Часть первая и последняя

В самом сердце прекрасной Сукхавати возвышалась огромная величественная гора. Её острая вершина скрывалась за облаками, а у подножия протекала бурная река. Среди местных жителей ходит легенда, что тот смельчак, который заберётся на самый верх, сможет легко сорвать сверкающую звезду с небосвода. В горе этой высечена просторная пещера, добраться до которой можно только по еле заметной извилистой тропке, со всех сторон окружённой каменными завалами. В центре находилось небольшое озеро - горная вода, смешанная с дождевой, вот уже много лет стекает сюда прямиком с вершины через крупную трещину в потолке. Полная Луна отражалась в гладкой поверхности воды, слегка озарив своим тусклым свечением полумрак пещеры.        Полнолуние. Время таинственное. Время особенное. Время, когда ночь замирает в трепетном ожидании. Ожидании её.     На холодном каменном полу рядом с озером в молитвенной позе сидела женщина, сложив ладони на коленях. Облачена она в белоснежное одеяние, напоминающее просторное воздушное платье в пол. Казалось, будто эта одежда соткана из света - в лунных лучах она отливала серебром. Густые длинные волосы женщины ярко-красной волной струились по хрупким плечам. Локоны хранили вековую мудрость и знания, недоступные для других. Кожа бледная и тонкая, кое-где проступали голубые вены. Глаза закрыты, алые ресницы легонько трепетали.     Она очень осторожно вытянула руку вперёд и одними лишь кончиками пальцев коснулась ледяной воды. Лёгкая рябь прошлась по поверхности, холод моментально сковал кожу.    - «Пора!» - пронеслось у неё в голове.    Женщина неторопливо встала со своего места, сделала глубокий вдох и начала танец, не открывая глаз. Она грациозно двигалась в такт капель, мелодично капающих в озеро с потолка. Её босые ступни легко скользили по заиндевевшему каменному полу пещеры. Её аккуратные тонкие руки, напоминающие крылья ангела, плавно поднимались, взывая к небесам, а затем также опускались к земле. Её красные пряди и белое платье развевались на ветру, который нагло проник в пещеру через трещину в потолке. Её худое тело слепо кружилось в ритме безмолвной мелодии горной воды, переодически стекающей по скалистым стенам. Глаза она всё также держала закрытыми…    Озеро вторило её хрустальному танцу. Вода в нём бурлила и выходила за каменный берег, полностью подстраиваясь под женщину и заставляя Луну содрогаться в отражении.     Утончённая, неземная, божественно красивая и такая хрупкая… дочь Солнца и Луны, сестра Звёзд, мать Бескрайней Пустоши и Густого Леса. Её лунный танец лишь на первый взгляд казался невесомым и нежным. На деле же эти отточенные движения хранили в себе невероятную силу, способную как созидать, так и разрушать. Если приглядеться, то можно заметить, как под бледной кожей перекатываются поджарые мышцы. Она двигалась легко и уверенно, не открывая глаз. Вода подчинялась лишь ей, слушалась только её одну. Лунные волны выплёскивались из озера с каждым взмахом её руки. Эта загадочная женщина таила в себе неведомую мощь.    Она - гордая правительница процветающей Сукхавати. Она - Божество. Она - Данте…    Данте была единственной из всех клонов, кто смог обуздать генератор и навсегда запечатать его силу в своём собственном теле. Она разломила его напополам и впитала всю его мощь. Теперь она словно сосуд, хранивший в себе то нечто, которое сделало её самой что ни на есть настоящей Богиней.     