Часть 4

Поднявшись на второй этаж, я услышала громкий голос отца, доносящийся из его кабинета. Он яростно с кем-то спорил по поводу новой поставки оружия из Гонконга, иногда переходя на китайский. Я подкралась ближе и постаралась уловить хоть какую-то информацию, но среди нецензурной лексики и угроз расчленить всю семью кого-то там, было тяжело уловить что-то важное. В мгновение кто-то закрыл мне рот одной рукой, а второй притянул за талию так, что рёбра пронзила ноющая боль, словно я попала в тиски. Горячее дыхание обожгло шею и по телу моментально прошла дрожь. - Не хорошо подслушивать, котёнок, - прошептал знакомый голос. Рэймод, чёртов, Лански! Я втянула носом воздух и попыталась вырваться, но он держал настолько крепко, что движения причиняли боль. - Будь хорошей девочкой и перестань брыкаться. Рано или поздно это тело будет просить моих объятий, - сказал Рэймонд и было слышно как он усмехнулся. Сука, самодовольный ублюдок. Я стихла и он произнеся что-то про послушную девочку, ослабил хватку. Медленно, Рэймонд убрал руку от моего рта и нежно погладил щёку. - Отпусти меня, недоумок, - прошипела я, стараясь не привлекать внимание кого-либо в этом доме. Его рука замерла на мгновение и резко схватила меня за шею. - За каждым оскорблением, будет следовать наказание, котёнок, - сказал он и больно укусил меня за плечо. Я попыталась закричать, но изо рта вырвался лишь непонятный и приглушённый хрип. Боль моментально пронзила всю правую сторону от плеча до кончиков пальцев, особенно сильно отдавая в локоть. А потом мужчина, словно животное, начал зализывать место укуса языком. Он конченый психопат, не иначе! Мне уже было плевать на разговор отца, вся концентрация в этот момент была на извращенце, укусившем меня. - Надеюсь ты усвоила урок, котёнок, - произнёс он и отпустил. Я отскочила вперёд и начала жадно хватать ртом воздух. Надо успокоиться, иначе получу гипервентиляцию. Но эмоции взяли надо мной верх и задыхаясь, я закричала на Рэймонда, который расслабленно опёрся о стену. - Не смей касаться меня, не смей разговаривать со мной и смотреть в мою сторону! Иначе, клянусь, я вышибу тебе мозги, если они вообще есть! Ты находишься в моём доме, больной ты ублюдок! Его лицо ни капли не изменилось после услышанного. Та же ухмылка. Он оттолкнулся от стены и хотел было подойти, как дверь в кабинет распахнулась и в проёме появился отец. Мистер Ли был взбешен, словно ему только что отказали в крупной сделке, но заметив этого урода Лански, он смягчился и максимально спокойно произнёс: - Мистер Лански, я как раз вас и ожидал. Что здесь произошло? - Моя невеста просто приревновала меня к вашей горничной, не знал, что она такая ревнивая, - солгал Рэймонд, даже не моргнув глазом. Паталогический лжец и психопат. Потрясающе! Именно то, что нам нужно Андреа. Отец демонстративно рассмеялся, театрально хватаясь за сердце. - В этом ей нет равных, мистер Лански. Характер у неё такой же, как у моей покойной супруги. Это единственное, в чём мы не похожи. При упоминании о маме в груди защемило. И развернувшись, я пошла к себе. К чёрту это всё. Отец бросил что-то вроде "она отходчивая", когда я входила в свою спальню. Дверь захлопнулась с такой силой, что люстра на потолке со звоном содрогнулась. Мои руки лихорадочно поворачивали ключ в скважине, чтобы этот монстр снова не подкрался ко мне. Я вошла в ванную комнату и наплевав на здравый смысл включила воду, встав под неё прямо в одежде. Меня била крупная дрожь. Да, тренер Ос, ты был прав, я стала слишком нежной. Прикрыв на мгновение веки, передо мной встал образ мамы, а в ушах вместо звука льющейся воды, зазвучала скрипка. Она была словно принцесса из Диснеевской сказки. Её каштановые локоны слегка растрёпанные, были уложены назад. Она стояла под куполом звёздного неба, на веранде ведущей из стеклянной залы в сад. В её руках была антикварная скрипка Джузеппе Гварнери и она играла замечательную сонату для меня. На ней было однотонное платье, цвета тёмной бирюзы, которое завораживающе поблёскивало при лунном свете. Мне было шесть лет. А через несколько часов я буду стоять возле её бездыханного тела, которое больше походило на решето. Мои дрожащие руки будут в крови, ровно так же как и заплаканное личико. Я буду кричать, просить её проснутся и пытаться закрыть раны из которых течёт тёмная жидкость. Анабелль лежит в центре стеклянной залы, где больше не пахнет цветами, в воздухе стоит запах металла и чего-то дымного, землистого. Я пришла в себя только когда дверь в мою спальню почти слетела с петель. Выключив воду и словно утопленница, я поплелась на деревянных ногах, чтобы открыть. Руки не слушались, а удары только ухудшали ситуацию. Ключ то и дело выскользал из пальцев, но мне всё-таки удалось открыть. В коридоре стояли Дамиан, отец и ненавистный Рэймонд. И только на лице телохранителя читалось истинное беспокойство и страх. Отец лишь делал вид, как и всегда, что ему не плевать. А Лански брезгливо поморщился, увидев мой внешний вид. - Андреа! Что произошло?! Почему вы кричали? - начал Дамиан, попутно ища на мне следы повреждений. Отец вышел вперёд и внимательно вглядываясь в моё лицо, отдал приказ, чтобы вызвали доктора Вонг, ведь у меня снова приступ. Дамиан замешкался, но всё так же испуганно поглядывая в мою сторону передал по рации приказ. Доктор Вонг, наш семейный психотерапевт, приехала через пятнадцать минут. На ней был строгий брючный костюм, а в руках она несла "тревожный" чемоданчик. Нас оставили наедине. Я сидела в кресле, поджав ноги, всё ещё мокрая и укутанная в плед, который уже успел пропитаться влагой. Одежда неприятно липла к телу, а дополнительный слой ткани создавал парниковый эффект. Я смотрела прямо перед собой и казалось, будто совершенно не моргаю. Тишину прервала госпожа Вонг. Она подошла ближе ко мне и присев на корточки, начала спокойным голосом: - Здравствуй, Андреа. Как ты себя чувствуешь сейчас? Но в ответ ей было лишь молчание. Она поджала губы и лишь кивнула в ответ. Потом встала и открыла чемодан с большим количеством, знакомых и не очень, препаратов. После она аккуратно достала мою руку и повязала жгут чуть выше линии сгиба. Вену нашла быстро и вставив иглу, ввела внутрь транквилизатор. Наверняка это был Валиум или что-то вроде, потому что почти сразу захотелось спать, а тело начало обмякать. Женщина помогла мне встать и снять с себя мокрые вещи. А когда тело почти отключилось и веки стали словно свинец, заботливо укрыла меня одеялом. Последнее, что я помню как дверь открылась и вошёл отец. А из-за его спины на меня смотрели глаза цвета серебра.