мэдди смотрела вперед, сосредоточенная на дороге, но ее мысли снова витали далеко. Она знала, что впереди их ждет недолгий период умеренности и спокойствия. И хотя часть ее души жаждала покоя, другая уже готовилась к бою. Трикселион замаячил на горизонте, словно стальной гигант, возвышающийся над ночным городом. Свет прожекторов отражался от его стен, озаряя ночь яркими лучами. Мэдди нажала на педаль газа, устремляясь вперед навстречу очередному вызову.

***

Мэдлин остановилась на мгновение у входа в Трикселион, глубоко вдохнула знакомый запах чистоты и металла. Этот аромат был неотъемлемой частью ее жизни в Щ.И.Т. — смесь стерильности лабораторий и оружейных залов. В этой атмосфере всегда витало чувство дисциплины и скрытой угрозы, но для Мэдлин это место было вторым домом. Вместе с Роллинсом они пересекли просторный холл, миновали стойку регистрации, где новобранцы обменивались вопросительными взглядами, глядя на них. Тяжелые ботинки глухо отдавались эхом по идеально чистому полу. Мэдлин держала спину прямо, а взгляд был сосредоточен. Она выглядела как профессионал своего дела — уверенная, сосредоточенная и опасная. — Соскучилась по Щ.И.Т.у? — спросил Джек, пока они подходили к лифтам. Мэдлин повернулась к нему, ее взгляд стал мягче. Она кивнула и слегка улыбнулась, искренне, но сдержанно: — Да. Джек кивнул в ответ, а в его глазах мелькнуло предвкушение. Ему было приятно видеть командира здесь, на ее заслуженном месте. Без нее все казалось каким-то неполным. Они вошли в лифт. Джек нажал кнопку шестого этажа — их конечная остановка, столовая для агентов. Лифт плавно поднялся вверх, и через минуту они вышли в длинный, хорошо освещенный коридор. Стены здесь были украшены фотографиями лучших агентов Щ.И.Т. За стеклом виднелись лица тех, кто пожертвовал собой ради безопасности мира. Одна из фотографий принадлежала самой Мэдлин. Она была сделана несколько лет назад — лицо серьезное, взгляд стальной. Такая молодая. Прямой походкой они прошли коридор и остановились перед большой металлической дверью. Джек толкнул ее, и они вошли в просторную столовую. Помещение ожило при их появлении. Агентам понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто стоит у входа. Перешептывания поползли от одного стола к другому. Вскоре несколько агентов встали и подошли к Мэдлин, протягивая руки для приветствия. Она каждому отвечала обворожительной улыбкой, искренне пожимая руки и обмениваясь короткими репликами. — Рада тебя видеть, Риверс. — Возвращение легенды! — Добро пожаловать домой, командир. Здесь Мэдлин была не просто агентом. Она была легендой Щ.И.Т. Ее имя знали все — от новичков до высокопоставленных руководителей. За годы службы она не потерпела ни одного провала. Ее спасательные миссии были образцовыми, а решения — безупречно точными. Она была главой элитного альфа-отряда ШАМС. Этот отряд, изначально женский, заслужил прозвище “Кочевые”, потому что их отправляли на операции в самые опасные и удаленные уголки мира. Теперь в составе отряда числились и два молодых парня, которых Мэдлин лично выбрала, оценив их навыки. В углу столовой, недалеко от входа, сидел неполный состав ее отряда. Они как раз обедали, когда заметили своего командира. Один за другим агенты ШАМС поднялись, отдавая честь. Мэдлин махнула им рукой, улыбнувшись: — Садитесь, ребята. Не будем превращать это в парад. Отряд послушно сел обратно, но их лица светились радостью. Мэдлин оглядела столовую, и взгляд ее сразу остановился на отряде УДАР, который занимал соседний столик. Их командир, Брок Рамлоу, сидел в центре, с сосредоточенным выражением лица, обсуждая детали предстоящей миссии с Джеймсом Барнсом. Мэдди