Сила эта терзающая, опасная, дикая. Данте дорого заплатила за то, чтобы стать Божеством. Кровь то закипала, заставляя кожу плавиться от невыносимого жара, то замерзала и застывала в жилах, словно река морозной зимой. Лёгкие разрывались от боли при каждом вдохе, словно воздух был отравлен. Конечности становились тяжёлыми и неподъёмными, будто руки и ноги сковали в кандалы. Глаза ужасно болели и кровоточили, словно она напоролась ими на колючий куст ежевики. А тупая ноющая боль стальным обручем сжимала виски, не прекращаясь ни на секунду.    Все эти невыносимо болезненные ощущения разом возникали в хрупком теле, заставляя женщину истошно орать, содрогая скалистые стены своим воплем, рвать на себе волосы, ногтями сдирать пылающую кожу и биться больной головой о каменный пол. Боль эта периодически приходила именно в те моменты, когда внутренняя сила генератора уже била через край, изо всех сил пытаясь вырваться наружу. Но дальновидная и мудрая Данте со временем смогла научиться немного сдерживать и контролировать эту бешеную мощь, облегчив собственные страдания. Скоро она сможет полностью прижиться с новой силой и буквально стать всемогущей и непобедимой Богиней. И полная Луна ей в этом поможет…    Данте выяснила, что полнолуние - это время магическое, и она может использовать его на благо себе. Хрустальный танец в свете Луны мог утихомирить бешеную силу генератора, но лишь на короткий период. На данный момент этот ритуал - единственное, что помогает ей окончательно не сойти с ума.         Закончив танцевать, Богиня замерла напротив озера в круге лунного свечения, всё ещё держа глаза закрытыми. Казалось, будто весь мир замер вместе с ней, в предвкушении затаив дыхание. Хрупкое равновесие нарушал лишь тихий плеск воды под ногами. В ту же секунду она быстро достала кинжал из длинного рукава своего серебристого платья. Его острое лезвие сверкнуло в тусклом лунном свете. Женщина с силой полоснула им по ладони. Горячая кровь тоненькими струйками потекла из раны, обжигая кожу. Данте вытянула руку вперёд и сжала её в кулак. Алые капли одна за другой закапали в воду, окропляя её чистую и гладкую поверхность. Через горное озеро богиня отдавала Луне немного своей крови, а та, в свою очередь, на время забирала все страшные муки дочери.        Тонкие пальцы выронили кинжал, боль наконец отступила, умиротворяющее тепло волнами разлилось по телу, и она блаженно вздохнула. Ритуал окончен…    - Так и будешь стоять там, как неприкаянный? - тихо спросила Данте, а её мягкие губы тронула лёгкая улыбка.    Сколько уже прошло с того момента, как Данте закрылась в этой холодной пещере, полностью изолировав себя от внешнего мира? Месяц? Полгода? Год? Пять лет? Десять? А сколько ещё времени пройдёт? Пик не знал, ведь без неё дни его жизни слились в одну сплошную серую массу. Хотя, жизнью это назвать было сложно. Скорее просто жалкое существовование. Она ушла, а вместе с ней ушла и жизнь…        До того как впитать в себя силу генератора и превратиться в Божество, Данте была совершенно обычным человеком. И Пик был в неё влюблён. Сильно, безумно, до одурения, до потери пульса. Так сильно, что хотелось кричать. Они встречались в тайне от других клонов. Каждую ночь он прижимал её к своей широкой груди, боясь отпустить. Каждую ночь его сильные руки нежно и трепетно гладили, обнимали, ласкали её. Каждую ночь его нетерпеливые, но такие родные губы нежно прижимались к её шее, ключицам, плечам, спине, оставляя влажные следы на коже. Каждую ночь он забывал обо всём на свете, ведь в мире больше ничего не существовало, кроме неё одной. Каждую ночь он раз за разом, задыхаясь, повторял её имя. Он дышал ею, растворялся в ней, сливался с её душой в одно целое. Невидимой, но прочной нитью связал их сердца. Он зависел от неё, любил по-настоящему. Любил больше жизни. Она - центр его вселенной. Она - его свобода. Она - всё…    Данте попросила оставить её и дать ей время. Пик готов был ждать ровно столько, сколько потребуется. И он действительно ждал. Долго и терпеливо. Как там говорят? Если любишь - отпусти. А он любит. И он отпустил…        Но боль разлуки была настолько сильной, что одной мучительной ночью он просто не выдержал. В полнолуние Пик пришёл к подножию величественной горы и поднялся к пещере по извилистой тропке. Он затаился у входа, спрятавшись за большим камнем, и заворожённо наблюдал за её хрустальным танцем. Мужчина был не в силах оторвать от неё глаз, сердце вновь наполнилось знакомой нежностью, как в старые времена, когда она ещё была рядом. Казалось, оно вот-вот разорвётся в груди…        Вновь увидеть её ощущалось как вознаграждение, подарок судьбы, дар Божий, благословение… Пик словно наконец нашёл живительный оазис после бесконечных скитаний по жаркой пустыне, палящее солнце которой прожигает кожу. Жизнь снова теплилась где-то глубоко внутри…    Когда Данте обратилась к нему, сердце Пика пропустило удар, а кровь застыла в жилах. Он нарушил её просьбу - явился без предупреждения, потревожив её хрупкий покой. Липкий страх моментально сковал всё тело. Пик как никто другой знал, какую силу таит в себе эта женщина. И что гнев её будет страшен. Он обрушится сверху в самый неожиданный момент, как гром среди ясного неба. И она не знает пощады…    - Может уже присоединишься? - Данте, не открывая глаз, повернулась к Пику и протянула вперёд руку, приглашая его на танец. Она давно уже почувствовала его присутствие, но не стала ничего говорить. Богиня позволила ему понаблюдать за лунным ритуалом.    Пик медленно и осторожно вышел вперёд. Его тяжёлые шаги гулким эхом отдавались от стен пещеры. Он бережно взял ладонь женщины в свою и нежно поцеловал, слизывая запёкшуюся кровь с кожи. В том месте уже образовался глубокий шрам от бесчисленных ударов кинжалом…    Пик аккуратно, словно боясь спугнуть, взял Данте за талию и повёл за собой. Пик вёл уверенно, увлекая Богиню в этот чувственный танец. Мужчина жадно смотрел на неё, будто она могла в любой момент исчезнуть, раствориться в ночи. Данте целиком и полностью доверилась ему, позволив направлять свои движения. Было так приятно вновь оказаться в его сильных руках. Вновь почувствовать себя в безопасности и отпустить все тревожные мысли…    Холодный камень обжигал ноги, леденящий ночной ветер пробирал до костей, но им было всё равно. В этом мире больше ничего не существовало, кроме них двоих. Они плавно кружились в танце, словно снежинки в зимнем небе, то приближаясь, то отдаляясь, но всегда оставаясь единым целым. В каждом повороте, в каждом отточенном движении, в каждом нежном касании чувствовалась искра, способная разгореться в неконтролируемое жаркое пламя. Пик легко подхватил Данте на руки, словно она весила не больше пушинки, и мягко покружил вокруг себя. Женщина звонко рассмеялась, крепко схватившись за его широкие плечи. Её красные локоны развевались, отдавая алым в свете Луны. Мужчина бережно поставил Богиню на землю, словно фарфоровую куклу.     Пик не выдержал. Больше не мог. Его ноги подкосились, и он упал перед ней на колени. Шлем слетел с его головы и покатился по каменному полу. Мужчина крепко обвил руки вокруг её талии, сдавливая хрупкое тело. Он уткнулся головой в мягкий живот женщины. Его ладони хаотично скользили по ней, рвано гладили поясницу и бёдра, дрожащими пальцами цепляясь за белоснежную ткань её платья, словно утопающий за спасательный круг.    