с улыбкой наблюдала за ним. Ее взгляд слегка мягчал, когда она замечала, как его руки оживленно двигались в процессе разговора. Слегка удивленный, Роллинс поднял брови, когда Мэдди, не сказав ни слова, пошла к столику УДАРа. Она прошла мимо агентов, чьи взгляды следили за ней, но не останавливались. Мэдди всегда ощущала на себе взгляды людей, а здесь, среди таких профессионалов, их было вдвойне больше. Встав рядом с Броком, она подцепила стул и без лишних слов запрыгнула на него, слегка повернувшись к столу. Мэдлин ухмыльнулась, не скрывая улыбки. — О капитан, мой капитан! — произнесла она громко, как бы обращаясь к нему, цитируя стихотворение из фильма “Общество мертвых поэтов”, который они когда-то смотрели вместе. Брок поднял взгляд, сразу заметив ее. Его лицо озарилось искренней теплотой, и глаза блеснули, когда он распознал, кто это. Улыбка на его лице была такой же мгновенной и яркой, как вспышка молнии. — Слышала значит? — его голос был полон задора, как всегда, когда он встречал ее после долгой разлуки. Мэдди спрыгнула с стула, и, не теряя самообладания, ответила, тихо и с легким сарказмом: — Поздравляю с повышением, Капитан Рамлоу. Она сделала небольшой реверанс, отдавая честь. Затем протянула руку, и он, не раздумывая, поднялся из-за стола, взял ее за руку и притянул к себе. Ее запах ванили, смешанный с едва уловимой ноткой свежести, сразу наполнил его легкие. Брок обнял ее, и сразу же затонул в этом аромате. — Я думаю, ты соскучился по мне, — с едва заметной улыбкой произнесла Мэдди, отстраняясь от его объятий и встречая взгляд его сияющих глаз. Брок ответил тем же теплым взглядом, который оставался у него на лице даже после того, как она слегка отступила. Рамлоу встал на пару шагов дальше и обратил внимание на своих людей. Когда глаза остальных агентов УДАРа встретились с глазами Риверс, они встали, словно по команде. Мэдди протянула руку каждому, получая крепкие рукопожатия, как от признанных профессионалов. — Хорошо, что ты вернулась, Риверс, — сказал один из агентов, его рука была широкой и сильной. — Мы все по тебе скучали, командир, — произнес другой, слегка качая головой, словно перечитывая в памяти все моменты, когда она руководила их операциями. Мэдди принимала каждый жест, каждое рукопожатие с достоинством, отвечая всем с той же искренней улыбкой, которая никогда не оставляла ее лицо. Она была для них кем-то больше, чем просто командиром. Она была символом. Она заметила одну девушку, сидящую немного в стороне от остальных. Та стояла, сдерживаясь, не зная, как подступиться, чтобы поприветствовать Мэдлин. Мэдди подошла к ней, протянула руку и посмотрела на девушку с легким интересом. — Привет, — сказала она мягко. — Ты Мэй, не так ли? Очень рада с тобой познакомиться. Девушка не замедлила свою реакцию, нервно пожала протянутую руку, слегка улыбаясь: — Да, мэм. Это честь с вами познакомиться, — ответила она, явно не ожидая того, что Риверс знает ее. Мэдди кивнула и с доброй улыбкой ответила: — Радость на моей стороне. Уверена, ты профессионал. Мелинда застыла, но в ее глазах заиграли благодарность и уважение, она не ожидала такого теплого приема от одного из самых лучших агентов Щ.И.