Пик сбавил обороты и наконец ослабил хватку, поняв, что может причинить ей боль. Он всё также стоял перед ней на коленях, но теперь просто мягко обнимал свою Богиню, не поднимая головы от её живота. Данте осторожно положила ладони ему на макушку и нежно погладила тёмные волосы. Они оба застыли, словно статуи, высеченные из того же камня, что и холодные стены пещеры. Обоим хотелось, чтобы это мгновение длилось вечность…    Внезапно Пик ясно почувствовал присутствие кого-то постороннего. Он всегда был очень чутким человеком. Неприятная аура густым туманом висела в воздухе. Да, здесь определённо побывал кто-то чужой. Буквально пару дней назад приходил и разговаривал с ней, с его Богиней. Чья-то трусливая душонка осмелилась потревожить её покой. И Пик догадывался, чья именно…    Гнев заклокотал где-то внутри. Мужчина вновь сильнее обхватил Данте руками, будто сейчас этот наглый чужак выйдет из тени и заберёт его женщину.     - Он приходил, - сказала Данте, словно прочитав его мысли. Хотя Пик ни на секунду не сомневался, что она действительно умеет это делать.     - Что ему было нужно? - глухо прорычал мужчина. Слепая ярость застилала глаза.     - Он пришёл и всё нёс какую-то несусветную чушь, не замолкая ни на мгновение. Всё умолял меня объединиться с ним, якобы против нашего общего врага. Он напуган. Смертельно напуган. Он боится тебя… - рассказала женщина. Она слегка улыбнулась, поглаживая мужчину по голове.     - И правильно делает, - усмехнулся Пик. Злость сменилась мрачным удовлетворением. Он любил, когда его боялись. Ему нравилось вселять в других ужас и страх.     - Я преподала ему хороший урок. Он больше не сунется в мои покои, - сказала Данте. Пик посмотрел на неё снизу вверх.    - А если вдруг посмеет, то в следующий раз я ударю дважды, - мягкие губы женщины растянулись в коварной улыбке, обнажив ряд острых белых зубов. Пику снова стало не по себе, мурашки побежали по коже. Он знал, что она сможет постоять за себя. Она сильна, хитра и опасна…    Уловив его смятение, Данте быстро вернула привычное мягкое выражение лица, но глаза она так до сих пор и не открыла. Её ресницы легонько подрагивали. Пик осторожно взял её за руку и прижал к своей груди, всё ещё не желая вставать с колен. Хотелось преклоняться перед ней, принести весь мир к её ногам.     - Твоя кожа… такая бледная. Куда же делся твой загар? - слегка рассмеялся мужчина, нежно поцеловав её ладонь. Когда Данте ещё была человеком, большую часть времени она проводила под жарким Солнцем Сукхавати. Солнце щедро одаривало свою дочь загаром и россыпью веснушек на теле. Теперь же её кожи касалась только Луна.     - Ой, да замолчи ты уже. Трещишь как сорока, у меня аж голова разболелась. Пока ты не явился, тут было так тихо и спокойно, - шутливо проворчала Богиня, ребячески потрепав его по волосам.     - Узнаю свою старую Данте, - горько усмехнулся Пик. Сердце сжалось от болезненного чувства тоски, перемешанного с нежностью. Как же невыносимо он по ней скучал…    Его веки задрожали, слёзы собрались в уголках глаз и предательски покатились по щекам. Видели бы его сейчас жители Пиковой империи! Властный, суровый, расчётливый, а порой и жестокий император и по совместительству воинственный и хладнокровный самурай Пик стоял перед ней на коленях и содрогался в рыданиях, хватаясь дрожащими пальцами за подол её лунного платья. Тощий, бледный, поникший и осунувшийся… Она - единственная, перед кем он мог полностью обнажить всю свою душу со всеми её страхами и слабостями…    Когда Данте отстранилась от него, каждую ночь Пику снился один и тот же сон. Ужасный, отвратительный, пугающий сон. Он практически перестал спать, лишь бы не видеть этот кошмар…    Ему снился тёмный густой хвойный лес. Пик шёл по узкой тропе мимо пышных ёлок и сосен, которые своими чёрными верхушками полностью закрывали Солнце, погрузив пространство в полумрак. А вдалеке спиной к нему стояла Данте. Её красные волосы легонько трепал холодный ветер.    Заметив её, Пик начинал бежать, пытаясь догнать свою Богиню. Но каждый раз почва под его ногами превращалась в мерзкое вязкое болото. Его ноги утопали в зловонной жиже, бурая трясина тянула его за собой на самое дно. Он пытался кричать, пытался выбраться, но всё без толку. Чёрная вода сковала руки и ноги, не давая пошевелиться, залила рот, нос, глаза и полностью сомкнулась над его головой, навсегда похоронив в этой адской пучине. А она всё стояла где-то там вдали. Неприкасаемая, недоступная, неживая. Словно каменная статуя…    - Данте, зачем? Зачем ты это сделала!? Зачем сломала генератор и подвергла себя такой опасности!? - с мольбой спросил Пик, вновь уткнувшись лицом в её живот и крепче обвив руки вокруг её талии.    - Мы же были так счастливы вместе… - его голос сорвался до хрипа, горькие слёзы градом катились из жёлтых глаз.    - Пик… - еле слышно проронила Данте. Её руки, которые до этого нежно гладили его по волосам, сейчас безвольно повисли вдоль тела. Мужчина поднял голову и с надеждой взглянул на неё.     - Я тоже очень по тебе скучала, - просто ответила она.     - Тогда почему не подпускаешь к себе? - Пик наконец встал на ноги, наклонился к ней ближе и осторожно положил руки на её хрупкие плечи. Его крупные ладони заскользили по телу Богини, он гладил её плечи, шею, спину, затылок. Ему казалось, что она не настоящая, нематериальная, призрачная. Император не верил, что действительно мог вновь коснуться её, как прежде…    - Не могу… не сейчас, - выдохнула Данте, её мягкий голос слегка дрогнул. Она прильнула вперёд и нежно поцеловала своего мужчину в губы, осторожно обвив руки вокруг его шеи. Пик ответил на поцелуй, крепко прижав её к себе за спину. Они застыли в объятиях, растворяясь в невесомых касаниях губ. Дыхание спёрло, сердца часто забились в унисон.    Внезапно резкая и острая боль разом пронзила всё тело Данте. Богиня вскрикнула и вырвалась из его рук, отойдя на пару шагов. Встревоженный Пик тут же бросился к ней, но женщина остановила его, вытянув вперёд ладонь.    - Нет, не подходи! Нельзя! Это опасно! - закричала Данте. Она чувствовала, как неведомая сила вновь вскипала под кожей. Но Пик не послушал её, притянул к себе за руку и снова крепко обнял, прижав к своей груди.     На удивление, жгучая боль как внезапно появилась, так же внезапно и отступила, уступив место теплу и спокойствию. Убедившись, что ей стало легче, Император осторожно выпустил женщину из своих объятий. Данте облегчённо выдохнула и с благодарностью погладила его ладонью по щеке.     - Грядут тяжёлые времена. Прольётся кровь… - задумчиво сказала она, грустно покачав головой. Богиня ясно осознавала скорое приближение страшной войны. Это было неизбежно…    - Ты так думаешь? - обеспокоенно спросил Пик и сильнее сжал её плечи.     - Я не думаю. Я знаю. Вернее, вижу, - Данте наконец подняла веки. Её глаза… белые, чистые, пустые, без зрачков. Они ярко светились в сумраке пещеры. Она видит всё. Абсолютно всё. И будущее в том числе…    Император тяжело вздохнул и снова поцеловал её. Настойчиво, трепетно, чувственно, с замиранием сердца. Как в последний раз…    Данте провернула все эти махинации с генератором и пошла на большие жертвы лишь для того, чтобы стать сильнее и защитить Пика в грядущей битве. Его сохранность была единственной значимой вещью в её жизни. С подобным ожесточённым рвением мать защищает своего новорождённого детёныша…    Пик не знал, какое будущее их ждёт. Но он точно знал, что будет защищать её до самого конца. Даже ценой собственной жизни… Конец.