Т. Мэдди обратила внимание на остальных агентов отряда УДАР. В их глазах можно было заметить маленькие огоньки признательности за то, что она вернулась. В этом месте, среди этих людей, она ощущала себя как дома. Рамлоу предложил ей сесть с ними и Мэдлин согласилась. Но перед тем как усесться на свое место, она махнула своему отряду и приговорила: — Детки, объединяем столы. Затем она села, наблюдая за тем как бойцы двух отрядов создают место для общих посиделок. Но ей срочно нужно было взять себе еды. Мэдлин вышла из-за стола с легким движением плеч и направилась к кухне. Брок проводил её взглядом, затем неторопливо поднялся и последовал за ней. Они встретились у двери столовой и молча вышли на кухню, где запахи пищи смешивались с дымом сигарет тех, кто прерывал трапезу ради небольшой передышки. Они оба молчали, пока не остановились у стойки с готовой едой. Мэдлин выбрала себе кусок мяса, макароны с сыром и свежий салат. Взяв поднос, она поставила его на стойку для разогрева. Пока автомат работал, Брок уже доставал сигареты. — Поздравляю с успехом в Мадрипуре, — сказал он, выпуская тонкую струйку дыма. Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась теплота. — Говорят, ты там наделала шуму. — Как обычно, — улыбнулась Мэдлин, закуривая свою сигарету. Она не смотрела на него, но уголки её губ чуть приподнялись. — Брок, ну что за новости? Когда это я не устраивала шум? Брок усмехнулся. — Справедливо. Ты ведь всегда умела создать хаос. Мэдлин повернула голову, и в её взгляде появился знакомый огонек. — Зато я всегда выхожу из этого хаоса целой, не так ли? — Это точно, — Брок помолчал. — Ты надолго сюда? — сменил тему Брок, снова прикуривая. — Пока не знаю. — Мэдлин пожала плечами. — Буду служить столько, сколько понадобится. Сама знаешь, как это бывает. ЩИТ не задаёт вопросов. — Зато новобранцы задают. Она фыркнула. — О, это я знаю. Что с ними? — Прибыли новенькие. Больше половины — из армии и ВВС. Думаю, что из них ещё можно что-то сделать. Но ты знаешь, я терпеть не могу армейское быдло. — Звучит, как предложение. — Так и есть. — Брок посмотрел ей прямо в глаза. — Может, хочешь взять их под своё крыло?  Мэдлин чуть приподняла брови. — Я бы не отказалась.  — Значит, решено. Передам их тебе. Она кивнула, и между ними снова воцарилась тишина. Это молчание не было неловким — скорее, это было их естественное состояние. Мэдлин и Брок знали друг друга слишком долго, чтобы наполнять каждый момент разговорами. — Еда готова, — раздался сигнал разогревающего автомата. Брок первым подошел к стойке и взял её поднос. Мэдлин бросила окурок в урну и, наблюдая за этим, не удержалась от шутки: — Ты сам недавно перестал быть армейским быдлом, Брок. Он обернулся, свел брови и, комично нахмурившись, сказал: — Ты тоже не интеллигентка, Рив. Она усмехнулась. Рив — так он всегда её называл, когда они оставались наедине. В этом прозвище было всё: их  прошлое, дружба и то, чего они никогда не обсуждали. Они вернулись к столу, где их уже ждал остальной отряд. Мэдлин села рядом с Броком, напротив неё оказался Барнс. Его взгляд был внимательным, спокойным и в то же время проницательным. — Милые перчатки, сержант Барнс, — заговорила она, разглядывая его руки. — У вас тоже плохое кровообращение? Она нарочито невинно показала свои собственные перчатки, намекая на то, что и у неё есть свои секреты. Баки усмехнулся и осмотрел её руки. — Ваши тоже ничего, мэм. Мэдлин отвела глаза и занялась своей едой. Её голод был очевиден: она ела быстро, с жадностью, тихо приговаривая: — Даже столовская еда ЩИТ лучше того, что готовит Аиша. Аиша, её верный подчинённый из отряда ШАМС, сидела рядом и возмущенно ответила: — Командир, если вам не нравится моя стряпня, можете готовить сами! — Нет уж! — засмеялась Мэдлин и послала ей воздушный поцелуй. — У тебя слишком хорошо получается ругаться на меня, когда я голодна. Весь стол загудел от смеха. Даже Баки позволил себе короткую усмешку. Брок наблюдал за всем этим с легкой улыбкой. Он нечасто позволял себе расслабляться, но в такие моменты — среди своих — всё казалось проще. А рядом с Рив он всегда чувствовал себя немного свободнее.